часть 6
«Всякие и благие дела всегда сплачивают людей»
- Цвейг Стефан.
- Она немая. - сказал Чан, выдохнув тяжело из-за бестактности своих речей. Минхо всегда вынуждал быть таким.
- Не издевайся надо мной, Чан, она умеет говорить. - стоял на своем Минхо, ведь собственными ушами слышал ее голос. Тонкий, слегка детский и нежный, мелодичный и приятный на слух. Именно на слух, ведь он слышал это и даже помнит, что она сказала ему в тот день. Он не настолько сошел с ума, чтобы галлюцинации о речи немой девчонки посещали его.
- Минхо, поговорим об этом позже. Приди в себя, дружище. Ты, наверное, сильно испугался. - водитель пустил взгляд по младшей, не желая продолжать эту тему, дабы ненароком не задеть чувства девушки, которая удивленно и заинтересованно смотрела на его друга, уверявшего его в том, что у нее есть голос. Это звучало, словно бред сумасшедшего, хотя отчасти оно так и было. В лютейший холод его друг в шортах и взъерошенными волосами с безумным взглядом уверял, что немая способна говорить. Чан чувствовал такой прилив стыда, который не посетит его ближайшие лет десять так точно.
- Он сильно впечатлительный. Не бери в голову, Ари. - неловко обратился он к девушке на пассажирском, пытаясь разбавить обстановку, но та, будто и не слышала его.
Ким неотрывно смотрела на него, пока парень выгнул бровь, наверное, ждал, что она скажет что-то снова, но этого не произойдёт. Тот странный пленительный тип, что отвечал на ее мысли, сидел совсем рядом и она бы потеряла дар речи, если бы его имела. Всё-таки ей не послышалось. Прищуренные глаза парня испытующе смотрели на нее, он явно давил на нее, но за этим давлением было забавно наблюдать. Ее глаза заискрились, казалось, что это знак самой судьбы и глупые мысли о любви кружили голову, родственные души встретились, он понимал ее, но так ли это романтично или ее судьба - это шизик, который разгуливает в шортах в холодные дни, в голове даже пролетела мысль может ли он ходить в пальто летом. И все же, искренняя заинтересованность не могла быть перекрыта какой-либо его странностью, все таки у всех свои тараканы в голове. И был единственный способ проверить это. Остаться рядом с ним до лета.
Минхо в это время чувствовал себя цирковой обезьянкой, на которую тыкают пальцем и корчат рожицы, передразнивая. Её взгляд, который казался ему не большим, чем притворство, будоражил в нем бурю непонятных эмоций, перемешавшихся с гневом, непониманием и даже с таким паршивом чувством, будто тебя предали. Она была красива, этого он не мог отрицать, даже если сильно того хотел, но казалась ему невообразимо лицемерной. Почему она так поступает с ним? Она подговаривала его на истинное злодейство в прошлую их встречу, а сейчас делает вид, будто какая-то бешеная антилопа села к ней в машину и стала разговаривать на человеческом. Отчасти так и было, но! Сути не меняет же, правда?
- Чего глаза выпучила, скажи что-нибудь. - его чаша терпения начала наполняться и каждая секунда без ее голоса нагнетала атмосферу сильнее прежнего. Не удивительно, что она молчала.
- Минхо! - брови Чана свелись к переносице, он был крайне недоволен не только сложившейся ситуацией, но и поведением своего друга.
- Ари, закрой уши. - неловко улыбнулся Бан, стараясь сохранить хоть каплю своего достоинства, которое Минхо благополучно закапывал.
- Что за... черт вас всех дери...- младший откинулся на сиденье, вздыхая и прикрывая ладонью глаза.
- Ли, черт возьми, Минхо. Приди в себя, придурок, и следи за языком! Или, твою ж мать, клянусь, я убью тебя. - он посмотрел снова на Ари, которая послушно прикрыла уши, что не помогло не услышать ругательства старшего, но она сделала вид, будто ничего не слышала, понимая, что водителю может стать снова неловко. После он кратко кивнул, будто давая знак, что она может убрать руки и младшая так и поступила.
- Чокнутая стерва. - усмехнулся Ли, презрительно оглядев сидящую девушку и проигнорировав угрозы друга. Изящную, элегантную, одетую с иголочки с гордой осанкой и «невинным» взглядом. Так и хотелось подпортить ее нежный, ангельский образ. Тем не менее Бан глубоко выдохнул и остановил машину возле высокого дома, снаружи обставленный двумя колоннами, он больше напоминал музей, нежели учебный центр для богатеньких детишек, там ее уже ожидали частные учителя, помогающие ей не отставать в развитии из-за своей особенности.
Ким сжала губы и подняла голову, слегка обиженно взглянула на парня рядом, что не скрывал своей неприязни. Она открыла дверь и собиралась выходить, но сжала кулаки и обернулась снова к прекрасному и наглому Ли Минхо и раскрытой ладонью ударила его по затылку, затем что-то быстро показала пальцами и вышла, кивнув Чану в знак благодарности. Тот выдохнул и довольно ухмыльнулся, даже в какой-то степени гордо от того, что она смогла постоять за себя.
«Придурок»
- Что за..?! Что это значит?! - непонимающий Минхо тут же стал возмущаться, не ожидая, что ему что-то сделают за его слова, хотя это был минимум того, что она могла принести в его жизнь. Она могла изрядно помотать его, ведь была дочерью не последнего человека в Сеуле, но ограничилась лишь этим. Кто знает, было ли это по ее желанию или она просто не хотела обращаться к отцу? Но как бы то ни было, Минхо смог легко отделаться в этот раз.
- Что ты несешь, полудурок? - недовольно опустил он на него взгляд, затем тронулся, собираясь оставить Минхо дома, прежде чем поехать дальше к господину Киму.
- Я слышал ее, понимаешь? Она просила перерезать тормоза ее отцу. Мне не могло это пручидиться! - он устало вздохнул, надежда того, что друг поверит ему, покидала его разум.
- Она просила что? Что именно она тебе сказала? - брови водителя медленно поползли к переносице, показывая его недовольство и некий скептицизм. И Минхо рассказал, от вырубленного телефона до того момента, когда он увидел ее сидящую в ресторане.
- Слушай, как бы то ни было, не говори такого при ней.
- И как я могу ее обидеть? Тем, что ее ложь выйдет наружу и ее коварный план рухнет? - он выгнул бровь, не отрывая взгляд от друга за рулем, и скрестил руки на груди.
- Какой бы причина ее молчания ни была, она должна быть весомой.
- Настолько весомой, чтобы заговорить с незнакомцем.
- Тебе не стоит ее обижать. - Чан устало вздохнул и сосредоточился на дороге, ссылаясь на усталость друга позади и помутнение рассудка.
- Можно подумать, что она тебе нравится. - Ли фыркнул и вновь откинулся на сиденье, но слова друга заставили его резко повернуть голову в его сторону.
- Нравится. - твердо ответил Бан, слегка надавливая на тормоз, чтобы проехать по лежачему полицейскому. Больше
- Но я останусь при своем мнении. - боковым взглядом Ли заметил маленькую книжку и блокнот для заметок на двери. Это был словарь жестового языка, доказывающий искреннее стремление Чана свободно общаться с этой маленькой занозой. Дальше Минхо молчал, не желая продолжать тему дабы не ранить чувства друга.
- Отвези меня в студию Хенджина. - Чан молча повернул направо, в голове мешались мысли и желание заговорить о вчерашней ночи достигала максимума, но так не хотелось говорить об этом сейчас да и с чего начать. Напряжение в салоне не понижалось, пока старший придумывал варианты начала диалога, не заметил, как они плавно остановились возле неблагополучного района. Минхо молча открыл дверь и вышел, даже с таксистом прощаются, прежде чем покинуть автомобиль, но бестактный ледяной принц превзошел самого себя.
- Когда-нибудь я хорошенько ему вмажу. - прошептал себе под нос Бан и уехал, спеша к господину Бану за новыми поручениями и уже готовясь получить выговор за столь долгое отсутствие.
На улицах этого района нередко можно заметить спящих на бордюрах людей или наркоманов, что не сводят с тебя взгляд пару секунд и с одним из них можно перепутать и самого Хенджина из-за худощавого телосложения парня. Раньше он был более атлетичным, Чанбин всегда таскал его по залам, но после того, как он загадочно бросил спорт, причину которого никто до сих пор не знает, у Хвана появилось больше времени на свое главное хобби и даже источник заработка, поэтому тот все чаще и чаще оставался в студии, не чувствуя ни голод, ни усталость.
Его студия раньше была веселее, в этом помещении располагалась еще одна маленькая комнатка, где Сынмин бил татуировки людям и они пользовались большим спросом. Татуировки, а не люди. Они никому не всрались здесь. Кроме Сынмина, который знал, как поднять настроение удачной шуткой и просто разрядить обстановку, внезапно предлагая маленький клубничный чупа-чупс.
- Как ты, Рапунцель? - усмехнулся Минхо, здороваясь с другом. Это прозвище, как и «Слендермен» из-за высокого роста, дал ему Сынмин из-за его длинных по плечи красивых темных волос, а после уже и остальные стали за ним повторять.
- Заделался в клуб странных человечков? - намекая на шорты друга, усмехнулся Хван и отстранился от Ли. В помещении было тепло по сравнению с улицей, настолько, что Минхо снял верхнюю одежду.
- Думал, ты его основал. - Хван рассмеялся и кивнул, принимая эту правду, а затем протянул Ли свои спортивные штаны, которые он оставлял в студии в качестве сменной одежды на всякий случай.
- Простудишься. - младший отвернулся и зашагал в глубь помещения, приближаясь к своим работам и останавливаясь напротив нетронутого холста на мольберте. Каждый, кто был знаком с этим парнем, видел в нем черты художника и была неудивительным то, что он был хорош в этом. Изящные пальцы и грациозная походка всегда выделились среди серой толпы, теперь уже худощавое тело все равно было эстетичным, хоть и нравилось самому его обладателю меньше, чем его прошлое тело, изменить его не был в силах, ведь вставать по утрам было его слабостью, с ролью его личного будильника справлялся Чанбин, а вечер всегда уходил либо на весёлые посиделки, либо на работу.
- Не душит? - указав подбородком на холсты, сказал Минхо, который быстро переоделся. Заниматься одним и тем же для такого упорного и многостороннего человека, как Хенджин, было удивительным. Пару лет назад он был увлечён всем возможным и имел хобби больше, чем зубов.
- Тебя же не душили гонки. - он усмехнулся, выбирая кисти в стеклянной банке.
- Вчера ночью не рисовал, уже успел соскучиться. - легкая улыбка на губах художника смогли разбавить напряжение, витающее в воздухе после упоминания прошлого. Ли ничего не ответил, молча закуривая. Едкий дым наполнил собой легкие и тот прикрыл глаза, выдыхая его.
- Даже не спросишь, как он? - Хван остановился, поникнув. А после громкого молчания глубоко вдохнул, отнимая сигарету старшего с рук и, потушив, выбросил в сторону. Он схватил его за плечи, выплюнул в лицо короткое «трус» и подвинул на свое место, оставив его напротив холста.
- И что это было? - Минхо выгнул бровь и усмехнулся, наблюдая за другом, который смело вручил ему в руки кисть и палитру.
- Будем разбирать твое никчемное сердце. - пнув его коленкой под зад, Хенджин оперся о стол, стоящий рядом со всем необходимым, и стал наблюдать за этим как старший устало вздыхает и, смирившись, небрежно водит кистью по холсту.
- Тебе некуда идти, я знаю. Хрен его знает, что ты снова натворил. Поэтому ты и пришел сюда. - Хван хоть и казался ветреным, несерьёзным и рассеянным человеком из-за своей профессии да и свободной ауры в целом, был человеком глубоким и способным замечать то, чему остальные не обращают своего взора. Минхо редко заходил в его студию в последние времена, но все же пришел. Значит, не былого иного пути.
- Зад не горит от стыда? Оставил своего первого друга. - Хван ловко вытащил тонкими пальцами пачку сигарет из кармана старшего и сразу же закурил, выдыхая дым в сторону, чтобы не отвлекать друга, который явно втянулся и рисовал более сконцентрированно. Не было известно делал ли он это потому что действительно понравилось или чтобы показать своим видом давнему другу, что занят, но главное, что пальцы его продолжали рисовать то, что не смогли сказать губы.
- Ты всё-таки не угостил меня раменом. - на его лице проскочила тень ностальгии, хоть Ли и был сосредоточен.
- Ты такой мелочный. Ненавижу тебя. - засмеялся Хенджин и ударил кулака Минхо по плечу, зажав сигарету между зубами и наблюдая за его работой. Он как никто другой знал, насколько ему это нужно, хоть тот и не был любителем живописи.
/flashback/
- Идите все к черту! - выкрикнул какой-то парень, убегая от толпы каких-то мужиков. Длинные ноги перепрыгивали лужи ловко, дыхание учащалось, а разъярённые мужики уже начинали кидаться в него чем-то, тот убегал с улыбкой на губах, пролетая мимо прохожих.
- Стой, сука! - кричали они, внимательно наблюдая за тем куда бежит быстрый парень. За этим придурком они уже успели пробежать пол Сеула и сотни раз удивиться его стойкости. Уже отставая от него, они заприметили, что он развернул в сторону неблагополучного района за парикмахерской. Приложив немного усилий, они немного ускорились.
Парень, к его счастью, был быстрее и не стал терять время зря, понимая, что вряд ли сможет протянуть настолько, чтобы устал каждый из присутствующих. Завернув в один из переулков, он заметил щель между двумя домами рядом с помойкой и быстро юркнул туда, задев второго парня с каштановыми волосами, что-то в его руках упало, рассеиваясь на ветру.
- Проблем мало? - злобно шикнул на него парень, одаряя «атлета» хмурым взглядом.
- Ну... около 15. - ответил он с улыбкой, опираясь на колени и пытаясь отдышаться. Он резко поднял взгляд, когда услышал приближающиеся голоса этой толпы.
- Прикрой, молю! - парень выставил руки в молитве и сел на корточки, прячась за широкоплечим парнем.
- Что за..- он посмотрел на него сверху вниз и уже хотел открыть рот, чтобы возмутиться, как услышал сзади голоса и шаги поблизости.
- Черт. - шикнул он, а шестерёнки в голове сразу же начали двигаться, перебирая выходы из сложившейся ситуации. Группа мужчин прошла мимо, что-то недовольно обсуждая, было трудно понять что именно из-за их частой отдышки и вялого голоса.
- Что вылупился? Уже и отлить нельзя? - быстро сориентировался он, через плечо оборачиваясь к одному из мужиков, который схватил его за плечо, подумав, что поймал того самого. Он дернул плечом, убирая с себя чужую руку.
- Извините, обознался. - тот слабо поклонился и ушел, а парень снизу удивлённо вскинул брови и пальцем указал на себя, будто спрашивая «на меня?», на что широкоплечий закатил глаза. Когда толпа отошла чуть дальше, длинноногий встал.
- Надо делать ноги. - шепнул он и схватил другого за руку, выскакивая из щели. Мужчины тут же среагировали, но не бегом, а криками «вот они! ловите!».
- Я не при делах, ублюдок! - в беге сказал второй парень, расцепляя их руки.
- Они так не думают. - рассмеялся первый и благодаря паре секунд отдыха ускорился, а рядом теперь уже бежал и второй, проклиная и этот гнусный мир, и этого наркомана в безрукавке рядом за то, что он втянул его в это посреди ночи. Ускорившись, они смогли убежать от мужчин, которые явно устали и, пробежав пару метров, бросили эту затею. Они вышли к какой-то площади и оба оперлись руками об колени, переводя дыхание.
- Во что... ты... меня втянул? - пытаясь прийти в себя, спрашивал второй парень и слабо от покинувших тело сил толкнул того, но этого хватило, чтобы он отшатнулся на пару метров, а затем на ватных ногах подошел ближе.
- Да брось, они в стельку, завтра уже забудут обо всем. - сказал он и снова рассмеялся.
- Психопат.
- Как бы то ни было, ты меня спас. Прямо принц! - обычно, спасением принцесс занимаются рыцари, но похоже этот парень слышал другие сказки, в которых спасителем является принц. Кто же знает, что на уме у психов?
- Не подходи ко мне. - шикнул на него второй, засунул руки в карманы джинс и начал уходить в другую сторону. Сам не знает куда, но куда-то. Тот его догнал и, сравнявшись, поправил длинные волосы.
- Я угощу тебя раменом. Ты всё-таки спас меня! - не отвязывался он никак.
- Отвянь от меня.
- Как грубо. - он драматично сложил руки на сердце, страдальчески вздохнув.
- Иди доставай кого-нибудь другого, придурок. - оттолкнул его вновь второй и злобно выдохнул.
- Эй, отправляешь меня к этим утыркам? Видел же, они не хотят со мной дружить. - он надул губы, вовсе не обижаясь, хотя стоило.
- А ты хочешь со мной дружить? - он остановился напротив спасителя и протянул руку.
- Я Хенджин. Хван Хенджин. - представился парень и улыбнулся, пухлые губы покраснели от ветра, а тонкие пальцы ждали рукопожатия.
- Здорово, я не спрашивал. - он странно взглянул на парня и выгнул бровь, затем выставил руку и отодвинул его со своего пути. Первое, что приметил Хенджин, это было тем, что парень не обошел его, значит идет напролом. Напролом всему.
- Ты еще и ледышка. Ледяной принц, да? Невероятный красавчик. - снова догнал незнакомца, желая растопить его ледяное сердце комплиментами. Его слова остались без ответа.
- А что дрянь была у тебя в руках? - вспомнил Хван, что когда сбил его, парень что-то держал в руках.
- Не твоего ума дело.
- Тоже балуешься этой херью?
- Тебе идти некуда? Иди занимайся своими делами. - не выдержал Минхо, сжал кулаки и накричал на нового надоедливого знакомого, останавливаясь.
- Мне есть. А тебе? - спокойный вопрос застал врасплох и ответить было даже нечего, ведь это было правдой.
- Дальше только детский дом. - он указал подбородком на их путь.
- Думаю, ты его немного перерос. - показав жест пальцами, указал Хенджин, а затем добавил.
- И ты не выглядишь так, будто там есть кто-то, кто тебе важен. Выглядишь озлобленным на весь мир. - хитрые лисьи глаза засверкали и тот понял, что недооценил человека напротив, что это точно ни какой-нибудь наркоман, а его проницаемость заставляла теряться.
- Не твое. Дело. - грубо ответил Минхо, сжав кулаки сильнее и едва сдерживаясь. Его теплые руки, которые грели через плотную ткань одежды, легли на его надплечья и развернули его на 180 градусов, направляя по неизвестному пути.
- Пойдём со мной, ледяной принц. У нас свой собственный клуб брошенок. - он обнял его, закинув одну руку на шею.
- Я не брошенка. - он убрал его руку резким движением, но отклоняться от маршрута не стал.
- Как скажешь, потеряшка. - он кинул на того злобный взгляд, от чего Хван прыснул со смеху и поднял руки в воздух в жесте «сдаюсь».
- Ледяной принц. - второй лишь усмехнулся, что вызвало радостную улыбку на лице парня.
- Улыбаться не пробовал?
- Отвали.
- Знаешь, у меня есть друг, который тоже связан с травкой. Он не употребляет, но каждый раз говорит, что это дерьмо не стоит того. И лучше поверить ему, секундный кайф не стоит короткой жизни.
- Если жизнь полна мучений ей стоит быть короткой. - наконец сказал он что-то, кроме обидных фраз оставить его в покое.
- У этого друга есть девушка. Юри. Она та, кто вселит жизнь и она внедрила всем нам, что будь мучения настолько ужасными, то жизнь был не длилась так долго. Она права, когда говорит, что каждый сам отвечает за то, как продолжить жить. Тебе не идет смерть, вкуси жизнь.
- На вкус она как помойка. - снова усмехнулся второй парень.
- В каждой помойке есть то, что попало туда случайно.
- Меня зовут Ли Минхо. - парень с кошачьим взглядом поднял глаза и улыбнулся на долю секунды краешком губ.
- Теперь мы друзья! - обрадовался Хенджин и похлопал того по спине.
- Я не называл тебя своим другом.
- Слышал такую фразу, что не мы выбираем друзей, они сами попадаются под ноги? Я прятался у тебя в ногах, когда ты хотел отлить на меня, дружище.
- Ты такой странный! - возмутился Минхо и слегка рассмеялся, вспоминая то, что было пару минут назад.
- Переводная? - указал он подборком на тату парня на руке.
- А то. Сынмин не хочет бить мне тату. - закатил он глаза, глядя на свою руку.
- Сынмин? - переспросил непонимающе Ли.
- О-о, вы с ним поладите. Такой же вредный!
/наше время/
Родные стены, что уже казались настолько чужими, что душу выворачивало наизнанку, были воплощением её личной тюрьмы. Куда бы они не ступила эти стены преследуют её, яро показывая своё нежелание отставать от неё. После смерти эти мамы, кажется, эти чертовы куски строительных материалов даже не смогли запечатлить в себе её аромат, голос или хоть маленькое чудо. Она так злилась на маму сейчас за её аккуратность, почему за столько лет жизни среди белоснежной сказки они ни разу испачкала ни квадрат, к которому могла прижаться отчаянная дочь, нуждающаяся в особенном тепле материнского сердца.
Отец, обычно ужинавшив в гордом одиночестве, бесстыдно улыбался своей любовнице, которая решила до конца строить из себя скромную простушка. О какой скромности речь, если ты любовница, ужинающая ночью с ранее женатым мужчиной, да ещё и с дочерью за спиной, в его доме? Всё эта картина заставляла Ким сжимать кулаки от злости и, остановившись возле маминой двери, которую она запирала на ключ, а ключ всегда носила с собой на шее, и наблюдала за этим сверху, со второго этажа.
«Видишь, мама, кого ты выбрала. Предателя».
- Айрин, не хочешь покушать? - она застенчиво улыбнулась, замечая девушку наверху и слегка махая рукой в знак приветствия. Та лишь нахмурилась и не сводила взгляд со сладкой парочки. Отец только после обращения Гаин, он поднял брови вверх, немного удивляясь тому, что даже не заметил, что дочь вернулась. И все из-за той, кто была сейчас перед ним, той, кто одурманила его разум и заставила желать радовать ее каждый день.
- Спустись вниз, нам надо поговорить. - отец мимолетом глянул на дочь, а затем опустил глаза на стол, беря в руки столовые приборы. Ким бесшумно фыркнул, закатила глаза и сжала челюсть, затем вовсе отвернулась и медленно зашагала в свою комнату, этим неторопливым движением она хотела показать женщине внизу, что она не может претендовать на титул хозяйки этого особняка. Даже если самой Ари этот дом никуда не въелся, она займёт это место, лишь только, чтобы такие, как эта бессовестная Гаин, не могли получить желаемого.
- Ким Айрин! - отец чуть повысил голос и встал, чуть отходя, чтобы видеть дочь во весь рост. Ким быстро поставила условия, вырисовывая какие-то движения в воздухе, а после сложила руки на груди.
«Только если она встанет».
- Упрямая, вся в мать. - несмотря на то, что отец сказал это чуть злобно, они оба понимали, что для девушки это неплохой комплимент и та даже позволила себе легкую улыбку, пока отец обреченно покачал головой, вздыхая.
- Гаин, дорогая, не могла бы ты немного постоять рядом. - та сразу же кивнула и натянула горькую улыбку, встав рядом с мужчиной, затем спустилась и Ким младшая.
- Как прошёл твой день? - на секунду она заметила в глазах женщины странный блеск, чему немного удивилась, но тут же спрятала это за выученным выражением лица, спокойно ожидая слов отца. Старшая немного поникла, когда ее вопрос оставили без ответа, но не стала давить на нее девушку, смирившись.
- Как учеба? - наконец заговорил Ким старший, поправив воротник. Младшая кивнула, подтверждая, что все в порядке.
- Я уже говорил тебе о том, что ты будешь учиться за границей. Я собираюсь отправить тебя в Англию. Закончишь там хороший университет.
«Я не хочу этого».
- Что тебя только может держать здесь? Ари, милая, я знаю о том, что друзей у тебя нет, если этот водитель влияет на твои решения и желания, то.. - дочь перебила его, резко помотав отрицательно головой. Это было, словно соль на рану, невыносимо, что никто не хотел дружить с ней и отец был хорошо об этом осведомлён, еще и упомянул об этом при ненужной особе. Ким почувствовала себя такой жалкой, будто ее только что растоптали.
«Ты всегда решаешь за меня».
Ее взгляд опустился вниз, плечи немного приподнялась из-за глубокого вдоха. Отец отошел от любовницы, подходя ближе к дочери и положил руку на ее голову. Непривычное движение заставило замереть и перестать дышать на секунды, немного грубые поглаживания отца никогда не заменят мамины ладони, нежно перебирающие ее локоны.
- Тебе так будет лучше. - отец отвернулся от нее. Снова. Она повернулась и слегка торопясь поднялась в свою комнату, запирая дверь.
- Ты не считаешь, что это перебор, дорогой? Кажется, она этого не хочет. - Гаин неуверенно обратилась к старшему, кладя руку на его надплечье.
- Она еще ребёнок и не знает чего хочет на самом деле. - сказал Чон Ха и сел за стол.
- Я сейчас. - поспешными шагами она направилась к двери младшей и два раза постучала, перед тем как дверь резко открылась и нахмуренная младшая стояла ровно на пороге, испепеляя ту взглядом, от чего старшая даже замялась.
- Я поговорю с ним, если ты против. - мягко произнесла женщина, глядя на девушку, что еле сдерживала горькие слезы.
- Мое решение окончательно, не утруждайся. - послышался голос Чон Ха снизу, который привлек внимание обоих. Ари беззвучно усмехнулась, а старшая лишь слегка подтолкнула ее вглубь комнаты, заходя за ней и прикрывая дверь, чтобы сделать из разговор более приватным.
«Что ты себе позволяешь?».
- Извини, я не хотела, чтобы твой отец услышал нас. - она заправила прядь волос за ухо и кашлянула.
«Единственное, что он слышит, так это твои сладкие речи».
- Слушай, я правда хочу поладить. Я не смогу причинить тебе боль. - тихо сказала Гаин и было не ясно какого мотива она придерживается. Скорее, втереться в доверие и младшей, дабы дальше никто не мог мешать ей, вставляя палки в колеса.
«Уходи. Думаешь, я не в курсе, что ты просто хочешь избавиться от меня?».
- Ари, нет... Кто мог тебе сказать такое? Я просто...- женщина опешила и растерянно похлопала ресницами.
«Обращайся ко мне правильно и прочь из моей комнаты».
Девушка сжала руки в кулаки так, будто вот-вот накинется на нее. Гаин попятилась и позже вышла, оставляя младшую наедине с самой собой.
Та сразу прильнула к двери и закрыла ее изнутри. Затем сползла по ней вниз, поднимая голову в потолок. В уголке комнаты слабо светила маленькая звёздочка, которую они заметили, когда снимали с мамой с потолка наклеенные звезды, светящиеся в темноте. Протянув руку, она достала небольшую коробку из-под кровати и открыла ее, дрожащими руками она достала оттуда тот красный шарф и несмело поднесла его к носу, делая глубокий вдох и набирая запах матери в лёгкие. Она сжала ткань так сильно, что руки побелили, и прижала ее к груди. Свои руки она оставила на коленях, а затем оперлась о них лбом и наконец заплакала. Горькие слезы катились с лица одна за другой, когда она старалась забыть все, что было после этого несчастного пожара, который унес за собой ее единственного родного человека. Иронично, что пожарный всё-таки погиб в пожаре. На губах застыло слово «мама» и больше ничего.
Все вокруг напрягали до дотошной боли в висках, ее единственным способом выйти из этого ада на пару минут были поездки с Баном, которые не только убирали нежелательные мысли, но и дарили спокойствие, по которому она всегда будет скучно. Мамин шарф окунал в тяжелые времена, которая драла душу из-за понимания, что такое больше никогда не повторится. И если бы мама не говорила, что это такое нельзя делать, она бы давно повесилась в своей комнате, отправляясь за матерью.
___________________________
Спойлер к следующей части:
- Хочешь пойти со мной? Гарантирую, что будет весело. Законы нужны, чтобы их нарушать, я говорю это по секрету, так что никому!