Глава 6.
Утро не задалось с самого начала. Настойчивый стук в дверь заставил Кейтлин нервно скинуть одеяло и встать с кровати.
— Зачем ты каждый раз приходишь так рано? — выпалила она, как только распахнула дверь.
— Я делаю то, что было велено, думаешь мне самому доставляет удовольствие таскаться за тобой? — с такой же язвительностью ответил Феликс.
Кейтлин закатила глаза и развернулась, оставляя дверь открытой.
— Тогда перестань.
— Ты готова нести ответственность за мое неповиновение? — с ухмылкой спросил Феликс.
— Душно, — протянула Кейтлин и плюхнулась обратно на кровать, раскидывая руки.
Феликс закатил глаза, но уголки его губ дрогнули, будто он изо всех сил сдерживал улыбку.
— Душно, — передразнил он, шагнув в комнату и захлопывая за собой дверь.
Та захлопнулась с недовольным скрипом.
— Ты вообще когда—нибудь просыпаешься в хорошем настроении?
Кейтлин уткнулась лицом в подушку и невнятно пробормотала что—то, отдалённо напоминающее «отвали».
— Что—что? — Феликс притворно приложил руку к уху, — о, Феликс, ты такой заботливый, спасибо, что разбудил меня, я испеку тебе печенье?
— Ага, именно так и было, — Кейтлин приподнялась, сбросив с головы растрёпанные пряди волос, — только вот печенье будет с ядом.
Феликс фыркнул, но в его взгляде мелькнуло что—то тёплое, настолько быстро, что Кейтлин даже не успела заметить. Он подошёл к кровати и без предупреждения швырнул в неё подушкой.
— Вот тебе завтрак!
Подушка угодила Кейтлин прямо в лицо.
— Ой, прости, — Феликс притворно закатил глаза. — Кажется, моя рука соскользнула.
Кейтлин медленно опустила подушку, её глаза сверкнули.
— Ты…
— Я?
— Ты мёртв.
Она рванулась вперёд, подушка в руках превратившись в грозное оружие. Феликс едва успел отпрыгнуть, но удар всё же задел его по плечу.
— Эй, это нечестно! — засмеялся он, хватая вторую подушку с кровати.
— Война никогда не бывает честной! — Кейтлин вскочила на кровати, чтобы занять высоту, и нанесла удар сверху.
Феликс увернулся, но не рассчитал — его нога зацепилась за ковёр, и он с грохотом рухнул на спину. Кейтлин не упустила момент и тут же уселась ему на живот, прижав подушкой к полу.
— Сдаёшься? — торжествующе спросила она, слегка запыхавшись.
Феликс замер. Его глаза, обычно такие насмешливые, вдруг стали серьёзными. Он смотрел на неё: на её растрёпанные волосы, на румянец на щеках, на озорной блеск в глазах.
— Возможно, — пробормотал он, и голос его звучал чуть глубже, чем обычно.
— Ха! Значит, я победила! — Она с триумфом подняла руки вверх.
Феликс тут же воспользовался моментом — резко перевернул её и теперь уже сам оказался сверху, придерживая её запястья.
— Не спеши праздновать, Джонс.
Они замерли. Где—то за окном кричали птицы, а в комнате вдруг стало слишком тихо.
— Ладно, хватит дурачиться, — проговорил он, поднимаясь на ноги, — Пэн ждёт.
Кейтлин вымученно вздохнула и растянулась на ковре.
— Ну, если король зовёт….
— Кейтлин, не вынуждай меня вытаскивать тебя силком, — он подошел к двери и открыл ее, впуская в комнату теплый ветер, — давай быстрее, а то опять заснёшь.
Он вышел и остановился на маленькой веранде.
— Я жду тебя внизу.
Кейтлин провожала его взглядом, пока он не скрылся за дверью. Затем медленно поднялась с пола, отряхиваясь. Она подошла к зеркалу, висевшему на стене. Растрепанные волосы, разгоряченные щеки, глаза, все еще блестящие от азарта. Собственное отражение заставило ее тихо хихикнуть.
В шкафу, стоявшем в доме Пэна она обнаружила холстяную рубашку бледно зеленого цвета, длинное полотнище, напоминающее юбку на запах, и нечто, походившее на босоножки с завязками, обвивающими ноги.
— Приготовил что—то специально для меня, какая прелесть, — разглядывая вещи протянула Кейт.
Удовлетворенно хмыкнув, девушка принялась переодеваться.
Кейтлин покрутилась перед зеркалом, оценивая свой новый наряд. Рубашка свободно ниспадала до бедер, а юбка—полотнище, перехваченная простым шнуром на талии, создавала ощущение чего—то древнего, почти мифического. Босоножки же оказались на удивление удобными, кожаные ремешки мягко обвивали лодыжки, не сдавливая, словно были сшиты специально для нее.
— Джонс! Если ты не выйдешь в ближайшие пять секунд, я подожгу дом! — донесся голос Феликса.
Кейтлин закатила глаза и, сделав последний взгляд в зеркало, вышла на веранду.
— Посмотрим, что на это скажет его хозяин, — Кейтлин спустилась по ступенькам, чувствуя, как теплый ветерок играет с подолом юбки.
Феликс ждал ее у подножия дерева, прислонившись к стволу и перебрасывая в руках маленький нож. Лезвие ловило солнечные лучи, сверкая, как холодная звезда.
— Ну наконец—то, — проворчал он, увидев ее, — я начал думать, не решила ли ты проспать весь день.
— А что, можно?
— Только если хочешь, чтобы Пэн лично пришел тебя будить, — он бросил нож в воздух, поймал его за рукоять и спрятал за пояс, — и поверь мне, ты этого не хочешь.
Феликс застыл, оценивающе оглядывая девушку, его пальцы замерли на рукояти ножа. Взгляд скользнул по бледно—зеленой ткани рубашки, задержавшись на миг дольше необходимого.
— Недурно.
— Какая щедрость на комплименты, — Кейт наигранно захлопала ресницами.
Феликс закатил глаза и обошел Кейтлин. Он взял полоску темной ткани и на мгновение замер, словно колеблясь.
— Не дергайся, — пробормотал он, его дыхание коснулось ее виска, когда он наклонился ближе.
Кейтлин почувствовала, как мягкая ткань легла на ее глаза. Пальцы Феликса скользнули по ее вискам, собирая непослушные пряди волос, прежде чем завязать узел на затылке. Его прикосновения были удивительно бережными, не слишком туго, чтобы не причинять дискомфорта, но и достаточно плотно, чтобы повязка не сползла.
— Ты что, боишься меня поранить? — пошутила Кейтлин, но голос ее звучал чуть неуверенно.
Феликс не ответил. Вместо этого его рука неожиданно нашла ее ладонь, сильная, с шершавыми мозолями от постоянных тренировок с оружием. Он переплел их пальцы, будто боясь, что она споткнется.
— Хватит ерничать, — несмотря на упрек в голосе, он аккуратно, почти нежно потянул ее за собой, — пойдем.
Кейтлин фыркнула, но промолчала. Они двинулись в сторону джунглей, где узкая тропинка вела к лагерю Потерянных.
— Кстати, о Пэне… — Феликс бросил на нее косой взгляд, — вчера после вашего разговора он был… несколько не в себе.
— О, значит, я не одна такая? — Кейтлин притворно удивилась.
— Он вернулся молчаливый и слегка не нервах, — Феликс проигнорировал ее сарказм, — и потом всю ночь пропадал где—то.
— Может, просто передумал играть в короля и решил стать отшельником?
Феликс резко остановился, заставив Кейтлин споткнуться. Его пальцы сжали её запястье чуть сильнее.
— Ты не понимаешь, — его голос стал низким, почти угрожающим, — когда Пэн в таком состоянии, это всегда заканчивается плохо. Для всех.
— Значит, твой драгоценный король не умеет контролировать свои эмоции? Какая жалость, — намеренно слащаво проговорила она.
Феликс резко развернул её к себе. Даже сквозь повязку Кейтлин почувствовала, как его взгляд прожигает её насквозь.
— Ты играешь с огнём, Джонс, — прошипел он.
— Где то я это уже слышала…, — задумчивым голосом произнесла Кейт.
Феликс устало выдохнул и вновь потянул девушку за собой.
— Доиграешься, Джонс.
Феликс остановился на краю лагеря, где густая листва джунглей уже редела, уступая место расчищенной поляне. Он слегка сжал пальцы Кейтлин, словно предупреждая, и шагнул перед ней.
— Держись ближе, — пробормотал он.
Кейтлин фыркнула, но не успела ответить, как его руки уже коснулись её затылка. Пальцы Феликса скользнули по узлу повязки. Ткань соскользнула, и тёплый свет, пробивающийся сквозь кроны, ударил по лицу.
Лагерь потерянных встретил их шумом и хаосом. Мальчишки карабкались по деревьям, перекрикиваясь, кто—то дрался на самодельных мечах, а у костра двое что—то жарили на палках, слишком увлечённо споря, чтобы заметить новоприбывших. Воздух был пропитан дымом, смехом и запахом земли.
Феликс сделал шаг вперёд, и тут же несколько голов повернулись в их сторону.
— Эй, Феликс! — кто—то крикнул. — Опять нянькаешь пленницу Питера?
— Лучше, чем нянькать твой тухлый улов, Джон! — огрызнулся Феликс, но уголки его губ дёрнулись.
— Проснулась.
Голос прозвучал прямо за её спиной. Кейтлин резко обернулась.
Он стоял, скрестив руки, и его глаза — холодные, как лезвие ножа — медленно скользнули с Кейтлин на Феликса.
— Надеюсь, с размером не ошибся, — повторил он, и в его голосе внезапно появилась опасная мягкость, — хотя, судя по тому, как вы оба выглядите, сегодня утром вас больше волновало что—то другое.
Кейтлин почувствовала, как Феликс слегка напрягся рядом с ней.
— Она сопротивлялась. Пришлось вытаскивать из кровати силой.
— Ага, — Кейтлин язвительно улыбнулась, — особенно силён был аргумент с подушкой в лицо.
Питер не шевельнулся. Но что—то в его позе изменилось — стало жестче, опаснее.
— Я не люблю повторяться, Феликс, — сказал он тихо, — но, кажется, тебе нужно напоминать правила.
Тишина, натянутая, как тетива лука, повисла между ними. Даже шум лагеря на мгновение стих, будто мальчишки почувствовали напряжение в воздухе. Кейтлин невольно сжала кулаки.
Питер медленно обошел их, его шаги были бесшумными, как у хищника.
— Ты здесь, чтобы следить за ней, — продолжил он, останавливаясь прямо перед Феликсом, — а не… развлекаться.
Феликс не опустил взгляд, но его челюсть напряглась.
Кейтлин не выдержала.
— Он выполнял свои обязанности.
— Это мой остров, Джонс, и каждое дерево здесь…, — его рука вдруг впилась в ее подбородок, резко поднимая голову вверх, — …видит тебя и все происходящее. В его обязанности не входило устраивать игры.
— А что, тебе завидно? — вырвалось у нее прежде, чем она успела подумать.
Питер медленно опустил ее подбородок, и во взгляде его вспыхнуло зеленое пламя.
— Зависть — это для тех, кто не может взять то, что хочет, — произнес он, и его голос стал тише, но от этого только страшнее, — а я лишь напоминаю правила игры.
Затем он выпрямился, и в одно мгновение его выражение лица снова стало беззаботным, как будто ничего не произошло.
Питер уже повернулся к ним спиной, но на последний момент бросил через плечо.
— И, Феликс?
— Да?
— Больше никаких… подушек.
Феликс выдохнул, будто только сейчас вспомнил, как дышать.
— Ты… — он посмотрел на Кейтлин со странным выражением, — ты действительно хочешь умереть?
— Нет. Но мне нравится смотреть, как он пытается решить, хочет ли он убить меня или что—то совсем другое.
Феликс просто покачал головой.
— Пойдём. Пока он не выбрал первое.
День можно было бы назвать ничем не примечательным, не появись на закате в линии горизонта паруса Веселого Роджера.
После происшествия с внезапным появлением пиратов на острове, Питером было принято решение не вовлекать в игры караульных, а потому сейчас о появлении корабля в водах Нетландии все были оповещены заблаговременно.
Лагерь преобразился за считанные минуты. Поляна была зачищена так, что от бывшего кострища не осталось и следа. В немом сосредоточении потерянные натачивали стрелы, сабли, мечи, подвязывали луки и приводили в порядок любое имеющееся оружие.
Кейтлин остановилась перед Феликсом, наблюдая, как последние лучи заката играют на заострённых шипах его дубины.
— Вы действительно ожидаете нападения? — садясь рядом с парнем на бревно, спросила Кейтлин.
— Не думаю, — осматривая свое оружие сказал он, — однако это пираты. Не стоит ожидать, что они не решат выкинуть что—то.
— Чего ради они здесь?
— Не догадываешься? — Питер, вновь возникший из ниоткуда, облокотился на стоящее перед ними дерево.
Кейтлин задумавшись о возможной встрече с братом, брезгливо поморщилась, чем вызвала у Пэна смешок.
— Разве можно так встречать родственников, мисс Джонс? — усмешка украсила его лицо.
Девушка раздражённо отвернулась, уставившись в дубину Феликса.
Темнота уже опустилась на Нетландию, когда пиратский корабль бросил якорь у берега. Кейтлин стояла в гуще деревьев на краю джунглей, скрестив руки на груди, и наблюдала, как по сходням спускаются темные фигуры.
— Ну что, — голос Пэна прозвучал прямо у неё за спиной, заставив вздрогнуть, — готовься к семейному воссоединению.
Кейтлин не ответила. Её пальцы впились в собственные локти, оставляя белые отметины на коже.
— Злишься? — он подошёл к ней, остановившись так близко, что его дыхание касалось её щеки.
— Нет.
— Врёшь.
Она резко повернулась к нему, изумрудные глаза горели в темноте.
— Что тебе от меня нужно, Пэн?
Он улыбнулся, и в этой улыбке не было ничего детского.
— Я хочу посмотреть, как ты сорвешься.
— Разочаруешься.
— Посмотрим.
Где—то впереди раздался шум: голоса, крики, звяканье оружия. Пираты приближались.
— Они наверняка пришли за тобой, — прошептал Пэн, его губы почти касались её уха.
— Тогда мне стоит пойти им навстречу.
Она развернулась и сделала шаг вперёд, но его рука резко схватила её за предплечье. Ее спина оказалась прижата к его груди.
— Не так быстро, Джонс.
Кейтлин попыталась вырваться, но его пальцы сжались сильнее.
— Ты что, боишься, что я сбегу?
— Я боюсь, что ты сделаешь что—то глупое.
— Например?
— Например, попытаешься убить своего брата.
Кейтлин замерла.
— Он этого заслуживает.
— Несомненно. Но не сейчас.
Пэн потянул её за собой, ещё больше скрывая в тени деревьев.
— Почему?
— Потому что я так сказал.
Она фыркнула, но не сопротивлялась.
Впереди, освещённые факелами, пираты уже вышли на берег залива.
Кейтлин почувствовала, как что—то внутри неё сжалось в тугой узел.
— Не двигайся, — прошептал Пэн, его рука легла ей талию.
— Я не собираюсь.
— И не думай даже.
— О чём?
— О мести.
Кейтлин стиснула зубы.
— Ты не имеешь права мне приказывать.
— На моём острове — имею.
Они замерли, наблюдая, как пираты вглядываются в темноту леса.
Через несколько секунд оттуда вышли несколько потерянных во главе с Феликсом.
Феликс шагнул вперед, его поза была расслабленной, но Кейтлин заметила, как плотно пальцы его сжимали рукоять дубины.
— Капитан, — он полностью вышел из тени с театральным поклоном, — какой неожиданный… и совершенно нежеланный визит.
— Феликс, — голос Киллиана звучал слегка насмешливо, — как трогательно, что ты лично вышел нас встречать.
— Ты же знаешь, как мы любим гостей, — Феликс ухмыльнулся, но его глаза оставались острыми, как лезвие, — особенно таких… незаконно вторгающихся.
Крюк медленно обвёл взглядом поляну, пытаясь выцепить знакомое лицо.
— Неужели сегодня я не буду удостоен чести говорить с его величеством королём Нетландии? — раскидывая руки произнес пират.
— Отчего же, пройдем, — Феликс наигранно улыбнулся, жестом приглашая капитана в заросли острова, — однако… свое сопровождение ты оставишь на корабле.
— Боюсь это…, — Киллиан шагнул вперед и окинул взглядом всех потерянных, — будет затруднительно.
— Таково его условие, — отрезал Фил.
— Что ж…, — Крюк развернулся к стоящим позади пиратам, — поднимаетесь на корабль и ждите моего возвращения.
— Но кэп…, — начал было один из них, но замолчал под стальным взглядом своего капитана.
Феликс развернулся и двинулся вперёд, прокладывая путь сквозь густые джунгли. Киллиан следовал за ним, неспешно, будто прогуливался по палубе своего корабля, но глаза его внимательно скользили по деревьям, отмечая каждую тень. Следом шли остальные потерянные.
Кейтлин, наблюдавшая за происходящим из соседних зарослей, развернулась к Питеру. Рука его, лежавшая теперь уже на спине, прижала ее ближе.
— Желаешь посмотреть продолжение спектакля? — наклоняясь к ее уху спросил Питер.
Щеки Кейтлин вспыхнули, когда она вернувшись в реальность, осознала положение в котором находилась.
— Ты… — начала она, но голос предательски дрогнул.
Питер лишь приподнял бровь, его губы изогнулись в насмешливом полуулыбке.
— Что, Джонс? Кажется, ты наконец—то потеряла дар речи? — он наклонился ещё ближе, и его губы почти коснулись её уха, — или просто не знаешь, как реагировать, когда кто—то нарушает твои личные границы?
Кейтлин сжала кулаки, чувствуя, как учащается её пульс.
— Я знаю, как реагировать, — прошипела она, резко толкнув его в грудь.
Но Питер даже не пошатнулся, легко поймав ее запястье.
— О, я в восторге, — его голос звучал как шёпот змеи, — наконец—то искренняя реакция. Не та напускная дерзость, что ты демонстрируешь Феликсу.
— Отпусти, — потребовала она.
— Почему? Тебе не нравится? — он наклонился так близко, что их губы почти соприкоснулись, — или нравится слишком сильно?
Кейтлин резко дёрнулась, пытаясь высвободиться, но он лишь крепче сжал её руку.
— О чем ты только говоришь, чертов придурок, — со всей злостью она рванулась в сторону ещё раз, на этот раз освободившись из его рук.
Питер рассмеялся — низко, почти ласково.
— Наблюдать за тобой все же куда интереснее диалога с твоим братцем, — Питер сделал театральный жест в сторону поляны, — однако взглянуть на кульминацию спектакля будет забавно.
— Невыносим, — прошипела она.
На мгновение Кейтлин закрыла глаза, собираясь с мыслями. Затем, стиснув зубы, прошла в открывшиеся заросли джунглей.
Пэн лишь усмехнулся и последовал за ней.
Они двигались сквозь густые деревья, ветви цеплялись за одежду, словно пытаясь удержать Кейтлин. Питер шёл позади, его шаги были бесшумными, но она чувствовала его присутствие, как будто лёгкое жжение между лопаток.
Лагерь Потерянных уже был виден сквозь деревья. Факелы, расставленные по периметру, бросали тревожные тени на лица мальчишек. Феликс стоял в центре, его поза была расслабленной, но Кейтлин знала — каждый мускул в его теле напряжён, готов к удару.
Киллиан Крюк остановился напротив, скрестив руки на груди. Его красный камзол казался чужеродным пятном среди зелени джунглей.
— Ну что, капитан, — раздался голос Феликса, — ты так и не объяснил, зачем пожаловал.
— Ты знаешь, — поговорил Киллиан.
— Если бы знал, то вряд ли водил бы тебя по джунглям.
Киллиан усмехнулся.
— Ты хороший лжец, Феликс, но не настолько, чтобы обманывать меня, — Крюк окинул взглядом поляну, — впрочем..., говорить я буду все равно не с тобой. Где Пэн?
— Вот уж не думал, что ты будешь так жаждать встречи со мной.
Питер вышел из тени деревьев, его зелёные глаза сверкали в свете факелов.
— Быстро ты оправился, — насмешливо сказал Питер, окидывая взглядом капитана.
— Слезы русалок, — разводя руками, весело ответил капитан, — воистину чудодейственное средство.
Питер усмехнулся, но в его глазах не было ни капли веселья.
— И что же вновь привело тебя на мой остров, Крюк? — он сделал шаг вперёд, — срок твоей службы еще не истёк.
Питер медленно обошёл Киллиана, его шаги были лёгкими, почти невесомыми, но каждый звук отдавался напряжённым эхом в тишине лагеря.
— Ты хочешь забрать её, — произнёс он, наконец останавливаясь прямо перед капитаном.
Киллиан не моргнул.
— Она моя сестра. Моя кровь.
— А кровь, как известно, легко пролить, — Питер сделал шаг вперёд, и теперь между ними оставалось меньше метра, — особенно если ты уже мастер в этом.
Киллиан не дрогнул, но в его взгляде что—то вспыхнуло — ярость, вина, или что—то ещё, что он давно запер в глубине себя.
— Я не для того пришёл, чтобы играть в твои словесные дуэли, Пэн.
— Тогда зачем? — Питер развёл руки, — убить меня? Забрать сестру силой? Или, — его голос стал тише, — ты надеялся, что она просто простит тебя?
Киллиан стиснул зубы, его единственная рука сжалась в кулак.
— Она не принадлежит этому острову, — прорычал он.
— А тебе? Ты думаешь, что после всего, что ты сделал, она захочет вернуться к тебе? — Питер улыбнулся, и в этой улыбке было что—то хищное, — как насчет сделки?
— Я не стану играть по твоим правилам, Пэн.
— О, я тебя удивлю. Правила буду диктовать не я, — Питер прищурился, взглянув на капитана исподлобья, — она.
Киллиан нахмурился, его глаза сузились.
— Что ты задумал?
Питер не ответил. Вместо этого он повернулся к зарослям, откуда только что вышли они с Кейтлин.
— Мисс Джонс, — позвал он, его голос звучал почти игриво, — не желаете присоединиться к нашей увлекательной беседе?
Тишина.
Затем ветви раздвинулись, и Кейтлин вышла на поляну. Она остановилась рядом с Пэном, скрестив руки на груди.
— Ну вот, — Питер улыбнулся, — теперь мы все в сборе.
Киллиан попытался сделать шаг к сестре, но наткнулся на дубину Феликса, Лицо капитана на мгновение дрогнуло — что—то неуловимое, почти человеческое.
— Кейтлин. Ты не останешься здесь.
— Почему? Потому что ты так решил? Или потому что тебе вдруг стало стыдно?
Киллиан сжал челюсть.
— Я не собираюсь оправдываться.
— Конечно нет. Ты просто пришёл забрать меня, как будто ничего не случилось.
Питер наблюдал за ними, его глаза блестели от азарта.
— Вот только, ответь на один вопрос? Зачем? Зачем спустя десять лет тебе вдруг понадобилось мое присутствие в твоей жизни? Ты не намерен играть в счастливое воссоединение, что для тебя семейные узы? Пустой звук. Ты ведь хочешь сбросить тяжесть вины с плеч. Или, может, тебе просто стало одиноко в твоем королевстве из обломков и предательства?
Тишина повисла между ними, густая, как туман. Даже ветер стих, будто затаив дыхание.
Питер наблюдал, его губы слегка приподнялись в улыбке. Он наслаждался этим разрывом, болью, тем, как старые раны кровоточат с новой силой.
Киллиан закрыл глаза на мгновение, словно собираясь с мыслями.
— Я не прошу прощения, — продолжил он, игнорируя её сарказм, — и не жду, что ты просто забудешь. Но ты не можешь оставаться здесь.
— Почему? — она вскинула голову, — потому что ты боишься, что Пэн превратит меня в такого же монстра, как ты?
Питер рассмеялся.
— О, мисс Джонс, вы льстите мне.
Киллиан не отреагировал. Его взгляд был прикован к сестре.
— Потому что этот остров — ловушка. Он меняет людей. Высасывает из их души все человеческое.
— А что в твоей осталось человеческого? Ты так печешься о моей душе, но забываешь, что твоя давно прогнила насквозь. Как смеешь ты, сын, убивший собственного отца, оставивший меня сиротой, размышлять о человеческом.
Тишина стала гуще, тяжелее, будто сам воздух острова втянул в себя все звуки, оставив только звенящую пустоту.
Киллиан побледнел. Его единственная рука сжалась так, что костяшки побелели.
— Ты... — голос его сорвался, стал хриплым, — ты не знаешь, о чем говоришь.
Кейтлин засмеялась. Это был не её смех, горький, колючий, отравленный.
— Не знаю? — она сделала шаг вперед, и тени вокруг неё сгустились, будто тянулись к её силуэту.
Киллиан дрогнул.
— Я не мог....
— Не мог? — она вскинула руки, и воздух вокруг них задрожал, — или не хотел?
— Ты права. Я не заслуживаю прощения. Но ты... ты заслуживаешь большего, чем стать его игрушкой.
Питер рассмеялся.
— О, капитан, ты так трогательно наивен.
Кейтлин не слушала. Что—то внутри неё рвалось наружу. Черное. Бесконечное.
— Убирайся.
Её голос раскололся, человеческий и нечеловеческий одновременно.
Тени сгустились вокруг Кейтлин, как живые. Воздух затрепетал, словно не выдерживая напряжения.
За спиной Кейтлин распахнулись черные крылья: огромные, как ночь, перья, чернее самой бездны, рассыпались в воздухе, словно вырвавшись из невидимых оков. Они не просто появились, они разорвали пространство, оставив за собой следы искаженного света.
Киллиан отпрянул. Его глаза расширились и наполнились таким ужасом, какого он не испытывал едва ли не за всю жизнь.
— Что ты... — голос его оборвался.
Питер замер. Его зелёные глаза горели триумфом. Он наблюдал, как тьма пульсирует вокруг Кейтлин, как крылья, будто живая тень, обволакивают её фигуру.
— Вот оно, — прошептал он, и в голосе его звучало почти благоговение.
Феликс схватился за дубину, но не сделал ни шага. Его пальцы дрожали.
Кейтлин не шевелилась. Она стояла, окруженная тьмой, её глаза, теперь полностью чёрные, были устремлены на брата.
— Ты боишься, — её голос был чужим. Глубоким, многоголосым, будто из бездн, — тебе должно быть страшно.
Киллиан попытался сказать что—то, но звук застрял в горле. Его рука инстинктивно потянулась к сабле.
Она взмахнула крыльями. Ветер ударил с такой силой, что пират отлетел назад, едва удержавшись на ногах. Потерянные замерли, некоторые упали на колени, закрывая лица. Даже Феликс пригнулся, вцепившись в землю.
Только Питер стоял неподвижно. Его волосы развевались, но улыбка не сходила с губ.
Голос Кейтлин прозвучал уже ближе к её обычному, но с примесью чего—то чужого. Она сжала кулаки, и крылья за её спиной дрогнули.
— Убирайся с этого острова. И никогда не возвращайся.
Киллиан выпрямился. В его глазах боролись страх и упрямство.
— Я не оставлю тебя с ним.
Питер рассмеялся.
— О, капитан, ты уже опоздал.
Кейтлин взмахнула рукой. Мимолетное движение, таящее в себе нечеловеческую мощь. Тьма рванулась от неё волной, ударив Киллиана в грудь. Он отлетел на несколько метров, рухнув на землю с хрипом.
— Кейт! — крикнул Феликс, но тут же замолчал, будто осознав, что это уже не она.
Но Кейтлин услышала. Крылья дрогнули и рассыпались в чёрный песок, исчезая в воздухе. Глаза снова стали обычными, зелеными, только теперь они были полны непонимания.
Питер шагнул вперёд.
— Довольно.
Питер поймал Кейт, прежде чем она рухнула на землю. Она была лёгкой, будто вся её ярость вытянула из неё силы. Веки девушки дрогнули и опустились.
Пэн посмотрел на Киллиана, медленно поднимавшегося с земли.
— Ты получил свой ответ, капитан.
Крюк вытер кровь с губ. Его взгляд перешёл с Питера на Кейтлин, и в нём было что—то сломленное.
— Что ты с ней сделал? — его голос был хриплым.
Питер не ответил сразу. Он держал Кейтлин на руках, её тело безвольно обвисло, словно кукла с перерезанными нитями.
— Я? — наконец произнёс он, и в его голосе звучала ядовитая усмешка, —ничего. Это её истина.
Киллиан сжал кулаки.
— Уходи, Крюк, — резко бросил Питер, — пока можешь.
Капитан замер. Его взгляд метался между ними, между вечным мальчиком и девушкой, в чьих жилах текла тьма.
— Я не оставлю её.
— Ты уже сделал это, — прошипел Питер, — десять лет назад.
Киллиан вздрогнул, будто от удара.
— Она моя сестра.
— Она не твоя. И никогда не была.
— Я вернусь.
Питер улыбнулся — широко, безумно, по—детски.
— Попробуй.
Киллиан задержал взгляд на Кейтлин ещё на мгновение, на её бледном лице, на дрожащих ресницах. Потом резко развернулся и зашагал прочь, растворяясь в зелёном мраке джунглей.