Say my name [18+]

Небо над Сеулом уже потемнело, алые всполохи заката несколько минут назад в последний раз осветили облака и исчезли за многоэтажками, погружая город в сумерки. Но времени суток не ощущалось: яркие огни вывесок и билбордов пестрели красками и освещали город.

Служебная машина полиции медленно катила по улицам, Чанбин мычал под нос мелодию песни, которая играла по радио. Хёнджин смотрел в окно на людей, что шли по тротуару, выходили из кафе и магазинчиков, ждали автобуса на остановке. Рука парня легонько придерживала спящую девушку, которая не проснулась даже тогда, когда автомобиль проезжал по искусственной дорожной неровности.

Маленький купидон хихикнул и подул на свою ладонь. С неё розовой пылью что-то полетело к девушке и окружило её невидимым облаком пьянящих грёз-воспоминаний.

Эту пыльцу купидон стащил у Джисона и немного с ней похимичил, добавив ингредиентов для расслабления. Надоедливый и гордый ангел-хранитель до сих пор не догадывается, что стал жертвой этого беспредела. Но купидону не стыдно, он всего лишь восстановил справедливость и подготовил почву для сближения подопечных. Джисону это будет уроком на будущее — нечего хранить чужие воспоминания у себя в кармане!

Серьга в ухе подростка завибрировала. Это главный купидон вызывает в офис. Парень вздохнул: наверняка кто-то из новичков натворил дел, а головомойку устроят всем кураторам.

Когда купидон исчез, Хёнджин обернулся к Найн. Через каких-то пару минут они подъедут к её дому, если верить голосу навигатора, и было бы неплохо, если к тому времени девушка проснётся. Хёнджин уставился на её макушку и слабо потряс за плечо. Найн что-то промычала, а потом потерлась о него головой, как кошка. Парень замер.

Через несколько секунд она так и не проснулась.

— Найн, — тихо позвал он, снова тряся плечо. — Мы скоро приедем.

Ноль реакции.

— Найн! — позвал он громче, теперь прикоснувшись свободной рукой к её голове. — Ты собираешься домой или как?

Девушка отшатнулась, когда он указательным пальцем ткнул ей в лоб. Она наморщилась, глядя на его палец, а потом надула губы.

— Я хочу домой! — капризно протянула она. — И спать.

Девушка зевнула и откинулась назад на сидении, закрыв глаза. Хёнджин снова потряс её за плечо.

— Не спи, мы скоро приедем.

— Я не сплю, — Найн грозно посмотрела на него, упрямо поджав губы. Но в следующее мгновение её лицо расслабилось, и она снова закрыла глаза.

Машина плавно остановилась у одной из многоэтажек. Улица была знакома Хёнджину, потому что здесь в прошлый раз он высадил девушку.

— Приехали, — он потянул её за руку, надеясь вернуть себе куртку.

Найн одёрнула руку и посмотрела в окно. Долго гипнотизировала высотку взглядом, а потом выдохнула как-то проникновенно:

— Кажется, я пьяна.

— Не ври, — усмехнулся парень. — Ты была в баре всего ничего, ты не могла так быстро напиться.

Девушка зло посмотрела на него и вышла из машины. Хёнджин вышел следом, чтобы подать ей спортивную сумку. На куртку было уже плевать.

— Ничего не забыла? — крикнул он вслед её шатко идущей фигуре. Она даже не обернулась, со спины показав средний палец.

Хёнджин подавил смешок и медленно побрёл за ней, махнув Чанбину, чтобы подождал. Найн шла медленно и по кривой, словно пыталась не потерять равновесие. Парень быстро нагнал её и встал прямо на пути, протянув сумку.

Найн приблизилась, а потом запнулась и чуть не упала, благо Хёнджин успел её словить.

— Чёрт, да ты, похоже, и правда пьяна, — пораженно выдохнул он в её волосы.

Она что-то пробормотала ему в шею. Хван закинул её руку себе на плечо и повёл еле переставляющее ноги тело к дому.

Они застряли на какое-то время у входной двери, потому что Найн четко не могла проговорить пароль. Хёнджину хотелось прислонить её тело к стеночке, чтобы порыться в спортивной сумке и найти ключи, но он не стал этого делать, потому что показалось, что девушка обязательно обидится. Она и сейчас как-то недовольно посматривала на него. Наконец он смог добиться от неё внятных цифр, уже представляя, каково будет с её квартирой.

Нужный этаж Найн назвала с первой попытки, поэтому Хёнджин выдохнул — они почти на месте.

В лифте она откровенно заваливалась на него, и ему приходилось прикладывать силы, чтобы стоять ровно. Бок слегка тянуло, но Хёнджин старался не обращать на это внимания.

Квартира, слава богу, могла открыться по отпечатку пальца. Найн без просьб приложила большой палец к датчику и приоткрыла дверь, когда раздался писк. Хёнджин собирался её отпустить, но чужая рука неожиданно сжалась на шее.

Найн буквально затащила его в квартиру, захлопнула дверь и прижала к ней спиной. Хёнджин пораженно выдохнул, удар был сильным. Свет зажегся автоматически, и парень увидел её поплывший взгляд. Её щёки были слегка розоватыми, и весь этот вид так заворожил его, что он упустил момент, когда она сжала его за ворот. А потом она потянулась вперёд и накрыла его губы своими.

Глаза Хёнджина расширились, а руки замерли, так и не дотянувшись до чужих, что сжимали в кулаках одежду. Своеобразный поцелуй длился секунды. Найн всхлипнула и спрятала лицо в его шее.

— Хочу спать, — пробормотала она, расслабляя кулаки.

Хван мягко взял её руки в свои, медленно выдыхая через нос. Всё это время он не дышал.

Найн прижалась к нему и повисла на шее, своим тёплым дыханием посылая мурашки вдоль позвоночника. Парню пришлось тащить её в спальню. К счастью, дверь в нужную комнату была открыта, и с коридора было видно часть кровати.

Девушка плюхнулась на мягкий матрас, раскинув руки в стороны и заставляя одеяло и куртку слегка приподняться, очерчивая фигуру.

Хёнджин упёр руки в бока и облегчённо вздохнул.

Что ж, он закончил со своей миссией и теперь может вернуться к ожидающему Бину. Найн как-нибудь сама завтра разберётся с грязным постельным бельём. Не раздевать же её в самом деле!

В поле зрения оказались уличные ботинки, и Хёнджин едва не издал жалобный звук.

«Ладно, ботинки можно снять», — успокоил он себя и плавно присел перед ногами девушки, которые свисали с кровати.

Хёнджин старался не думать о своём положении, но руки всё равно предательски дрожали. Он осторожно взял чужую ногу, чтобы расстегнуть молнию сбоку. Найн снова что-то промычала и дёрнула ногой так, что чуть не заехала парню по лицу.

— Не дёргайся! — Хёнджин крепко схватился за её икру, и юбка платья немного съехала по бедру.

И надо было Найн в этот момент приподнять голову и посмотреть на него из-под полуприкрытых век!

С её стороны это, наверное, выглядело чертовски странно: парень на коленях перед кроватью держит двумя руками её слегка задранную ногу.

«Только не смотреть вниз, только не смотреть вниз», — как мантру повторял он себе, глядя ей в лицо. В этот момент он проклинал себя за то, что вообще решил снять с неё обувь, а ещё ругал девушку за то, что она нацепила на себя это блядское платье.

Казалось, прошла вечность. Хёнджин дважды сглотнул, стараясь не двигаться. Найн медленно опустила ногу и откинулась обратно, что-то пробормотав.

Парень не стал мешкать, уже менее аккуратно хватаясь за молнию и стягивая ботинки. Бросив их на пол, Хёнджин резко встал, из-за чего в ушах зазвенело, а раненый бок снова напомнил о себе. Парень охнул, прижав левую ладонь к больному месту.

Хёнджина поглотила боль, и даже в глазах слегка потемнело. Парень зажмурился, выдыхая через нос. Со стороны кровати послышалось шуршание, Хёнджин не стал смотреть, что там творится. Его сейчас волновала рана. А зря.

Найн схватила его за свободную руку и потянула к себе на кровать. Парень не успел среагировать, а потому рухнул, как игрушечный солдатик. Его глаза расширились, и он в последний момент опёрся двумя руками в матрас по обе стороны от головы девушки.

Её, похоже, совсем не волновало, что происходит. Она толкнула его за плечи, и Хёнджин в очередной раз охнул, когда его немного подбросило на мягком матрасе. Девушка завалила его на спину в полусонном-полупьяном состоянии и навалилась сверху, обняв, как какую-то плюшевую игрушку. Хван прижал свободную левую руку к боку и аккуратно проверил целостность швов. Как ни странно, боль отступила мгновенно.

— Найн! — позвал Хёнджин, попытавшись вырваться. Тщетно.

— Не уходи, — прошептала девушка, заставив его прекратить попытки и прислушаться к её бормотанию. — На севере опасно, — раздалось тихо-тихо ему в плечо. А потом она засопела.

Парень попытался ещё раз выбраться из её объятий, но через несколько минут бросил бесполезную затею, устало вздохнув. Он даже не подозревал, что в ком-то может быть столько силы.

Хёнджин достал из штанов телефон и набрал друга.

— Можешь не ждать, — тихо сказал он в трубку и сбросил, не собираясь слушать чужие комментарии.

Телефон отправился обратно в карман. Хёнджин стянул с себя кроссовки, позволив им упасть рядом с обувью Найн.

Усталость накатила волнами прибоя, Хёнджин решил, что отдаться ей — неплохая идея. Уже находясь на грани сознания, он услышал тихое:

— Ты обещал.

Он так и не понял, послышалось ли ему, или это очередной отголосок сна.

***

900 лет назад.

Хёнджин вдыхает полной грудью запах родной земли. Вороной конь под ним всхрапнул и навострил уши, услышав за шелестом листьев отдалённый лай собак. Юный генерал наклоняется чуть вперёд и хлопает верного друга по шее.

— Мы дома, Ибом, — говорит он, и улыбка украшает лицо.

Прошло больше трёх лет, как он покинул дом. Как он покинул её.

Конь послушно поддаётся шенкелям, размеренно шагая по протоптанной дороге. Хёнджин прикрывает глаза, делая ещё один почти опьяняющий вдох. Теплое чувство радости теснится в груди, отгоняя болезненные воспоминания.

Каждый раз, когда его меч сталкивался с мечом врага, а жизнь была под угрозой, Хёнджин представлял спокойные поля риса, холмы с азалией на горизонте, теплый ласковый ветер, шелест листьев и пение птиц. И даже в самый отчаянный момент, когда руки опускались, когда усталость брала верх, одно воспоминание о том, что он наслаждался этими видами вместе с самой прекрасной девушкой, которая ждала его возвращения, придавало сил.

На войне он повидал многое. Трусость, заставлявшую людей сдаваться, опуская оружие, жестокость, с которой варвары разделывались с попавшими в плен воинами, мужество, с которым некоторые бросались в гущу битвы, вытаскивая раненых товарищей с поля боя.

С самого начала, когда их отправили к пограничному городу, многие понимали, что его не отбить — нужно дать бой кочевникам. Но Его Величество приказал любым способом отобрать крепость, а потом стоять насмерть, не давая врагу снова проникнуть внутрь. В этом не было смысла — спасать там было уже некого. Когда-то неприступный город стал склепом для своих жителей.

Армия кочевников насчитывала десятки тысяч, армия, которую отправили на помощь, едва могла похвастаться тысячью. Среди солдат были совсем юнцы, старые воины, чем-то неугодившие двору, крестьяне и горстка храбрецов, желающих помочь северу.

Его Величество прекрасно понимал, что они все полягут. На то и был расчёт: отвлечь врага, пока с востока мощнейшая армия во главе с наследным принцем заходит с тыла.

Никто не хотел умирать. И генерал Мин Юнги — принц западного удела, прекрасно понимал страх своих воинов. Наверное, поэтому он долго не решался идти в атаку, из-за чего получал гневные письма из дворца, но только ухмылялся, разрывая их в клочья.

Воины только тренировались изо дня в день, совершали короткие вылазки к окруженному городу, но кочевники отчего-то не спешили идти дальше, вглубь страны. Что-то или кто-то удерживал их на месте. Хёнджин не понимал: отчего они держаться за эту крепость? Если план армии наследного принца раскрыли, неужели не логичнее было отступить?

Мин Юнги больше не мог ждать. Он собрал лучших в разведке воинов, среди которых был и Хёнджин, и совсем ещё юный парнишка, успевший поразить всю армию своей находчивостью и спасший множество жизней, военный лекарь Ян Чонин.

Они проникли в стан врага ночью, одевшись в тёмные одежды одного из племён. За городскими стенами было тихо и холодно, ветер раскачивал на ветру оставшиеся после осады колокольчики и свисавшие с витрин лавок доски. Варвары абсолютно наплевали на здания таверн, сидели посреди широких улиц у костра, распивали что-то из огромных кувшинов, пели песни и смеялись.

Посреди центральной площади стояли обозы с лошадьми, в городской тюрьме пытали пленников, и повсюду был этот запах гнили и разлагающихся тел. Кочевники не сжигали трупы, не закапывали их в землю, а складировали курганами за чертой города с той стороны, откуда пришли.

Цель маленького развед-отряда была в выяснении обстановки, задачей молодого лекаря — отравить все колодцы в городе. Пока Чонин рассыпал порошки и травы, Хёнджин и ещё несколько парней охраняли его. Самый большой колодец был возле палатки предводителя. Воины обошли его с другой стороны, чтобы не попасться охранникам, хоть и распивающим напитки, всё ещё бодро стоящим на ногах.

И вот, когда Чонин закончил, вся группа замерла, затаив дыхание, когда из палатки вышло двое: мужчина в шлеме в форме крыльев орла и кожаных доспехах — предводитель армии врага, сын Хана Чубэя, Сянфэй; и мужчина в синем ханбоке, расшитым золотыми узорами в форме лотосов — младший принц Корё Ким Юнхо.

Парни широко раскрытыми глазами смотрели, как принц их страны, за которую они пришли умирать, мирно беседовал с их врагом. Будто не было штурма пограничного города, жертв его защитников и жестокости варваров с народом Корё.

В смешанных чувствах они вернулись к генералу Мину и поведали о том, что видели. Мужчина задумчиво кивнул, сцепив пальцы в замок, и отпустил отдыхать. В его шатре всю ночь горел свет.

А следующим утром гонец принёс вести о том, что наследный принц умер по неизвестным причинам, а на армию совершили нападение, и она не придёт в назначенный срок. Генерал Мин слушал вести с каменным лицом, в то время как окружающие его помощники бледнели. Группа разведчиков была в этом же шатре — генерал собирался дать им какое-то поручение.

После того как гонец покинул шатёр, мужчина встал и глубоко вздохнул.

— У нас не осталось выбора, — обратился он к своей правой руке, младшему генералу седьмого ранга Чон Чонгуку.

Хёнджин слышал от кого-то из солдат, что младший генерал был родом из этих мест.

Тишина затянулась, Чонгук ждал прямого приказа. Вся его фигура была напряжена.

— Сжечь город, — приказал генерал. — Выкурим их из крепости, — он подошёл ближе к подчиненному и положил руку на его плечо, заглядывая в холодные глаза. — Приготовиться к битве: мы не дадим этим крысам пройти дальше.

— Но пленные... — тихо сказал кто-то из военных.

— Если выживем, похороним их с честью.

Никто не посмел перечить.

Когда солнце было высоко в небе, Хёнджин в компании с уже знакомыми парнями стоял в нескольких чжанах от стен города, где были враги. Они сидели в кустах, с яростью глядя на дозорных.

Чхве Сан снял их тремя выстрелами аккурат в голову. Все они натянули тетиву своих луков посильнее. Горящие стрелы взмыли в воздух с тихим свистом.

Хёнджин не помнит, сколько выстрелов им пришлось сделать, но они прекратили, когда Сан скомандовал разливать жидкий огонь на западные ворота. Они действовали по плану, когда подул ветер с запада. Своими порывами он перебросил пламя на ближайшие здания — западные ворота были торговыми, сразу за ними начинался рынок.

Послышалась ругань, в небо поднимался дым. В воздухе раздался знакомый вой труб. Армия во главе с генералом Мином встала перед главными воротами города.

Запахло гарью, копоть взлетала высоко и оседала на траве. Через несколько мгновений ворота открылись, и конница с боевым кличем двинулась в сторону армии Мина.

Ту битву Хёнджин помнил смутно, его сковал страх: выбегающие из горящего города враги были яростными, словно демоны. Их было целое море, нескончаемый поток быстро движущихся мишеней.

Земля пропиталась кровью, тела лошадей и людей мешались под ногами. Вокруг было шумно: удары мечей, крики воинов и ржание коней — всё это засело в ушах густым гулом. Привкус соли и металла на языке кружил голову. Солнце нещадно палило, и дышать становилось всё трудней.

Хёнджин вдруг захотел пить, окунуться голышом в родниковую воду, спрятаться в тени деревьев или тех же кустов, но он не мог. Приходилось стискивать зубы и держать меч покрепче, уворачиваясь от вражеского оружия.

Хорошо, что накануне ночью они отравили воду. Некоторые скакуны падали замертво, придавив собой хозяев.

Прошло много времени, прежде чем снова раздался вой рога, и Хёнджин вздохнул с облегчением: армия наследного принца прибыла…

Ибом дёрнул головой, потянув поводья и вырывая Хёнджина из воспоминаний о первой битве. Конь не участвовал в том сражении, матушка выслала его позже как подарок сыну за то, что выжил. И уже бок о бок с Ибомом Хёнджин принял участие в других битвах, пока конь не повредил ногу.

— Что, так не терпится в родную конюшню? — посмеялся молодой мужчина.

Конь слегка ускорил шаг, словно подтверждая.

Спустя полтора года войны на севере, ханьцы наконец предложили помощь. Взамен Её Высочество, принцесса Рюджин, должна была выйти замуж за младшего сына императора.

Помощь была оказана — совместная армия откинула кочевников обратно в степи, однако те не сдавались. Хёнджину, уже дослужившемуся до младшего генерала шестого ранга, выпала честь сопровождать экипаж принцессы через границу.

Парню выдали новую лошадь — покорную Мубёль, пока Ибом подлечивался в военной конюшне. Он грустно улыбнулся, вспоминая гнедую подругу, что довезла его до подножия горы, у леса рухнув замертво.

Наверное, чудо позволило их с принцессой лошадям столько продержаться…

Ибом снова дёрнул головой, и постарался ухватить губами высокую траву.

— Ну-ну, дружище, потерпи до дома! — рассмеялся Хёнджин.

В небе пели птицы, солнце ласкало кожу, а ветерок мягко ворошил волосы. Хван спрыгнул с коня и повёл его под уздцы вдоль дороги, рассматривая переливы солнечных лучей на деревьях, цветах и дороге. Счастливая улыбка тронула губы.

Он вернулся домой. Он сдержал обещание.

________________
Если не сложно, напишите, пожалуйста, как вам работа. Хочется хоть какой-то обратной связи. Вдруг я что-то делаю не так и сюжет не интересен?