Say my name [18+]

900 лет назад.

Много розовых лепестков летели по воздуху, устилали покрывалом землю и путались в молодой траве у пруда, который находился в отдалении от городских стен. Послышался девичий смех, затем к нему прибавился ещё один и ещё. Недалеко от пруда, расстелив тёплые покрывала, сидела маленькая группа девушек. Каждая из них была одета в шёлковый ханбок, их головы украшали не только лепестки вишни, но и различные цветы. Девушки смеялись, пели песни, рассказывали истории и вкалывали в свои косы хризантемы, форзиции, азалии и многие другие цветы, которые смогли раздобыть к празднику.

Йеджи было не смешно, она словно выпала из этой атмосферы. Её мысли занимал молодой человек, который накануне попросил расшить для него платок. Скоро она должна вручить его, однако сердце всё не унималось.

Конечно, она помнила его: сорванца, который пробрался во двор её семьи, чтобы стащить сливы. Тогда, ещё в детстве, Йеджи догнала его и отругала. Он был не слишком рад тому, что она оттаскала его за уши... Девушка запнулась.

- С Вами всё в порядке? - спросила соседка.

Йеджи отрицательно качнула головой и спрятала красные щёки прохладными ладонями.

- Тебе плохо? - встрепенулась Юна - её лучшая подруга, и приложила руку ко лбу. - Хм... Вроде жара нет, - задумчиво протянула она и сощурила глаза.

- Со мной всё хорошо, - пискнула Йеджи, избегая чужого взгляда.

Она не могла рассказать ей о том, что было в мыслях. Слишком стыдно. Тем более подруга явно не оценит такого «нездорового» интереса к мужчине. По мнению Юны, слишком мало прав у них, женщин, чтобы думать о чём-то кроме свободы, и ни один мужчина не заслуживает того, чтобы о нём думали в любую свободную минуту. По крайней мере, пока не докажет обратное. За это Юну не любили многие свахи, пророчили ей безбрачие и позор, но девушка плевала на всех. Йеджи ею восхищалась, однако не до конца понимала. Как она планировала быть счастливой будучи одинокой?

- Точно? - голос Юны упал до глубокого, девушка отстранилась и с ещё большим подозрением осмотрела её.

- Точно, - кивнула Йеджи, улыбнувшись. Платок словно прожигал карман её чима (или «чимы»? юбка типа.)

Девушки отвлеклись на звук гонга - фестиваль цветов вот-вот начнется. Йеджи тихо выдохнула.

Все юные дамы резко подскочили с земли и спешно засобирались. Служанки только снисходительно улыбнулись своим госпожам, наблюдая за их финальным прихорашиванием и лёгким волнением: мужчины, с которыми они проведут фестиваль, могут сделать им предложение в ближайшее время.

В их городке часто бывало, что после фестиваля цветов играли свадьбы, почти всё лето. Естественно, каждая из девушек желала выглядеть в этот праздник потрясающе, чтобы окончательно покорить своего спутника. Даже Юна, хоть её никто и не пригласил любоваться цветами.

Когда они вошли в город, в толпе Йеджи сразу заметила его. Сердце бешено застучало.

Неужели тогдашний сорванец мог вырасти таким красавцем?

Они виделись в прошлом ещё несколько раз: когда он вернулся со всякими побрякушками, чтобы извиниться за сливы, и ещё раз, чтобы узнать, кто из них ловчее. Естественно, в соревновании по бегу он проиграл: Йеджи была довольно шустрой, несмотря на то, что мать пыталась воспитать в ней достойную дочь торговца, заставив носить кучу неудобной одежды. А теперь оказалось, что тот мальчишка знатных кровей.

Йеджи прикусила губу, когда их взгляды встретились. Ей было невероятно стыдно за свои прошлые поступки.

Помнит ли он девчонку, несколько раз смеявшуюся над ним? Наверное, он ненавидит Йеджи, поэтому решил подстроить какую-нибудь гадость на фестивале цветов.

Вот дура, могла бы сказать, что уже согласилась с предложением господина Ли.

Он улыбнулся и направился к ней сквозь толпу. Спутниц унесло потоком людей, а Йеджи не сдвинулась с места, застыв словно дичь перед охотником.

Наконец он встал напротив неё, ещё раз обворожительно улыбнулся и протянул руку ладонью вверх. Йеджи уставилась на его пальцы, которые маячили перед носом, и нахмурилась, словно решала трудную загадку.

- Кхм, кхм, - прокашлялся он. - Я жду Ваш платок, - девушка осмелилась взглянуть на его лицо и заметила, как слегка поалели его щёки.

- Я помню Вас, - дрожа и на грани слышимости сказала она, сжав платок в руке. Его глаза засияли, но он не спешил ничего говорить, только с улыбкой чуть-чуть склонил голову. - Вы пытались стащить сливы моей семьи.

Как она боялась произносить эти слова! Однако ожидаемого шторма ругани не последовало. Он лишь хмыкнул и согласно кивнул.

- Я думал, ты уже забыла про меня.

Йеджи удивилась, услышав тепло в его голосе.

- Мы уже опустили формальности? - поинтересовалась она, снова посмотрев на его протянутую ладонь. Щёки опять горели.

- Вы против? - прозвучало напряженно.

- Вы не сказали, как Вас зовут, - тихо, но твёрдо произнесла она, выделяя обращение. - Я не против, но Вам не кажется, что мы для начала должны быть знакомы?

- Хёнджин, - просто сказал он. - Хван Хёнджин.

- Йеджи, - улыбнулась она, глядя ему в глаза, и вложила наконец платок в его руку. Он сжал его в кулаке, а потом приложил к сердцу, с каким-то облегчением вздыхая.

- Знала бы ты, как я счастлив, - девушка в очередной раз удивилась, когда он неожиданно взял её за руку и повёл вглубь толпы. Увидев её выражение лица, он засмеялся громко и заразительно, от чего на сердце потеплело. - Когда-нибудь я тебе расскажу.

***

Наши дни.

Йеджи вскакивает с кровати, тяжело дыша. По спине скатываются капельки пота. Сон-воспоминание всё ещё стоит перед глазами, затрудняя дыхание каким-то доселе неведомым чувством. Что-то щекочет шею, Йеджи шмыгает носом и касается кончиками пальцев влажного места, ведёт ими к щеке, глазу и удивлённо охает, понимая только сейчас, что плачет.

Вздыхает ещё раз, прикусывая нижнюю губу, смотрит в одну точку перед собой, пытаясь остановить лавину, которая готова обрушится в любой момент. Йеджи моргнула один раз, второй, третий - лавина обрушивается на неё, и она утыкается в ладони и откидывается назад на кровать. Грудная клетка ходит ходуном, выталкивая наружу всё новые и новые всхлипы. Впервые за девять сотен лет Йеджи так больно и так плохо в душе. Словно там поселился огромный тигр, раздирающий её на части.

Воспоминания не собирались молчать. Она видела под веками всё. Свою жизнь, своё счастье. Хёнджин был её возлюбленным. Он был её миром, смыслом жизни, лучом света во тьме. Хёнджин был для неё всем.

С каждым вдохом эта аксиома пробирается под кожу, вгрызается в сердце и натягивает красную нить так туго вокруг шеи, что Йеджи почти задыхается. Хёнджин, Хёнджин, Хёнджин. Её сорванец, добрый Господин, отважный генерал, прекрасный мужчина. Она знала, что тоже была для него всем. Он смотрел на неё как на самое большое сокровище, крепко держал за руку, дышал полной грудью, вдыхая аромат её волос. Они были счастливы. Оттого и больнее, потому что Йеджи не понимала, как могла оставить его. Своё счастье.

Почему они не были вместе? Что такого произошло?

Если бы кто-то месяц назад сказал бы ей, что она окажется в этой ситуации, она бы не поверила и даже бы рассмеялась в лицо тому, кто осмелился нести такую чушь. А теперь Йеджи не знала, что делать. Даже если Хёнджин являлся её возлюбленным в прошлой жизни, это не меняет того, что в этой у них с самого начала не заладилось.

Йеджи усмехнулась, стерев слёзы и встав с кровати. Судьба поистине жестока, раз у Хёнджина метка смерти, а Йеджи - жнец, посланный за его душой. Есть в этом что-то извращенное, темное и противное, от чего во рту скапливается желчь. Йеджи бежит в туалет сплёвывать. Долгие минуты её выворачивает наизнанку, горло дерёт когтями изнутри. Обида прожигает и слёзы вновь наворачиваются на глаза.

Девушка чувствует отчаяние и безысходность, которые с каждым вдохом наполняют грудь. Но вся буря стихает, когда раздаётся звонок. Йеджи возвращается в спальню, устало плюхается на кровать и берёт трубку, где высвечивается номер Хёнджина.

- Ало.

- С тобой всё в порядке? - спросил Хван вместо приветствия. Йеджи задержала дыхание. - Какой-то голос у тебя хриплый.

Девушка выдохнула.

- Всё окей, просто в горле после сна пересохло. - Она провела ладонью по лицу, пытаясь стереть с него последние минуты. - Чего хотел?

Хёнджин молчал какое-то время, что было странно. Йеджи села на кровати, вглядываясь в стену.

- Это по вчерашнему делу, - наконец выдал он. - Нашли квартиру жертвы.

- Поняла, скоро буду.

Раздались гудки. Йеджи прикрыла глаза, вспоминая как вчера её мир перевернулся. Тогда она всеми силами пыталась сосредоточится на деле, торча вместе с детективами в архивах, зарытая в справочники, чтобы выяснить обстоятельства дела ночного клуба Хондо, пока ждала ответ от агентства недвижимости, через которое жертва приобрела квартиру. Вытащил её оттуда, как ни странно, Хёнджин, и даже соизволил подвезти до дома в довольно позднее время. Йеджи старалась не смотреть на него и больше не разговаривать на отвлечённые от дела темы.

Сегодня предстоит выяснить ещё столько всего. Как жнец Йеджи понимала, что бесполезна. Она не могла выяснить всего о мёртвой девушке, пользуясь своим преимуществом. Не было зацепок, и таковы были условия.

В этот раз перемещение далось с трудом - её вынесло за квартал от полицейского участка, пришлось ловить такси. Добравшись, девушка уже чувствовала себя выдохшейся. Она спала всего четыре часа, а эмоциональная встряска с утра явно не способствовала тому, чтобы привести мысли в порядок.

В участке, у главного входа, Йеджи встречает задумчивый Чанбин.

- Доброе утро, - он немного неловко улыбается, когда девушка подходит. Его взгляд кажется ещё более заинтересованым, после того, как Йеджи уныло приподнимает уголки губ в ответ.

- Доброе.

- Плохо спали? - голос наполнен сочувствием. - Я первое время тоже мучался кошмарами.

Йеджи застыла. Похоже он решил, что дело в жертве и в том, что она видела труп. С какой-то стороны его обеспокоенность была даже милой.

- Капитан Со, - как можно теплее произнесла Йеджи, - я правда не выспалась, но дело тут ни при чём. В конце концов, я - агент, это моя работа.

Чанбин улыбнулся:

- Даже если так. Мы ведь не железные.

Девушка покачала головой, слабо улыбнувшись. Ей нравился этот детектив, он казался тёплым и уютным, как плюшевый медведь. Его слова нашли в ней отклик.

- Спасибо.

Через несколько минут к ним присоединился Хёнджин, который нёс в руках пластиковый стаканчик из-под кофе.

- Отлично, можем выезжать, - сказал он снова вместо приветствия и протянул Йеджи стакан.

- Эм, - растерянно протянула Йеджи, ошалело глядя на него. Чанбин громко фыркнул и отправился на улицу.

- Это тебе, - парень слегка потряс рукой, из-за чего в стакане послышался плеск.

Сердце девушки пропустило удар.

- Ты вчера много трудилась. А учитывая, как быстро ты прибыла в участок, я подумал, что ты вообще не ложилась спать.

Йеджи сглотнула вязкую слюну и двумя руками приняла напиток.

- Как...? - как ты догадался, что я приехала?

Йеджи не нашла в себе сил полностью озвучить вопрос. Но Хёнджин правильно истолковал её взгляд.

- Увидел из окна, как ты вылезаешь из такси.