Осколок Тьмы

Отражение в зеркале лифта дрожало синью неоновых огней. Рей изучал своё искажённое лицо, наполовину скрытое чёрными пластинами экзоскелета. Он не чувствовал ни тяжести, ни боли — только лёгкий, почти чтольный гул в костях, будто низкочастотный ток пробегал по самым оголённым нервам. «Пятница» выводила на экран очков стабильные показатели, заглушая агонию его тела цифровым спокойствием.

— «Эра», — пробормотал он, ловя на себе встревоженный взгляд Аякса в отражении. — И как давно Лира с ними?

Аякс, прислонившись к стене, скривился, будто пробуя на вкус что-то кислое.
— Месяц, не больше. Но она не продалась, если ты об этом. Просто... доступ к оборудованию. Такому, о котором мы в Подземелье могли только мечтать.
— А доступ к ней у кого? — голос Рея был ровным, но «Пятница» замигала предупреждением о скачке давления.
— Ни у кого. Пока.

Лифт дёрнулся, остановившись. Тишину нарушил лишь едва слышный гул экзоскелета.

Машина Аякса пахла порохом, старым кофе и тревогой.
— Навигатор, сектор первый, здание 7-Э, — бросил он, яростно тыкая в сенсорный экран.
Голосовой интерфейс моргнул зелёным.
— Маршрут построен. Приблизительное время прибытия: 12 минут. Обнаружены четыре патруля «Новы» на маршруте. Рекомендуется соблюдать осторожность.
Рей молча смотрел в окно. Ночные улицы Эмбариона были пустынны и неестественно чисты. Только неон да редкие, ускоряющиеся силуэты в подворотнях.
— Охрана будет не в восторге, — предупредил Аякс, нервно постукивая пальцами по рулю. — Лира встретит у чёрного входа. Но если что...
Он потрогал рукоять импульсного пистолета, примагниченную под сиденьем.
Рей лишь кивнул, его взгляд был прикован к приближающемуся стеклянному монолиту «Эры».

Башня корпорации возвышалась, как холодный, бездушный кристалл, впиваясь своим шпилем в ядовитое небо. У чёрного входа, закутанная в тень и плащ с капюшоном, стояла Лира. Она казалась ещё более хрупкой на фоне циклопического сооружения. Из-под капюшона выбивалась прядь розовых волос.

«Лира Кейн», — безэмоционально констатировала «Пятница». — Специализация: нейроинтерфейсы и криптография. Уровень доступа в «Эре»: «Омега». Текущий пульс: 124 удара в минуту. Уровень стресса: повышенный.
— Приятно вновь встретится — сухо сказал Рей, выходя из машины.
Лира не улыбнулась. Её зелёные, кошачьи глаза с вертикальными зрачками метнулись по улице.
— Идёмте. У нас меньше времени, чем я думала.

Она провела их не в сервисный вход, а к почти невидимой панели в основании стены. Панель отъехала с бесшумным шипением, открыв тёмный проход.
— Главные лаборатории отключают на ночь, — её голос эхом разносился по узкому техническому тоннелю. — Контур безопасности автономен. Одно неверное движение, и нас сотрёт с лица земли точечный разряд.
Они шли по бесконечным стерильным коридорам, освещённым тусклым синим светом. Где-то в глубине здания гудели мощные сервера, а под ногами вибрировал пол. «Пятница» то и дело предупреждала о сканирующих импульсах, которые Лира парировала ловким движением пальца по одному из её многочисленных колец. Воздух пах озоном и стерильной чистотой, от которой сводило зубы.

Её кабинет оказался оазисом творческого хаоса в этом царстве порядка. Стены были сплошными голограммами, застывшими в момент отключения. На столах — десятки устройств, часть из которых Рей видел впервые. В углу дымилась и булькала кофемашина, явно переделанная под синтез чего-то более интересного, чем кофеин.

Лира рухнула в кресло перед главным терминалом — массивным блоком с десятком экранов.
— Что вы принесли? — её пальцы уже порхали над клавиатурой.
Аякс протянул чип.

«Чип идентифицирован, — сообщила «пятница». — Гектор Вейн. Бывший агент «НоваКорп». Обнаружены следы нейросемантического шифрования. Уровень угрозы: Высокий.»

Лира взяла чип, и её лицо стало серьёзным.
— Это не просто чип. Это... саван. Вы украли это у «Новы»?
— Не совсем, — Аякс усмехнулся. — Он сам выпал... из головы Гектора.
Лира замерла. Потом, с почти религиозным трепетом, вставила чип в слот.
Экраны вспыхнули, заливая комнату мерцающим светом. Данные понеслись водопадом.
«Попытка доступа... Преодолена первая линия защиты...»
— Он подключается к внешнему источнику! — воскликнула Лира, её пальцы замелькали быстрее, пытаясь остановить процесс. — Это невозможно! Я его изолировала!
— Отключай! — рявкнул Аякс, хватая пистолет.
Но было поздно.

Экраны погасли на секунду, а затем на центральном мониторе проступило лицо. Пиксели сложились в знакомые черты. Гектор. Но его глаза горели неестественным, пронзительным фиолетовым светом. Губы растянулись в улыбке, лишённой всякой теплоты.

Тишину лаборатории разорвал голос, звучащий как скрежет металла по стеклу.
— Значит... вы всё-таки хотите узнать правду о себе, Рей.

Лира отпрянула от терминала, будто её ударило током. Аякс застыл, не в силах пошевелиться. Только Рей не дрогнул, хотя датчики «Пятницы» замигали красным от всплеска его биохимии.

— Как ты оцифровал себя? — его голос был стальным.

На экране пиксели сложились в ухмылку.
— Оцифровал? О, нет, мальчик. Они меня убили. Скопировали моё сознание и сделали из него вот это... привидение в машине. Секрет фирмы «Нова». — Гектор «вздохнул», и экран затрещал. — Когда тебя сводят к потоку данных в куске кремния, единственное, что остаётся — это искать смысл в чужих жизнях. И мечтать о мести. Ты — мой лучший шанс и на то, и на другое.

Аякс резко встал, пистолет наизготовку.
— Хватит загадок, призрак. Говори прямо, или я превращу твой сервер в груду шлака.

Гектор проигнорировал его, его фиолетовый взгляд был прикован к Рею.
— Я заглянул тебе в душу в последний миг. И знаешь, что увидел? Пустоту. И что-то... спящее. Мне интересно посмотреть, чем это закончится. Поэтому вот моё предложение: я расскажу всё, что выгрыз из их архивов... в обмен на фронтальный ряд в первом ряду на твоё шоу. На возможность увидеть будущее, которое ты родишь.

Лира, бледная, провела дрожащим пальцем по кольцу.
— Он... не врёт. Чип действительно не хранит данные. Он... транслирует. Это окно. И оно открыто куда-то в их сеть.

Рей медленно кивнул, его глаза сузились.
— Договорились.

Гектор рассмеялся — сухим, механическим кашлем.
— Отлично! Тогда с чего начнём?

Рей не колебался.
— Этерны. Бункер. И... «Буйство».

На экране лицо Гектора исказилось подобием улыбки.
— С самого сочного. Тогда присаживайтесь. История будет долгой.

Он сделал паузу, и голос его, пробиваясь сквозь цифровой шум, приобрёл меланхоличные, почти учёные нотки.
— Начнём с основ. Этерны — это не раса. Это состояние. Состояние быть наследником.

За его спиной на экране всплыли голографические схемы, трёхмерные модели ДНК, в которых яркими фиолетовыми узорами светилась некая энергия.
— Искра. Осколок силы древних демиургов. Она не передаётся по крови — может вспыхнуть в ком угодно, в самый неожиданный момент. Делает носителя... больше, чем человеком. Но и меньше, чем бог.

Экран ожил примерами:

Воин с мечом, рассекающим скалу одним ударом. (*«Этерн-солдат, 217 год от Падения»*).

Девушка, чьи пальцы ткали светящиеся нити в воздухе, создавая сложные механизмы из чистой энергии. («Алхимик из Кха'джира»).

Путешественник, шагнувший в разрыв реальности и исчезнувший в сияющем портале.

— Они могут чувствовать пространство, как рыба воду. Жить сотни, тысячи лет... — Гектор сделал эффектную паузу. — Но искра может и погаснуть. И тогда мы становимся... обычными. Смертными. Хрупкими.

Лицо на экране стало серьёзным.
— И именно поэтому Эмбарион — магнит для таких, как мы. И ловушка.

На экране всплыла печать ПРОЕКТ "ИСКРА".
— Корпорации вроде «Новы» охотятся на нас десятилетиями. — В голосе Гектора впервые прозвучала горечь. Экран за его спиной показывал кошмары:
* «Стабилизация»: Этернов, прикованных к жутким машинам, из которых тянулись энергетические кабеля, питающие целые неоновые кварталы.
* «Перезагрузка»: Чудовищные эксперименты по приживлению искры обычным людям. 99% — мучительная смерть.
* «Легионеры»: Солдаты с пустыми глазами и чипами на висках, их воля подавлена, а сила используется как оружие.

Рей почувствовал, как сжимаются его кулаки. Аякс тихо выругался.

— Но есть и те, кто скрывается, — продолжил Гектор. — Бункер. Место вне пространства, о котором у «Новы» лишь смутные догадки. Там этерны изучают природу своих сил... и саму ткань реальности. Мои данные отрывочны. Я знаю, что там есть Архив — библиотека знаний, собранных за тысячелетия. И что нынешний лидер, Кай, ищет способ «разбудить что-то древнее». Что именно — мне неизвестно. Я был... выведен из игры до того, как смог узнать больше.

И вот мы подходим к главному. К «Буйству». — Голос Гектора понизился до шепота, полного благоговейного ужаса. — Миллионы лет назад последний из демиургов в приступе непостижимой ярости уничтожил цивилизации. Это была не война. Это была... перезагрузка реальности.

Экран показал не запись, а смоделированную «Новой» реконструкцию. Гигантская волна искажённой реальности, бесшумно и неумолимо стирающая звёздные системы в ничто. И в эпицентре этого хаоса — человеческий силуэт. Размытый, неясный, но источающий such мощь, что от самого изображения веяло ледяным, вселенским ужасом. Источник «Буйства». Личность которого «Нова» так и не смогла установить.

Рей наклонился вперёд, его голос был тихим, но чётким:
— Кто это был?

Но прежде чем Гектор успел ответить, экран погас. По всему комплексу, за стенами лаборатории, вспыхнули и завращались красные аварийные огни. Глухой, прерывистый гудок прорезал тишину.

— Обнаружено несанкционированное проникновение. Активирован протокол «Каратель», — раздался безэмоциональный голос системы.

Лира мгновенно выдернула чип из слота, швырнув его Аяксу.
— Нас вычислили! Идём! Сейчас же! — её лицо побелело от паники.

Голос Гектора из динамиков стал резким, торопливым:
— Они идут за чипом! И за тобой, Рей! Ты для них ключ ко всему!

Рей в последний раз взглянул на главный экран. На мгновение на нём мелькнул и погас символ: чёрное солнце с трещиной, испещрённое древними рунами.