Глава 3. Ло Бинхэ рвется в бой
Время в Царстве Снов течет иначе. Казалось бы, Ло Бинхэ не успел толком повидаться с Шэнь Цинцю - а уже небо с одного края светлеет в преддверии рассвета. И неприятно ноет грудь после пинка, хотя, по идее, никакого физического вреда во сне нанести невозможно. Только повредить рассудок и разрушить разум.
А возможен вариант искажения времени, когда, наоборот, во сне проходят дни и месяцы, когда в реальности минула от силы пара-тройка часов.
Полудемону не составляет труда при желании искажать это в свою пользу - а это значит, то же самое под силу тому, другому. И мысль о том, что тот решит сорвать злость на учителе, ужаснула. Ее даже не хотелось допускать.
Но допустить пришлось, потому что ясен факт: этот другой способен на жуткие зверства по отношению к тому, что для самого Ло Бинхэ священно.
Когда десять минут, отведенные им себе самому для размышлений, истекли, он подскочил с места ночлега и, бросив в сторону Лю Цингэ фразу, вмиг отбившую желание плеваться и сочиться подозрениями, а именно «учитель в опасности», встал на меч.
Для человеческого - и даже обостренного заклинательского, - зрения было слишком темно еще с час, так что Ло Бинхэ выпала неплохая возможность потешить свое самолюбие, выступая в роли язвительного проводника для своего шишу.
Когда дворец Хуаньхуа оказался в поле зрения, освещенный первыми неверными рассветными лучами, Ло Бинхэ был обескуражен чувством, что в одно и то же время узнал это место и не может понять, куда следует направиться в первую очередь - слишком много оказалось к нему пристроено. Поэтому, избегая ненужного внимания стражи, снизился до того, как оказаться замеченным - как и Лю Цингэ, к его чести доказав, что он еще не конченный кретин. Может быть, и пользы от него будет немножко больше той, на какую приходится рассчитывать с учетом его нрава и умственных способностей.
«Стрелка внутреннего компаса» указывала на ту часть дворца, которая спрятана за высокой оградой и о которой полудемон ничего не знал. Ловя нужный момент, он пробежал за спинами стражников у дверей и уже собрался пересечь первый коридор, чтобы добраться до лестницы наверх, как лорд Байчжань схватил его за локоть:
- Эй, ты что собрался делать?!
Ло Бинхэ объяснять ему ничего не собирался - тем более, что время можно потратить с пользой, а не на пустые разговоры. Оглушив, он забросил его на плечо и спрятался в нише в противоположном конце коридора, преодолев его со всей возможной прытью. К счастью, и стражники, и спешащий куда-то слуга, слышавшие их возню, дружно подумали, что это эхо откуда-то извне, и успокоились. Полудемон выдохнул и, злобно глянув на затылок свисающего с его плеча Лю Цингэ, неторопливо пошел вверх по лестнице: «Зря я решил от него не избавляться. Как бы теперь весь план не развалился, - подумал было и тут же фыркнул. - Хотя я даже не придумывал ничего, похожего на план».
Действительно, все, о чем у него получалось думать - это о том, что учителя надо спасти, а также про то, как ему потом показать раскаяние в своей слабости, и выразить рвение в том, чтобы стать лучше. Погорячее показать и посильнее выразить.
При очередном повороте коридора, пинком открыв двустворчатые резные двери, Ло Бинхэ невольно чихнул от сильного запаха цветочных благовоний, ударившего в нос. И, пройдя некоторое расстояние вдоль рядов дверей, вздрогнул от знакомого оклика.
Ша Хуалин! Если она опять голая, то он точно не сдержится и разрубит ее на части, а устраивать кровопролитие еще слишком рано! Распахнув первую попавшуюся дверь, полудемон первым делом, не глядя, швырнул туда Лю Цингэ, а потом забежал сам, захлопнув за собой дверь.
- Мой господин, зачем ты так? - сладко пропела она по ту сторону преграды и - странное дело, - даже не пытаясь через нее проникнуть.
Ло Бинхэ замер, не издавая ни звука, чтобы ненароком не завязать диалога, который может вызвать ненужные подозрения, и всем своим существом вслушался.
- Господи-и-ин, - протянула томно демоница, судя по шорохам, прильнув к двери и потеревшись о нее, - не обижай своим невниманием эту ничтожную рабу... она умоляет о снисхождении к ней и к ее ничтожным желаниям. Ведь она та-а-ак тоскует по господину своих ночных грез и повелителю своих снов...
Раздраженно цыкнув, полудемон решил, что тут уже ничего не поделаешь - и духовной энергией медленно потянул Чжэнъян из ножен, собираясь проткнуть Ша Хуалин прямо через дверь в районе легких и сердца, чтобы не позволить ей поднять шум.
Но, на ее счастье, та секунду еще помешкала по ту сторону, а потом, физически излучая досаду и негодование, удалилась в ту сторону, откуда явилась. Из груди вырвался облегченный вздох.
Итак, следовало теперь откопать лорда Байчжань из горы свитков, свалившейся на него при столкновении со шкафом - и продолжать путь. Но едва Ло Бинхэ развернулся и сделал шаг в нужном направлении, как изумленно замер. Нет, скорее, даже застыл в шоке.
Часть свитков с Лю Цингэ уже успела убрать его младшая сестра, на лице которой читался, наверно, еще больший шок - и это при наличии вуали, наполовину скрывающей его и выражение на нем. Руки Лю Минъянь заметно дрожали при попытке коснуться лица брата - но этого так и не произошло, потому что тот резко вздохнул, мыкнул и явно собрался приходить в себя.
Полудемон не позволил ему этого, подлетев и ударив двумя пальцами по нужной точке на шее. Тогда девушка наконец-то обратила внимание на него, хлопая ресницами, подобными крыльям бабочки, в полнейшем непонимании:
- Мой муж...
- Шимэй Лю*, - поторопился прервать ее Ло Бинхэ, от неожиданности обращения даже сорвавшись на высокую ноту, - дело срочное, прости мою невежливость. Помоги забрать отсюда моего учителя. Отвлеки... другого меня, пожалуйста.
Лю Минъянь, озадачившись еще больше, села ровно, выпрямив спину и надавив пальцем на точку между бровей. Надо отдать ей должное - к происходящей, на ее взгляд, нелепице, она подошла со всей серьезностью.
- Я не понимаю, м...
- Шимэй всегда называла меня «шисюн Ло». Пожалуйста.
- Хорошо, - вздохнув, она пристально посмотрела сначала на своего брата, мирно покоящегося под свитками, а потом - снова на него. - Шисюн Ло, верно ли эта шимэй предполагает, что ты тесно связан с Шэнь Цинцю, которого т... мой муж привел?
Вопреки расхожему мнению о том, что чем более красива девушка - тем меньше у нее ума, Лю Минъянь была известна незаурядностью и стратегическим мышлением, чем, в основном, и заслужила звание старшего адепта пика Сяньшу и место любимой ученицы Ци Цинци. Так что не было ничего удивительного в том, что она сумела связать одну странность с другой.
- Да. Я собираюсь забрать его отсюда, любой ценой, - решительно заявил он. - И пусть шишу Лю сейчас без сознания, поверь, он здесь с той же целью.
- Брат рвется спасать... этого человека... - пробормотала девушка себе под нос с заметной дрожью и качнула головой. - Это действительно невозможный случай. Просто очень сложно в это поверить...
- Почему? - не удержался от вопроса Ло Бинхэ и тут же себя одернул, заметив пелену сдерживаемых слез, сделавших и без того красивые глаза Лю Минъянь еще более красивыми.
Прерывисто вздохнув, она смогла сдержать эмоции и ответила:
- Потому что здесь... Шэнь Цинцю убил моего брата. Я бы не хотела его видеть снова, еще и такого... целого и здорового. Поэтому шимэй поможет тебе, шисюн Ло... а еще поможет потому, что ты позволил ей еще раз встретиться с братом.
Полудемон был бы рад не слышать о том, чего его учитель никогда бы не стал делать, но раз услышал - то этого из головы уже не выкинешь.
Получается, что Шэнь Цинцю все-таки существовал в этой реальности, но совсем другой. Хотя... Память подкинула несколько истершихся от давности воспоминаний о том, как в первый же день, когда его приняли в школу Цанцюн, учитель вылил на него чай, а потом не раз совершал... не самые добрые поступки.
Но потом ведь стало иначе, и тот объяснил, что преследовал только благие цели.
- Впрочем, даже если бы шисюн Ло не попросил моей помощи, шимэй бы сама предложила, - сказала вдруг Лю Минъянь, невесомым жестом поправив волосы. - Я чувствую: то, что происходит сейчас, никак нельзя назвать справедливым. Пусть это лишь мое чутье, оно никогда не подводило.
Искренне благодаря ее, Ло Бинхэ сложил руки перед грудью в нужном жесте и глубоко поклонился:
- Рассчитываю на тебя, шимэй Лю.
Кивнув, та поднялась с пола и, уже было направившись к двери, остановилась:
- И, шисюн Ло, постарайся не швырять моего брата так. Его голове и так нелегко пришлось.
Взвалив его снова на плечо, полудемон тяжело вздохнул:
- Этот шисюн не может ничего обещать.
И уже когда они шли по коридору под озадаченными взглядами охранников-демонов и слуг-людей с видом, словно бы так и надо - нести бессознательного человека, словно мешок картошки, девушка вполголоса обронила:
- Я сейчас подумала, что было бы очень хорошо, если бы мой муж вспомнил, каково быть таким, как шисюн Ло.
- Этот шисюн не понимает, - наклонил тот голову вбок.
Обернувшись к нему так, что вуаль четко обрисовала контуры ее слегка вздернутого носа и острого изящного подбородка, Лю Минъянь улыбнулась одними глазами:
- Не только с пламенем демона в глазах.
Ло Бинхэ нечего было на это ответить.
Через время, достаточное для сгорания половины ароматической палочки**, после очередного поворота перестало так остро пахнуть благовониями. И с подсказки девушки отправив с постов охрану, чтобы та ничего не заподозрила, они вошли в нужную дверь.
Комната за которой оказалась пуста. Если не считать оставленной на виду бутылочки с кровью и плавающим в ней кусочком ткани - источника того сигнала, что вел полудемона сюда.
- Тварь! - со злости он едва не швырнул Лю Цингэ на пол. - Перехитрил меня! - и, скрежетнув зубами, резко посмотрел на Лю Минъянь. - Куда он мог его увести?!
Та, заметно побледнев и непроизвольно потянувшись к рукояти Шуйсэ у себя на поясе, все-таки сдержалась:
- Шимэй предполагает. Но шисюну Ло это может очень не понравиться.
Предчувствуя недоброе, Ло Бинхэ ощутил, как поднялась температура его тела, и дико сверкнул зрачками:
- Так куда?!
- В церемониальный зал.
Теперь в одиночку вряд ли получится справиться. Глава Байчжань все-таки оказался на полу, и нажатие на другие точки быстро привело его в чувства.
- Ты, бессовестный выродок! - закричал он, попытавшись ударить его кулаком в лицо, но промахнувшись. - Что ты со мной сделал?! И... - заметив сестру, и вовсе растерялся. - Да что, твою мать, происходит?!
- Брат, времени мало, - взяла все в свои руки Лю Минъянь. - Сестра вас проводит, и будьте готовы сражаться.
Доверяя ей, тот не стал ничего больше говорить. До означенного церемониального зала оказалось идти меньше по времени, чем от ее комнат до комнат, где держали Шэнь Цинцю.
Из-за створок громоздких дверей играла музыка и звучали поздравления. И услышав их, напряженной до вздутых вен рукой вынимая Чжэнъян из ножен, полудемон осознал, что накатившая на взор яростная пелена - это что-то посерьезней, чем просто «очень не понравилось»...
Внезапно кто-то распахнул двери с той стороны, и Ло Бинхэ успел остановить клинок в полуцуне от чужой шеи, как тот был и так отбит в сторону веером: наполненным духовной энергией, острым подобно лезвию и немного окровавленным.
- Бинхэ, а ну не дури! Вспомни о самоконтроле! - отчитал его Шэнь Цинцю, прищурив подведенные яркой косметикой глаза и изящным, но безжалостным взмахом отрезав руку демону-стражнику, решившему его поймать.
В расшитом золотыми нитями одеянии цвета крови, обвешанный драгоценными украшениями и накрашенный под стать самой завидной невесте, учитель оказался похож на самого себя довольно отдаленно. Но полудемону пришлось признать, что это не мираж, когда тот все-таки смог убрать с головы сложную конструкцию из заколок, при этом выдрав пару прядок волос, и, не спрашивая разрешения, выхватил у него из-за пояса ножны с Сюя, тут же его обнажив.
И подобное зрелище разозлило еще сильней. Этот... этот посмел замахнуться и на такое!
- Мобэй Цзюнь! - громко позвал двойник, и в воздухе закружился вихрь колючих снежинок, поражая всех и вся на своем пути.
Наперерез ему и ледяному демону бросилась белая молния. Отлично, пока Лю Цингэ отвлекает его, ничто не сможет помешать расправиться раз и навсегда с главной угрозой.
А другой Ло Бинхэ - несомненно, серьезная угроза, которую никак нельзя оставлять за спиной. Тем более, когда он замахнулся на такое!..
Удивительным образом Чжэнъян не разлетелся осколками и даже не треснул при столкновении с Синьмо и от выброса демонической энергии. Но при этом его лезвие завибрировало столь сильно, что полудемон не решился использовать его дальше, вернув в ножны. Тем более, что и влияние собственной демонической энергии может оказаться не очень благотворно для меча, заточенного на использование с помощью духовной энергии.
- Ты ничего не сможешь сделать, - иронично заявил двойник - также облаченный в свадебное красное, блистательный, величественный и более чем внушительный.
Выглядящий в точности как он. Но куда более выигрышно.
Зачем ему учитель, когда у него и так все есть?! Это слишком!
Первая попытка атаковать в рукопашную не увенчалась успехом, неприятно хрустнули позвонки и затрещал затылок, когда другой он сбил его с ног и в два удара ногой проломил им сначала заставленный яствами стол, а потом и пол из мозаичной плитки. Ребра прогнулись, мешая сделать вдох.
- Ты - всего лишь жалкий слабак!
Схватив за лодыжку, Ло Бинхэ отшвырнул его в сторону и, поднявшись, силой втянул в себя воздух, а отхаркнув кровяной сгусток, вдруг хихикнул:
- Я уничтожу тебя. Отрублю конечности, выколю глаза, вырву язык, швырну в Бесконечную Бездну... и буду продолжать это делать, пока ты не сдохнешь!
Небрежно отряхнувшись от пыли, другой Ло Бинхэ с усмешкой ответил на это:
- Хорошая идея. Именно это я с тобой и сделаю! - и стремительно атаковал.
- Бинхэ! - резанул по слуху знакомый голос - но где-то на границе осознания.
Полудемон и не подумал увернуться - даже не дрогнул, встречая атаку с прямым взглядом и зловещей улыбкой, застывшей на губах. Со стороны это выглядело, как столкновение двух сгустков демонической энергии - настолько сильно и обильно они выпускали ее наружу.
Но неожиданно ее активность со стороны двойника схлынула, на считанные мгновения показав истинную растерянность на его лице. Внутренности всех, кто рискнул находиться поблизости, сдавило от низкого вибрирующего гула - но сей же миг тот прекратился, когда он вырвал Синьмо из чужой хватки, сделав рану от него еще глубже и пролив на расколотый пол поток крови:
- Ах, ты...! Ты с ума сошел?!
За несколько вздохов срастив почти разрубленную кисть и стряхнув оставшуюся на ней кровь, Ло Бинхэ низко посмеялся:
- А ты думал, что, расколов этот меч однажды, я не смогу это повторить?! Не недооценивай меня!
Последние гости, прибывшие на церемонию, охранники и слуги предпочли ретироваться и не мешаться под ногами. Противостояние возобновилось, и другой Ло Бинхэ уже не мог бездумно атаковать мечом из опасений вновь подставить под удар его сохранность.
Синьмо из этого мира также норовил влить мед в уши и влезть в подкорку, ничем не уступая Синьмо из его мира, а то и превосходя в рвении. И поэтому расколоть его хотелось еще сильнее - чтобы наконец-то заткнулся и перестал раздражать.
Атакуя только кулаками, полудемон неизбежно получал раны, но игнорировал боль, тут же их заращивая. Проблемой стала разве что одна, наискось рассекшая грудь почти от самой шеи, и упавшая подвеска Гуаньинь затерялась бы в общем беспорядке - если бы двойник не успел подхватить ее.
Как подхватить - так и отбросить, будто раскаленный уголек, позволив вернуть ее обратно...
...И со всей силы ударить его той же рукой, с хрустом вмяв нос в череп. Другой Ло Бинхэ от силы удара пошатнулся и отступил, излечивая себя - но получил еще дважды и вдобавок схлопотал сильный толчок локтем, уложивший его на лопатки. Сев на него сверху, Ло Бинхэ опять поймал лезвие Синьмо одной рукой, стиснув зубы, а другой - то ли специально, то ли во власти эмоций, - оторвал держащую меч руку двойника. И бросил все это себе за спину. А тот, даже не пискнув от боли, левой рукой пробил его живот насквозь, норовя повредить позвоночник или выдрать внутренности.
Сглотнув хлынувшую горлом кровь, полудемон своей левой рукой вцепился в его левое предплечье, не позволяя хозяйничать внутри себя. А правой принялся наносить удары прямо по лицу.
Чересчур похожему на его собственное. Пусть оно изменится, пусть станет другим! С какой стати должна существовать его более совершенная версия?!
Уничтожить, растоптать! Вырвать глаза, выкрутить все четыре конечности! Чтоб мокрое место осталось! Испепелить!
Он и через тысячу лет не получит его учителя!
- Бинхэ, нет!!! Ты не можешь! - проорал кто-то прямо в ухо, пытаясь оттащить его, остановить или просто дозваться до его вновь расшатавшегося рассудка. - Ты ведь тоже умрешь!
Как будто это так важно! Куда важнее искоренить этого... этого...! На учителе он жениться собрался, ублюдок хитрозадый?! Никакой ему пощады!
Бурление смеси из ненависти, гнева и бешенства все не утихало, проявляясь в активных выбросах демонической энергии, тьмой заполнившей почти весь зал.
- Черт подери, Бинхэ!!! Успокойся, Бинхэ! Аргх, ты... Муж, а ну утихомирься!!!
Занесенный над головой, окровавленный и окутанный самой злостной энергией кулак вдруг замер, а густая тьма - осела, превратившись в легкую дымку. И заволоченный безумием взгляд разом прояснился, оставив лишь легкое мерцание зрачков.
- П... повторите, пожалуйста, учитель, - моргнул Ло Бинхэ оторопело и мизинцем прочистил ухо, - я не расслышал.
И так пунцовый от понимания, что только что сказал, Шэнь Цинцю покраснел еще сильнее и гневно махнул сложенным веером в сторону от себя:
- Только после того, как ты снимешь себя с чужой руки и встанешь туда, вон к той стенке! Негодник! Ты что, мартовский кот, чтобы я тебя из драк вытаскивал за шкирку?!
С противным чавкающим звуком вытащив руку оглушенного двойника из своего живота и затолкав обратно вывалившийся кишечник, полудемон зажал дыру ладонью и с понурым видом отошел в указанном направлении.
К другому нему тут же бросилась встревоженная Лю Минъянь, упав на колени рядом и поглаживая по плечу правой руки, укороченной по локоть. Как по команде, Мобэй Цзюнь и Лю Цингэ прекратили сражение и разошлись: побитые, потрепанные, оба не победители и не побежденные.
Украшенный церемониальный зал за короткое время превратился в развалины вместе с комнатами этажом выше и частью подвальных помещений под ним. Кровавые пятна и чьи-то останки указывали на то, что кому-то все-таки не повезло попасть под раздачу. Окинув эту картину усталым взглядом, Шэнь Цинцю стряхнул с белоснежного лезвия Сюя демонскую кровь и вернул его в ножны:
- Думаю, пора уходить, пока... - коротко глянув на все еще бессознательного другого Ло Бинхэ, прочистил горло, - впрочем, пояснения излишни. Бинхэ, надеюсь, ты действительно не уничтожил Синьмо?
Тот, сразу поняв, что учитель имеет в виду, пошел к тому месту, куда забросил меч, и, достав его, с тихим фырком швырнул оторванную руку поближе к двойнику: когда очухается - сам приделает обратно. Один взмах - и в воздухе возник широкий разрез в грани между мирами, по краям мерцающий фиолетовым.
- Учитель, идите первым, - сказал полудемон, воровато пряча взгляд и не спеша избавляться от демонического меча.
Заметив это, Шэнь Цинцю не торопился слушаться его указания:
- Мы вполне можем пройти все трое разом. Или ты намерен еще что-то сделать? - и, небрежно взмахнув веером и прикрывшись им, почти шепнул: - Ты не убьешь его.
Стиснув зубы, Ло Бинхэ неожиданно даже для себя выкрикнул:
- Он настолько лучше меня, что учитель его даже защищает?!
- Эй!.. - было шагнул к нему Лю Цингэ, но был остановлен решительным жестом.
Не глядя даже на того, Шэнь Цинцю опустил руку и, подойдя к полудемону, со вздохом повернул веер, чтобы целомудренно прикрыть им поцелуй. И, оторвавшись не сразу, рукавом вытер с его губ след помады:
- Прекрати говорить глупости. Этот учитель сейчас защищает своего ученика - того, кто сейчас перед ним, - повернувшись к Лю Цингэ, сказал ему: - Шиди Лю, иди ты первым.
Тот, молчаливо погрозив мечом так и замершему в мнимом безразличии Мобэй Цзюню, прыгнул в портал. А учитель, погладив по макушке всхлипнувшего от облегчения Ло Бинхэ и забрав все еще сжатую в кулаке подвеску в виде Гуаньинь, вернул ее на положенное место у него на шее и добавил с нервной улыбкой:
- Давай, не начинай, чем раньше ты отпустишь Синьмо - тем целее будет моя психика.
Примечания:
* так как в новелле Лю Минъянь обращалась к нему «шисюн», закономерно, что и Ло Бинхэ обращается к ней «шимэй».
** примерно пятнадцать минут.