Тени желания 2
Весь день Чимин, словно спелый персик, наливался предвкушением встречи с Чонгуком. Техён, колдуя над его образом, придал ему небрежную элегантность: белоснежная рубашка, распахнутая ровно настолько, чтобы приоткрыть нежную кожу, и черные кожаные шортики, облегающие упругие ягодицы, словно вторая кожа.
— Неужели это не слишком вызывающе? — прошептал Чимин, разглядывая своё отражение, чувствуя, как краска заливает щёки.
— Слишком? О, мой сладкий Минни, Чонгук потеряет голову. — Техён, с ловкостью искусного художника, нанёс на пухлые губы Чимина алый блеск, делая их ещё более манящими. — Вот так. Ты просто… совершенство, — восхитился он, отступая. В этот момент телефон Чимина ожил от сообщения.
"Выходи, мой персик. Папочка приехал."
Сладкий холодок пробежал по телу Чимина, животом разливалось тёплое, тягучее чувство.
— Он здесь, — выдохнул Чимин.
— Иди же, мой сладкий, — подтолкнул его Техён, сам скользнув к окну, чтобы стать невидимым зрителем.
Чимин сделал глубокий, вибрирующий вдох и вышел навстречу. На улице его уже ждал чёрный, как ночь, автомобиль, в котором, словно хищник, затаился Чонгук. Омега подошёл, его сердце забилось чаще, когда он оказался рядом. Встретившись взглядом с Чонгуком, он почувствовал, как их глаза зацепились, в глубине глаз альфы мелькнуло нечто большее, чем просто интерес — голод, а затем… нежность?
— Привет, — улыбнулся Чимин, и улыбка его была такой же сладкой, как аромат персиков.
Чонгук, не в силах сопротивляться, наклонился, мягко обхватил затылок Чимина и впился в его губы жадным, но в то же время невероятно сладким поцелуем. Языки сплелись, размывая алый блеск, пробуя губы друг друга, будто пробуя самый спелый фрукт.
— Привет, мой персик. Ты… великолепен, — прошептал Чонгук, его рука скользнула вниз, касаясь оголённого бедра омеги.
— Спасибо, — смущение придало Чимину ещё больше очарования. — Ты тоже… выглядишь потрясающе.
— Хочу расслабиться вместе с тобой, — выдохнул Чон, его взгляд не отрывался от губ Чимина. — Но… — альфа окинул омегу взглядом, в котором читалось нетерпение, — боюсь, я не смогу сдержаться и не взять тебя прямо здесь, в этой машине.
— Я такое сильное желание вызываю у тебя? — промурлыкал Чимин, кокетливо склонив голову.
— Ты даже не представляешь, насколько, — ответил Чонгук, снова накрывая губы омеги своими, более глубоким и страстным поцелуем.
Чонгук завёл двигатель, и машина плавно тронулась с места, разрезая ночную тьму фарами. Его рука на бедре Чимина не дрогнула ни на миг — пальцы слегка сжимались, оставляя лёгкие, но ощутимые следы на нежной коже, словно метки владения. Омега невольно прикусил нижнюю губу, чувствуя, как тепло от прикосновения разливается по всему телу, стягиваясь внизу живота сладкой, ноющей тянущей.
— Куда мы? — прошептал Чимин, пытаясь сосредоточиться на дороге, но взгляд его то и дело возвращался к профилю Чонгука — острые скулы, напряжённая линия челюсти, губы, всё ещё влажные от их поцелуев.
Альфа бросил на него быстрый, пронизывающий взгляд, полный тёмного обещания.
— К реке. Там тихо, темно, и никто не помешает мне… насладиться тобой полностью, — его голос понизился до хриплого рыка, большой палец провёл по внутренней стороне бедра, заставив Чимина тихо ахнуть. — Ты чувствуешь это? Как я хочу тебя?
Чимин кивнул, не в силах выдавить слова. Его тело уже предавало его — бёдра инстинктивно сжались, а аромат его возбуждения, сладкий и тяжёлый, как спелый персик в жару, начал заполнять салон. Чонгук вдохнул глубже, его ноздри слегка раздулись, глаза потемнели ещё сильнее.
— Блядь, твой запах… — простонал он, сворачивая на узкую грунтовую дорогу, ведущую к реке. Машина подпрыгивала на кочках, но это только усиливало ощущения: каждое движение отзывалось вибрацией в теле Чимина, усиливая жар между ног. — Ты готов для меня, персик? Уже мокрый?
— Чонгук… пожалуйста, — выдохнул Чимин, его руки потянулись к рубашке альфы, расстёгивая верхние пуговицы, открывая загорелую кожу груди. Он провёл ладонями по мышцам, чувствуя, как они напрягаются под его пальцами.
Чонгук резко затормозил на обочине, у самого берега, где вода тихо плескалась в темноте. Он повернулся к омеге, схватил его за талию и притянул к себе, перекидывая через подлокотник на своё сиденье. Их губы столкнулись в яростном поцелуе, зубы слегка прикусили нижнюю губу Чимина, вызвав сладкую боль. Рука альфы нырнула под шортики, пальцы мгновенно нашли влажную жару, скользнув внутрь с уверенной, властной нежностью.
— Такой тугой… такой готовый, — прорычал Чонгук в губы омеги, начиная двигать пальцами медленно, но глубоко. Чимин выгнулся, впиваясь ногтями в плечи альфы, его стоны эхом отразились в салоне, смешиваясь с шорохом одежды и тяжёлым дыханием.
— Возьми меня… папочка, — простонал Чимин, полностью сдаваясь, его тело дрожало от предвкушения неизбежного.
Альфа улыбнулся хищно, его свободная рука расстёгивала ремень с деловой сноровкой, расстёгивая ширинку брюк. Твёрдый член альфы вырвался на свободу, пульсируя от напряжения, венами набухший и горячий, как раскалённый металл. Чимин уставился на него с жадным голодом, облизнув губы, его пальцы инстинктивно потянулись вниз, обхватив ствол у основания, начиная медленно двигать рукой.
— Да, вот так, мой хороший омежка, — прорычал Чонгук, ускоряя темп пальцев внутри Чимина, растягивая его, готовя к себе. Два пальца превратились в три, скользя по скользким стенкам, надавливая на чувствительную точку, от которой тело омеги изогнулось дугой. — Смотри, как ты течёшь для папочки. Хочешь, чтобы я тебя трахнул прямо здесь? В этой машине, как шлюшку?
Чимин кивнул лихорадочно, его стоны стали громче, прерывистыми, бедра сами толкались навстречу пальцам альфы. Аромат его течки усилился, пропитывая воздух густым, опьяняющим сиропом, заставляя Чонгука рычать от ярости желания. Он вынул пальцы резко, с влажным чмоканьем, и схватил Чимина за бёдра, разворачивая его лицом к приборной панели. Омега упёрся руками в стекло, выгибая спину, предлагая себя — круглая попка, блестящая от пота и соков, маняще раздвинутая.
— Держись крепче, персик, — предупредил Чонгук хрипло, приставляя головку к тугому входу. Одним мощным толчком он вошёл наполовину, растягивая Чимина до предела, вызвав крик удовольствия и боли. Омега задрожал, мышцы сжимаясь вокруг вторгшегося члена, но альфа не дал ему привыкнуть — вторая половина погрузилась глубоко, до упора, ударяя в простату.
— Папочка-а-а! — взвыл Чимин, царапая стекло, его тело сотрясалось от каждого жёсткого толчка. Машина качалась в такт их ритму, фары мигали в темноте, отражаясь в чёрной воде реки. Чонгук вбивался в него безжалостно, одной рукой держа за волосы, запрокидывая голову омеги для укуса в шею — метка альфы, свежая и кровавая, пульсирующая в такт сердцу.
— Мой… только мой, — рычал он, ускоряясь, яйца шлёпали по коже Чимина, пот стекал по их телам. Омега кончил первым, содрогаясь в оргазме, сперма брызнула на приборку, тело сжимаясь в конвульсиях. Чонгук последовал за ним через несколько толчков, заливая его внутри горячим семенем, кивая узел, чтобы запереть их вместе — вечная связь, полная и совершенная.
Они замерли, тяжело дыша, тела сплетены в потном месиве. Чонгук прижался губами к уху Чимина, целуя солёную кожу.
— Мой навсегда, персик. - прошептал Чонгук.
~~~
—
Ох, твой альфа, похоже, просто не в силах оторваться от тебя, — поддразнил Техён, хитро прищурившись и разглядывая друга с искоркой любопытства в глазах.
— Он. Не. Мой. Альфа, Тэ-хённи, не перегибай! — фыркнул Чимин, лениво дожёвывая сочную клубнику, которую только что прислал Чонгук. Ягода таяла во рту, как обещание чего-то запретно-сладкого.
— А по твоим-то историям судя, он сам себя таковым считает, — усмехнулся Техён, выхватывая ещё одну спелую красавицу из корзинки. — Да ещё и балует тебя всем, на что ни упадёт твой взгляд. Подумай: простой "партнёр по сексу" стал бы так ублажать своего омегу? — Он откусил кусок, и сладкий сок брызнул на губы, заставив Чимина на миг замереть, погружаясь в размышления. — Кстати, когда следующая встреча?
— Понятия не имею, — Чимин пожал плечами, но в голосе скользнула нотка тоски. — Уехал на пару недель в другую страну по делам компании. — Мысль унесла его в тот вечер…
— Мне придётся уехать, малыш. Дела в компании зовут, — прошептал Чонгук, нежно перебирая пальцами светлые, шелковистые пряди омеги. Чимин так сладко раскинулся на его груди, будто создан для этих объятий — теплый, податливый, с лёгким ароматом персика и желания.
— Надолго? — Чимин приподнял голову, и их лица оказались в паре сантиметров друг от друга. Глаза альфы потемнели, ловя блеск омежьих — больших, манящих, как летняя ночь.
— Пару недель точно, мой сладкий. Не смотри так… иначе я останусь и плевать на все контракты, — хрипло усмехнулся Чонгук, но Чимин только хихикнул, подползая выше, чтобы лечь напротив, щека к щеке.
— Буду скучать по тебе… так сильно, — выдохнул Чим, и его голос дрогнул, как лепесток на ветру.
— А я? Я сойду с ума без тебя, мой персиковый нектар. Ты — моя слабость, — альфа провёл ладонью по нежной щеке, большой палец скользнул по нижней губе, заставив омегу вздрогнуть. — Чимин… я тут подумал: хватит с деньгами. Я чувствую себя… ну, как будто продаюсь.
— Ох, мой персик, — Чонгук наклонился и чмокнул его в кончик носа, мягко, но властно. — Ты давно не просто партнёр по сексу. Для меня ты… гораздо больше.
— Правда? А… кто же я тогда? — Чимин затаил дыхание, не в силах отвести взгляд от тёмных омутов альфы.
— Скоро узнаешь, котёнок. А пока… дай мне напиться тобой досыта, чтоб не сойти с ума в разлуке, — прорычал Чонгук с лукавой улыбкой. Он схватил хихикающего омегу за талию, рывком притянул к себе, навис сверху — мощный, доминирующий, — и впился в губы жадным, опаляющим поцелуем. Руки альфы скользнули ниже, обещая ночь, полную стонов и дрожи.
— Если честно… он сам сказал, что давно не видит во мне просто партнёра по сексу, — выдохнул Чимин, наконец решившись. Щёки его порозовели, а в глазах заплясали искорки смущённого признания.
— Ха! Я так и знал — этот альфа по уши в тебя влюблён, тонет, как в сладком омуте! — восторженно взвизгнул Техён, хлопнув в ладоши с сияющей улыбкой, будто выиграл в лотерею.
— Думаешь? — Чимин прикусил губу, сердце заколотилось в предвкушении.
— А ты сам-то что? Он тебе нравится? — Техён наклонился ближе, глаза блестят от любопытства, как у кота перед миской сливок.
— Нравится? Тэ-хённи… он мне не просто нравится. Кажется, я влюбился в него по-настоящему, без оглядки. Я попросил его больше не давать денег — чувствовал себя… неуютно. И он послушался! Но вместо этого теперь балует меня, как принцессу: исполняет каждое желание, каждую прихоть, — Чимин улыбнулся мечтательно, пальцы невольно сжали край стола, вспоминая те жаркие ночи и нежные утра.
— Уууу, мой сладкий Минни! Это верный знак — он любит тебя до дрожи в коленках. Дождись его возвращения, а потом расставь все точки над "и". Спроси прямо: кто я для тебя? И всё узнаешь, котёнок, — подмигнул Техён, обнимая друга за плечи. Чимин кивнул, лёгкая, тёплая улыбка тронула губы. Да, пора заканчивать недомолвки. Нужно услышать от Чонгука правду — кем же он стал для этого мощного, манящего альфы: просто искушением или самым желанным сокровищем?
~~~
Две недели, тянувшиеся, словно вечность, наконец-то подошли к концу. Каждый вечер, каждая свободная минутка для Чонгука были наполнены лишь мыслями о Чимине. А омега, хоть и старался провести это время с пользой, окунувшись в череду поисков работы, всё ещё не получал ни единого отклика, что добавляло тоски в его дни.
Однажды вечером, когда Чимин, погружённый в очередной раз в бездонные глубины поисковых сайтов, услышал звонок в дверь. Отвлекшись от своего занятия, омега отложил ручку и, будучи абсолютно уверенным, что на пороге стоит Тэхён – ведь в такое время к нему приходит только Тэ – поспешил открыть. Но реальность превзошла все ожидания: перед ним возвышался такой огромный букет роз, что у Чимина перехватило дыхание. А за этим цветочным морем скрывался он…
— Привет, мой персик. Не скучал? — промурлыкал Чонгук, легко переступая порог и вручая букет омеге, который едва смог его удержать, чтобы не рухнуть вместе с ним на пол.
— Чонгук~и, ты вернулся!! — взволнованно воскликнул Чимин, отставляя букет в сторону и тут же окутывая альфу крепкими объятиями, обвив его шею. — Я так скучал, так сильно! — добавил он, уткнувшись лицом в плечо возлюбленного.
— И я скучал, мой персик. Без тебя было так тоскливо, так пусто. Я едва с ума не сошёл.
— Ох, Гук~и… — протянул омежка, ласково обхватывая руками лицо альфы и тут же растворяясь в страстном поцелуе.
— А у меня для тебя есть ещё один небольшой сюрприз, — прошептал Чонгук, немного отстраняясь и доставая из кармана куртки нечто особенное. На свет явилась бархатная коробочка алого цвета, а внутри, сияя всеми гранями, покоилось бриллиантовое кольцо.
— Чонгук… Это…
— Я знаю, мы знакомы не так давно, но… — альфа опустился на одно колено, сверкая глазами. — Ты стал для меня всем, Чимин. Ты наполнил мою жизнь светом, принёс счастье. Я и не думал, что смогу кого-то полюбить так сильно. Поэтому, Минни, мой дорогой, ты согласен стать моим мужем и прожить со мной всю оставшуюся жизнь?
— БОЖЕ, ДА! ЕЩЁ ТЫСЯЧУ РАЗ ДА! — прошептал Чимин, не в силах сдержать слёзы счастья. Чонгук поднялся, с нежностью надел кольцо на пальчик Чимина, а затем вновь крепко прильнул к его губам в страстном поцелуе.
— А теперь, — с озорной ухмылкой проговорил Чонгук, подхватывая омежку на руки, — покажи папочке, как сильно ты по нему скучал. — И, унося своего любимого в спальню, он растворился в предвкушении их воссоединения.