Цена вспять

В шесть утра меня разбудил тихий шорох. Кто-то ходил по комнате, стараясь не шуметь. Я приоткрыла один глаз и увидела Тину, которая рылась в моём шкафу.

— Ты кого-то ищешь? — прошептала я.

Тина вздрогнула и обернулась:

— Не кричи. Я… хотела попросить кое-что.

— Что?

— Джинсы. Твои. На высокой талии. И кеды. Мои все каблуки, а сегодня мы будем целый день на ногах. Лукас будет ржать, если я приду в своих туфлях.

Я усмехнулась и кивнула:

— Бери. И кеды в прихожей, голубые с белым. Они самые удобные.

Тина быстро переоделась. Я смотрела на неё — в моих джинсах, облегающих её фигуру, и кедах она выглядела совсем по-другому. Моложе, свободнее. Белый топ, который она оставила свой, дополнял образ.

— Высокий хвост, — сказала я. — Так удобнее.

Она собрала волосы, и я кивнула:

— Отлично. Теперь мы с тобой похожи.

— Только не говори Ноксу, что я взяла у тебя вещи, — попросила Тина. — А то он подумает, что я смягчилась.

— Ты смягчилась, — заметила я.

— Ничего подобного, — фыркнула она, но в её голосе не было злости.

Я тоже оделась: чёрная майка без выреза, другие джинсы — посвободнее, и белые кеды. Волосы — в высокий хвост. В зеркале отражались две почти одинаковые девчонки, и на секунду мне казалось, что у меня есть сестра.

Елена проснулась от нашего шёпота. Она села на кровати, осоловело моргая, а потом, заметив Тину в моей одежде, поджала губы.

— А вы уже идёте? — спросила она тоненьким голоском.

— Мы идём репетировать, — сказала я. — Ты можешь присоединиться позже.

— Я сейчас, только надену платье, — Елена уже спрыгнула с кровати и начала рыться в шкафу.

Через пятнадцать минут мы вышли в коридор. Елена, как всегда, была в нежно-голубом платье с рюшами, на каблуках, с распущенными волосами. Она выглядела так, будто собралась на бал, а не на репетицию кофейни.

Лукас уже ждал нас у дверей старого корпуса — того самого, где мы обустроили нашу кофейню. На нём была та же чёрная футболка и тёмные штаны, что и в прошлый раз. Он обернулся на наши шаги и… замер.

Его взгляд скользнул по Тине — джинсы на высокой талии, белый топ, голубые с белым кеды, высокий хвост. Он на секунду задержался на её ногах, потом поднял глаза к лицу.

— О, — только и сказал он.

— Что «о»? — Тина упёрла руки в бока.

— Просто удивился, что ты ходишь без каблуков. Я думал, ты с ними спишь.

— Я решила, что сегодня не буду мучить себя ради такого, как ты.

— А ради кого будешь? — Лукас усмехнулся, но в его голосе не было привычной насмешки. Скорее… любопытство.

— Ни ради кого. Просто захотелось удобства.

— Выглядит… нормально, — выдавил Лукас, отводя глаза.

Я заметила, как он ещё раз скользнул взглядом по её ногам, но промолчал. Вместо этого он переключился на меня:

— Райт, а ты сегодня в чёрном. Траур? Или хочешь выглядеть таинственно?

— Хочу, чтобы кофе не пролился на светлую ткань, — ответила я. — Стратегия.

— О, у нас тут все стратеги, — он покосился на Тину. — Кроме тебя, Хейвин. Ты сегодня проиграла.

— Это я проиграла? — Тина вздёрнула подбородок. — Это ты проспал, Нокс. Я пришла первой.

— Я пришёл ровно в семь!

— А я в без пятнадцати семь. Так что кофе покупаешь ты.

Лукас закатил глаза, но полез в карман:

— Ладно, держите. Но учтите, это последний раз, когда я плачу за ваши капризы.

— Не последний, — улыбнулась Тина, забирая купюры. — Ещё много фестивалей впереди.

— Ты меня разоришь, Хейвин.

— Терпи, Нокс.

Я взяла деньги и направилась к кофеварке. Елена стояла в стороне, перебирая салфетки, и делала вид, что не замечает их перепалки. Но я видела, как она сжимает блокнот.

---

Мы расставили столы, разложили чашки, включили кофеварку. Лукас, который вызвался быть «бариста», попытался сделать первый эспрессо.

— Это что? — Тина заглянула в чашку.

— Кофе, — гордо сказал Лукас.

— Это жижа.

— Это искусство!

— Это чёрная вода с пенкой. Давай я попробую.

Тина отодвинула Лукаса и сама встала к кофеварке. Она действовала сосредоточенно, даже язычок прикусила от усердия. Лукас стоял рядом, скрестив руки, и комментировал:

— Слишком мелкий помол. Ты пережаришь зёрна.

— Не учи меня, Нокс.

— Я просто говорю.

— Помолчи.

Когда кофе был готов, Тина разлила его по чашкам. Одну протянула Лукасу, другую — мне, третью — Елене.

— Пейте, — скомандовала она.

Лукас отпил, помолчал, потом кивнул:

— Годится.

— Годится? — Тина вспыхнула. — Это шедевр!

— Шедевр — это когда пьёшь и хочется жить. Тут хочется просто не умереть.

— Ах ты…

— Дети, — я встала между ними. — Кофе получился отличный. Елена, ты как считаешь?

Елена, которая всё это время сидела в углу, подняла голову:

— Очень вкусно, Тина. Ты молодец.

Тина удивлённо моргнула — похвала от Елены прозвучала неожиданно. Но я заметила, как Елена тут же отвела глаза и снова уткнулась в блокнот.

Мы уже собирались продолжать репетицию, когда дверь старого корпуса с грохотом распахнулась.

— Какие люди! — раздался громкий, наглый голос. — Сама Хейвин в этой дыре? Какими судьбами?

Я обернулась. На пороге стоял высокий парень с платиновыми волосами, идеально зачёсанными назад. Он был одет в модную, явно дорогую одежду из мира людей — тёмные брюки, светлая рубашка с закатанными рукавами. На его губах играла самодовольная ухмылка.

Я заметила, как у Тины дёрнулся глаз. Она выпрямилась, и её голос стал ледяным:

— Холт. Какого чёрта ты здесь делаешь?

— Ну, ну, — Холт подошёл ближе, разглядывая её с ног до головы. — Ты же благородная леди, Хейвин. Как так можно говорить? Не культурно.

— Я сейчас оболью тебя этим кофе, а потом пришибу магией, — сквозь зубы процедила Тина. — И культурой тут и не пахло.

Лукас, который до этого молчал, напрягся. Я видела, как его челюсть сжалась, а глаза сузились.

— Тина, это кто? — спросила я, стараясь говорить спокойно.

— Лучший дружок моего старшего братца Энжела, — выплюнула Тина, не сводя глаз с Холта. — И полный придурок.

— Малышка Тина, — Холт покачал головой с притворным сожалением. — Снова раздражена? Это так мило.

Он сделал шаг вперёд, и в его глазах мелькнуло что-то опасное. Но Тина не собиралась уступать. Она схватила пустой стакан с ближайшего стола и с силой швырнула в него. Холт едва успел увернуться — стакан разбился о стену за его спиной.

— Ого, — он поднял руки в примирительном жесте. — Прямо в человека кидать? Ай-яй-яй.

— Убирайся, — отрезала Тина.

— Ухожу, ухожу, — Холт попятился к двери, но на пороге остановился и окинул нас всех насмешливым взглядом. — Приятно было повидаться, Хейвин. Ты всё такая же… огненная.

Он усмехнулся и вышел, громко хлопнув дверью.

В комнате повисла тишина.

— Что это было? — спросил Лукас. Его голос звучал напряжённо, даже хрипло.

— Это был Холт Гарнер, — Тина опустилась на стул, пытаясь унять дрожь в руках. — Сын одного из приближённых императора. Они с моим братом Энжелом — лучшие друзья. И оба — полные козлы.

— Он тебя достаёт? — спросила я.

— Доставал. В детстве. Я думала, что выросла и больше с ним не столкнусь. Но он, видимо, решил, что поступление в Академию — отличный повод напомнить о себе.

— Хорошо, что ты не попала в него стаканом, — заметил Лукас, но его голос был странно ровным. — А то бы начался скандал.

— Жаль, что не попала, — буркнула Тина. — И вообще, Нокс, не лезь.

— А я и не лезу, — он отвернулся и начал собирать осколки стакана, но я заметила, как побелели его костяшки, когда он сжимал веник.

Мы помогли убрать осколки, но настроение было испорчено. Елена сидела молча, глядя в свой блокнот, но я видела, что она всё записывает.

Через полчаса, когда мы уже расходились, Лукас окликнул Тину:

— Эй, Хейвин.

— Что?

— Тот тип… он вообще в Академии учится?

— Кажется, да. На старшем курсе. А что?

— Ничего, — Лукас пожал плечами. — Просто если он ещё раз появится, зови меня. Я с ним быстро разберусь.

— Сама разберусь, — отрезала Тина, но я заметила, что она чуть заметно улыбнулась.

— Упрямая, — покачал головой Лукас и пошёл в свою сторону, но на полпути обернулся: — Кеды тебе идут. Серьёзно.

Он быстро ушёл, не дожидаясь ответа. Тина осталась стоять в коридоре, глядя ему вслед.

— Идиот, — прошептала она, но в её голосе не было злости.

Я взяла её под руку:

— Идём. Завтра снова репетиция.

— А ты сегодня устала?

— Немного.

— Ты вообще какая-то напряжённая последнее время. Из-за того, что Эндрю на тебя смотрит?

Я вздрогнула:

— Ты заметила?

— Весь первый курс заметил, — усмехнулась Тина. — Он на всех лекциях на тебя пялится. А ты делаешь вид, что не замечаешь. Что между вами?

— Ничего, — ответила я слишком быстро.

— Вот поэтому я и не верю.

Мы зашли в комнату. Елена уже спала, свернувшись калачиком. Тина забралась на свою кровать, я — на свою.

— Аллен, — прошептала Тина в темноте. — Ты в порядке?

— Да, — ответила я. — Просто… страшно.

— Чего?

— Что я могу всё испортить.

— Не испортишь, — сказала Тина. — Мы же вместе.

Я закрыла глаза и подумала о том, что когда-то у меня никого не было. А теперь есть. И это самое ценное.

Завтра новый день. И мы сделаем всё, чтобы не повторить ошибок.