Звери. Судьба

Дираю что-то тревожит. Она с утра ходит, как в воду опущенная, ногти уже все изгрызла. Я было попыталась спросить, в чем дело, но Ди лишь качает головой и отмахивается, говорит, что немного волнуется, а перед чем и/или из-за чего не рассказывает.
Кролик в клетке молчаливо глаз с неё не сводит. Тоже о чем-то думает. А я лежу на кровати, утыкаясь в телефон, думаю, чем бы себя занять. Скучно и спокойно, как на кладбище. Хотя там, наверно, и то повеселее будет. Сразу вспоминаются времена, когда жила у бабушки. Вот то же самое. Тихо, спокойно и до трясучки скучно. А самое ужасное в том, что тебе лень всего лишь подняться с кровати и хотя бы пройтись по коридорам!
- Ди-и, - лениво зову её, не переводя на английский. - Чего мозг насилуешь?
- Что? - она заторможено окликается, смотрит мимо меня.
- Слушай, не хочешь изливать душу мне, излей её Лине. Она молчать будет, - стреляю в кролика взглядом, та непонимающе моргает.
Дирая так же заторможено смотрит на клетку.
Телефон у меня в руках вибрирует, оповещая о видеозвонке. Хмуро высматриваю имя звонящего. Ага, понятно.
- Ты куда? - спрашивает Ди.
Останавливаюсь у самой двери. Блин, слишком быстро подорвалась. Телефон в руке на пару секунд замер, чтобы вновь завибрировать. Да сейчас! Подожди!
- Прогуляюсь, - говорю, сжимая телефон одной рукой, медленно вертя ручку двери другой.
- Это Женя звонит или?...
- Да, она. Наверно, попросить, что-нибудь ей принести. Я, короче, пошла, ага.
Выхожу не оборачиваясь, отхожу на приличное расстояние от комнаты и жму на зеленый. Теперь в моем телефоне, насколько позволяет экран, видна радостно лыбящаяся рожа.
- Привет, котенок! И не надо так хмуриться, не рада меня видеть? Я, так-то, очень соскучился.
Быстро отвожу взгляд и кусаю язык, не хмуриться не получается. Это привычка уже.
Отвечаю немного неуверенно:
- Привет.
У меня нет особого настроения сейчас разговаривать с Реем. Совсем. Но внутри всё равно разлилось тепло.
Поняв, что так разговор дальше не пойдет, я вздохнула. Ладно.
- Как... дела?
В ответ слегка хмурые брови и удивленный взгляд. Уголки губ медленно ползут вверх.
Мысленно чертыхаюсь.
- Ого, - произносит. - Что случилось? Не рада меня видеть? Так я могу прилететь. Это совершенно не трудно...
- Нормально всё, - перебиваю его слишком резко. - В смысле... Блин.
Опускаю глаза.
- Алекса, я весь во внимании.
Посмотреть обратно становится куда легче.
- Ладно. Эм... - ближайшие несколько минут, может 5-7, 10, я рассказываю всё, что случилось со мной и не только со мной за последние... недели две. Хотелось вновь начать отнекиваться или просто молчать на некоторых моментах, но я давно для себя решила, что заново строить стены уже не прокатит, поздно. Они теперь совершенно ни к чему.
Рассказала о поступлении, о том, что теперь мне приходится учить детеныша Макса, оказавшегося приемным у человеческой женщины...
- Хм, готовишься к будущей роли? - издевательски блеснула зубастая улыбка.
- Что? - я не сразу поняла причину издевки. Но возмущение, смешанное с гребаным смущением накатило быстро: - Да иди ты! Я помогаю не просто так. Вообще не хотела браться за это...
Мои оправдания вызвали у него лишь смех.
О том парне я решила мудро умолчать, заменив страшной историей Жени.
- Передай ей от меня «привет» и ещё кое-что...
- Что ещё?
Рей понизил голос до шепота:
- Скажи ей... Что она, лохушка, что пропустила офигенную вечеринку в честь того, что Барри, наконец, женится!
- Офигеть! И... И чего? Когда свадьба?
- Сказал вроде через два месяца.
Жаль, не смогу прийти.
Экран немного сдвинулся, Рей поменял положение. Теперь я вижу кусочек воротника белой рубашки.
- Это на тебе рубашка?
Рей сначала не понял, о чем я, потом осмотрел себя, немного сдвинув экран. В глаза бросается серая ткань. Долго думать не приходится.
- Ты в костюме? - искренне изумляюсь. - А пиджак где? Слу-ушай, я тебя ни разу в костюме не видела. Можешь показаться?
Со стороны коридора послышался шум, кто-то идет. Пришлось оторвать глаза от экрана. Вроде никого, но я всё-таки отхожу подальше от общежития.
- Ты меня ещё увидишь в костюме, но не сейчас.
- Тебе так лень показаться во весь рост?
Рей тихо вздыхает. Могло показаться, что от недовольства, но я этот вздох уже слышала.
- Кстати, как день прошел? - спрашиваю.
Рей тянет уголки губ вверх. Мысленно закатываю глаза. Сейчас начнется.
- О-о...
- Рей! - рыкнула я прежде, чем он попробует хоть как-то увильнуть. - Неужели нельзя просто, всего лишь рассказать, как прошел день? Что у вас случилось?
(Почему ты до сих пор много чего не можешь рассказать? Что ещё ты будешь умалчивать?) Это... Это нечестно. Почти до детской обиды нечестно. Что-то ещё есть. Где-то там. В наглухо запертом сейфе с ржавой небольшой трещиной.
Улыбка на экране гаснет.
Появляется какое-то женевское желание упрямо(на крупинку гордо) послать собеседника на хрен, не разбираясь дальше. Топлю это желание в море. Нет уж. Я научилась, как добиваться от него ответов на "закрытые" темы и почти - почти! - не стыдиться того, что могу узнать.
Рей смотрит так, словно... Словно ему такое вот моё поведение, этот тон доставляют нескрываемое... удовольствие.
Бл#ть.
Проблема, с которой я сталкивалась, почему-то, не раз, - Рей, когда наши диалоги достигают такого пика, непрошибаемый либо садист, либо хренов мазохист! Определенно что-то между.
- Люблю, когда ты показываешь свои коготки.
- Я бы тебе сейчас рожу расцарапала...
- Особенно, когда тебе что-то нужно. От меня.
- Всего лишь ответы мне нужны. Всего лишь. Ответы.
Рей вздыхает, прикрыв глаза. Точно уснет.
- Ты ещё мала и... неопытна, вдаваться во все эти... дела.
Прищуриваюсь.
- Какие дела?
Рей закрывает глаза, одной рукой развязывая галстук.
- Если захочешь подняться выше, всё узнаешь. Я бы не хотел, чтобы ты знала, - голос его становится тише, с ленцой, но он продолжает говорить на удивление серьезно: - Я не хочу, чтобы ты в это ввязывалась.
- Хочешь сказать, что это... опасно? - изгибаю брови, не верю.
- Нет, почему же... - заставляет себя открыть глаза. - Все эти собрания, советы, обсуждения - это так скучно и долго. Не смогу видеть тебя такой переутомленной, как, например... всех, кто там побывал.
Если дело в переутомленности, то я вижу. И больше смотреть не могу.
- Мм... Спасибо, за хоть какую-то честность. Спокойной ночи, Рей, так сказать...
Он что-то промычал со стеклянным взглядом. Я отключилась первая. Спустя пару секунд пришло сообщение:
«Люблю тебя».

***

Этот день ещё с утра был провален. Видеозвонок не в счет.
На улице сегодня слишком много солнца. Вокруг слишком много тишины. Даже звук в наушниках захотелось убавить. Ну, мало ли. Сижу на подоконнике в пустом маленьком коридоре рядом с туалетами, качаю головой с закрытыми глазами в такт музыке. Настроение - так себе. Хочется... Ничего мне не хочется.
Медленно, даже как-то лениво, сползаю с подоконника. Пройдусь до улицы и дальше. Погуляю где-нибудь поблизости, чтобы не потеряться. Приключений тоже не хочется. Мне лень в них окунаться. Голова - бессмысленный поток чего-то тягучего, болото одно. Передвигаюсь, как зомби, подошвой шаркаю, чуть не споткнулась на ровном месте.
А завтра будет точно такой же день. Я даже из комнаты выходить не буду. Буду зверем-овощем. Отличное времяпровождение.
Уже представила, как забиваюсь в угол и тихо плачу.
Снимаю один наушник, прислушиваюсь. Где-то гудит веселая компания. Мимо меня проходит учитель-мужчина. Здороваюсь с ним. Он со мной тоже. Иду дальше. Приходят определенно тупые сравнения. Я как Алиса в Стране чудес иду по тропинке(коридору) через лес. Почему именно эта книга? Почему не «Волшебник Изумрудного города»? Тоже подходит. Или вот...
Легонько бью себя по щеке. Совсем крыша поехала от скуки. Так. Сколько там времени?
15:18.
Да вы издеваетесь!
Ну всё. Поеду к Женьке. Ей тоже наверняка скучно.

Медсестра меня узнала сразу, пустила без лишних вопросов.
В этот раз к сестре я не с пустыми руками.
Прежде чем зайти, махаю ей плиткой шоколада.
- Привет, - и только после захожу в палату. - Это тебе.
- Ты серьезно принесла мне шоколадку? В курсе, что мне нельзя такое есть ещё минимум дней пять?
- Не хочешь, как хочешь, - убираю шоколадку.
- С дубу рухнула? Дай сюда. Наконец-то нормальная пища...
Сажусь рядом на стул.
- Что, скучно стало? - она устало смотрит на меня, откусывая кусочек шоколадки.
- Блин... Ага. Совсем нечем заняться.
- Нечем заняться? Могла бы вместе с Дираей сходить куда-нибудь. Забыла, где находишься?
- У нас, между прочим, очень ограниченный бюджет. Поэтому... Ну-у...
Вообще-то, мы могли бы сходить в парк или в кафешку, или...
- Ты совсем об этом не думала?
В ответ серьезно смотрю на Женю.
- Так-то у меня и не было особо времени. Потому что пришлось кое-кого искать. И волноваться. И... и другие "дела" были.
Женя съедает шоколадку очень быстро.
- Ладно. Расскажи, что за дела.
- Я типа... - голос понижаю. - Учителем стала...
- Это в каком смысле?
- Ну, тип... детеныша обучаю.
- Какого ещё детеныша? Нет, не так. Откуда?
- Это долгая история.
А если честно, то не очень-то она и долгая. Рассказывать неприятно. Лишние вопросы...
- Ладно. Что за детеныш?
- Его Макс зовут. И его мать - человек.
Тишина... Секунда, две, три, четыре...
- Что?
Женя снова замолкает, а решив, что я не собираюсь отвечать, продолжает:
- Он... полукровка? - и голос звучит немного не так. Не знаю, что поменялось, но определенно что-то другое. Не так... презрительно. Или мне кажется?
- Нет, не полукровка. С этим вообще отдельная история. Макс приемный. Его родители-звери наверняка погибли... или умерли. Семья людей взяла его. Кто ж знал, что ребенок окажется зверем? И вот как-то так случилось, что учительница меня раскусила. Ужасный случай был. Так стыдно пипец, - закрываю лицо руками. - Я носом об дверь приложилась.
- Хах! Как смогла-то?
- Она, учительница, дверь прямо передо мной открыла и... И я ударилась. Потом в мед.пункте она мне всё это про приемыша рассказала и попросила помочь, потому что сама не знает, что делать...
- Так отдали бы ребенка в другую семью. К зверям. Ему же лучше будет.
- О-о, она отказалась. Поверь, я пыталась ей это вдолбить. Но там уже был долбаный материнский инстинкт.
Убираю руки с лица, чтобы опереться о кисть и сесть поудобнее.
- Ясно. И теперь ты "учитель"?
- Ага, типа того. Не представляешь, кем оказался Макс.
- И-и?
- Канарейка. Причем красная. Я таких не видела. Думала, канарейки только желтые бывают, а они разные.
Женя хмыкает.
- Редко когда твоя первая душа - птица. Единицы, практически. Чаще выпадает кульпа.
Подпираю челюсть.
- А какая у меня была бы кульпа?
Честно, не хотела спрашивать. Вопрос сам слетел с губ, не подумав.
Женя задумывается. Я тоже. Если я - кошка, то кульпа у меня будет соответствующая. Может, воробей? Блин, как неинтересно. Хотелось бы большую птицу, хищную, как у Жени. Как у Ди.
- Я не знаю, - говорит она. - Не стоит строить догадки и "если бы", раз твоей кульпе не быть. Только... больнее сделаешь.
Согласно киваю, не меняя позы.
- Хэй! Ты не уснула?
Вздрагиваю. Демонстративно моргаю.
- Нет. С чего ты взяла? - зеваю. Женя зевает в ответ. - А сама-то.
- Это из-за тебя. Рот надо прикрывать, когда зеваешь, - снова зевает.
А я в итоге зеваю в ответ.

***

Возвращаюсь в комнату полу уставшая. Как странно. Женя, по ней видно было, старательно обходила вопросы касательно Егора. Может, не так уж и странно. Наверно, ждет, когда я ей скажу, что он очнулся. Или ещё что. Не знаю. Старалась не задумываться. Меня к нему только один раз пустили, я тогда его двоюродной сестрой представилась. Очень хотелось с Женей поговорить о его состоянии. Но было бы нехорошо давить на больное.
Потому что с ним определенно что-то не так. Так люди в коме не выглядят. Звери тем более. Не так... трупно. Труп и то человечнее выглядит. А Егор...
Пробегаюсь глазами по комнате. Чего-то не хватает.
- А где Дирая?
- Саша? Ты уже пришла?
- А по мне не слышно? - сажусь рядом с клеткой кролика.
- Включи новости.
- Телека нет, - прикрываю глаза.
- Посмотри в интернете. Это касательно Дираи!
Взбрыкиваюсь, чтобы подняться.
- Что с Дираей? Где она? - в голосе бьет тревога, в голове усталость, в руках планшет с пляшущими буквами.
Нажимаю на видео позавчерашней давности с кричащими словами.
А там два зацензуренных трупа. Молодая пара, прогуливалась поздно, тела изодраны, изуродованы, «как будто напал хищник, следы явно не от ножей или пуль». Закрываю, не досмотрев.
- Где Дирая?
В голове странный белый шум, где каждые три секунды бьет, как по наковальне.
Раз, два, три...
Бам!
Раз, два, три...
Бам!
- Решает вопросы. Вызвалась решать вопросы.
Рот открывается сам по себе. Так тянет задать тупое, но почему-то нужное: "Зачем?"
Раз, два, три...
Бам!
- Зачем? - спрашиваю тихо, молюсь, чтобы тон был не умоляющим.
- Я не знаю всего, - а кролика голос ровный. Продолжает: - Я ничего из этого случая не знаю.
Прищуриваюсь медленно, поджимаю губы, осторожно прошу:
- Расскажи мне.
Лина расскажет. Она всегда рассказывает.
- Чудовища существуют.
- Что?
- Думала, все звери чтят закон и не убивают без причины? Конечно, нет. Вэнанди из-за них появились, потом появился их страх. Звери тоже бывают... озверевшие. Им нравится это - убивать людей, есть их, становиться нечто страшным. Единственное, что меня бесит, что многие из них именно хищники. Как будто мы не можем быть убийцами. Дискриминация какая-то!
- То есть, по Лондону ходит зверь и просто так... убивает?
А я весь день от скуки помираю, вот те на...
- И нечего удивляться.
- Я не то чтобы удивляюсь... - морщусь от одной мысли, что это происходит. Резко вспоминаю об одной детали: - А причем здесь Дирая? В смысле, ей то что?
- Кажется, она считает, что это мог быть перевертыш. Или... Ну... Короче, этот убийца привлечет вэнанди, а этого здесь, в Лондоне, совершенно не потерпят. Оно и понятно, но...
Кролик замолкает резко. Подозрительно прищуриваюсь.
- Ещё что-то знаешь?
- Она мне ничего не рассказывала. Это только мои догадки.
- Всё равно говори. Я сделаю свои выводы.
Лина неуверенно начинает:
- Ты ведь знаешь, что зверей... с каждым годом становится всё меньше? А вэнанов... Нет, совершенно невозможно понять, сколько их сейчас. Главное, что зверей всё меньше и меньше...
- А тебе, откуда знать?
- Твоя сестра бывает болтлива. Она пригрозила сделать из меня варежки, если я проболтаюсь. Но ты ведь этого не допустишь?
Значит, Женя знает куда больше, чем мне позволяют. Это немного обидно и странно. Я думала, что Ренди специально её с нами не берет, а тут дело в другом. В чем именно - не ясно. Устрою ей допрос на неделе.
- Продолжай, - киваю, устраиваясь на кровати поудобней. Тут такие истории запрещенные, не хватает попкорна.
- Старейшин, на самом деле, волнует лишь давно устаревший закон и сохранение своих консульств, потому что без них они всего лишь звери-старперы, что будут вечно трещать "вот в наше время было". Они бы мир захватили, серьезно! Армия то, как бы, есть. Если бы они только не подчинялись Великому Соулу Фаулингу. Я до сих пор в восторге от того, что многие звери ему поклоняются, как богу, а он жив и вроде здоров. Забавно, правда?
Не то слово, Лина, не то слово.
- Так, это всё, что хотела мне сказать?
- Ой, нет, конечно. Так вот. Старейшинам очень нужны звери-убийцы, чтобы раз и навсегда истребить не только вэнанов, но и, собственно, людей. Прежде, чем ты что-то начнешь говорить, послушай меня. Ведь люди - главная угроза твоей расы, угроза всей планете. Истребив всех вэнанди, останутся люди, что рано или поздно станут охотниками, они всё поймут, они не глупы. Всё будет повторяться. Во веки веков. Старейшины это знают.
Она замолкает, дает передышку и себе и моему мозгу.
Такое поганое чувство сложилось, словно эти "Старейшины" хотят войны. Они со своим старческим маразмом совсем ничего не хотят видеть и понимать?
Я открываю рот, но не успеваю сказать.
- Если ты скажешь слово "мир", я сгрызу эту чертову клетку и откушу тебе палец.
Ладно. Молчу. Меня хватает ненадолго.
- А Дирая то, как тут замешана?
Кажется, кролик сделала фейспалм одним лишь взглядом.
- Да задание у неё есть! От Ренди или от Фаулинга, не знаю. Ей надо за директором этого колледжа следить. Не в прямом смысле конечно. Необходимо удостовериться, что зверь будет нейтрализован. А если что пойдет не так... Там уж... Они разберутся. Наверняка.