Звери. Судьба

Никогда не умела нормально общаться с детьми. Любого возраста.
Почему это происходит со мной? Почему я? Я в прошлой жизни младенцев ела или что?
- Так, в чем говоришь разница между оборотнями и... животными?
- Мы не животные, - цежу сквозь зубы, которые давно бы стали белой крошкой. - Звери. Есть разница. Она есть.
Господи, как же хочется кричать.
Прошло сколько? Пятнадцать минут? Двадцать? Я не выдержу и тридцати минут с этим ребенком!
- Ну ладно, звери. Я типа тоже... "зверь"?
Закрываю глаза на секунду, потираю большим пальцем переносицу.
- Типа тоже. Разве не заметил?
- Ну, допустим, заметил, что отличаюсь. Из-за того, что я другой, надо мной постоянно издевались...
- Не сомневаюсь.
- Не смейся!
Медленно поднимаю голову и устало смотрю на него.
- Пацан, думаешь, я не понимаю? Тебя насильно крапивой жгли?
Несмело кивает.
- Вот. Через это каждый, наверно, зверь прошел. Просто постарайся уже это забыть. Тебе 13. Почти взрослый, как для зверя, но всё ещё детеныш, как для человека. В 13 зверь открывает в себе свою душу, свой истинный облик. То есть он обращается.
- Обращается... в кого?
- На твоем языке - в животное.
- Мм, как в фильмах?
- Нет. В истинном облике мы ничем не отличаемся от обычных животных. Иногда разве что только размером.
- Круто. Можешь показать тогда... свою форму?
- Сейчас? Нет. Вообще-то, мне интересно увидеть твою.
- Но я не умею...
- Наконец-то! - от внезапного ликования я аж в ладоши хлопнула. - Именно поэтому я здесь. Научить тебя обращаться.
У Макса глаза заблестели. Он встал напротив меня, показывая своим видом, что готов, не боится и "совершенно" не волнуется.
Место для первого обращения просто ужасное. Энергетический поток слабый, зелени и растительности нет.
- Было бы лучше на природе, но что имеем, то имеем, - заключила я. - А теперь закрой глаза и постарайся расслабиться. Лучше представь, что ты в лесу, на лужайке или поляне, не важно. Главное представь.
Макс молча закрыл глаза и напрягся.
- Расслабься, говорю. Иначе не получится.
Старается. Действительно верит в мои слова. Даже приятно.
- Эм... Представь перед собой абсолютно любое животное.
- Абсолютно любое?
- Да.
- Даже... птицу?
- Да.
- Крокодил?
- Да... Нет. В общем, не думаю, что в данной местности будут водиться звери-крокодилы.
- Было бы круто.
- Мм... наверно, но твоя мама точно не обрадуется сыну-крокодилу в своей квартире. Хотя, ты можешь стать, не знаю, медведем? Пумой? Кем-то крупным...
- Круть... - он улыбнулся краешком.
- Так, не отвлекайся. Ты вообще можешь оказаться кем-то небольшим... домашним...
Макс скривился.
- Котом там... кроликом... Блин. Отвлек меня совсем. Животных представил?
Кивнул.
- То животное, чьи глаза ты увидишь, будет твоим. Чувствуешь... потоки энергии?
Вот я чувствую. Совсем слабые они собираются вокруг Макса, готовые к использованию. Мальчик застыл, как статуя. Медленно его начинает окутывать бесцветный туман, собирается со всех сторон сразу, чуть переливается синими всполохами, темнея, окутывая его полностью. Завораживающее зрелище. Не побоюсь слова «волшебное». Туман так же медленно рассеялся, оставив после себя пустое место. А нет. Я подошла ближе. На полу стоит маленькая ярко красная птичка.
Вот это номер...
Я присела рядом на корточки. Птичка, или Макс, что-то прощебетал.
- Мда. Ну, такова судьба, пацан.
Он замахал крыльями, попрыгал из стороны в сторону. Пытается освоиться, принять новые ощущения.
- Если я сейчас обращусь, ты будешь съеден.
Нахмурившись, я задумалась. Достала телефон, поискала в интеренете, что он за птица.
- Канарейка... Макс, ты красная канарейка. Спеть можешь?
В ответ стойка скалой и молчание.
- Ладно, ладно. Я помогу тебе превратиться обратно. И... Зато ты можешь летать. Разве не круто?
В ответ он встрепенулся. Я незамедлительно обратилась. Макс испуганно отпрыгнул назад.
- Постараюсь тебя не съесть.
- Звери едят других зверей?!
- Ну... Это может сработать чисто на инстинктах. Я, например, ела мышиный пирог в детстве.
- Фуу...
- Было вкусно, а вот моей сестре не понравилось. Оно и понятно.
- А она кто?
- Она волк. Но давай позже поговорим о видах? Сейчас тебе надо сказать свое имя на латинском наоборот.
- С чего ты взяла, что я знаю латинский?
- Если не знаешь, то ты не зверь, а ты знаешь.
Макс недолго думая сказал:
- Xam.
Отрицательно качаю головой.
- Да не свое имя. Имя своей души. Имя зверя. Птицы, в данном случае.
- Это слишком длинно, - пробурчал он.
- Возможно. Но иначе обратно человеком ты не станешь.
Он скривился, насколько это может позволить птичья головка.
- Icabat... sisicnoc...
Я превратилась обратно вместе с ним. Мальчик сразу сел на пол.
- Голова кружится? - спрашиваю обеспокоено. У меня тогда всё было нормально.
- Есть немного.
- Наверно, это потому, что энергии здесь слишком мало... Можно тебя, кстати, поздравить с получением души.
Макс лишь кивнул.
- И что теперь? Это всё?
- Почти. Тебе придется упражняться каждый день, учиться летать, как можно чаще бывать на воздухе, но только рядом с растительностью... тренировать слух, зрение и обоняние. Объясни это своей маме. Я расскажу тебе о законах, которые ты должен соблюдать.
- Законы? Я думал, будет что-то типа "не раскрывай нашу тайну человеку, не кусай людей..."
- Мы не оборотни!
Макс вздрогнул.
- Человек не может стать зверем. Это невозможно. Люди не способны ощущать и брать энергию.
- А полукровки?
- Их не существует. Совсем. Понимаешь, зверям нельзя... - как ему это сказать? - Ну...
- Да понял я, не маленький, - поднимается на ноги. - А в чем причина то?
Я было открыла рот, но совсем не нашла, что сказать. Причина? Она есть. И очень серьезная, но в чем заключается, я не знаю. Ренди об этом ни разу не говорила. А я хоть раз спрашивала? Меня это совершенно не интересовало. Нельзя, значит, нельзя.
- Это... Нарушение закона. Ребенка-полукровку убивают. Так было всегда.
Мальчик хмыкнул.
- Ну понятно. Теперь понятно.
Сжимаю челюсть, пока смотрю время.
- Ээм, слушай... - говорю, слегка нахмурившись. Дирая спрашивает, где я. - Давай завтра поговорим о законе?
- Там так много правил? - брезгливо спрашивает Макс.
- Нет вообще-то, но знать их надо обязательно.
А ещё я не хочу больше сегодня возиться с ребенком.
- А можешь хотя бы рассказать, что за фигня с крапивой? - вновь он спрашивает. - Почему крапива-то? Она ведь везде растет.
Вздыхаю.
- Это да... Везде. Ну, мне как-то сестра пыталась объяснить, но я так и не поняла. Просто остерегайся этого растения и всё.
- Да я уже понял, причем давно.
- Я знаю лишь то, - продолжила я. - Что крапива жалит лишь оголенные участки кожи, а значит, безвредна для истинного облика.
Макс задумался, потом положительно закачал головой.
- А, теперь понял.
- Тогда... Давай, до завтра. Лучше принеси блокнот и ручку, или тетрадку... не важно. Так же в пять.
Кивнул. Я пошла к двери.
- Пока!
- Пока.

Ещё не дошла до общежития, как мне вдруг позвонила Женя. Неужели она уже приехала? Просто супер! Отлично, теперь я могу спросить как там Алекс и помогли ли они Максиму. Очень надеюсь, что да. Хочу вновь с ним увидеться.
- Алло? Привет, ты уже в Лондоне? Давай встретимся где...
- Простите, - отвечает мне мужской голос.
- ...нибудь.
- И здравствуйте.
Непонимающе хмурюсь, во рту становится сухо.
- Здравствуйте, а с кем я говорю?
- Меня вы не знаете. Я... Я Егор, эм, парень Жени.
- Знаю. В смысле, тебя знаю.
- Оу... Ээ...
- А что происходит? Что-то с Женей?
"Почему мне звонит какой-то Егор с её же телефона?" - вот что я хочу спросить.
- Лекси? Так ведь?
- Для Жени да. Для тебя - Алекса.
- Хорошо. Алекса, мы можем встретиться сейчас? Конечно, это касается Жени. Дело в том, что... Вчера она ушла из дома и до сих пор не вернулась.
- Вчера? Погоди. Она вернулась вчера?
- Если имея виду, что в Лондон, то ещё позавчера вечером, и сразу же провалилась в сон.
- А, понятно. Почему ты решил, что она пропала? Может, она уснула в любимом баре, скорее всего...
- Я бы так и подумал, если бы она не оставила свой кошелек и телефон, когда... уходила.
Кусаю губу изнутри. Резонно.
- Ладно, Егор, давай встретимся. Вот только если ты и правда тот самый Егор, её парень.
- Могу в доказательство вещи её показать. У меня дома... - ясно слышится вздох. - Звучит ещё хуже. Даже не знаю... Стал бы какой-то маньяк звонить сестре своей жертвы и претворяться её парнем? К тому же, будь это так, Женя уж точно бы справилась с каким-то там маньяком.
Вновь кусаю себя. Блин, и то правда.
- Хорошо. Ладно. Верю. Диктуй адрес, сейчас буду, и ты мне всё расскажешь.
- Разумеется.
После мне пришлось написать Дирае, что надо срочно уладить одно дельце в городе и выехать на такси на встречу...

***

...Бегать в больнице нельзя. Жаль. Приходится очень быстро идти. Чуть не поскользнулась на мокром полу. Точнее, поскользнулась, но чуть не упала. Возможно, теперь от меня пахнет потом, я выдохлась. В голове стоит белый шум, среди которого различаются слова, повторяющиеся, словно молитва: "Хоть бы она, хоть бы она". Мне даже пришлось отменить занятие с Максом, если это можно так назвать. Он неплохо освоился, быстро учится и практически научился летать. (Пока ещё не может нормально приземляться).
- Здравствуйте!
От моего приветствия медсестра за стойкой регистрации вздрогнула и пробурчала какое-то ругательство.
- Вам в больницу привезли девушку... Эм, у неё нет паспорта и других документов... Ещё её нашел ветеринар.
- Это вы по новостям услышали?
- Да, - сглатываю сухой ком. - Она...
- Родственник?
- Да. Я её сестра...
- У вас есть с собой её паспорт? Удостоверение личности?
- Да. Да, есть, - дрожащими руками достаю всё необходимое. - Можно мне её увидеть?
- Да, конечно, - говорит медсестра, записывая что-то в тетради. - Палата ***.
Запоминаю число и срываюсь с места быстрым шагом. Потом приходится вернуться и спросить, какой это этаж.
- Третий. Лестница прямо по коридору, затем направо.
Буркнув тихое «спасибо», лечу на встречу с сестрой.
Перед палатой приходится притормозить, отдышаться, придумать, как сказать и что сказать, не открывать дверь с ноги, крича: "Вечер в хату, идиотка!" Так бы, скорее всего, поступила Женя. Но я же не она. Я просто громко прочищу горло и постучу в дверь. Да.
- Ну привет, идиотка, что за хрень с тобой опять случилась? - спрашиваю, входя.
Женя, лежа в кровати, таращится на меня, как на призрака.
- Ты как в Лондоне..? - ошарашенная моим внезапным появлением, каким-то чудом она связывает несколько слов.
- Я здесь как бы учиться собираюсь, - говорю, садясь на стул.
- Как ты узнала, что я в больнице?
- А как ты в больницу попала?
- Я первая спросила.
- А мой вопрос важнее.
Обе раздраженно замолкаем, чтобы потом разразиться и так сдерживающимся хохотом.
Женя выглядит ужасно исхудавшей и бледноватой.
- Так, почему ты сбежала? - продолжаю допрос, отдышавшись.
Она замолкает резко, хмурится, беглыми глазами смотрит на меня.
- Ты... говорила с Егором?
Киваю.
- Угу. Позвонил мне несколько дней назад с твоего телефона. Говорит, мол, ты ушла из дома и вот уже... около двух дней не возвращаешься. Ну, мы начали искать тебя вместе, пока... - сглатываю сухой ком. Об этом расскажу чуть позже. - Вот, собственно, не услышала о тебе в новостях. Говорилось, что какой-то ветеринар нашел тебя в... Блин, тут не совсем понятно. Сама, надеюсь, расскажешь. Кстати, я и не догадывалась, что ты можешь встречаться с таким порядочным и умным человеком, как Егор. Ты то!
- Я то, - передразнила меня в лучших традициях Женя.
- Человеком ли... - тише добавила я, но сестра точно услышала.
На счет этого... Я, скорее, верю, что Егор человек, но...
Во-первых, Женя вряд ли бы стала встречаться с человеком. В этом я точно уверена.
Во-вторых, от него не исходит та энергия, что присуща зверям.
В-третьих, он странно пахнет. Что-то от зверя есть, но больше походит на человека.
Смотрю на сестру, пока та смотрит куда-то, но не на меня.
- Да ладно, я не выпытываю каких-то объяснений. Просто... будь осторожна.
Женя возвращает взгляд. Кивает на что-то:
- А с каких пор ты носишь такого рода украшения?
Я почему-то, совершенно случайно, опускаю взгляд на кольцо. И резко(нервно) поднимаю глаза на сестру.
Дирая не заметила. Или заметила, но тактично молчит. Но Женя молчать не станет никогда.
- Да просто... захотелось. Красивое же? - по идее я сейчас должна рассматривать это самое кольцо, но вы только посмотрите какие красивые у меня ногти, а пальцы, а белое одеяло...
- Красивое. Наверно, дорогое, как мне кажется. Откуда только деньги взяла...
- Накопила, - говорю и тут же кусаю свой язык.
- Мм... Ну, не буду выпытывать никаких объяснений. Просто хочу, чтобы ты была осторожна.
Скептически сдвигаю брови к переносице. Вот спасибо, сестра, поклон в ноги.
Ладно...
- Слушай, а как твое состояние? - режим заботливой младшей сестры включен.
- К-какое состояние?
- Какое какое? Мне сказали - у тебя был голодный обморок. Как так вышло?
- Эм... Понимаешь, мы с Егором... поссорились... опять из-за меня, - бурчит. - Крупно так поссорились. Я даже думаю...
- Стой. Стой. Ээ... Погоди. Останови этот бессмысленный поток мыслей.
- Почему бессмысленный?
- Знаешь, может, вы и правда тогда поссорились, но, вообще-то, Егор очень беспокоился за тебя. Ты не представляешь как. И... - вовремя останавливаюсь.
Женя молчит некоторое время, теребит пальцами одеяло.
- Спасибо, - почти шепотом.
Слегка хмыкаю.
- Лекси...
Вопросительно смотрю на неё. Она открывает рот, но тут же закрывает, передумав. Хмурится, глаза в пол.
Надеюсь, это было не что-то важное.
И тут мне в голову приходит куча вопросов, которые не так давно вертелись в моей голове.
- Кста-ати...
- Слушай...
Обе замолкаем.
- Что? - интересуюсь я. - Скажи первая.
- Э-э... Нет, ничего. Забудь.
Я пожимаю плечами. Ладно, забуду.
- Что-то ещё спросить хотела?
- Ага. Про поездку в Россию.
Женю передергивает. Она судорожно хватает ртом воздух.
- Не делай так. Мне страшно становится. Что там произошло? Ты спасла Алекса? А что насчет Максима? Ну? Что с ними?
- Алекса, - повышенный тон сестры заставляет заткнуться. - Давай не здесь. Не сейчас. Просто... давай потом.
Непонимающе хлопаю глазами, надеясь на хоть какое-то объяснение. Но его дальше не следует.
- Послушай, - говорит она. - А-а... А сюда уже можно впускать посетителей не родственников?
Киваю. Затем спохватившись, отвечаю:
- Да. Думаю, уже можно.
- Можешь позвать Егора? Нам надо... поговорить, - глаза отводит, губы поджимает.
Это понятно, но... Блин.
Я отвернула голову. Выдохнула.
- Не могу.
- Почему это?
- Жень, ты только...
- Вот только посмей сказать «не волнуйся», я тебе бошку откушу.
- Ты не Веном головы откусывать, - слегка улыбаюсь, но улыбка быстро гаснет. Снова выдыхаю. - Я не могу позвать твоего Егора, потому что... Он в больнице. И он... - кусаю внутреннюю часть губы. - Он попал в аварию.
- Что?..
- Всё-таки надо было сказать «не волнуйся», - пробурчала я. - Он очень переживал, когда ты пропала. Настолько сильно за тебя беспокоился, что, пока рассекал по всему городу на своем мотоцикле, не заметил машину... и врезался в нее...
Мне почему-то трудно смотреть в её глаза, хотя это полностью не моя вина.
- Что с ним?! - она мгновенно подскочила на месте, собираясь встать.
Останавливаю её жестом руки.
- Тебе лучше не вставать, организм ещё слабый, наверно. Да ляг же ты обратно! Я всё расскажу!
Женя, неожиданно, послушалась.
- На самом деле пострадал Егор не сильно, если сравнивать со мной, когда я попала в аварию... У него, вроде, перелом руки, двух-трех ребер и... и всё, кажется. Ещё он довольно сильно приложился головой, из-за чего и находится уже... день как в отключке.
Глаза сестры расширились от страха.
- Спокойно, пожалуйста. Врачи заверили, что память он потерять не должен. Мозг его цел.
Она облегченно не выдохнула. Да блин.
- Но он в коме, хочешь сказать? - на вопрос это мало похоже.
- Я так не говорила. Это возможно. Я же тоже два дня без сознания лежала. Может...
- Не может! - крикнула Женя. - Ты же не понимаешь... Ты же не знаешь... Ему же нельзя.
На моих глазах лицо сестры искривляется, она вот-вот заплачет, но слезы не собираются течь.
- Что ты хочешь сказать? - собственный голос дрожит.
- Я ничего не могу сказать. Не могу. Прости... Ты можешь... можешь пока выйти? - она шмыгает носом, утирает лицо. - Я бы много чего рассказала, но не сейчас. Мне надо... Просто...
Я резко поднимаюсь.
- Жень, я завтра приду. Можешь ничего не рассказывать. Я сама много чего расскажу. До завтра?
Она одновременно удивленно и пораженно смотрит в ответ.
- До завтра...