5
«Смелость заключает в себе гениальность, волшебство и силу. Начни сейчас!»
В машине пахло табачным дымом, потом и копчёной колбасой. Протертые сидения были прикрыты аляповатым пледом, который тоже видал виды. Несмотря на неработающую печку и откровенно непригодную для комфортной поездки температуру, мне ужасно хотелось открыть окно, да только и эта функция оказалась слишком высокотехнологичной для этого авто. Мой чудесный настрой как рукой сняло.
Скрипучее, совсем не элитное детище российского автопрома увозило меня всё дальше от города. Некоторое время мы даже ехали через лес, и я несколько раз порывалась развернуть водителя. Ещё пару часов назад я была уверена в том, что делаю, а сейчас мне хотелось вернуться в свою маленькую квартирку и закрыться на два замка.
Автомобиль резко вывернул на ровную, асфальтированную дорогу и впереди замелькали огни жилых домой - мы въехали в коттеджный посёлок.
Остановившись возле большого, но ничем не примечательного двухэтажного дома, таксист покосился на меня в зеркало заднего вида и нетерпеливо забарабанил пальцами по рулю. Достав из тощего кошелька несколько купюр я, скрепя сердце, передала их водителю и вышла из машины под порывы холодного ветра. Спрятала нос поглубже в воротник куртки и, боясь передумать и вернуться в город, рванула к дому.
Свет в окнах не горел, хотя на территории за низким аккуратным забором отчетливо виднелись свежие следы, которые не успело запорошить снегом.
Я покосилась на экран телефона, который показывал ровно шесть часов вечера - для сна рановато. Дверной звонок с выведенным наружу видеомонитором никак не реагировал на нажатие. Ещё несколько раз зло ткнув в него пальцем, я решила, что в доме просто выбило пробки и потому звонок не срабатывает. Набравшись храбрости, замолотила уже замёрзшей ладонью в дверь, но та неожиданно легко открылась, пропуская меня вперёд.
Темнота внутри дома казалась ещё более густой и пугающей. Сюда уже почти не проникал свет уличных фонарей, а потому идти мне предстояло наугад.
– Мирослав! – громко позвала и вздрогнула от собственного голоса, который звучал неестественно звонко в мрачной тишине. – Это Злата. Я пришла поговорить. У меня есть конфеты.
Ещё шаг вперёд, и под толстой подошвой ботинка что-то хрустнуло. Я наконец сообразила осветить себе дорогу телефоном. Луч фонарика скользнул по полу, на котором валялись битые стёкла, растрепанные книги и бытовая мелочь. Мебель в гостиной была перевёрнута, словно кто-то устроил там славную вечеринку с участием подростков. Лёгкий тюль колыхался от ветра, который проникал в комнату через разбитое окно.
Как-то это всё не хорошо начинается.
– Мирослав?! – снова позвала я, прижав ладонь к бешено колотящемуся сердцу. Глянула в окно в надежде, что такси ещё там, но подъездная дорожка оказалась пустой.
Мысль была только одна: грабители. Домушники очень любят период Новогодних праздников, ведь многие покидают свои дома и уезжают к родственникам, или решают встречать Новый год на пляже где-нибудь заграницей, как Катя.
Трясущимися руками набрала 02 и замерла, напряжённо вслушиваясь в длинные гудки.
– Брось это, – раздался за спиной хриплый голос. – не будем начинать знакомство с ссоры.
Я медленно развернулась к говорившему, нажимая кнопку сброса вызова как раз в тот момент, когда на другом конце провода послышался женский голос.
Не успела.
Мужчина прятался в густой тени лестницы, ведущей на второй этаж, но даже это не мешало мне подметить его огромный рост и внушительную фигуру. Он стоял неподвижно, как статуя, и больше не говорил ни слова, но я всё равно чувствовала острую опасность, исходившую от него. Казалось, что каждая клетка моего тела вибрировала. Мозг отчаянно посылал сигналы в ноги, но те будто приросли к полу. Хотя, возможно, бросаться в бегство было не лучшей идеей - в этой кромешной темноте и с моим-то везением я, скорей всего, уже через пару секунд вырублю себя, крепко приложившись головой о ближайший дверной косяк.
– У меня ничего нет. – дрожащим голосом проблеяла, и мысленно отхлестала себя по щекам. За трусость.
Мужчина чуть подался вперёд, но я по-прежнему не могла его рассмотреть. Хорошо различимы были лишь глаза, сверкавшие в темноте серебряными огнями.
– Кто ты такая? – снова прохрипел он, впиваясь холодным взглядом в моё наверняка побелевшее от страха лицо.
– Я просто зашла к Мирославу, но могу уйти. Прямо сейчас.
– Куда же ты пойдёшь? На улице такой мороз, а ты, как погляжу, на своих двоих. – он ухмыльнулся.
– У меня нет ничего ценного. – повторила, сглотнув вязкий ком, вставший поперёк горла.
– У всех есть что-то ценное.
– Ох! Возьмите деньги. Там совсем мало. И те...телефон.
Трясущимися руками протянула то немногое, что было, но незнакомца, кажется, не на шутку заинтересовали мои подношения. Он пару раз удивлённо моргнул, шумно втянул в себя воздух через нос и шагнул мне навстречу. И только тогда я поняла, насколько сильно заблуждалась, приняв его за простого грабителя.
Мужчину легко можно было спутать с медведем, настолько широкими были его плечи, переходившие в не менее широкую шею, по которой разбегалась паутина вздувающихся вен. Поверх длинной, чёрной рубахи из грубой ткани была накинута кольчуга, которую в нескольких местах пересекала кожаная портупея. Тяжёлый плащ с меховой оторочкой шумно тащился по полу. На густой, аккуратной бороде сверкали серебряные бусины и кольца. В серых глазах полыхали огни, а кровожадная улыбка делала его лицо неприятным, опасным. Но особенно сильно моё внимание привлёк перстень: совсем как мой, но с тусклым камнем, и без единого светящегося шарика. Широкая ладонь сжимала рукоять меча, словно намекая на то, что одно неверное движение может стоить мне жизни. К слову, даже при огромном желании сбежать у меня бы не получилось - тяжёлый взгляд словно гипнотизировал меня, удерживая на месте.
– Откуда у тебя моя Искра, девочка? – торопливо зашептал незнакомец.
– Я...она попала ко мне случайно.
– Случайно? – хмыкнул он и стал осторожно обходить меня по кругу, стараясь не ступать туда, куда отбрасывал бледный луч фонарь у дома. – Стало быть, на место Мороза ты не рассчитываешь?
– Нет, что вы! Я пришла, чтобы решить эту проблему!
– Так я помогу. – почти ласково произнес мужчина и взял мою ладонь в свои ледяные руки. – Отдай то, что тяготит тебя.
Он мягко потянул на себя перстень, но тот, ожидаемо, не сдвинулся ни на миллиметр.
– Не снимается. – уныло констатировала я. – Мы пробовали все способы.
Незнакомец на пару секунд задумался, разглядывая кольцо, а затем крепче сжал моё запястье.
– У тебя всё ещё десять пальцев. А значит, вы попробовали не всё.
Он резко достал из ножен меч и занёс его над головой. Холодным бликом сверкнула сталь. Всё, на что хватило моей реакции - это зажмуриться и отвернуться в сторону. Мгновение словно растянулось, время стало вязким, как мёд. И прежде чем острое лезвие коснулось моей руки, комнату озарила яркая вспышка, которую я увидела даже с закрытыми глазами.
– Совсем ты, Карачун, совесть потерял, раз на маленьких и беззащитных нападаешь.
Мирослав стоял у входа в гостиную. В его ладонях сияла сфера, которую он, играючи, подкидывал в воздух. На скуле красовался огромный синяк, губа была разбита, а чуть ниже колена торчал длинный, деревянный кол. Рана выглядела глубокой, но, судя по лицу Мирослава, она не доставляла ему сильного дискомфорта.
Мужчина, которого Мирослав назвал Карачуном, осклабился и отпустил меня, жестко оттолкнув в сторону. Нагнулся, чтобы поднять выбитый из рук меч, и в этот момент Мирослав бросился на него, выпуская из сферы белые молнии.
Я на корточках пересекла комнату и спряталась за перевёрнутым диваном - пыталась отдышаться, чтобы не впасть в истерику. Подтянув колени к груди, молилась о том, чтобы исчезнуть из этого страшного места. Несчастный мозг силился отыскать в происходящем рациональное зерно, но натыкался на нечто, науке неизвестное.
Благодаря световым спецэффектам, сопровождающим драку двух магов, мне уже не приходилось напрягать зрение - всё было видно, как днём. Мужчины швыряли друг друга в стены, подбрасывали в воздух и заставляли штукатурку осыпаться мелкой крошкой с потолка.
Мирослав вскидывал руки и быстро двигал пальцами, из под которых тут же выходили серебряные нити, которые переплетались между собой в затейливые узоры. Они разрастались и становились то щитом, то оружием. Воздух искрился волшебными всполохами, и я бы обязательно залюбовалась зрелищем, если бы всё моё существо не было занято мыслью о том, как уцелеть.
Противник не уступал и, более того, действовал нарочито медленно, будто всеми силами пытался показать, насколько беспомощен Мирослав против него. Клубы тёмного тумана лениво спускались к ногам Карачуна и расползались по комнате ядовитыми змеями; соединялись в одно большое грозовое облако, чтобы обрушиться всей мощью на щит Мирослава и раздробить его на тысячи светящихся искр; делились на множество маленьких нитей, чтобы броситься на узор заклинания, оставив от него лишь пепел, медленно оседающий на пол.
Я решительно ничего не понимала, поэтому выбрала тактику «сидеть и помалкивать». В конце концов, не ждал ведь Мирослав, что я присоединюсь к их поединку?
– Злата, помогай! – как назло крикнул он, когда Карачун в очередной раз шлёпнул его о стену.
– Что...что мне делать?
Если бы у меня спросили, в чём я совершенно бесполезна, то я бы не раздумывая ответила - в драке. Я никогда не решала конфликты кулаками, предпочитая, поджав хвост, сбежать в безопасное место. И сейчас, даже если бы мне действительно хотелось помочь, я просто не знала, как.
– Искра! – рыкнул Мирослав, уже менее проворно поднимаясь на ноги, чем пару минут назад. – Доверься и иди к свету!
Что бы это могло значить?
Я глупо уставилась на кольцо, в котором яростно трепыхались маленькие огни.
Огни.
Свет!
Решение пришло неожиданно, на секунду ослепив меня своей элементарностью. Выскочив из укрытия, я метнулась к коридору. Подрагивающими пальцами включила на телефоне фонарик и отыскала дверь, ведущую в подвал. Спустившись, без проблем нашла автомат и подняла все рубильники вверх. Подвальную комнату озарил свет, и я облегченно выдохнула. Наверху продолжалась какая-то возня, и оставалось лелеять надежду, что моя гипотеза оказалась верна и победа на нашей стороне.
Я осторожно выбралась из подвала как раз в тот момент, когда Карачун стремительно покидал дом, как самый примерный гость - через входную дверь.
Мирослав стоял в стороне, сложив руки на груди.
– Почему ты его отпускаешь? Беги! – крикнула я.
– Уже не догоним. Сейчас примчит Стрида, нам туда лучше не соваться.
– Кто примчит?
Словно в ответ на мой вопрос где-то наверху раздались тяжелые шаги. Будто великан забрался на крышу и отплясывал там лезгинку. А затем, мягко ступая крупными лапами прямо по воздуху, на снег опустилась огромная волчица. Её шерсть была покрыта острыми льдинками, и словно подсвечивалась мягким, голубым сиянием. Стрида бросила на нас опасный взгляд и угрожающе оскалилась, а затем, догнав хозяина, легко подкинула его носом, вынудив сесть к себе на спину, и они вдвоём умчались в ночное небо.
– Классно ты придумала со светом. – сказал Мирослав, выдёргивая из ноги деревянный кол.
– Ты же сам сказал...
– Я не совсем это имел в виду, но главное, что всё получилось. Ты пришла, чтобы согласиться на моё предложение?
– И это было огромной ошибкой. На такое я точно не согласна! Я домой.
– Он придёт за Искрой. – легко парировал Мирослав, закрывая передо мной дверь. – Теперь он знает о тебе. Ты больше не в безопасности.
– И что мне делать? – в голосе слышались истерические нотки, хотя я отчаянно пыталась держать себя в руках.
– Оставаться со мной. – улыбнулся Мир, протягивая для рукопожатия окровавленную ладонь. – Вместе у нас больше шансов.