#0.8
Я скучал по ней.
Я скучаю по ней.
Я буду скучать по ней.
Нужно валить отсюда.
Битый час я просматривал страницы в интернете в поисках школы-интерната где-нибудь поблизости. Мне оставалось учиться всего лишь полгода, но я не горел желанием провести их в стенах, где, как говорила Ариан, каждый ученик — потенциальный преступник. Так как я не хотел убивать всё свое свободное время, бегая на кухне какой-нибудь засаленной забегаловки, дабы оплатить аренду квартиры, в которой я буду разве что спать, общежитие виделось мне оптимальным вариантом.
Да и в городскую школу я так и так бы не вернулся. Было бы странно появиться там, где не ждут, поскольку тебя не существует, немного изменившимся, но всё же невероятно похожим на того человека. И с прежним именем. Такой выход привлек бы повышенное внимание и любопытство к моей персоне, и в итоге какой-нибудь безумец, решив раскопать мою могилу, обнаружил бы, что меня в ней и след простыл.
Не так скоро, но я всё-таки нашел наиболее удовлетворяющее моим потребностям учебное заведение. Здесь обещали индивидуальную программу с учетом выбранного университета, дополнительные занятия почти по всем профилям, а также широкий выбор различных кружков. Особенно они хвалились новейшим комфортабельным общежитием с размещением по два человека в комнате, и тут я рассчитывал договориться на индивидуальное помещение. Конечно, за всё нужно платить, но существовали различные льготные программы и стипендии, позволяющие получить образование бесплатно. И все же были определенные сомнения, что меня возьмут на оставшиеся полгода. Снова придется просить Николаса, и, надеюсь, он не откажет. Зависимость от него — не то, чего я хотел на всю жизнь, но мне нужен был старт. Ведь я не имел ничего.
Я продолжал лениво просматривать странички, все крепче убеждаясь в верности своего выбора, пока в голову снова не закралась та навязчивая мысль.
«ВНИМАНИЕ РОЗЫСК!»
Я приклеил к стене стикер, где наспех написал «Многопрофильная гимназия имени Э. Лазар», и снова взялся за телефон. Маленьким городкам свойственно быстрое распространение сплетен, однако по какой-то причине слух о пропаже одного из жителей не удостоился подобной чести. На сайтах висели лишь объявления, как и то, что я сорвал со столба. Ни словом больше, ни словом меньше, одна и та же формулировка и никаких новостей.
Я перескакивал с сайта на сайт, не теряя надежд найти хоть что-то. И мне удалось. Как ни странно, то был старый пост в одной из соцсетей, и создали его задолго до произошедшего. На фотографиях был запечатлен я, каким меня запомнили люди, еще загорелым блондином. На одной из них я стоял рядом с девушкой на берегу залива, наверное, в апреле. Лица ее не было видно — она повернулась спиной к фотографу, — но её золотистые вьющиеся волосы казались мне смутно знакомыми. Я не стал заострять на ней внимание — отчего-то мне хотелось бежать от ее призрака. Пролистав комментарии с сожалением о моей смерти, а потом и смерти Кэтлин, я наконец-то добрался до обсуждения Келли.
Макс Вэтбери. Кэтлин Картер. Келли Рагнер.
Келли мертв?
Никто не знает, он пропал несколько дней назад. Надеемся на лучшее.
Дальше шло несколько одиночных комментариев, на которые никто не ответил, а за ними:
Если ты клонишь к серийному убийству: убийцу Макса нашли еще в конце июня, а с Кэтлин вообще непонятно
Так Ариан же посадили!
Ее просто подозревают, она на расследовании. Тем более, Ариан? Смеешься?
А что? От тихонь всего чего угодно можно ожидать... Не у всех убийц на лицах написано, что они убийцы.
Если она не ходит на вечеринки и не вешается там каждому парню на шею, это не значит, что она тихоня. Я на все сто уверена, что это не она.
К двоим спорщицам присоединилась третья:
Говорят, причины смерти Кэтлин неизвестны
Установили уже. От потери крови.
Так написано в заключении, но на самом деле они не смогли понять.
И откуда же у тебя такая информация?
В клубе слышала
Клуб, смешно. Нашла, где слушать.
Я пролистывал комментарии с бешенной скоростью и при этом чудом успевал читать всё, словно последний комментарий содержал ответ, который откроется при условии, если я прочту каждый до него. Палец все быстрее и быстрее рассекал экран, проносились бессчетные записи. В конце концов телефон вылетел из моих рук и с гулким стуком покатился по полу. Небрежно его подняв, я обнаружил, что вкладка закрылась, и с экрана на меня взирала группа преисполненных счастьем учителей с огромным баннером в руках: «Многопрофильная гимназия им. С. Лазар. Мы поможем тебе раскрыть твои способности».
Способности... Ну конечно!
«Неужели тебя ничто не будет отличать от других? Какие-нибудь сверхспособности?»
Я вырвал объявление из-под груды хлама на моем столе и сломя голову помчался по лестнице к выходу. Безжизненный ноябрьский свет пробивался сквозь колючие кроны вечнозеленых сосен. В лесу стояла тишина, какой я ещё никогда не слышал. Он будто умер, а я был в нём единственной живой душой, случайно забредшей в царство мертвых.
Нужно было уйти подальше от любопытных взглядов людей. Я поспешил к заброшенной хижине, но вскоре мне пригляделась залысина посреди леса (назвать это место поляной язык не поворачивался). Убедившись, что школы нет в моем поле зрения, а следовательно — и меня нет в поле зрения школы, я сел по-турецки на холодную землю.
Я сконцентрировался на фото, напечатанном на измочаленном мною листе, и ждал, пока в моей голове не останется ни одной, даже самой простенькой мысли.
Медленный вдох. И выдох.
Как ни странно, но всё покинуло меня моментально. И тогда я принялся за дело.
Со следующим глубоким вдохом я обратил невидящий взгляд в пространство, а в голове держал лишь одно — образ мальчишки. Правая рука, как и прежде в такие моменты на небесах, рванулась вперед не по моей воле, управляемая какой-то неведомой силой. Пальцы вытянулись, словно струны, готовые лопнуть. И разум мой, и душа моя устремились к нему. Но никак не могли отыскать. Много людей... души ураганом проносились сквозь моё сознание. Но все не те.
Напряжение во мне нарастало. Кровь горячо запульсировала в ушах, а грудь сдавило от недостатка воздуха. Ничего не получалось.
Еще! Еще!
Только безликие тысячи, и из них никак не удавалось выделить одного единственного мне нужного. Где же он среди этих тысяч, затерявшийся в давящем, напирающем на меня потоке?
Я потянулся к его душе еще сильнее, но ощущал лишь невыносимое давление в голове, которое нисколько не способствовало, а только мешало поиску. Тоннель стремительно сужался, наваливаясь на меня холодными бетонными стенами и не давая пройти к выходу — к истине — что была так близка. Оставалось только сдаться, признать поражение в этой борьбе, дабы не быть похороненным под ледяными или же жгучими тоннами эфимерных душ. Они не хотели... Я резко выдохнул, и связь прервалась. Все исчезли. Пустота.
Во мне не осталось ничего. Только отрешенность. Черная пелена заволакивала мои глаза, но я даже не пытался ей сопротивляться. Я продолжал падать в темную неизвестность под нарастающее гудение в моем черепе, пока оно разом не утихло. В последний момент я осознал, что нахожусь далеко в лесу совершенно один.
ོ ོ
Я резко открываю глаза и судорожно заглатываю ледяной воздух — ощущение, словно сбежал от смерти. Жар окатил меня с головы до ног, но следом за ним накрыл сильнейший озноб, возвращающий меня в реальность. Меня нещадно колотило, но вряд ли причиной тому был холод.
Хоть я и стоял на ногах уже не меньше пяти минут, все еще не мог взять в толк, какого черта я очнулся в лесу посреди ночи со смятым объявлением в кулаке. Я буквально осязал пустоту, образовавшуюся на месте воспоминаний, после которых я отключился. Но она представляла собой нечто иное — не ту пустоту, что всепоглощающей чернотой окутывала мои воспоминания о прежней жизни. Сколько не бейся в нее, она не отступит, не сжалится, пока не подберешь к ней ключ — частичку из прошлого в настоящем. То, что я испытывал сейчас, нельзя было описать как черную бездну, в которой ничего найти, можно лишь упасть в нее. То была черная стена, об которую если долго скрестись, то в итоге пробьешься на сторону света.
Я не сдавался и искал, искал крупицу, за которую можно уцепиться и попытаться восстановить события. Первые лучи восходящего солнца пробрались в темную глубь леса, а я всё не мог найти осколки памяти, не говоря уже о том, чтобы их собрать.
«Келли Рагнер. Я пытался отыскать душу Келли Рагнера», — внезапно осенило меня.
Значит я провалялся в лесу порядка восемнадцати часов. Загоревшиеся на монохромном экране часов цифры подтвердили мою догадку.
ོ ོ
Предварительно приняв согревающий душ и вдоволь напившись крепким кофе, я стоял на парковке у ворот в ожидании пресвятейшего. Звуковой сигнал известил меня о новом сообщении, и я с удивлением обнаружил, что за последние двадцать часов я пропустил девять звонков, два голосовых сообщения и четыре смс. Все они, конечно же, были от Ариан.
«Привет, Макс. Где ты? Я звонила тебе уже два раза, но ты не отвечаешь. Пожалуйста, перезвони, как только сможешь», — пропищал ее напуганный голосок в первом сообщении. Неосознанно улыбнувшись ему, я тут же включил второе.
«Макс! Прошло уже девять часов! Я не могу уснуть, и меня буквально душит волнение за тебя. Это началось еще до того, как я первый раз тебе позвонила. Перезвони мне!»
Я перезвонил ей сразу же, как только закончилось второе сообщение. Не успел раздаться первый гудок, а Ариан уже кричала моё имя на той стороне провода:
— Макс!
— Привет, Ариан, — буднично поприветствовал ее я.
— Где ты был? Ты в порядке? Я места себе не находила! — Бедняжка захлебывалась словами, а я даже не знал, что сказать, точнее — как правильно сказать, чтобы её успокоить.
— Почему? — ласково спросил я. — Что со мной может случиться?
— В том-то и дело, что я понятия не имею. И не знаю, почему меня накрыла волна страха за тебя! — выпалила она на одном дыхании. — С тобой точно все в порядке?
— Ариан, не переживай, все хорошо. Видимо мой организм не одобрил слишком короткий сон позапрошлой ночью, поэтому я просто вырубился.
— Я рада, что эти волнения были впустую, — уже спокойнее произнесла она, и тут же ее интонация изменила свой оттенок: — Ты приедешь сегодня?
Черный Ауди грациозно вплыл на парковку, шурша гравием. Так же грациозно из него вышел и Николас.
— Вот сейчас и узнаю.
— Жду ответа. — В ее голосе послышалась улыбка, греющая душу. — Я соскучилась, Макс.
— Я сильнее.
И со странной смесью чувств нажал «отбой».
Ник бросил на меня быстрый и как всегда бесстрастный взгляд. Он лениво рылся среди барахла на заднем сидении, и всё в нем говорило, что ему откровенно по барабану на мое присутствие. В его стиле.
— Я хотел извиниться, — вот так прямо обратил я на себя его внимание без всяких предисловий, — за то, что наговорил тебе.
Интересно, знал ли он, что я говорил все это не потому, что искренне раскаивался — нет, — а просто потому, что хотел расположить его к себе. Честно говоря, я понятия не имел, способен ли Николас читать мысли падших так же, как и мысли обычных людей.
— Уже простил, — сухо бросил Ник.
«Ну конечно, злопамятство у вас, Архангелов, не в чести!» — язвительно подумал я про себя, а Николас тем временем продолжал, захлопывая дверцу:
— Уже видел новости?
— Как-то не дошли еще руки, — без всякого интереса ответил я, почесывая пальцем бровь.
Николас протянул мне сверток ежедневной газеты, который всё это время держал в руках. С первой же страницы на меня взирало лицо с фотографии, каждую черточку которого я запомнил уже наизусть. Келли Рагнер. Мертв.
— Шесть ножевых ранений в спину? — не веря своим глазам, выдал я. Теперь понятно, почему я никак не мог дотянуться до его души. Путь на тот свет мне закрыт.
— Да.
— Это Бэт? — без промедления выстрелил я следующим вопросом.
Николас недовольно закатил глаза. Почему он не хочет понять, что я нисколько не сомневаюсь, что кровь на руках Бэт? Мне просто нужно было услышать подтверждение именно от Николаса.
— Да, — внезапно ответил он, что я не сразу понял, к чему это.
— Ты помог им найти?
— Да, Макс, я помог им найти, — резко бросил Николас и пулей пролетел мимо меня. Я догнал его в два шага.
— Как?
— Бэт оттащила его гораздо дальше, чем они искали. Просто предложил расширить радиус.
Естественно, он не явился средь бела дня в полицейский участок, чтобы подкинуть идею. Свое предложение он не высказал им напрямую. Николас использовал способ, доступный лишь ему, как Архангелу. Внушил мысль.
— Труп не был захоронен, и собаки легко его отыскали. Бэт просто оставила его в чаще леса в надежде, что так далеко никто не заберется.
— Мстительная идиотка! Готова сама попасть за решетку, лишь бы прикончить меня.
— Можно истолковать ее ход и по-другому, но я скажу лишь, что улик, указывающих на нее, нет. Сюда ее отправили, как в исправительное учреждение за относительно мелкий проступок, а после того, как я исключил Бэт, она оказалась на свободе и теперь... давай закроем тему! Ты узнал всё, что так хотел узнать, но пришел ты не за сводкой новостей.
— Я хочу свалить отсюда, — опять же без обиняков выпалил я.
— Хм... и куда же? — самодовольно ухмыльнулся Николас одними губами. Он видимо был горд, что предоставил мне бесплатное жилье с не самыми лучшими соседями, из которого я не мог съехать по причине отсутствия тех же самых денег. Вроде как поймал в капкан.
— В другую школу. С общежитием.
— Дело твое. — И вот весь его вид снова принял привычное мне равнодушие.
Дверь учебного корпуса захлопнулась перед моим носом, оставив нас как бы по разные стороны баррикад.