Ода вечной осени

Утро выдалось непривычно прохладным и росистым. Бледный рассвет едва забрезжил за окном, когда помощница Лисса отправилась к почтамту. Варвара куталась в пальто и мелко дрожала, мысленно перебирая все возможные оскорбления для «ленивого труса» и «морального урода», отправившего её в такой холод проверять почту. Почтамт находился примерно в четверти часа ходьбы от гостиницы и, к сожалению, открывался с раннего утра. Девушка шла быстро, надеясь управиться с делами до завтрака и мечтая о тёплой ванне перед отъездом. Она надеялась, что письма не будет. Если выяснится, что принцесса всё же написала Лиссу, а тот решит, что дело неотложное и нужно сию минуту выезжать в Нотрэс — ни о какой ванне не могло быть и речи. Колдун абсолютно помешался на маленькой волшебнице и, очевидно, намеревался подобраться если не к её магии, то к записям её родителей.

Она прошла рыночную площадь. Там было непривычно тихо: лавочники только начинали раскладывать товары, готовясь к длинному рабочему дню. Сепиль делал ровный выдох и разминал мышцы перед очередным забегом. Хаотичный город. Варвара никогда его не любила, ей по душе были просторы Нибури с её маленькими деревеньками и тихими городами. Впрочем, Варвара плохо помнила Нибурь. Мать увезла её оттуда давным-давно, ещё до рождения сестры. В полной мере насладиться свободными пространствами диких земель удалось уже в путешествии с Лиссом. Нибурьская публика к магии относилась с осторожностью, поэтому денег за те выступления они заработали куда меньше, чем получали, показывая фокусы в Апримо.

Варвара миновала здание Церкви Хранителей. Дом святых также пребывал в безмолвии. Значит, пропажу артефакта пока что не заметили. Это было на руку, оставался шанс выехать из города без лишних проверок. Лисс спрятал артефакт среди своих вещей, но, как он говорил, «случись обыск, особенно, если Церковь решится позвать на помощь магов — обнаружить артефакт в моём дорожном мешке им не составит труда.» Опять же, по словам Лисса, Академия и Церковь настолько недолюбливали друг друга, что святоши скорее удавятся, чем попросят колдунов о помощи. А Академия до скончания веков будет напоминать о оказанной помощи и насмехаться над бессилием святош перед магией.

Тем не менее, колдун нервничал. Накануне вечером он признался Варваре, что поступил глупо, упомянув о артефактах в разговоре с Аврамом Оцилле. Да, старый учитель уже давно не преподавал, но, решись Церковь подключить к расследованию Академию — Оцилле придёт ей на помощь.

— И тогда мы с тобой пропали. Сепиль может оказаться для нас закрыт. В конце концов, не требуется много ума, чтобы связать мои вопросы об артефактах с пропажей оного из церкви. А если раскроется правда о демоне, преследующем нас, то жди на пороге всех Охотников города, — будничным тоном вещал Лисс, прихлёбывая утренний кофе.

К сожалению, это не было очередной мрачной шуткой мага. В глазах городского управления их маленькая труппа могла стать серьёзной проблемой. Там не станут разбираться: таскаешь за собой демона — значит, опасен. И ведь не только Лисса накажут. Варваре, послушно следующей за указаниями мастера и связанной клятвой — тоже достанется.

Наконец она достигла почтамта — невысокого здания из желтого кирпича с деревянными оконными рамами, выкрашенными свинцовыми белилами. Поодаль виднелась тяжело гружёная крытая телега, запряжённая тройкой лошадей. Видимо, почта прибыла совсем недавно.

Варвара толкнула дверь. Внутри её встретил просторный зал с несколькими столами, за которыми могли составить текст письма те, кто не имел привычки заниматься этим заранее. На получение и отправку писем у зарешёченных деревянных окошек уже скопилась приличная очередь.

— Вот и откуда вы все взялись? Рано ведь, спали бы, да десятый сон видели. Вечность ведь тут стоять буду, — злилась она, благоразумно не высказывая своё недовольство вслух. Лица в очереди по виду добродушием не отличались и, вероятно, думали об окружающих абсолютно то же, что и сама Варвара.

Время в очереди тянулось раздражающе медленно. Она успела дважды пересчитать количество ячеек в картотеке за ближайшим окошком, прежде чем продвинуться вперед. На два шага. Девушка снова мысленно обругала Лисса. Ей подумалось, что нежелание выбираться за пределы безопасной гостиничной комнаты — лишь предлог. На самом деле Лисс не пожелал тратить уйму времени на унизительную, по его мнению, суету. Но делать было нечего. По крайней мере, в помещении было тепло и сухо.

Спустя час мучительного ожидания девушка смогла пробраться к окошку. Выяснилось, что почта на гостиницу «Совиное гнездо» из Нотрэс пришла сегодня утром. Лисс предупредил Варвару о том, что принцесса, вероятнее всего, проявит осторожность и не укажет имени получателя. Теперь помощница колдуна с растерянным видом взирала на три конверта в руках работницы почтамта. Все они прибыли сегодня и все — на адрес гостиницы без указания получателя.

— Быть может, скажете, от кого должно было прийти письмо? — женщина вежливо улыбалась, но конверт не отдавала.

— София. Её зовут София, — Варвара нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, жалея, что нельзя прямо сейчас выломать решётку и забрать несчастное письмо.

Названное имя сработало. Женщина протянула Варваре пухлый конверт и заставила ту расписаться в какой-то бумаге. Варвара чиркнула подпись не глядя и поспешно вышла из почтамта, пряча письмо за пазуху.

Лисс встретил помощницу недовольным лицом и вопросом «почему так долго». Варвара молча сунула ему в руки письмо и засобиралась на завтрак.

— Поспеши! Нам ещё искать попутную повозку в Нотрэс, — крикнул колдун ей вслед. Варвара в ответ показала ему неприличный жест. За все её страдания, за идиотское стояние в шумной очереди — пусть дожидается. Она поспешно выскочила из комнаты, оставляя Лисса наедине с его «драгоценным» письмом от принцессы.

Проводив помощницу насмешливым взглядом, Лисс перевёл внимание на конверт. Внутри он нашёл несколько листов бумаги, целиком исписанных бисерным почерком Софии. На первых девочка приносила извинения за задержку, туманно намекая на усиление контроля со стороны няни и делилась успехами в изучении новой для неё науки — демонологии. Лисс с удовольствием отметил, что принцесса задаётся теми же вопросами, какие в своё время возникали у самого Лисса, во времена учёбы в Академии. Академия учила, что все демоны когда-то были людьми. В момент гибели их тела захватывала сущность, превращая умирающего человека в отвратительное подобие себя прежнего: без глубоких чувств, способности к сопереживанию, с одним лишь голодом и ненавистью внутри. Достоверно не было известно, откуда берётся та самая злобная сущность и почему редкие умирающие становятся демонами, когда как большая часть — остаётся рассыпаться прахом под толщей земли. София в письме рассуждала над этим. Рукой принцессы был выведен вопрос: может ли демон быть добрым? Способен ли побороть голод? И каким образом демон способен колдовать и влиять на разум, будучи по сути, живым мертвецом, чьё сердце не бьётся, а кровь, соответственно, не переносит ункиль по телу.

— Хорошие вопросы, ученица, — улыбнулся Лисс. Его взгляд упал на другой лист бумаги, испещрённый текстом в две колонки. Видимо, на нём содержался список известных демонов, подходящих под расшифровку из демонических ловушек. Первым именем была указана Лунная демоница, она же Дарья Сильвайр. София аккуратно выписала все найденные черты возле имени. Далее прилежная ученица вывела несколько черт, не подходящих ни единому демону и указала список тех, кому бы они могли подойти. Девочка проделала колоссальную работу. Перечень был велик, к тому же возле каждого имени были вписаны остальные характеристики. Лисс углубился в чтение.

— Девочка права. Ловушка вполне могла поймать следы сразу двух демонов. В тот вечер, когда я впервые заметил слежку, мы с Варварой видели кота. Неужели эта мелочь — легендарный Кот-Тигр, фамильяр самой Дарьи Сильвайр? Впрочем, по слухам, этот зверь нужен демонице для слежки, поэтому неудивительно, что он ничем не отличается от обычного кота, — бормотал Лисс себе под нос. Он водил пальцем по строчкам, выискивая своего преследователя. Благодаря Оцилле, колдун уже знал, что искать надо кого-то сильного и древнего. Благодаря встрече в Сепильской церкви — что преследователь способен видеть невидимое. В результате осталось не более пяти имён, но каждое из них внушало, если не ужас, то изрядное беспокойство. Однако, всегда лучше иметь крохи сведений, чем не иметь их вовсе. И колдун, засучив рукава, принялся подготавливать обереги против демонов из списка.

Вернувшаяся с кухни Варвара застала его в разгар работы. На кофейном столике в великом множестве валялись сушеные травы, перья, веточки, даже блестящие пуговицы, бусины и магические порошки. Над всем этим добром, подобно чёрной птице, нависал Лисс.

— В Нотрэс не едем? — с надеждой спросила Варвара, прикидывая свой шанс на принятие горячей ванны. Колдун, казалось, прочитал её мысли:

— Едем, но ты успеешь понежиться в местных купальнях. Мне нужно ещё пару часов. После обеда выдвигаемся. Благодаря Софии у нас появился шанс скрыться от демона или запутать его, хотя бы на некоторое время.

Спустя три с половиной часа Лисс и Варвара ощутили всю прелесть путешествий по просёлочным дорогам, трясясь в телеге, запряжённой тощей пегой лошадкой. Неразговорчивый возница в капюшоне, единственный свободный в округе, взял с них прямо-таки грабительскую плату. Но обещал доставить прямо в Нотрэс. Как только они выехали за пределы Сепиля, колдун заметно приободрился и воодушевлённо оглядывал проплывающие мимо пожухлые поля. К обеду распогодилось и утренний холод немного отступил, поэтому даже вечно мёрзнущая Варвара претензий не выказывала. Телега была наполнена мешками картофеля и сидеть на них было крайне неудобно, однако компаньоны сумели соорудить из своих дорожных сумок нечто вроде мягких тюфяков. Это немного сглаживало прыжки телеги на кочках.

— Слыхали, что в Сепиле произошло? — донёсся голос возницы. Голос этот был чистым и звонким, можно сказать, не по-мужски высоким, из-за чего оба пассажира сделали вывод, что сидящий на козлах — рослый, но совсем юный паренёк, едва начавший самостоятельную жизнь. Лисс промолчал, за него ответила Варвара:

— Не слыхали, газет не читаем. А какие новости? — тон девушки звучал простодушно, однако она, как и Лисс, почувствовала неладное. Она искоса поглядывала на мастера, подмечая, как напряглась его челюсть и сощурились глаза. Возница же хихикнул:

— Церковь Хранителей ограбили! Стащили какую-то древнюю святыню. Все городские службы с утра на ушах стоят, пусть и стараются не подать вида, чтобы народ не ударился в панику. А на выезде всех проверяют: и новоприбывших, и тех, кто покидает город.

— Как это всех? Нас-то не проверили. Стало быть, уже знают, кого искать. Не такая уж и новость, — подал голос Лисс.

— Пара монет всегда лучше утомительного досмотра, — пожал плечами их попутчик, — я заплатил страже, нас и выпустили. Пусть сами разбираются со своими проблемами. Моя дорога ведёт в Нотрэс и меня дела церкви не касаются.

— Кошмар, — с убедительной искренностью посочувствовала Варвара, — теперь ведь никого лишний раз из города не будут выпускать. Да и попасть внутрь будет непросто. Торговцам и артистам придётся тяжко.

— Не о чём беспокоиться. Всего лишь будут смотреть, что в поклаже. Торговлю это не парализует, — отмахнулся Лисс, немного расслабляясь и переставая сожалеть о деньгах, отданных вознице. Судя по всему, подкуп стражи спас их с Варварой от незавидной участи оказаться в тюремных кандалах.

— Всё так. В город продолжают стекаться торговцы, актёры и путешественники, — ответил их новый знакомый, — а недовольство уже растёт. Проверки занимают много времени, людям это не нравится. Не найдут виновного в скором времени — и воздух над Сепилем станет буквально пронизан злобой. Так и до бунта недалеко.

Лисс готов был поклясться, что возница улыбается. Колдун вздохнул. Ему вовсе не импонировала идея бунта в Сепиле. В городе многие любили их с Варварой выступления и самые большие суммы денег они собирали именно там. Но их молодой знакомый, очевидно, относился к тому типу людей, которые наслаждались сумятицей и беспорядком, пытаясь с их помощью изменить мир к лучшему. Одним словом, перед Лиссом был мятежник и подстрекатель.

На дорогу медленно наползал лесной туман. Когда из его молочно-белых недр вынырнули первые деревья леса Атоль, возница снова подал голос:

— Здесь поедем медленно. Видимость никакая. Если конечно, уважаемый маг не захочет слегка разогнать туман своими силами, — добавил он.

— Как он понял, что ты маг? — тихо спросила Варвара у Лисса. Серебряная трость была спрятана среди личных вещей, а на выступлениях зрители, как правило, плохо запоминали Лисса, будучи очарованными его помощницей в ярком костюме и гриме. Лисс пожал плечами. Возница, расслышав слова девушки, ответил:

— Он прячет запястье, будто по старой привычке опасается ощутить на нём холод серебряного браслета. И боится снова стать узником Академии. А ещё больше боится того, что может найти в этом тумане, — возница обернулся к ним и Лисс с Варварой содрогнулись от его хищной улыбки, — что встретит того, кого не может победить. Я прав? — паренёк выдержал драматичную паузу и, видя посерьёзневшее лицо Лисса, хихикнул, радуясь произведённому эффекту. Тут телега подскочила на очередной кочке, и вознице пришлось вернуться к управлению, переводя лошадь на шаг.

— Вы случайно, не разлучённые в младенчестве братья? — проворчала Варвара, мысленно сетуя на то, что ей вечно не везёт оказываться рядом с мрачными шутниками, буквально питающимися чужим страхом. Она попыталась поудобнее устроиться на мешках, чтобы вздремнуть. Лисс же вступил в диалог:

— Не вижу ничего постыдного в страхе перед Академией. Если вы так уверенно говорите про именные браслеты учеников, стало быть, знакомы с её методами.

— Довольно жестокими методами, — хмыкнул паренёк, не отворачивая взгляда от дороги.

— Верно. Но учат там верным вещам. В мире достаточно сил, неподвластных даже тем, в ком течёт энергия ункиля. И глупец тот, кто не признаёт их, — в сердце колдуна поднималась злоба. Кто такой этот юнец, чтобы спорить? Кто такой, чтобы осуждать методы Академии, которые веками спасают подобных ему от ужасной участи? Лисс полыхнул глазами.

— Лисс... — Варвара тихонько позвала его, но он проигнорировал её зов. Колдун вскинул руку и вокруг поднялся ветер. Не слишком сильный, но достаточный для того, чтобы разогнать клочья тумана впереди и открыть им дорогу.

— Неплохо, — оценил возница, — теперь, если к нам кто-то подкрадётся, мы быстро его заметим. Хорошая работа.

— Лисс! — Варвара окликнула его громче.

— Я не нуждаюсь ни в чьём одобрении, — холодно заявил колдун, — В чём дело? — он наконец обратил внимание на Варвару. Девушка потянула его за полу плаща, заставляя сесть. Оказывается, распалившись, он поднялся во весь рост. Случись колесу попасть на корень или камень — и колдун сверзился бы с телеги, глотая дорожную пыль и сосновые иголки. Лисс выдохнул, успокаиваясь и кивком благодаря Варвару. Он уже и сам не понимал, почему вспылил. Видимо, сказывалось нервное напряжение. Но помощница продолжала смотреть на колдуна, чуть расширяя глаза и взглядом указывая на что-то среди картофельных мешков. Он посмотрел в ту же сторону. Здесь было темно, будто бы сумерки накрепко прилипли к лесам Атоль. Приходилось напрягать зрение. Однако Лисс быстро сообразил, на что указывает Варвара. Его внимание привлекло тёмное пятно на одном из мешков. Видимо, она передвинула его в поисках удобного положения для дрёмы, после чего и обнаружила странность. Девушка подтвердила его догадки кивком и, прежде, чем он успел что-либо ответить, повернула руку ладонью к магу. Рука её была испачкана в тёмно-красной, казавшейся почти чёрной в лесной темени, крови. Лисс нахмурился и провёл двумя пальцами по перепачканной ладони девушки. Замер на мгновение, прикрыв глаза, после чего одними губами сделал вывод:

— Человеческая.

Итак, они ехали в одной телеге с мёртвым телом, упрятанным в картофельный мешок и тихо перешёптывались, не позволяя вознице себя услышать. Молодой парень на козлах беззаботно напевал себе что-то под нос и, казалось, совсем позабыл о пассажирах.

— Нужно выбираться отсюда и поскорее, — едва слышно шипела Варвара, не на шутку занервничавшая. Она второй раз в жизни сталкивалась с мертвецом. Первым случаем стала её сестра. Варвара была телохранителем Лисса, но так вышло, что при сражениях с противниками у неё до сих пор обходилось без серьёзных жертв. Кому-то она ломала конечности, кому-то выбила пару зубов, или оставляла кровоточащие раны. Но этот несчастный, запихнутый жестоким убийцей в грязный картофельный мешок, как какой-то мусор, безо всяких сомнений был мёртв. К тому же погиб недавно. Варвара старалась не смотреть в его сторону, но одной мысли было достаточно, чтобы кровь застыла в жилах.

— Мне он с самого начала не нравится. Выйдем в первой же деревне, которая будет на пути. Нехорошо сходить с повозки прямо тут, в лесу. Тут достаточно дикого зверья, и неизвестно, что хуже — попасться волкам или убийце, — шёпот Лисса щекотал ей ухо. Он куда спокойнее воспринял соседство с мёртвым телом — разве что держался на расстоянии, чтобы не испачкать одежду. Маг недоверчиво поглядывал на возницу, моментально ставшим главным подозреваемым в преступлении.

— Хуже будет, если на выезде из леса нам попадутся другие путешественники, — возразила Варвара, опасаясь, что пятно на дневном свету станет ещё заметнее.

— Успеем скрыться до того, как позовут стражу. Я вроде как маг, если ты не забыла, — щёлкнул её по носу Лисс. Девушка в ответ наморщилась.

Какое-то время двигались в тишине. Лес казался бесконечным, а стройные ряды сосен, стоящие вплотную к дороге, вызывали неприятные мысли о ловушке, ловко расставленной для незадачливых путешественников. Беззаботный возница прекратил напевать и прислушался:

— Слышите? Воют. И всё ближе. Не ровён час, как сюда придут. Сможете защитить нас, господин маг? — парень с улыбкой обернулся к своим пассажирам.

Лисс и Варвара тоже слышали волков. Звери крайне редко выбирались из глубин леса для охоты на путников. Однако вой отчётливо слышался всё ближе. Видимо, их приманил запах крови, исходящий от их телеги. Кровавое пятно на мешке расползлось ещё сильнее, а Лисс предпочитал молчать о своих догадках относительно целостности тела внутри, чтобы не нервировать Варвару ещё больше. Впрочем, та была неглупа и, очевидно, всё понимала. Она отвернула лицо, хмуро крутя в пальцах свой кинжал, скорее для самоуспокоения, чем для защиты. Такое оружие было малополезно против волчьей стаи.

— Нечего веселиться. Волки воют, а мы чего тащимся? До выезда из леса совсем немного, ведь так? Или вам жизнь не дорога? Гоните! — прикрикнула Варвара на возницу, который, казалось, заставлял лошадь сбавить ход, но никак не гнать во весь опор.

— Слушаюсь, — хихикнул паренёк, — Н-но, пошла!

Телега сорвалась с места, бешено дребезжа. Лисс и Варвара едва успели ухватиться за её края, с силой вгоняя в ладони колючие занозы, а мешки с картофелем запрыгали вокруг, тесня людей ближе к кровавому грузу.

Лисс вглядывался в темноту и копил силы на удар огнём. Варвара старалась расслышать среди грохота телеги и стука копыт приближающуюся стаю. Но воя больше не было. Вместо этого между деревьев вдалеке замелькали серые тени. Звери нагоняли.

Лисс сформировал в левой руке сгусток пламени и метнул его в одного из преследующих их волков. Удар был не слишком мощный, целью Лисса было напугать зверей, а никак не спалить лес дотла. Однако это не возымело никакого эффекта. На смену одному преследователю тут же явился другой.

— Они заходят сбоку! — крикнула Варвара, держа наготове кинжал на случай, если волк прыгнет к телеге или нападёт на лошадь. Несчастная пегая неслась во весь опор, не разбирая дороги. Благо, путь был прямым как стрела. Возница будто бы совершенно не выказывал тревоги, только тело его слегка напряглось, выдавая физические усилия, которые ему приходилось прикладывать, чтобы не упасть со своего места. Капюшон с его головы пал и взору открылись ярко-красные волосы, даже в лесной темноте полыхающие почти так же ярко, как огни в руках мага. Они продолжали нестись через тёмный лес во весь опор, вздымая опавшую хвою и едва ли не сшибая в панике взмывавших из кустов пичуг. Варвара поймала на кинжал волка, решившегося напрыгнуть на телегу сбоку, а Лисс тем временем запустил сразу три огненных сгустка в самую гущу преследующей их стаи. Удар пришёлся кстати — запахло палёной шерстью и несколько зверей, обиженно взвизгнув, свернули с дороги, снова попрятавшись между деревьев, на время отступив.

— Они не отстанут. Только истощат меня, да загонят лошадь. Может отдадим им то, за чем они пришли? — голос Лисса снова зазвучал возле уха Варвары. Взгляд девушки метнулся к окровавленному мешку:

— Мы не можем так поступить. В городе у него есть хотя бы шанс получить достойные похороны. Всё лучше, чем брюхо волка, — она закусила губу, — А может быть, призвать ЕЁ?

Лисс удивлённо поднял бровь:

— Странно слышать это от тебя. Но нет, это невозможно. Она слишком далеко от нас, мне сложно ей управлять, стало быть, ждать придётся долго: нас к тому времени успеют благополучно сожрать. Да и с такой стаей она не справится, только повредится ещё больше. А я всё-таки рассчитываю вернуть сие бренное тело к жизни, — маг покачал головой, — Нет, надо справляться своими силами. Ладно, кажется, наша передышка подходит к концу. Попробую подпустить поближе и спалить всех разом. Твоя задача — не дать мне вывалиться из телеги, если я переборщу с выбросом энергии. Я собираюсь сделать кое-что фееричное, — он размял запястья и приготовился к атаке.

Волчьи силуэты снова замелькали вокруг. Звери готовились к новому нападению, на этот раз агрессивнее заходя сзади и сбоку, пытаясь отрезать им путь к бегству. Лисс сосредоточился. Магия ункиля безудержным потоком понеслась по его жилам вместе с кровью, застучала в висках, обожгла вены до самых кончиков пальцев. Глаза мага загорелись алым, а сам он вскочил на ноги, чудом удерживаясь в подпрыгивающей телеге, и, взметнув обе руки, направил ослепительно яркие огненные вихри кольцом вокруг телеги, стараясь не задеть деревья. Ближайшие звери тотчас же обратились в пепел и казалось, путники оказались посреди жестокого пожара. Лошадь перепугалась и встала на дыбы, а возница с трудом успокоил беснующееся животное. Лисс продолжал удерживать огненное кольцо, одновременно метая сгустки пламени в держащихся поодаль волков. Но и ему пришлось худо: перед глазами довольно скоро поплыли радужные пятна. Лисс зло встряхнул головой, игнорируя неудобства. Нужно было завершить дело. Но тут случилось то, что заставило его побледнеть и покрыться холодной испариной, несмотря на беснующийся вокруг огонь.

— Всё сопротивляешься мне, малыш? Такой слабый, такой...хрупкий. Даже с никчёмным зверьём не можешь справиться, — зазвенел голос в его голове. Голос этот, словно сотканный из двух разных, многократно отражался от стенок черепа, подобно эху. Перед глазами потемнело. Лисс пошатнулся и почувствовал, как его подхватила Варвара, не давая ему упасть.

— Выметайся, — сквозь зубы процедил Лисс, отвечая демону. Разумеется, существо нашло наилучший момент для попытки пробить защиту мага: именно тогда, когда он потратил огромное количество сил, обороняясь от стаи.

— Играешь в благородство? Не обманывай себя. Ты понравился мне. Столько амбиций, столько огня в сердце... Как больно смотреть на твои неудачи, когда они давным-давно могли бы стать успехом, феерией, — казалось, что говорящий с тоской покачал головой, будто бы действительно был огорчён. Лисс не отвечал. Он отпустил огонь и все внутренние силы направил на оборону. Клеймо на запястье жгло неимоверно, в голове пульсировала тупая боль. Насмешливый демонический голос немного приглушился и Лисс наконец смог сфокусировать взгляд. Как раз в этот момент окровавленный мешок с глухим стуком выпал из телеги, вытолкнутый Варварой, видимо, сообразившей, что момент критический и отринувшей моральные препоны. Лисс снова прикрыл глаза.

— Твоих сил не хватит, чтобы использовать магию Алтаря. Эти девицы, которых твой народ называет святыми, всё предусмотрели. Он попросту убьёт и тебя, и твою подружку, и девчонку, которую ты так неразумно назвал ученицей, — голос откровенно глумился, стараясь поддеть Лисса, найти его слабость.

— Прочь, — он не сдавался, не позволял себе слушать демона.

— Как скажешь, милый. Но я ещё вернусь. Настанет момент, когда без моей помощи тебе придётся несладко, — послышался сдвоенный смех и всё затихло. Лисс наконец смог разглядеть обстановку. Он сидел зажатый с одной стороны пыльным картофельным мешком, а с другой его обнимала Варвара. Верная помощница всё ещё сжимала кинжал в одной руке, второй не давая магу упасть.

— Я в порядке, могу сидеть сам, — севшим голосом произнёс Лисс.

— Отлично, потому что наш возница куда-то подевался. Я пересяду на козлы, — она спрятала кинжал и перепрыгнула вперёд, взяв на себя управление лошадью, — будем искать или волки его уже сожрали? Непонятно ведь, как давно запропастился, не до него было. Лошадь и без вожжей неплохо тянет, свернуть-то тут некуда.

— Не найдём. Это был демон и он уже далеко отсюда. Да и волки ему не страшны, — устало выдохнул Лисс. Варвара замерла:

— Ты ведь, кажется, определил в демоны женщину из церкви, которая разглядела твою маскировку. Ошибся? — она удивленно смотрела на мага через плечо. Лисс покачал головой в ответ:

— Не ошибся. Теперь я знаю, что это за демон, поскольку он говорил со мной. Мне не повезло. Дело дрянь. Я повстречался с Юкки, — он откинулся спиной на мешки, не замечая ни грязи, ни неудобств. Всё тело и без того было ватным, а перед глазами до сих пор плыли цветные круги. Варвара долго молчала, вероятно, ожидая подробностей, но, так и не дождавшись, проговорила:

— Судя по всему, какая-то невероятно сильная бестия. Она может менять пол?

— Она изначально двупола. Юкки — это демонические близнецы, способные как разделяться надвое, так и сливаться в единое существо. Не самый агрессивный демон, но при этом очень сильный и невероятно старый. Возможно, один из самых первых появившихся. Наслаждается тем, что подталкивает людей на различные мерзости, заставляя забыть о этических нормах. Подстрекает на обман, убийства, ложь. И чаще всего довольствуется не созданием мелких неприятностей, а провокацией на то, что обычно оборачивается массовыми жертвами. Творит великое зло чужими руками.

— Что оно от тебя хотело? — Варвара догадалась, что демон что-то предложил Лиссу и внезапное прекращение атаки волчьей стаи огнём связано именно с тем, что тому пришлось перенаправить силы на защиту себя самого.

— Сделку, разумеется. Говорит, у меня ничего не выйдет без них. Запугивает, одним словом, — Лисс махнул рукой и снова прикрыл глаза.

— Зараза, — помощница фыркнула, — Ну ничего, теперь, когда ты точно знаешь, что это за демон, тебе будет проще от него защищаться, — она старалась сохранять светлый взгляд на ситуацию, вместе с этим вытянув шею и высматривая такое же светлое пятно дня, которое бы указало на то, что их повозка приближается к выезду из леса.

— Мне нужно экономить силы, — задумчиво проговорил Лисс, — этот случай с волками не совпадение. Думаю, в том мешке остался настоящий возница, а наш демонический знакомый попросту сменил его на козлах, когда понял, что нам нужно попасть в Нотрэс. Мешок оставил, чтобы приманить стаю и заставить меня потратить побольше сил, оказаться в безвыходном положении. Быть может, он даже надеялся, что я ослабну быстрее и приму его помощь, — он хмыкнул, — действительно, зараза. Хитрая и расчётливая. И так просто не отстанет. Юкки это, очевидно, веселит. Игра в кошки-мышки, не более того.

— Мне жаль того, кто остался в мешке. И безмерно стыдно, что я всё-таки скинула его с телеги, — вздохнула Варвара, — но стая никак не отставала, пусть там и оставалось совсем немного животных. Ты выглядел так, будто вот-вот потеряешь сознание, возница вообще пропал. Пришлось поступиться своими принципами.

— Именно так Юкки и действует, — кивнул маг, — Вынуждает совершить ужасный выбор: вроде как самостоятельно, но под давлением неизбежности. А после ты жалеешь и винишь себя. Ты слишком добра, Варвара, — Лисс слабо улыбнулся.

— Ой, иди-ка ты куда подальше. Если я для тебя слишком добра, значит в другой раз не буду тебя ловить и позволю сверзиться башкой вниз, — буркнула девушка. Лисс в ответ беззвучно рассмеялся и вновь бессильно откинулся на мешки.

Спустя четверть часа среди тёмных деревьев наконец забрезжил просвет и Лисс с Варварой выбрались в поля. Там наконец выдохнули спокойнее и смогли рассмотреть друг друга. Вид у них был неважный: оба в пыли и грязи, всклокоченные, уставшие. Не желая являть подобный облик в Нотрэс, заглянули на постоялый двор в ближайшей деревеньке. Там умылись и привели себя в порядок. После чего напоили лошадь, и, бросив на окраине телегу, двинулись в город верхом, устроившись вдвоём на одной лошадке.

— Как себя чувствуешь?

— Если ты про то, что ты усадила меня вперед и правишь лошадью, то несколько унизительно, — проворчал Лисс. Впрочем, спорил он для вида. В его состоянии совершенно небезопасно было браться за поводья: голова колдуна всё ещё кружилась. Варвара его реакцию считала по-своему:

— Шутить можешь, значит уже не так плох. Скоро оклемаешься.

Они почти не разговаривали до самого подъезда к городу. Пережитое тяжелым грузом навалилось на обоих, давя на плечи и утяжеляя шаг. В городе пришлось оставить лошадь и двинуться по слабо освещённой аллее к уже знакомой гостинице.

— Что теперь будем делать? — Варвара поглядывала на Лисса, медленно ступающего рядом и опирающегося на трость для поддержания равновесия. Тот, будто бы очнувшись ото сна, моргнул и воззрился на неё:

— Планы не меняются. Не считай меня слабаком, Варвара. Я не был готов к удару, поэтому демону удалось застать меня врасплох. Больше я подобного ему не позволю. Больше ни единой глупости.

Варвара серьёзно кивнула. Ей и в голову бы не пришло считать Лисса слабаком после того, что она увидела сегодня. Девушка не могла похвастаться обширными познаниями в магии, однако понимала: не всякий колдун способен сотворить с огнём то, что сделал Лисс.

— Когда ты понял, что возница — и есть наш демон? — она вопросительно взглянула на профиль мага.

— Я смутно догадывался об этом ещё когда он завёл разговоры о моей юности в Академии. Обычные люди стараются избегать обсуждения подобных тем. Заметил я и его спокойствие перед лицом опасности. Здешние волки, оголодавшие и злобные, даже самого большого смельчака заставят понервничать. А в недрах леса есть существа и пострашнее, — объяснял Лисс. Он задумался:

— На деле, я должен был заподозрить неладное ещё тогда, когда оказалось, что он единственный направляется в Нотрэс. Повозки часто ходят между городами, но стоило нам собраться в путь, как внезапно никого не осталось. Подозрительней некуда, — заключил маг. Варвара не согласилась:

— Даже если так, он же сам нам и сказал, что из Сепиля не выпускают без проверки. Может быть, странствующие торговцы из-за этого решили повременить с поездками, а то и вовсе задержались у ворот. А этот подкупил стражу и прошмыгнул.

Лисс хмыкнул:

— Не один он знает цену звонкой монете. Только, если дело касается Церкви, будь уверена: они никого, ни за какие деньги не выпустили бы из города. Думаю, он применил магию и выбрался иным способом.

Тут ему пришлось умолкнуть. Они зашли в гостиницу. Варвара направилась договариваться о свободных комнатах, Лисс же подошёл к окну, расфокусировано глядя перед собой. Ему не давали покоя слова Юкки. «Твоих сил не хватит, чтобы использовать магию Алтаря» — говорили демонические близнецы. Что, если это правда? Лисс почувствовал шаги Варвары за спиной ещё до того, как та окликнула его и обернулся, пряча нервозность за кривой усмешкой.

Им достался тот же номер, что и в прошлое посещение города. Лисс с облегчением рухнул на кровать, расслабляя спину:

— Неужели под моей поясницей что-то мягкое, а не чёртова картошка, — выдохнул он удовлетворённо.

— Подвинься, — проворчала Варвара, падая рядом.

— Уйди на свой диван, дурная, это моё место.

— Сам иди, я тоже устала.

На этом спор закончился. Они какое-то время молча лежали рядом, глядя в тёмный потолок и переваривая события минувшего дня. Варвара мучилась совестью из-за сожранного волками тела настоящего возницы. А Лисс думал о красноволосых близнецах и Алтаре.

— Как только восстановлюсь, навещу принцессу Софию и постараюсь разузнать: кто мог наложить печать на её силы. Если она не сможет открыть Алтарь, то больше никто не сумеет. А моих сил даже вместе с артефактом может не хватить.

— А если печать — дело рук Юкки? — Варвара повернула голову к Лиссу.

— Надеюсь, нет. Впрочем, когда их голоса говорили со мной, мне показалось, что они не знают о проблемах принцессы с магией, лишь о том, что я взял её в ученицы, — он прикрыл глаза, — Подумаю об этом утром. Слишком тяжелый день выдался.

Варвара вздохнула и сползла с кровати, оставляя Лисса одного. Опускаясь на свой диван и закрывая глаза она всё ещё видела перед внутренним взором мелькающие серые тени, яркие всполохи Лиссова огня и кровавое пятно на холщовом мешке, расползающееся всё сильнее.