Ода вечной осени

Лисс пришёл в себя в небольшой кухне полулежа на софе, у окна. Судя по всему, кухня находилась на чердаке, поскольку первое, что увидел колдун – скошенный потолок, с которого свисали связки сушёных лекарственных трав, вперемешку с банными вениками двадцатилетней давности, возможно оставшимися ещё от прошлых жильцов дома. Старик хлопотал здесь же, подливая горячую воду в небольшой глиняный чайник для заварки. На маленькой печи, пышущей жаром, густо булькало какое-то варево. В кухне сильно пахло полынью и луком.

— Очнулся, балбес? Неужто совсем вылетело из головы всё то, чему тебя учили? Решил, что победил, так и щиты снять можно, и бдительность послать куда подальше? То была всего лишь марионетка, страж дома, все в Академии проходят создание стражей. В жизни не поверю, что они не рассказывали об этом. Определить марионетку несложно, если внимательно наблюдать за её движениями, — седой старик грозно воззрился на него, уперев руки в бока. Он был одет в простую домашнюю одежду, дополненную ярким вышитым фартуком, судя по всему, подаренным кем-то из благодарных учениц. Кроме внимательных колких глаз, ничего в нём не выдавало опасного мага и бывшего профессора Академии. Лисс откашлялся, слегка смущённый строгой отповедью.

— Да помню я. И про определение, и про создание защитника. Надо заметить, марионетка выглядела крайне реалистично, да и атаковала мощнее, чем те, с которыми мне удавалось столкнуться раньше. Щиты ещё оставались, но успели значительно ослабнуть и ваша магия легко их пробила. Честно говоря, надеялся, что не придётся вступать в бой, да и давно в дуэлях не участвовал. Рассчитывал всего лишь поговорить, — он потёр саднящий бок. Кажется, старик знатно его приложил – болело всё тело. Аврам презрительно фыркнул:

— Пф, дети! Всегда нужно быть готовым к сражению. Однако, за идею с водой и молнией хвалю. Отличный способ быстро завершить бой. Сам неоднократно использовал подобный приём. Тут главное следить за тем, чтобы враг не смекнул использовать его раньше тебя. Но повторяю: не смей недооценивать противника! Убедись, что поблизости нет других врагов. И не жалей вещи, попадающиеся под руку, будь то древняя ваза или стены моего дома, которые, к слову, защищены от огня. Я наблюдал за тобой. Ты мало атаковал, сосредоточив внимание на обороне. В условиях настоящего боя главное – выжить и победить, а не уворачиваться от ударов, пока не кончатся силы. Быть может, ты столкнулся на пороге моего дома с демоническим двойником, в то время как я беспомощно ожидал помощи где-нибудь в недрах своего же подвала, среди заплесневевшей капусты и вонючих банок с огурцами? Что бы ты тогда делал? — учитель плеснул отвар в чашку и протянул Лиссу:

— На, выпей, поможет восполнить силы.

— Благодарю. Боюсь, если бы хозяин демонического двойника сумел исхитриться и схватить великого охотника Аврама Оцилле, то у меня и вовсе не было бы шанса на победу. Я бы составил компанию вам, среди, как вы выразились, вонючих огурцов, – резонно заметил Лисс, отхлёбывая отвар. От горького вкуса напитка немедленно свело скулы и запершило в горле. Он снова откашлялся, на этот раз не вполне вежливо, – И часто вы встречаете гостей куском льда в лицо? – поинтересовался Лисс, не сдержав язвительности в тоне. Колдун чувствовал, что помимо синяков по всему телу, где-то на затылке зреет крупная шишка, а лёгкое жжение в левой части лица красноречиво сообщало о том, что один из ледяных шипов всё же достиг цели и распорол щеку. Кровь, однако, не капала. Он хотел осторожно коснуться щеки и проверить её на целостность, однако Аврам, продолжавший хлопотать на кухне, ловко двинул его по руке черпаком. Слава Хранителям, черпак был чист.

— А ну не трожь! — строго прикрикнул он, грозя Лиссу, — Я рану тебе обработал. Ты сам виноват, что ослабил бдительность, — ворчал он, — А мне веселья хочется. Живу один, на отшибе, никто не заходит, тоска смертная. Как на покой ушёл, так редко студенты заходят. Да и то, обычно заранее пишут, знают, что хоть я двери и не запираю – соваться сюда без приглашения не стоит. А тут ты явился. Чем не повод: и потренироваться в боевой магии и наказать нарушителя? — он радостно потёр ладони и, скинув фартук, уселся на невысокий табурет, ставя перед Лиссом тарелку подозрительного синего супа и продолжая сверлить гостя глазами:

— Так чего тебе от меня надобно, Бринкель? Мне казалось, ты давно окончил учёбу, да и в академские времена не сильно-то рвался на мои факультативы. Что, демон засел, раз теперь решил повидаться? — старик деловито сложил тощие пальцы домиком, усмехаясь.

— Польщён, что вы меня помните. Нет, никакого демона во мне не засело. Я давно не ваш ученик, мастер Оцилле, но заповеди Академии всё ещё помню и чту. С сущностями не связываюсь, — Лисса неприятно резанула по слуху собственная фамилия, произнесённая надменным стариковским голосом, поэтому и он выбрал обращение по фамилии в ответ. В отместку. Учитель поморщился:

–– Нахальство и самоуверенность – самые лакомые кусочки для демонов. Самый короткий путь, ты ведь знаешь, Бринкель?

— Я учту, — буркнул Лисс. Он постарался перевести разговор в верное русло, — Честно говоря, я пришёл с вопросом, мастер Оцилле. Хотел узнать: что способно заблокировать магию в человеке? Не вытянуть, а именно закупорить. Может ли это сделать кто-то, кроме демона? И если нет, то как это происходит? — Лисс решил, что лучше всего будет прямо сообщить о цели визита, пока учитель не надумал опробовать на нём ещё какой-нибудь из своих боевых приёмов. Старик смерил его долгим взглядом:

— А говоришь, с демонами не водишься. Ладно, отвечу. Колдуны могут только вытягивать магию. Магия тянется к живому, поэтому даже при попытке запечатать её, она устремится к ближайшему живому существу, способному вместить магию. Не к демону. Демоны, пусть и сильно напоминают живых существ – по факту таковыми не являются. Поэтому вместилищем магии может быть только человек. Однако, если этот человек никогда не владел колдовской силой, то последствия могут быть весьма неприятны. Ритуал вытягивания магии относится к запрещённым, поэтому не жди, что я буду тебя учить. Впрочем, не удивлюсь, если окажется, что он тебе знаком. Мне известно, что ты натворил с девчонкой Кахельсов. Тело пропало, однако, если судить по рассказам очевидцев, всё это напомнило мне старинный ритуал передачи магической энергии. Желание помочь тобой двигало либо...нечто иное, — он внимательно всмотрелся в бесстрастное лицо Лисса и не найдя в нём никаких подтверждений собственным словам, продолжал, нахмурившись:

–– В любом случае. Зря ты за это взялся. Девка померла бы сама, а ты встрял и опозорил не только себя, но и всю Академию. Директриса миссис Клара была в ярости, когда узнала. Хотела собственноручно тебя отловить и показательно наказать. Церковь и вовсе требовала тебя казнить. Кое-как замяли эту историю. Так, о чём это я...— он перевёл взгляд на нетронутый суп перед Лиссом и, чертыхнувшись, потянулся за ложкой. Впрочем, получив инструмент для принятия пищи, Лисс всё ещё медлил пробовать синеватую жижу, которая, хоть и не пахла ничем ядовитым, доверия не внушала. А учитель снова заговорил:

— Да, демон не является живым существом, поэтому он не способен украсть силы у волшебника. Зато может перекрыть ему возможность пользоваться ими. Ритуал это сложный и длительный, поэтому нет нужды бояться, что демон запечатает твои силы при встрече или битве. К тому же выгоды с этого им мало, разве что только подвернётся возможность избавиться от особо настырного Охотника, да и из личной неприязни разве что, напакостить. Они на это немало сил тратят, поэтому просто так заниматься этим не станут. К тому же, чтобы провести ритуал, мага должен кто-то сдерживать. Словом, такое случается довольно редко. Не самый изученный феномен то бишь, — он кивнул на тарелку Лисса, — Хватит на меня глазеть, пока рассказываю, ешь. Это лекарство. Если бы я хотел тебя отравить или убить, то сделал бы это, пока ты без чувств валялся у меня на пороге.
Лисс был согласен с этим утверждением, но краем сознания опасался, что суп перед ним окажется частью очередной проверки, которую он не пройдёт, а Аврам снова отчитает его за беспечность. После нападения со спины, от старого мастера можно было ожидать чего угодно. К тому же Оцилле отличался поразительной проницательностью. Ритуал передачи магии...Слишком легко старый охотник понял, что случилось с Сандрой.

— Удивительно, что я ещё жив. Если бы не противостояние Академии и Церкви, то гнил бы я в земле уже лет пять...или семь. Сколько вообще времени прошло? — думал Лисс. В душу прокралось беспокойство: вот сейчас Оцилле предъявит ему обвинения и в следующий момент в маленькую кухоньку на чердаке ворвётся Сепильская стража. Верно говорили, что Академия подготавливала в своих стенах не просто магов, а магов-параноиков. Стоило только сделать шаг к ней навстречу – и беспокойство крепко проникало в твою голову, передаваясь по воздуху, как заразная болезнь. Поразмыслив, Лисс всё же взялся за ложку. Кормить преступника перед арестом – уж больно нелепая идея, даже для чудаковатого преподавателя Академии это слишком. Избавиться от Лисса, отравив его едой? Опыт подсказывал, что отравленный суп выглядел бы аппетитнее. Вероятно, отталкивающий внешний вид блюда связан с банальным неумением мастера готовить. И раз уж Аврам за столько лет не отравился своим варевом, значит и Лиссу ничего не грозит. В крайнем случае придётся очистить желудок где-нибудь в кустах подальше от дома учителя.

— Если демон запечатывает силы человека, можно ли снять печать самостоятельно? Не прибегая к помощи демона? — продолжая расспрашивать, Лисс зачерпнул синий суп и пригубил. Вкус был сносный, с лёгкой горчинкой, отдавало травами, но сложно было понять, какими именно. Учитель посмотрел на него долгим, странным взглядом. Лисс уже знал, что тот скажет.

— Нельзя. Человек с заблокированной магией всё равно что бомба, способная сработать от любого неверного движения. Очень тонкая работа. Нельзя снимать самому, нельзя насильно пытаться колдовать, если на тебе печать. В базовой программе Академии рассказывают, что демоны чувствуют магию лучше людей. Я скажу больше – они её видят, для них она вроде как...нити, тянущиеся от человека, в основном от его головы. Печать связывает эти нити в прочный узел и распутать их может только тот, кто способен их увидеть. Более того, снять печать может только тот, кто её наложил, это у демонов меж собой правило. Не любят они касаться чужой магии. Как итог: за всю историю ни одному магу не удавалось освободить жертву Узла – так сами демоны называют эту печать. Как правило, при попытке вернуть магию без помощи демона – человек умирал. Ещё и прихватывал с собой пару-тройку излишне самоуверенных колдунов.

— Что, голова взрывалась? — живо поинтересовался Лисс, орудуя ложкой. Суп на поверку оказался вкусным и он сам не заметил, как с несвойственной себе скоростью поглотил половину содержимого тарелки во время рассказа старого учителя. Аврам хмыкнул:

— Если бы только голова. Но в целом, ты прав. Конечно, больше всего магии концентрируется в голове, но остальная-то расходится по телу вместе с кровью, это ведь чистая энергия, та же, что в ункиле, но гораздо мощнее из-за постоянного резонанса с человеком. Сам понимаешь, в смеси с кровью и в рамках хрупкого человеческого тела эта энергия совершенно разрушительна. От головы там, как правило, ничего не оставалось. От тела так, ошмётки. Потом ходишь, собираешь эти куски по всем близлежащим кустам. Родственникам, видите ли, тело нужно похоронить. А сколько возни с бумагами после... — он брезгливо фыркнул – В общем, Бринкель, если кому-то из твоих друзей сделали такую печать — ни в коем случае не пытайся самостоятельно её снять. Взрыв получается мощный, уж поверь.

— Да, я уже понял — кивнул посерьёзневший Лисс, отставляя пустую тарелку в сторону. Теорию магии он знал и хорошо представлял, какой объём энергии хранит в себе человек и что может случиться, если она неконтролируемо вырвется наружу, — Мастер Оцилле, а можно ли по энергетическому следу на печати обнаружить демона, наложившего её? Хочу помочь одной юной леди.
Старик пожевал губу, продолжая пристально смотреть на Лисса и насмешливо изрёк:

— Ну найдёшь ты демона и что с того? Думаешь, он с радостью согласится распутать свой Узел? Или силой заставишь? Самоуверенный ты болван, если так думаешь. Лучше дай девушке мои обереги от демонов, а то и вовсе привози в Академию, тут присмотрят, клеймо поставят, индивидуальные талисманы соберут. Будет жить и радоваться. Без магии. На ней ведь свет клином не сошёлся, большинство людей живут и ни о чём не печалятся. А демона по следу найти возможно, но если у тебя не будет пары-тройки опытных Охотников за спиной, то в результате демон сперва посмеётся над тобой, а после убьёт вас обоих. Это опасные существа, Бринкель – он понизил голос, — они могут улыбаться тебе в лицо, но лишь до тех пор, пока ты им любопытен или пока им от тебя что-то нужно. Я достаточно их перебил и, клянусь, если бы я был хотя бы вполовину так же наивен, как и ты, то не сидел бы здесь, перед тобой.
Лисс прикрыл глаза и выдохнул, успокаивая себя. Конечно, мастер Оцилле нисколько не изменился, всё тот же пессимистичный старый учитель. Конечно, беседовать с демоном и просить по-хорошему снять печать с девочки – глупо и наивно. Он знал это. Но если и есть хоть один шанс – его нужно использовать. София нужна ему с магией, с умением управлять той энергией, которая живёт в её теле. Потому что запечатанная, магия не сможет наполнить тот самый жертвенный алтарь, о котором говорилось в пророчестве, а попытка снять Узел или заставить Софию колдовать с ним может привести к тому, что голова девушки повторит участь тех несчастных, чьи останки, по словам мастера, приходилось искать по близлежащим кустам. Стольких трудностей можно было бы избежать, сумей Лисс забрать магию принцессы...Впрочем, объёмы энергии, которые текли по венам юной наследницы Апримо, его тело могло и не выдержать. Он почувствовал это ещё тогда, в день Миротворчества, во время проведения ритуала, стремясь доказать девчонке её принадлежность к роду колдунов.

— Стоит дописать в письмо принцессе, чтобы не пробовала колдовать. В свете сказанного Аврамом, кажется, что даже тренировки в попытках «почувствовать» магию, могут нести опасность. Лучше не рисковать, — думал Лисс, пока учитель, ворча и продолжая называть его наивным болваном, поднялся заварить чай. В этот раз на столе оказались две маленькие чашки, наполненные ароматным горячим напитком. Он отчётливо пах мятой и чем-то сладковатым, вроде клевера. Колдун смело пригубил чай. Мастер Оцилле тем временем с любопытством разглядывал своего бывшего ученика:

— Хм, странно всё это, — неопределённо протянул он, откидываясь в кресле, — скажи-ка, когда ты шёл ко мне, не заметил по пути ничего необычного?

— Когда подходил к дому, почувствовал ваши обереги, — Лисс пожал плечами.

— И всё?

— Именно так, – он не мог взять в толк, чего добивается мастер.Терпение, которое он заготовил для общения с Оцилле, уже подходило к концу, да и выуживать намёки и полутона в речи оппонента – было не самым любимым занятием Лисса. Он пришёл сюда за ответами, а не за туманными расспросами.

— В чём дело? Может быть, поделитесь размышлениями? — раздражённо бросил Лисс. Старик в ответ перевёл взгляд на окно и задумчиво отхлебнул чай:

— Да вот какая ситуация...Я засёк твою энергию ещё на подходе к лечебнице. И готов поклясться, что по тропинке к моему дому двигалось не одно существо, а двое. Вокруг моего дома – барьер. Сейчас ты здесь один, но я должен был проверить, не сидит ли здесь, — он протянул руку и легко постучал ему в грудь пальцем, — ещё один незваный гость. Вот и интересно, куда он мог подеваться. Он не в тебе. Стало быть, шастает вокруг моего дома, как считаешь? Подумай-ка ещё: точно не было ничего необычного по пути?
Лисс наконец понял, для чего учитель устроил представление с боем. Разумеется, демон выдал бы себя, окажись тело носителя в опасности. Демоны не слишком любят менять место жительства, поэтому в критической ситуации перехватывают контроль над разумом и начинают яростно атаковать обидчика. Аврам пытался спровоцировать демона на случай, если Лисс оказался одержимым. А ещё эта странная синяя жижа...

— Позвольте узнать, ваше варево, — язык не повернулся назвать это супом, — тоже как-то связано с проверкой?
Учитель кивнул:

— Этот суп отпугивает демонов. Если бы в тебе сидела эта нечисть, то вмиг бы взбесилась. Он даже на расстоянии им неприятен, а уж если в организм попал, так тем более. Я часто его варю, полезный и на вкус хорош, хоть и цвет странный. Это всё корни спорыша, горца птичьего то бишь, из-за них он синий. Хотя, боюсь, в этот раз я немного недосолил...

— О, боги, — Лисс устало откинулся назад, тут же скривившись от боли в затылке. Получается, тварь, которая преследовала их с Варварой в Нотрэс, преспокойно гуляет вместе с ним по городу? Скверная новость.

— Скорее всего, это тот же демон, с которым я и моя помощница столкнулись в столице, — поделился Лисс, — Тогда либо что-то его спугнуло, либо он изначально просто забавлялся с нами, не планируя напасть. Мы ставили ловушки, чтобы разобраться, кто это, но он запутал результаты. Впервые вижу подобное. Очень хитрое существо. Даже странно, почему за всё время он больше не пытался подобраться ни ко мне, ни к ней. И почему я его не чувствую? По вашим словам, он крадётся за мной по пятам, а я в ус не дую. Как такое возможно? — Лисс злился на себя, но учитель лишь махнул рукой:

–– Эта дрянь скрывается, без специального оборудования засечь невозможно. Только с помощью особых артефактов. У меня кое-что осталось с тех времён, когда я Охотником был. Плюс, глаз намётан. Едва заметное, но это точно было рядом с тобой. Держалось на почтительном расстоянии и даже при всём моём оснащении – являло собой лишь лёгкую рябь в воздухе. Оно явно не желает быть замеченным. Будь осторожен, Лисс Бринкель. Так хорошо прятаться могут только очень сильные демоны. И насколько я могу вспомнить, демонология никогда не была твоей сильной стороной. Иначе ты бы не пришел ко мне за помощью.

— Да, верно, я специализируюсь на иллюзиях и боевой магии. Демонологию начал изучать уже после выпуска из Академии, а без доступа к студенческой библиотеке это довольно рваные знания, как вы сами понимаете, — он хмыкнул, вовремя удержавшись от упоминания украденных из Академической библиотеки копий учебников, ныне хранившихся у Софии. Мастер Оцилле уже давно не был его учителем, но это не мешало ему поддерживать связь с бывшими коллегами и при необходимости призвать колдуна к ответу за кражу. Всё-таки это было серьёзное нарушение.

— Ага, иллюзии. Даёшь представления и сверкаешь глазами на особо впечатлительных, наслышан. Но что ты намерен делать с этой ситуацией? Помнишь ещё, как надо защищаться от демона, если тот преследует тебя? — продолжал давить на него мастер Аврам, очевидно, соскучившийся по преподавательству. Лисс вздохнул и проговорил:

— Базовая демонология: для защиты от сущностей используются особые талисманы – обереги, на которых волшебник записывает магические знаки и заряжает их собственной кровью. Процесс изготовления каждого такого оберега строго индивидуален и зависит от личностных характеристик защищаемого. Нужно знать свои слабости и подбирать травы для финального обжига и окуривания талисмана так, чтобы они перекрывали эти уязвимые черты. Тогда демон не сможет повлиять на колдуна против его воли, — бывший ученик почти слово в слово пересказал суть изготовления оберегов против демонов. Академия требовала исключительного знания программы, а тема оберегов как раз относилась к таковой. Сведения эти глубоко впечатывались в разум каждого студента, поэтому у Лисса не возникло сложностей в том, чтобы немного потешить самолюбие старого учителя. Мысленно он обозвал его старым занудой, но не столько из-за реального занудства Аврама, а из-за того, что общение с ним настойчиво заставляло вспомнить времена обучения в Академии и собственного подчинённого положения перед ней, даже спустя столько лет после выпуска. Мерзкое ощущение для того, кто привык горделиво возвышаться над окружающими, в блеске и огненных всполохах, с улыбкой победителя отвешивать насмешливые поклоны зрителям и гипнотизировать взглядом особо непокорных собеседников. С учителями Академии подобные фортели могли дорого обойтись, они куда опаснее, чем могут показаться. Поэтому Лисс терпеливо и вежливо ожидал реакции Аврама. Тот удовлетворенно кивнул

— Всё правильно, Бринкель. Не зря ты был среди лучших. Но смотри в оба: этот демон силён, а значит, даже оберег не гарантирует спасение. Я покажу тебе пару вариантов, как сделать талисман помощнее. Ингредиенты дорогие, но разница существенная. Сделаешь обереги себе, помощнице и той несчастной, с Узлом. А ещё научись ставить барьер на ночь, чтобы они не проникли к тебе в сон. Энергии жрёт много, зато значительно увеличивает твои шансы на выживание, — старик не унимался, продолжая раздавать советы. Лисс согласно кивал.
Спустя ещё час, после того, как учитель вдоволь замучил его вопросами из Академической программы, всучил рецепт синего супа от демонов, объяснил, как изготовить особые талисманы и наконец собрался выпроводить, картинно зевая и поглядывая в сторону закрытой двери, судя по всему являющейся спальней, Лисс решился задать ещё один вопрос. Он не ожидал чёткого ответа, но очень надеялся на наводку:

— Мастер, как считаете, артефакты Хранителей — существуют на самом деле? — поинтересовался колдун. Мастер в ответ лишь пожал плечами:

— А чего б им не существовать? Но это церковники лучше знают. Они магию в предметах изучают куда охотнее, чем людей со способностями. Правда, Академия с Церковью, сам понимаешь, не в лучших отношениях. Артефактов много в мире, но такие, чтобы принадлежали лично Хранителям...Думаю, они могли существовать. Либо когда-то были, да давно истлели, столько ведь лет прошло. Вещи-то магические, конечно, но кто знает, способна ли остаточная магия после смерти владельца так долго поддерживать в целостном виде что-то, кроме камня и железа? А сейчас извини, у меня время дневного сна, если других вопросов нет, то ступай-ка ты домой.

Лисс поднялся с софы, молча отвесил почтительный поклон и двинулся к выходу. Десять минут спустя он шёл по тропинке от дома учителя Аврама, в неприятной уверенности, что сейчас за ним наблюдают две пары глаз: учительские, сквозь оборудование для поиска демонов и демонические, его безмолвного преследователя. Он заглянул на местный почтамт и отправил письмо Софии, не забыв добавить в него пару строк с предупреждением «ни в коем случае не пытаться использовать свой дар, пока не станет ясно, как снять печать». После он снова прошёл сквозь рынок, галантно увернувшись от выгодного предложения симпатичной девушки из борделя. Было не до развлечений – всё тело ныло, да и демонстрировать свои синяки он никому не собирался. Кажется, мастер Аврам не особенно церемонился и, вырубив колдуна, попросту протащил его по лестнице волоком. Лисса не оставляло подозрение, что недавно его собственная спина пересчитала множество ступенек, а руки при этом задевали все углы, которые нашлись поблизости. По крайней мере ощущения говорили именно об этом. Подумав, он заглянул в лавку аптекаря и купил мазь, помогающую быстро залечить ушибы, а также пополнил свой запас лекарственных трав. По правде говоря, образованный маг должен обладать умением самостоятельно создавать простые лекарства, варить мази и отвары. Лисс это умел и даже держал среди личных вещей специальную ёмкость для смешивания и нагревания компонентов. Однако срок хранения лекарств был не столь велик, как того хотелось, ко всему подготовиться было невозможно и как итог – часто нужное средство попросту не находилось под рукой. Проще всего было купить готовое в аптеке.

— Насколько проще было бы с собственным жильём....в подвале можно долго сохранять средства в хорошем состоянии, — думал он, — пожалуй, всё же стоит где-то осесть, а то ведь даже места, которое могу назвать своим домом, у меня нет, — с этими мыслями он вернулся к гостинице. Лисс надеялся поделиться измышлениями с помощницей, но Варвара отсутствовала. В общей комнате витал лёгкий аромат масла шалфея в смеси с чем-то сладковатым, а на столике рядом с листком бумаги, исписанным временными промежутками подогрева воды купален лежала открытая баночка с помадой: девушка, прихорошившись, ушла за тканями в город. Комната без неё ощущалась неестественно пустой и тихой, однако впервые за всё время это место показалось колдуну безопасным островком. Его преследователь, кем бы он ни был, вряд ли мог просто так зайти в гостиницу. Гудение множества оберегов, замурованных в стены здания, не слышалось, а скорее чувствовалось где-то на границе восприятия. Здание было защищено. Колдун взглянул на листок, потом бросил взгляд на часы.

— Самое время изучить купальни. А вечером обсужу ситуацию с Варварой, — подумал Лисс и, захватив сменную одежду, отправился на первый этаж.

Купальни отеля, роскошные и обширные, состояли из нескольких зон. Банная, где можно было как следует погреться и пропотеть — была общей для мужчин и женщин. Сюда полагалось заходить обёрнутым в полотенце. Остальные зоны делились по половому признаку. Была помывочная с ароматным мылом, щётками и небольшими кадками с водой, которых было недостаточно для того, чтобы залезть туда полностью, но хватало, чтобы смыть с себя грязь, окатиться из ковша и, будучи чистым, отправиться нежиться в тёплую воду самих купален. Зайти в купальни минуя помывочную зону было невозможно и крайне не рекомендовалось, исходя из этических норм и правил проживания. То была известная практика всего парящего континента, направленная на избежание распространения болезней. По этой же причине от воды в общественных купальнях всегда исходил лёгкий, едва уловимый запах лекарственных трав. Народу в этот час было немного, но Лисс всё равно ощущал на себе чужие беглые взгляды. В помывочной люди соблюдали приличия и старались не пялиться подолгу на чужое тело, однако любопытство и банальное человеческое желание сравнивать себя с другими нет-нет, да и перевешивало воспитание. Клеймо Академии на запястье, отчётливо видное на бледной коже Лисса и полученные синяки от сражения с мастером Оцилле, только подогревали интерес. Он поспешно намылился, смыл с себя грязь с пылью и прошёл в зону купален, в поисках свободного уголка без лишних глаз. Там он наконец-то смог расслабиться и на время выбросить из головы истории о демонах, магические проблемы его новой ученицы, обереги, синий суп и необходимость пообщаться с церковниками для поиска артефактов в случае неудачи с Софией. Первое время ссадины щипало, однако, вскоре и это перестало беспокоить. Сидя по грудь в горячей воде и откинув голову на бортик, так, чтобы не задевать шишку на затылке, он смотрел в потолок, некогда украшенный белоснежной лепниной, ныне частично осыпавшейся, но всё ещё изящной. Он смотрел на водные блики и думал о предстоящих выступлениях, о Варваре, о её сверкающем платье, похожем на капли дождя в солнечном свете, о своей серебряной трости и новом трюке для следующего выступления.

Спустя час Лисс вернулся в комнату, ощущающая себя изрядно посвежевшим и даже в какой-то степени возродившимся. Он обработал ссадины новоприобрётенной мазью и, расслабленный пребыванием в горячей воде после ярких дневных событий, прилёг передохнуть, заснув, как только голова коснулась подушки. Проснулся он от удивлённого восклицания Варвары, спустя, как ему показалось спросонья, часов восемь. На самом деле, времени прошло не более пары часов, а вышеупомянутая Варвара, нависнув над колдуном, сверлила взглядом его щеку:

— Я спрашиваю, кто тебя так полоснул? – с беспокойством повторила она Лиссу, ошарашенного внезапным пробуждением и медленно возвращающемуся в реальность. Колдун сел на кровати и потянулся. Молча встал, прошёл через комнату к зеркалу и внимательно изучил царапину на щеке:

— Не так уж и скверно. Небольшой шрам всё же останется, думаю — констатировал он. Варвара метнулась к нему и бесцеремонно заглянула в лицо:

— Шутишь? А как по мне, выглядит нехорошо. Моя обязанность, моя клятва – защищать тебя и помогать, я оставила тебя одного часа на четыре, не больше...и ты вернулся в гостиницу раненым. Так чьих рук дело? Какой-то недоброжелатель метнул кинжал тебе в лицо? А ты ловко и красиво увернулся так, что отделался лишь небольшой кровью? — Варвара разглядела его щеку, и, удостоверившись, что жизни колдуна ничего не угрожает, быстро вернулась к своей саркастичной манере речи. Порез действительно напоминал раны, которые наносит нож: ровный, длинный, глубокий. Впрочем, благодаря своевременному лечению от мастера Аврама и обработке раны специальной мазью, сейчас она выглядела куда лучше, чем в первые часы после сражения. Появилась тонкая пленочка, порез не кровоточил и в целом, были всё шансы оставить при себе своё благородного вида аристократическое лицо, не прибегая к маскировочной магии.

— Я заглянул в гости к мастеру, из моей Академии, — поделился Лисс, — Лучшему из лучших. К сожалению, он не жалует незваных гостей. Это не металл, а ледяной кинжал рассёк мне лицо. Весьма познавательная вышла битва, — он криво усмехнулся. Про то, что раны нанёс ему не сам Аврам, а его куда более слабый двойник-страж, Лисс решил не упоминать. И без того, ехидство, промелькнувшее в лице Варвары, вызывало опасения, что эти сведения она сочла подходящими для того, чтобы в будущем иронизировать на тему, мол, опытный маг не сумел выстоять в дуэли против старика. Объяснение, что в сражении с любым другим колдуном Лисс с лёгкостью мог выйти победителем без единой царапины, Варвара бы приняла за оправдания и бахвальство. Да и кто угодно бы принял. Силу и мастерство мастера Оцилле нужно было видеть своими глазами.

— Повезло. Ещё немного выше и мы бы стали чуть более похожими, — Варвара указала на свой иллюзорный глаз, — Как думаешь, если повязать нам обоим повязки, то выступления станут выглядеть эффектнее? Могу придумать что-то с твоим костюмом, чтобы он подходил к моему, — шутила Варвара, притворяясь, что серьёзно задумалась, представляя эту картину.

— Надеюсь, не нашьёшь сверкающего стекла? — мрачно осведомился Лисс, не настроенный шутить, — Оставь подобные развлечения для цирка уродов. Наши с тобой выступления должны быть идеальными, — говоря это, он открыл баночку с мазью и аккуратно коснулся щеки, нанося новый слой лекарства взамен впитавшегося. Варвара, ничуть не задетая грубым обращением, просто пожала плечами. Спустя полчаса Лисс, ещё немного поколдовавший над обработкой пореза и нанеся лекарство на самые крупные синяки, вышел в общее помещение. Оказалось, что девушка успела распорядиться доставить ужин в номер, не забыв попросить порцию и для него. На столе его ждало варёное мясо, салат и вино. Тут же стоял графин со свежей водой и ваза с печеньем. Варвара жестом пригласила его к столу:

— Поедим здесь, с твоим видом сейчас лучше не привлекать внимания посетителей. В самый раз для цирка уродов, – едко ввернула она, нарезая помельче мясо на своей тарелке.

— Ерунда, я мог бы наложить иллюзию на рану, подобную той, что скрывает твой шрам. Говорил же, что не стоит лишний раз пускать слуг в личный номер, — он потянулся за едой.

— Во-первых, это я принесла еду, не слуги. Мог бы сказать спасибо, — оскорбилась Варвара, — во-вторых, у тебя вышло сражение с мастером из Академии. Применение магии тратит силы, верно? Ты всегда говоришь про это.

— Иллюзия такого уровня почти не тратит. У меня всего лишь царапина. Воссоздать твой отсутствующий глаз куда сложнее, — он кивнул на девушку. — Но спасибо за заботу, Варвара, – и ухмыльнулся помощнице неповреждённой стороной лица. Девушка смешалась и отвернулась. Они принялись за еду. Ели молча, Варвара — быстро и ловко орудуя вилкой, Лисс — неспешно и растягивая удовольствие. Иногда он задумывался и невидящим взглядом смотрел в пустое пространство, улыбаясь каким-то одному ему ведомым мыслям. Рана на его щеке натягивалась и грозила открыться. Эта улыбка Лисса была странной и совершенно не походила на ту мягкую и деликатную, которой он, будучи в хорошем настроении, одаривал окружающих. Напротив, в такие моменты в его лице просматривалось нечто жестокое и алчущее, черты его лица заострялись, и от всего образа мага веяло чем-то потусторонним и зловещим. Потом странная улыбка утихала и выражение лица Лисса вновь сменяла хмурая сосредоточенность. Что-то его тревожило. Варвара, снедаемая любопытством, побродила по комнате и, не найдя другого занятия, устроилась на диване с шитьём. Изредка она бросала короткие взгляды в сторону Лисса, ожидая, что колдун сам начнёт рассказ о событиях сегодняшнего дня. Лисс же, закончив с трапезой, принялся расхаживать по комнате, что-то бормоча и делая изящные пассы руками: то в одну, то в другую сторону. Было немного похоже на танец.

— Мастер, что происходит? — Варвара не выдержала. Для неё не была в новинку эксцентричность и некая театральность Лисса, но склонность к импровизированным танцам в тишине за ним обнаружилась впервые. Он, закрыв глаза, продолжал двигаться по комнате и лишь закончив одному ему известный ритуал, пояснил:

— Защитный купол. В здании много оберегов, но это работает гораздо лучше, — он устало выдохнул и прилёг на диван, потеснив ткани, разложенные Варварой. Заклинание отняло много сил и теперь хотелось одного – лечь и расслабиться.

— Это невидимая магия? Никаких искр, огней, даже света, как от твоего энергетического щита? И почему вообще это понадобилось? — Задавая все эти вопросы, девушка перекладывала часть ткани и раскроенные куски будущего платья на кофейный столик, оставляя в руках только то, с чем работала сейчас. Было ясно одно: если ослабленному и раненому Лиссу пришлось колдовать для защиты их временного жилища, значит дело совсем плохо.

— Слишком много вопросов, — хмыкнул он, — Ты обычный человек и не видишь магию. Как и все "безликие", ты способна лишь отдалённо почувствовать её присутствие. Но для любого, кто обладает силами – она станет заметной, стоит только напрячь зрение. Это похоже на...сияние. Что-то вроде полос света, выходящих из кончиков пальцев и силой мысли формирующихся в нечто другое, например, в защитный купол. Кстати, если тебе интересно: щитовая магия всегда золотистая. Боевое колдовство, в том числе малый щит, который использую я – это особое направление магии. Оно зримое для обывателя, так как находится на стыке между иллюзией и стихийным колдовством, — он ненадолго умолк, давая возможность Варваре переварить сказанное, прежде чем сообщить самое важное, то, что больше всего беспокоило как помощницу, так и его самого.

— Защита не будет лишней. Демон из Нотрэс прибыл в Сепиль вслед за нами и имел наглость слоняться за мной весь сегодняшний день, при этом никак не проявил себя. Не попытался напасть, занять мой разум или что-то ещё, даже не пугал, как было в нашу прошлую встречу в Нотрэс. Более того, эта дрянь сильная, очень сильная. Распознать её сумел только мастер Оцилле, мой старый учитель из Академии и по совместительству бывший Охотник. Для этого ему понадобилось крайне редкое оборудование, которого у нас с тобой, к великому сожалению, нет.

— Оцилле сперва оставил тебе порез на щеке, а после помог обнаружить демона? Охотник...Они же безумцы, всё до одного. Головорезы, которые не гнушаются запугиванием жителей, когда-то вырезавшие целые поселения в поисках демонов, — она подняла взгляд на Лисса, — И это твой старый учитель? Жуть какая.

— Один из лучших. Да, слава у них дурная, но такова работа, ничего не поделать. Всё-таки они занимаются отслеживанием и истреблением демонов, а это дело серьёзное, — Лисс развёл руками, а Варвара закатила глаза.

— А ещё они в своё время устроили настоящий геноцид мирных жителей, отлавливая сектантов. Не щадили ни женщин, ни стариков, ни детей. Поговаривают, у них крыша едет и они видят то, чего нет. Варят такие настойки, которые ни один человек в здравом уме в рот не возьмёт. Вот скажи, нормально ли это – использовать мухоморы для зелий? Ты маг, должен знать, — Она упёрла руки в бока и выжидающе смотрела на Лисса. Он, не в силах спорить, махнул рукой:

— Думай как хочешь. Но демон, преследующий меня – не был галлюцинацией учителя. Я хорошо помню Оцилле, пусть и прошёл у него только базовое обучение. В таких вещах он не ошибается, — он сделал паузу, — И да, мухоморы используются в некоторых магических составах, но внутрь их никто не принимает, – Лиссу претила мысль, что его учитель мог оказаться любителем расширять своё сознание посредством сомнительных отваров. Синий суп на его столе он уже видел. И хоть варево учителя оказалось совершенно безобидным, кто знал – может быть, в шкафчиках Аврама Оцилле завалялось что-то куда более серьёзное, чем корень спорыша? Вслух свои догадки он предпочёл не озвучивать, лишь устало прикрыл глаза рукой. Варвара однако, не отставала и продолжала наседать с вопросами.

— Как мы будем защищаться от демона? Не можем же мы навсегда засесть здесь, в гостиничной комнате? Мне теперь будет боязно выходить наружу, туда, где бродит то, от чего я, будучи обычным человеком – не могу защититься, — девушка поёжилась и метнула беспокойный взгляд на окно. Лисс кожей почувствовал её тревогу. Он проговорил:

–– Сейчас не думай ни о чём. Завтра я сделаю нам обереги. Это затруднит ему проникновение в наши с тобой головы. В первую очередь его интересую я, но ничто не помешает ему добраться до меня через твоё тело. Если он захватит кого-то из нас, мы можем не понять этого. У него была масса времени изучить наши личности.
Варвара вздохнула и потёрла виски. Слова Лисса не слишком обнадёживали. Она поднялась с дивана и медленно подошла к окну. Вечерело и площадка перед зданием гостиницы была едва видна в сумраке. Чёрные очертания деревьев раскачивались, возвещая о том, что снаружи вновь поднимается ветер. Деревянные оконные рамы тихонько скрипели, а от стекла распространялся холодок. Девушка бездумно посмотрела в темноту за окном расфокусированным взглядом. Очередной порыв ветра метнул и прижал кленовый лист к стеклу прямо напротив лица Варвары. Вздрогнув, она отвернулась и поспешила отойти от окна. Приклеившийся на стекло лист показался ей дурным знаком.

— Лисс, послушай. А как же девочка? Получается, если демон здесь, то принцесса в безопасности?

Лисс открыл глаза и внимательным долгим взглядом посмотрел на Варвару:

–– Никто не в безопасности.