Парацельсия

Несмотря на своё заявление, в первую очередь Валерий Степанович отправил Гошу в столовую. Помещение находилось на другом этаже, поэтому им пришлось воспользоваться лифтом. Кабина также была последним словом техники. Как и все двери в этом заведении, она открывалась при прикосновении руки, только створки у неё были не полукруглые, а обычные, прямоугольные. Стенки, пол и потолок лифта состояли из стёкол, затонированных с обратной стороны: никто не мог рассмотреть, что находится внутри лифта, но снаружи всё было видно прекрасно. Никаких панелей и кнопок здесь не было, только голографическая надпись «19 этаж». Зайдя в кабину, Валерий Степанович вывел пальцем по стене цифру «3», и лифт, захлопнув створки, плавно и бесшумно поплыл вверх, что сильно удивило Гошу.

– Как я уже говорил, наше здание находится под землёй, – заметив недопонимание на лице Гоши, начал пояснять Валерий Степанович, – поэтому мы называем первым этажом тот, что ближе всего к поверхности. Обычно в таких случаях к номерам этажей приписывают минусы, но поскольку наше здание скрыто под землёй полностью, мы посчитали это ненужным.

С последними его словами лифт остановился, и двери растворились. Ожидания Гоши не оправдались: он думал, что весь второй этаж будет занимать столовая, но и здесь он увидел только чёрный коридор. Пройдя мимо нескольких лампочек, Валерий Степанович приложил ладонь к стене. Полукруглые створки привычно разъехались в сторону, пропуская посетителей.

Интерьер столовой имел собственную окраску – оранжевую, с фиолетовыми лампами. Помещение оказалось довольно просторным, что заставило Гошу задуматься, куда же вели те двери, которые Валерий Степанович прошёл мимо, кроме как не сюда?

Повсюду стояли фиолетовые столики цилиндрической формы из материала, напоминающего обычный пластик. К удивлению Гоши, кроме столиков здесь ничего не было – не раздаточного столика, ни стойки-бара. А все столы были заняты!

Однако Валерия Степановича это нисколько не угнетало. Осмотрев потолок, он встал под одну из ламп, два раза притопнул под ней ногой, отошёл на пару шагов, и вот из пола выплыл ещё один цилиндрический стол с двумя стульями креативной формы.

– Присаживайся, – указал Валерий Степанович Гоше на свободный стул, занимая соседний.

Стоило им присесть, как поверхность стола загорелась – ей оказался ещё один монитор. Экран делился на две равные части, обращённые к посетителям. На самом верху монитора горела надпись «Меню», а под ней несколько разделов: «Супы», «Горячие блюда», «Закуски», «Блюда из рыбы», «Блюда из мяса», «Гарниры», «Соусы», «Десерты», и даже «Напитки». Рядом с панелью разделов изображался крутящийся пустой поднос.

– Выбирай, что хочешь, задавай нужные параметры и перетаскивай всё на изображение подноса, – пояснил операцию Валерий Степанович. – И закажи побольше рыбы, тебе нужно укрепить кости.

– Я рыбу как-то не...

– Не перечь, – строго и добродушно одновременно произнёс директор института. – Иначе твоя подготовка задержится как минимум на неделю.

Гоша обречённо вздохнул. Ладно, он сам решил пойти на это.

Парень стал поочерёдно просматривать разделы меню. Когда он нажал на кнопку «Супы», перед ним выскочило сообщение: «Выберете вид классификации». Выбрав «Классификациям по кухням стран», он наконец-то увидел изображение знакомых блюд: щи, борщ, уха, рассольник, солянка и многие другие, название которых Гоша не знал. Недолго думая, он надавил на иконку с щами. Вылезавшее новое окошко заставляло выбрать вид щей: На этом процедура не закончилась: выскочило новое окошко с параметрами. Теперь предстояло выбрать щей, коих оказалось немало: щи традиционные, щи свежие, щи из рассады, щи ленивые, щи ленивые грибоедовские, щи фермерские, щи пустые и ещё превеликое множество для выбора. Эта канитель уже стала порядком действовать Гоше на нервы. Он гневно нажал на кнопку «Щи традиционные», но на этом процедура не заканчивалась. Выскочило ещё одно окно – с просьбой задать параметры. Тут были и температура супа, и степень солёности, и выбор предпочтительных продуктов, и даже кнопка для добавления лаврового листа! От всего этого у Гоши закружилась голова, и он не нарочно издал гортанные звук недовольства. Он, наверное, не ел уже целые сутки, и эти красочные картинки только усиливали его аппетит, да только он так к вечеру даже заказать ничего не сможет.

– Что, сложновато? – усмехнулся Валерий Степанович. – В первый раз у нас всё таким кажется, а потом привыкаешь и удивляешься – как я раньше без этого жил?.. Если хочешь, можешь выбрать базовый набор для обеда. Там есть специальная серая кнопочка в левом нижнем углу.

Гоша благодарно кивнул и надавил на нужный значок. Программа сама вернулась на главную страницу – с разделами меню. Только на этот раз на подносе уже стояли тарелка с красным борщём и сметанной, широкое блюдце с гречневой кашей, винегретом и какой-то рыбой, салат «Цезарь» и чай с долькой лимона и кусочком тирамису. От увиденного у Гоши слюнки потекли, а в животе заурчало ещё сильнее. Одна беда – такого шикарного обеда, наверняка, придётся дожидаться очень долго.

К этому времени как раз завершил свой заказ и Валерий Степанович. Он нажал на круглую кнопку в центре стола между двумя экранчиками, и изображение потухло. Прежде чем Гоша успел удивиться, на обеих сторонах столешницы проявился круг, поддавшийся вниз. Послышалось тихое гудение, а через пару секунд исчезнувшая часть стола поднялась обратно вместе с исполненным заказом. Перед Гошей стояла точная копия того виртуального подноса, у Валерия Степановича блюдо было поэкзотичнее.

– Смотри язык не проглоти, – улыбнулся во весь рот мужчина, пододвигая тарелку с супом и вооружаясь ложкой и хлебом.

– Я... просто... смотрю... – заплетённым языком проговорил Гоша.

– Если интересно, могу рассказать, что здесь, – со смешком ответил Валерий и, не дожидаясь ответа, начал пояснения: – Вот это фасолевый суп с запечёнными рёбрышками... На второе – грудинка павлина под соусом из апельсинов и можжевельника с гарниром из языков жаворонков, запечённых гранатом. Ещё салат из лобстеров и манго, муравьиные яйца в меду на десерт и молочный коктейль с оладьями в клиновом сиропе... Знаю, у меня очень неординарный вкус. Просто люблю сочетать несочетаемое и ставить проводить всякие эксперименты. Без них я бы никогда не попал в этот институт.

С этими словами Валерий Степанович, наконец, приступил к трапезе, но съев одну ложку супа, внезапно вскинул руки верх, положил приборы на место и полез в карман халата.

– Совсем забыл о главном, – пожаловался он, доставая какой-то спреевый баллончик. – Это протеин, – объяснил он, уже распрыскивая содержимое по тарелкам Гоши.

– Протеин? – недоверчиво переспросил парень. В его классе была одна парочка качков, которые жрали протеин и до и после тренировок. Они были похожи на огромные шкафы, тупое сборище мышц с выпирающими мышцами. Гоше становиться таким не хотелось.

– Ага, новая сыворотка, – легкомысленно ответил Валерий Степанович. – Она поможет тебе быстро нарастить мышечную массу и укрепить костный скелет. Плюс ко всему он увеличивает твои навыки и способности. При должном старании сможешь побить все рекорды Гинесса. А осенью от девчонок от боя не будет!

«Если смогу вернуться из червоточины обратно», – подумал Гоша.

– Но разве его не надо употреблять перед тренировкой? – поинтересовался он вслух, обводя взглядом обрызганную пищу.

– Говорю же – новая сыворотка, – повторил Валерий Степанович. – Она по-другому действует. А как – лучше не спрашивай, я всё равно тебе не смогу это объяснить. Я же физик, а не биолог... На, вот, держи, – сказал он, кладя спрей рядом с подносом Гоши. – Потом ещё раз себе в рот побрызгаешь. Ну или в стакан с водой прыснешь.

Гоша кивнул и схватился за ложку. Валерий Степанович в свою очередь поедал суп вовсю.

– А откуда эта еда взялась? – спросил он, сверля тарелку сомнительным взглядом. – Её же не могли так быстро приготовить? Уж ваш-то точно! Или у вас внизу повара сыворотку сверхскорости употребляют?

Валерий Степанович гоготнул во весь голос.

– К сожалению, такую сыворотку мы синтезировать не умеем, – едва справляясь с приступом смеха, ответил директор института. – Всё намного проще. 3D-принтер. Пока часть стола спускается вниз, принтер печатает наш заказ, на подносе, затем этот поднос с готовой пищей специальная «толкушка» передвигает его на эту часть стола, а та, поднимаясь обратно, доставляет её заказчику... А ты, как я погляжу, очень любопытный...

– Просто... Я как будто не в две тысячи двадцать первом, а в каком-то далёком будущем... Всё... непривычное такое...

– Всё, что происходит впервые, непривычное, – со знанием дела изрёк Валерий Степанович. – Но все наши сотрудники живут в этом институте, поэтому давно успели привыкли.

– Живут? – Гоша поперхнулся от неожиданности.

– Ну, я ведь говорил, что наш институт – очень секретный, у него много конкурентов и соперников. Нашим работникам рискованно выходить на поверхность. За ними может увязаться слежка. Их могут похитить. Начать пытать. Нам это ни к чему.

– Но если никто отсюда не выходит на поверхность, то есть никакие слежка и похищение не грозят, но к чему все эти шифрования и такое тупое название?

– Нам же иногда приходится выходить. Сегодня ночью, например, команда бойцов выходила на поверхность, чтобы привести тебя сюда. Телепортов мы пока что тоже не изобрели, поэтому пока что действуем по старинке... Всё, хватит вопросами сыпать. Лучше ешь, а то всё остынет. Это я себе всегда температуру побольше задаю, а у тебя набор стандартный, там температура изначально нормальная.

Гоша смирительно кивнул и принялся за еду. Сначала он думал, что пища окажется невкусной, пресной, как бумага, ведь её напечатали на принтере, а искусственный протеин будет прибавлять ещё более отвратный вкус. Но его мнение развеялось с первой же ложкой супа. Одолев всю тарелку за пару минут, но принялся уминать остальные блюда. Вскоре, расправившись уже со всем заказом, Гоша решил расслабиться. Он едва не упал назад, когда хотел облокотиться на спинку стула, совсем позабыв о её отсутствии, но вовремя спохватился и решил поставить локти на столешницу. К этому времени Валерий Степанович только поедал муравьиные яйца. Некоторые из них из-за липкого мёда застревали у него на бороде. От этого вида у Гоши вся еда чуть было не вылезла обратно, но он представил, что это вовсе не муравьиные яйца, а маленькие кедровые орешки, и приступ тошноты тут же прошёл.

Желудок переваривал пищу, голова – информацию. Гоша всё размышлял над происходящим, и чем больше он думал, тем больше сомневался. А что, если червоточина ведёт в никуда? Может, это не червоточина вовсе, а какая-нибудь чёрная невидимая дыра. Гоша усмехнулся – разве может чёрная дыра быть невидимой? Хотя до недавних пор даже лучшие физики страны могли утверждать, что червоточина не существует, а она – вон где, прямо у них под носом. Или нет? Может, этот «Ъ» вообще в другом городе расположен? Он ведь был в отключке, мало ли куда его отвезти могли. К тому же было бы странным совпадением, если бы первую в мире червоточину открыли бы в том же городе, где находится и самый секретный высокотехнологический институт.

Допив свой молочный коктейль, Валерий Степанович обтёр руки о свой белоснежный халат и, не дав Гоше развить мысль до конца или спросить напрямую, спросил:

– Готов?

– Готов, – отправив все сомнения куда подальше, твёрдо ответил Гоша.

За сестрой он готов полететь хоть в космос.