Парацельсия

Проснулся Гоша очень рано – от холода. Какая-то непонятная погода на Парацельсии... Придётся всё-таки свитер с собой взять. Куртку всё равно здесь лучше оставить, а если зима внезапно нагрянет, тогда уж вернётся за ней. Только надо запомнить, где это пенёк находится.

Подумав об этом, Гоша достал из кармана прозрачный смартфон и залип в поисках нужного приложения. Надо же, он уже целый сутки проторчал вдали от цивилизации и даже не вспомнил о том, что у него с собой имеется наикрутейший гаджет. Да и за всё время тренировок в институте у него ни разу не возникли жажды поиграть в симуляции. Видимо, несмотря на все заверения Скворецкого, с его мозгами всё-таки немножко поработали.

Гоша отыскал нужное приложение и к своему удивлению заметил, что в нём отобразился весь его маршрут, но не на полноценной карте, – всего лишь красная полоска на пустом пространстве. Его-то Гоше и нужно заполнить. Парень вылез из палатки, огляделся вокруг и с помощью специальных стикеров нарисовал деревья и тропу. Пень он пометил флажком.

Создав небольшой завтрак, Гоша перекусил перловой кашей, собрал все вещи в рюкзак и пошёл прямо, попутно отображая всё, что видит, на карте.

В голове вновь зазвучал непонятный шёпот, и Гоша вспомнил о пророчестве гамаюнов. Ага, война, как же. Как животные вообще могут предсказывать будущее? И почему Гера им так упорно верит? Они что, предвещали такое, что и придумать было невозможно, но в итоге это сбывалось? Да не, бред какой-то.

Однако шелест не заканчивался, и Гоша понял, что этот звук не у него в голове. Он внимательно осмотрелся и заметил гамаюнов. Правда, эти были не совсем такими, как в саду Геры: во-первых, их было гораздо меньше, и их скопление чем-то походило на пчелиный улей, а во-вторых, они все были не фиолетового, а перламутрового оттенка. Только Гоша этого даже не заметил.

– Эй, гамаюны! – прикрикнул Гоша. Волшебные существа взбодрились и выстроились перед ним ровной стеночкой. – Подскажите, где сейчас находится моя сестра?

Конечно, вопрос был не по адресу, ведь гамаюны видели будущее, а не настоящее, но Гошу это мало волновало. Впрочем, вскоре гамаюны зашелестели своими крыльями, и, прислушавшись, парень различил слова:

– Ты её не найдёшь, – прошептал один голос, хрипловатый, вселяющий ужас.

– Её больше нет, – прозвучал ещё более мрачно другой голос.

– Твоя сестра мертва, – прокряхтел третий.

И они все снова собрались вместе и повисли на дереве в виде улья.

У Гоши по спине прошла неприятная дрожь, то ли от того, какими неприятными были эти голоса, то ли от того, что они сказали. Внезапно у него подкосились колени, и он едва успел схватиться за ветку, чтобы удержаться на ногах. Голова загудела, вокруг всё закружилось. Нет, это быть не может. Не правда всё это.

– Не правда!! – истошно закричал парень и от бессилья окончательно повалился наземь.

Неприятно закололо в области левой груди – сердце защемило. Он лежал на земле и пытался ровно дышать, но выходило не очень хорошо. Его мысли перемешались между собой. Почему пророчеству о войне он ни разу не поверил, а слова про сестру даже не подставил сомнению?

Гоша поднялся на ноги и пошёл дальше. Гамаюны – тупые и безрассудные животные. Они и знать не знают, кто его сестра и где она находится. И думать нечего об их словах.

Он шёл вперёд, всё глубже и глубже погружаясь в лес, старательно сосредотачивался на рисовании карты, чтобы ни о чём другом не думать, но нет-нет да и вспомнит про слова гамаюнов.

– Бу-дю-дю! – внезапно раздалось со всех сторон с такой громкостью, будто гром громыхнул прямо над головой Гоши.

От испуга парень свалился на землю, моментально порезав ладони об острую траву. Сердце его билось с такой силой, будто что казалось, будто оно вот-вот откажет от перенагрузки.

Из-за дерева вышел виновник Гошиного не свершившегося приступа. Это было отвратительного вида существо низкого роста – оно едва доходило парню до колена. Внешне он чем-то напоминал очень толстую и неповоротливую обезьяну, только шерсть у него росла лишь на голове, да и то короткая. В остальных же местах была голая кожа, больше походившая на лягушачью – гладкая, зелёная с тёмно-синими вкраплениями. Глаза были сильно вдавлены и казалось, что они мокрые от слёз. За спиной виднелся грузный панцирь, как у обычной черепахи. Руки были заломаны за спину, но существо стояло к Гоше так, что парень смог разглядеть его передние конечности – пальцы, похожие на человеческие, только маленькие и пухленькие, а между ними полупрозрачные плавательные перепонки. Задние же, казалось, вовсе отсутствовали – из туловища сразу же росли широкие стопы. На макушке, в обрамлении короткой шерсти, торчало какое-то блюдечко, наполненное водой. Только приглядевшись Гоша понял, что это вовсе не посудина, а овальное углубление в самой голове. От всего его вида парня едва не вывернуло наизнанку, да ещё и ко всему прочему от существа исходил запах, как от протухшей рыбы.

– Ты кто такой? – поинтересовался Гоша, разбавив свой вопрос матюками, требовательным тоном, хотя в голосе слышалась дрожь.

– А ты-ы кто-о тако-о-ой? – провыло существо. – Я знаю все леса-а-а, а тебя-я – не-е-ет.

– Заканчивай выть, – буркнул Гоша, вставая на ноги и осматривая порезы. Они были совершенно неглубокие, как от края бумаги, но кровь всё равно сочилась. – Я пришёл... издалека. Сестру ищу. Мм, может, ты случайно видел? Мелкая такая, с кудряшками тёмными, глаза голубые... Возможно, одета в платье.

– Не знаю таких, – ответило существо уже без завывания. – Тут мелких девчонок сто лет уже не было. Да и вообще из людей редко кто появляется... Но если она тебе дорога, могу совет дать... Вон та-а-ам, – вновь завыл он, указывая куда-то в дебри, – есть озеро, возле него лоша-адка моя пасётся. Можешь её себе на время взять.

И он, смешно прыгая с одной короткой ножки на другую, словно на пружинах, поскакал в указанном направлении. Гоша хотел рвануть за ним, но тут уже умчался. Тогда парень поправил лямки рюкзака, укрепил на ногах экзо-ботинки, чтобы преодолеть растущие на каждом квадратном сантиметре высокие растения невиданных сортов, и устремился вперёд.

Спустя полчаса ходьбы, в результате которой у Гоши уже спина затекла от рюкзака, он вышел из лесных дебрей на песчаную дорогу и заметил вдалеке кристально-чистое озеро. Подойдя ближе, он увидел лошадку – белую, с пшеничного цвета гривой и пронзительными чёрными глазами. Гоше даже не верилось, что у животных могут быть такие глаза, однако это было не самое странное в ней. На её макушке было два рога, как у обычной коровы.

Владельца по какой-то причине рядом не оказалось, но лошадь уже была оснащена седлом и уздой, а значит, к поездке готовая. На настоящих лошадях Гоша не ездил ни разу, даже в живую никогда не видел, но вот в одной игрушке была крутая симуляция с ними, так что верховной ездой он владел отменно.

Пока лошадь продолжала пережёвывать сочную зелёную траву, по какой-то причине растущей прямо перед ней, посреди песчаного берега, Гоша запрыгнул на неё, перемахнул одну ногу и взял узду в руки. Лошадка тут же подняла голову и безо всяких указаний помчалась в неизвестном направлении. Проскакав около сотни метров, она внезапно развернулась назад и с ещё большей скоростью направилась вперёд. От неожиданности Гоша сперва не понял, что происходит, а потом начал попытки притормозить разбушевавшегося коня, но тщетно – лошадь упорно продолжала двигаться вперёд, игнорируя приказы седака.

Они уже были всего в двух шагах от озера. Гоша хотел спрыгнуть с непослушного животного, но не смог – всё его тело прилипло к лошади, словно её белокурая шёрстка была измазаны в суперклее.

И она прыгнула. Прямо в озеро, вместе с Гошей. Оказавшись в воде, парень сразу же отлип от лошади и в панике заболтыхался. Само животное словно растворилось – его нигде не было видно.

– А-ха-ха, – послышался заливистый смех, от которого едва ли не закладывало ушные перепонки. – А-ха-хах.

Гоша попытался успокоиться и распластался по поверхности воды звёздочкой, расправив руки и ноги в разные стороны. Экзо-ботинки потянули ноги ко дну, поэтому Гоше пришлось ими заработать. Восстановив сбившееся дыхание, он обернулся на источник противного смеха, который всё никак не останавливался. Это был тот же чудак, что указал ему сюда дорогу. Лощади же так и не было видно.

Не успел он и спросить, что всё это значит, как вдруг сверху послышался протяжный свист, а вместе с ним и громкие глухие хлопки. Обернувшись, Гоша опешил от увиденного.

2