Славься, Княже!

Очнувшись, Настя резко вскочила в пруду и оглядела окруживших ее людей полными ужаса глазами. Выхватив в тусклом свете Мамашу, она сказала:

- Что-то схватило Ласку! Он в опасности, помоги ему, пожалуйста!

Но та не шевельнулась. Мамаша лишь задумчиво хмыкнула и устремила свой пронзительный взор на спящего Ласку.

- Еще рано, - пробормотала она.

Ласка снова оказался в темноте. Он начинал чувствовать себя летучей мышью. Вот только эта темнота была немного другой. Он по-прежнему видел себя. Он словно стоял в комнате из черного металла. Вскоре он заметил, что перед ним стоит мужчина. Ласка не был уверен, был ли он здесь изначально или только что появился.

Мужчина был одного роста с Лаской, худой и бледный. Его ребра торчали из-под пепельно-серой кожи, его лицо, напоминающее голый череп, обнажило два ряда кривых зубов в пугающей улыбке безумца. У него были голубые глаза, слегка подернутые бельмом. Всем своим существом мужчина излучал цепляющийся за кожу аромат страха. Что-то в этом создании показалось Ласке до боли знакомым. У него было ощущение, что он его уже давно знает.

- Кто ты? - голос Ласки эхом разнесся по черной комнате. - Или, точнее, что?

Существо разразилось смехом маньяка. Успокоившись, оно произнесло:

- Лихорадка, - его голос был хриплым и надрывистым, напоминающим треск костра.

- И что это должно значить? - Ласка уже совсем не понимал, что происходит вокруг.

Существо пожало плечами и повторило:

- Лихорадка.

- Ладно, - кивнул Ласка. - Тогда, где мы находимся?

- В самом темном уголке разума, - Лихорадка развел руками.

- Моего разума?

- Нет, - Лихорадка энергично покачал головой. Казалось, его голова просто болталась из стороны в сторону. - Это мой разум.

Ласка нахмурил брови. Ему не понравились слова этого скелета.

- Это мой разум, - твердо сказал он. - Я здесь хозяин.

- Нет, - настаивал на своем скелет. - Я здесь хозяин.

- Докажи, - скрестил руки Ласка.

Лихорадка улыбнулся еще шире, хоть это и казалось невозможным. Ласка внезапно пожалел о своих словах. Что-то в этом скелете было не то. Было что-то странное, неправильное. В голубых глазах Лихорадки загорелись злобные искры, черный язык быстро пролетел по больным зубам.

Ласке стало жарко, капли пота начали стекать по его щекам. Кольцо яркого пламени окружило Ласку и Лихорадку. Ласка почувствовал, как воздух вокруг него начал превращаться в ядовитый газ. Внезапно, Лихорадка сам вспыхнул желтым огнем, воздух наполнился запахом горящей плоти. Ласка начал трястись. Он не мог пошевелиться. Увидев это, Лихорадка заговорил. Его голос был хриплым и прерывистым, слова вырывались из его рта подобно крикам боли и повисали в полном гари воздухе, словно это были маленькие облака черного ядовитого дыма.

- Смотри... куда... идешь...

Ласка медленно опустил взгляд на свои ноги и почувствовал, как его тело стремительно наполняет адреналин, стоило его глазам увидеть охваченную огнем ступню. Закричав, он начал усердно бить ногой по невидимому полу, но огонь не желал исчезать.

Погруженное в пруд тело Ласки внезапно начало резко и яростно дергать ногой. Настя вскочила с камня, на котором беспокойно сидела последние полчаса. Она хотела попросить Мамашу остановить ее эксперимент, в чем бы он ни заключался, но та лишь молча покачала головой. Девушка могла лишь беспомощно смотреть на Ласку и гадать, с чем же ему пришлось столкнуться в глубинах своего разума.

Вскоре он перестал двигать ногой и просто остановился. Настя даже подумала, что он умер. Но время от времени Ласка немного открывал рот или слегка дергал головой. Ей хотелось вернуться в его мир и вручную вытащить его, но Мамаша бы никогда этого не позволила. Если бы Настя не знала, что происходит на самом деле, она бы решила, что Ласке просто снится плохой сон.

- Ты... крепкий... парень... - выплянул Лихорадка. - Но... все... подходит... к концу...

Ласка посмотрел на своего мучителя. Теперь Лихорадка даже отдаленно не напоминал человека. Он стал невыразимым чудовищем, грудой тлеющей плоти с бесчисленными руками и ногами, беспорядочно торчащими из его горбов и опухолей. Сияющие мертвым светом белые глаза уродливыми буграми пялились на Ласку, тяжело дышащего на горячем полу. В его голове пробежала мысль - почему его никто, в конце концов, не разбудит?

- Им... плевать... на тебя... - булькающим голосом сказал монстр. Часть его куполоподобного тела болезненно разорвалась в слизистой пародии рта.

- Ты врешь... - с трудом выдавил Ласка.

Он попытался встать, но мышцы не желали его слушать. Он чувствовал, как по его щекам потекли горячие слезы. Ласка хотел встать, доказать, что он сильнее Лихорадки, но Ад вокруг был категорически против.

- Хватит... - Лихорадка внезапно оказался совсем рядом, горой возвысившись над своим беспомощным заложником. - Пора... с тобой... заканчивать...

Ласка опустил голову. Он не хотел видеть, что собирается сделать существо. Его обдал сильный порыв невыносимой вони, а через секунду все его тело пронзила опьяняющая агония боли. Ласка закричал.

- Что происходит?! - воскликнула Настя.

Ласка начал биться в конвульсиях, обычно холодная вода вокруг него внезапно вскипела. Кащей попытался вытащить Ласку, но тут же отдернул руки, словно коснулся раскаленного утюга. Из носа Ласки потекла струйка крови, быстро переросшая в сильный поток. Настя с мольбой в глазах посмотрела на Мамашу.

Старуха слегка подалась вперед и задумчиво хмыкнула. И больше ничего. Мамаша просто молчала и бесстрастно смотрела за мучениями Ласки. Настя не выдержала.

- Сделай же ты что-нибудь! - напуганно и раздраженно крикнула она.

Но Мамаша не двинулась. Не в силах большо смотреть на мучения Ласки, Настя бросилась к пруду и ухватилась за бешено скачущую руку. Ее собственные ладони обожгло сильным жаром, словно температура тела Ласки в считанные секунды подскочила на десять-пятнадцать градусов. Но она не остановилась. Хоть она и не значала точно что, но было в нем что-то странное. Дело было не в его титуле, а скорее в том, что он - единственный настоящий человек, которого она видела со времен ухода своей матери. Она не могла позволить ему умереть, только не так и не сейчас. Поэтому она тянула, тянула изо всех сил, несмотря на постоянное дергание Ласки и неестественный жар, исходящий от его тела, что ничуть не облегчало задачу. Однако, сдаваться Настя не собиралась. Она была готова тянуть до самого конца, пока Ласка не окажется на холодном каменном полу и не откроет глаза.

- Хватит!

Повелительный возглас Мамаши, словно гром, эхом отразился от стен пещеры. Настя, испугавшись, выпустила руку Ласки и упала на пол. Она не могла поверить своим глазам. Всю свою жизнь она провела в этой пещере, всю жизнь была служанкой Мамаши, но ни разу она не видела Мамашу в полный рост.

Старуха была выше, - гораздо выше - чем казалось на первый взгляд. Ее горбатая, покрытая грибами и растениями спина почти касалась вершины пещеры. Настя видела древесные корни, тянущиеся от трона к ее телу и рукам. Мамаша легко стряхнула их, содрогнув при этом всю гору. Она сделала шаг вперед, отчего ветры за стенами пещеры издали рев, напоминающий боевой клич диких зверей из древних легенд. Только сейчас Настя поняла, что ее хозяйка - настоящая богиня.

- Иди сюда, - послышался издалека тихий голос.

Ласка огляделся и ничего не увидел, кроме яркого света в конце невидимого железного туннеля.

- Класс, - сказал он, чуть не подпрыгнув от звука собственного голоса в мертвой тишине вокруг. - Этого мне и не хватало.

- Иди сюда, - повторил голос.

Ласка задумался. Голос шел из-за его спины. Медленно и недоверчиво повернувшись, он увидел в другой стороне длинную лестницу. Он еще в детстве убедил себя не доверять загадочному свете во сне, так что лестница привлекла его больше. Недолго думая, он отправился в ее сторону.

С каждым его шагом голос становился все громче, отчетливее и настойчивее. Начав свое восхождение по лестнице, он начал считать каждую пройденную ступеньку. Вот только она все никак не хотела заканчиваться. Казалось, она бесконечна, просто уходит в вечную черную пустоту. Ласка дотронулся до черных стен вокруг - все еще металл. Металл повсюду. Но другого выбора у него не было, так что он смиренно продолжал подниматься, назначая каждому шагу его личный номер. Когда же он дошел до номера "девятьсот девяносто девять", все вокруг резко погрузилось в непроглядную тьму. Ласке потребовалось еще одно, откровенно лишнее мгновение, чтобы понять, что у него просто закрыты глаза.

Ласка не без труда разлепил онемевшие веки. Он снова был в пещере Мамаши. Ольга и Кащей стояли в стороне с мертвенно-бледными масками страха вместо лиц. Настя, все еще без одежды, лежала на полу, и по глазам было видно, что она все еще в шоке от чего-то, что произошло совсем недавно. Что изменилось, так это Мамаша. Она возвышалась над прудом и даже чем-то напоминала могучий бессмертный дуб. Черные глаза внимательно осматривали Ласку. Он поднес руку к носу - кровь. Много крови. Впрочем, он не был удивлен. Как-то в колледже он согласился на сеанс гипноза с друзьями, и у него тоже текла кровь.

- Добро пожаловать обратно, - проскрипела Мамаша, снова садясь на свой трон. Корни с громким треском вырвались из глубин скалы и ухватились за траву на ее спине.

- Ты в порядке? - спросила Настя.

- Да, - тяжело дыша, ответил Ласка. - Вроде цел.

Чего он никак не ожидал, так это крепких объятий, в которые его заключила девушка. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как он в последний раз чувствовал другого человека так близко. Но когда он пришел в себя и попытался обнять ее в ответ, Настя уже отпустила его.

- Мальчишка, - проскрипела Мамаша. - Ты был слишком неосторожен.

- Я снова провалил испытание? - спросил Ласка. Его сердце билось, как отбойный молоток.

- Нет, - ухмыльнулась Мамаша.

- Чер... Что? - Ласка не мог поверить услышанному. - Но ведь я не смог победить свой страх.

- Ошибаешься. Ты изгнал свой страх проиграть. Именно за этим я тебя и поместила в транс.

- Но...

- Ты столкнулся лицом к лицу со своей темной стороной. И пусть ты не победил в этой битве, это есть первый шаг на пути к полной победе.

Ласка промолчал. Он по-прежнему не верил происходящему. Неужели он действительно справился? Неужели ему удалось?

- Не пойми меня неправильно, - предупредила Мамаша. - Хоть ты и доказал свою внутреннюю силу, я все еще не очень верю, что ты справишься со своей задачей. Поэтому ты не получишь той награды, что была назначена за это испытание.

Ласка не понимал, о чем говорила старуха. Он даже не знал, какую награду он должен был получить. Но даже если она ничего ему не подарит, он был рад, что все таки прошел испытание. Хоть он и не понимал, как именно. У него было ощущение, словно он все еще в трансе, готовится умереть. Но холодный воздух пещеры и свежий запах сидящей рядом Насти убедили его в реальности происходящего.

- Но я не могу отпустить тебя совсем без награды, - продолжала Мамаша. - Это было бы нечестно с моей стороны. Поэтому, ты получишь... Настю!

- Что? - в один голос спросили Настя и Ласка.

- Но, мама... - шагнула вперед Ольга.

- Тихо всем, - отмахнулась хозяйка горы. - Настоящему Князю нужна служанка, в конце концов, так?

- Но, Мамаша, - поднялась на ноги Настя. - Я ведь ваша служанка. Что вы будете делать без меня?

- Со мной останется Кащей, - настойчиво сказала старуха. - Мы уже договорились. Ему тоже теперь жить негде.

Сердце Ласки болезненно дернулось при воспоминании о Вячеславе.

- К тому же, - хмыкнула Мамаша. - Это мой приказ. Отныне, Настя, ты будешь служанкой Ласки и будешь выполнять все, что он тебе прикажет.

Настя вздохнула и кивнула. Но Ласка по ее глазам видел, что она не так уж сильно расстроилась. В конце концов, подумал он, она все еще выполняет приказ Мамаши. Лучше, чем ничего.

- Кроме того, - продолжила Мамаша. - Я хочу поговорить с тобой наедине, мальчишка. Оставьте нас!

Дети и бывшая служанка Мамаши решили не спорить со старухой. Настя подобрала свою одежду и вышла вслед за Ольгой и Кащеем. Ласка и сам начал одеваться, слушая Княгиню.

- Как я понимаю, тебе осталось пройти лишь два испытания, - сказала та. - Проблема в том, что никто не знает, где находятся два последних Князя. Они оба пропали давным-давно. Но у меня есть кое-что, что позволит тебе найти одного из них.

Она опустила руку в небольшую нишу под троном и через пару секунд вытащила оттуда высокую статуэтку птицы. Ласка взял ее в руки и ощутил приятное тепло, расплывшееся по его ладоням. Сама статуэтка была вылита из черного железа, а во лбу птицы красовался темно-красный рубин. Птица была очень красивой. Ласке показалось, он где-то ее уже видел.

- Что это? - спросил он.

- Жар-птица, - ответила Мамаша. - После исчезновения Дажьбога они тоже все пропали. Эта - единственная, которую я смогла найти. Но она дремлет. Если ее разбудить, она должна привести тебя к Дажьбогу.

- А как ее разбудить? - Ласка уже знал ответ.

- Я не знаю. И никто не знает. Ты должен будешь сам найти способ.

Ласка кивнул. Хоть у него не было ни единой идеи, он попытается.

- А теперь иди. Настя знает, как вернуть вас домой.

- Прощай, Мамаша, - Ласка вежливо поклонился.

- Удачи, мальчишка, - улыбнулась старуха. - Я все еще не верю в тебя. Докажи, что я неправа.

Ласка тоже улыбнулся. Мамаша начинала ему нравиться. Он даже почти забыл ее настоящую форму. Подавив дрожь от воспоминания, он прошел по длинному коридору обратно в главную пещеру, где его ждали остальные. Убрав жар-птицу в рюкзак, он приготовился к путешествию домой. С Кащеем они прощались недолго. Он быстро вернулся в свою старую ворчливую форму, так что долгих сентиментальных "прощай" никто и не ожидал.

- Вы готовы? - спросила Настя, теперь одетая в достаточно теплую одежду. По словам Ольги в настоящем мире уже шла середина октября. В сердце Руси время текло по-другому.

Ольга и Ласка подошли поближе к Насте и взяли ее за руки. Девушка закрыла глаза и начала что-то быстро говорить на том же не-совсем-русском языке, который Ольга использовала во время первого транса Ласки.

- Закройте глаза, - так же быстро проговорила Настя.

Ласка плотно сжал веки. Голос Насти стал громче, сквозь закрытые глаза начал просачиваться яркий свет, сильный ветер чуть не сбил Ласку с ног. А потом все прекратилось. Ласка осторожно открыл глаза и огляделся. Голова кружилась, но он смог разобрать высокие деревья, освещенные тусклым лунным светом. Чуть поодаль, среди деревьев, виднелся свет в окне маленького дома.

- Мы вернулись, - с облегчением сказала Ольга, поторопившись в сторону дома.

Ласка ощутил тяжесть жар-птицы в рюкзаке. Осталось немного. Он улыбнулся.

- Идем, - он крепко сжал руку Насти и пошел следом за Ольгой.

Совсем немного.