Интерлюдия 2
- Больно... Мне больно...
Леха не чувствовал своего тела. Он не мог пошевелиться. Глаза отказывались складывать окружающее в четкую картину. Только боль убеждала его в том, что он еще жив. Он попытался вспомнить, что произошло, но в голову приходил только огонь. Ад. И среди него - его лицо. Да, это был он. Это все его вина. Но как его зовут? Леха напряг память и, наконец, выудил имя, наполнявшее все его тело горькой ненавистью.
Ласка.
Он не нравился Лехе с самого начала. Он помнил, как они впервые встретились. То было в самом начале шестого класса, они сидели за одной партой. Леха попытался познакомиться. Он представился, протянул руку, улыбнулся. Да, тот Леха был дружелюбным маленьким очкариком, которого все в классе любили. Ну, почти все. Но к нему все равно хорошо относились. А этот Ласка что? Посмеялся и проигнорировал его дружелюбие. Уже тогда он не понравился все еще доброму Лехе.
Они не разговаривали до того самого дня. Леха помнил тот день так же отчетливо, как каждый сантиметр уродливого лица Ласки. Он тогда пошел в школьную уборную, где и увидел Ласку с его дружками. Сначала он не понял, что они там делают, а потом до него дошло - они курили. Леха впервые видел, как кто-то курит, но он знал, что это плохо. Уверенный, что его не видели, он отправился к учителю и все ему рассказал. Он был горд собой, он сделал то, что должен был. Тогда он еще не знал, что, на самом деле, его заметили.
Когда после школы Ласка и его друзья подозвали его к себе, Леха ощутил в своем животе холодную пустоту плохого предчувствия. Ноги его с трудом передвигались, но он шел. У него не было выбора, ведь бегал он медленно. И с каждым шагом он все больше чувствовал запах неизбежной беды.
"Привет, Леша", - процедил Ласка, возвышавшийся над своим заложником, как гора.
"П-привет", - Леха сглотнул.
"Скажи", - начал глава банды: "Это ты сказал Дмитрию Геннадьевичу, что мы с ребятами делали в туалете?"
Леха энергично покачал головой.
"Жаль", - разочарованно вздохнул Ласка: "А ты случаем не знаешь, кто это был?"
Снова отрицательный жест.
"А ведь один мой друг уверен, что это был ты".
Леха снова сглотнул. Ему пришел конец.
Он не помнил точно, что произошло потом. Он лишь помнил, что Ласка нанес первый удар, а через пару минут он уже лежал на земле. Его тело тряслось, но только когда эти козлы ушли, он позволил себе заплакать.
Больше такого не повторялось. Более того, пару дней спустя они с Лаской даже подружились. Леха не был уверен, как до этого дошло. Просто, как-то получилось. Они стали лучшими друзьями, все делали вместе. Роковой день постепенно исчез из памяти, как плохой сон.
Так шли годы. Ничего особенного не происходило, Леху больше никто не трогал. Черт, у него даже девушка появилась. И он ее любил, ухаживал за ней, подарки дарил. Но ей, похоже, было мало. Одним солнечным вторником он решил нанести ей визит-сюрприз, подарить букет красивых цветов. Он был счастлив и был уверен, что она тоже обрадуется. Она уже дала ему запасные ключи от своей квартиры. Но, когда он вошел в прихожую, готовый пропеть добрые слова, его встретили лишь оргазмические вздохи его девушки, подбадриваемые грубым голосом какого-то парня. То был Павел, один из побочных эффектов его дружбы с Лаской. Эта сучка просто использовала его, чтобы добраться до тупого громилы! А кто был в этом виноват?
Ласка.
Он помнил, что он сделал. Он ушел. Тихо, как призрак. Словно его там никогда и не было. А потом он вернулся. Уже вечером он пришел, полный уверенности в неоспоримой правоте своего плана. Она встретила его с распростертыми объятиями и тут же получила по заслугам. Леха никогда не забудет выражения на ее лице. Это было бесценно. С тех пор, как он оставил под ее глазом лиловый след, он ее больше не видел. Это был первый раз, когда он ударил человека. А сразу после этого был первый раз, когда он закурил. Кто в этом виноват?
Ласка. Только Ласка.
А еще был тот день, когда Леху поймали какие-то бандиты с мордами, напоминающими крабьи клешни. Они забрали его деньги и оставили одного под дождем. И, конечно, тот день, когда они с Лаской решились ограбить банк. Это была идея его тогдашней стервы-девчонки. Ласка еще ломался. Но Леха его убедил. А потом этот безмозглый ублюдок забрал себе все деньги и сбежал! А ему пришлось в тюрьме сидеть. Благо, у него были связи.
Как же долго Леха охотился за своим бывшим другом. Искал его, вынюхивал, жал руки самым грязным тварям страны. А все ради чего? Чтобы найти этого ублюдка он обошел все подземелья России! Из-за него Леха увидел самые темные стороны человеческой природы, потерял драгоценные годы своей жизни, свои потом и кровью заработанные деньги, свое достоинство... Черт, он даже полысел! Ему пришлось через столькое пройти, а в результате он не получил ничего. Напротив, он лишь потерял все, что у него было.
Ласка.
Это имя желчью обжигало его язык, вызывало рвотные позывы. Леха хотел схватить шею Ласки, сдавить ее, пока уши не обдаст сладкий хруст. Он хотел разорвать его плоть, почувствовать текущую по рукам горячую кровь. Он жаждал услышать, как Ласка кричит, молит о пощаде, жаждал увидеть его лицо, искривленное гримасой боли и агонии. Он хотел, чтобы Ласка почувствовал его боль.
Ласка... Ласка...
Раньше он этого не понимал, но теперь все встало на свои места. Он прозрел. Он понял, что во всем вокруг был виноват Ласка и только он. Аварии на дорогах? Развод его соседей? Инфаркт старика напротив? Бедность? Болезни? Войны? Голод? Все это... из-за... НЕГО!
А еще боль. Да, боль. Нескончаемая, равномерно растекшаяся по всему организму, сжигающая изнутри и режущая снаружи. Боль, заставляющая забыть саму суть слова "человек". Леха больше не был человеком, потому что все люди были как Ласка. Все они одинаковые. Теперь Леха стал чистым, лишенным всех человеческих границ. Он стал воплощением боли. И он нашел смысл своей жизни. Он должен был найти единственного человека, чье имя огненными буквами врезалось в его разум. Он должен был убить Ласку. Лишь в этом был смысл. Эта мысль, это желание стало столбом, на котором держались разум, сила и вся жизнь Лехи.
Ласка.
Ласка!
ЛАСКА!!!
Ненавистное имя оглушительным ревом вырвалось из его глотки. Все мышцы в теле резко напряглись, и Леха вскочил на ноги. Словно бешеный, он принялся срывать с себя старую обугленную кожу, сжимающую его новое тело, более подходящее для его великой цели. Теперь он был больше, сильнее, быстрее, и человеческая кожа обтягивала его, словно десткая одежда на теле зрелого мужчины. Она была ему не нужна. Он вырос из этой кожи. Он стал другим.
Но и мир вокруг него тоже изменился. Леха больше ничего не видел, но он чувствовал дыхание ветра, запахи стоящих вокруг сгоревших деревьев. И он чувствовал далекий запах Ласки.
- Эй, смотрите! Здоровяк проснулся!
Леха резко повернулся в сторону голоса. Это был человек. Но его запах не был похож на Ласку. В нем была какая-то странная примесь.
- Потрясающе. Я уж думал, он будет спать вечно.
Тоже человек. Но тоже "другой". Леха не понимал, что с ними не так.
- Расслабьтесь, господа, - произнес третий голос.
Леха сделал шаг назад. Запах этого существа совсем не был похож на человека. Оно было... на секунду в голове Лехи промелькнули картины лесного пожара. Это существо пахло огнем, точнее, горящим воздухом.
- К... к-кто т-ты? - новый рот Лехи совсем не подходил для человеческой речи.
- Это неважно, - произнесло существо, подходя ближе. - Важно то, что я могу помочь тебе отомстить. Если, конечно, ты сперва поможешь мне.
- Ч-ч-чего х... хо-ош? - Леха наклонился вперед.
- У твоего старого друга есть кое-что, что нужно мне, - голос существа внезапно наполнился стальной злобой. - Если ты принесешь это кое-что мне, ты будешь свободен. И сможешь убить его. Ясно?
Леха неуклюже кивнул.
- Идем. Я скажу, что ты должен будешь принести. И, да, как тебя зовут?
- А... Ал-леккксэй... - попытался сказать Леха.
- Тебе это не подходит, - в голосе звучала улыбка. - Тебе нужно новое имя, больше подходящее твоему новому... стилю. Есть идеи?
Леха не сразу понял, о чем оно говорило. Но потом до него дошло, что "Алексей" - человеческое имя. А он больше не человек. Из остатков своей старой памяти он выудил слово, которое, как он знал, зародилось на древней... что, Рыси? Не важно. Главное то, что это было слово, которое редко произносили вслух, и даже тогда оно внушало страх в сердца самых могучих воинов земли. Выдавив из себя некое подобие улыбки, он без сомнений произнес:
- Змий...
В тот день его жизнь изменилась полностью. И первым знаком этих перемен стал довольный смешок Огненного существа.