Нефритовая династия

Том 16. Глава 6. Призрачная магия

Джосан от неожиданности вздрогнул и ощутил, как на голове зашевелились волосы. Внутри сарая горело какое-то магическое пламя, и казалось, что в ночи вокруг завыли демоны.

От неожиданности им троим показалось, что тот, кто находился в комнате, их уже заметил. Но только пламя продолжало спокойно сиять, безо всякой реакции на непрошенных гостей. Они боялись даже вздохнуть, но потом, когда осознали, что вспышка загорелась не из-за их появления, они выдохнули спокойно. Только страх в их глазах стал чуть ярче.

Джосан нахмурился и, немного подумав, сделал Синистре и Хон знак рукой двигаться дальше, к одной из боковых стен сарая. Эти стены были ветхими уже многие годы, и несложно было отыскать щель между досками. Джосан заглянул внутрь сарая сквозь щель, а Хон и Синистра приблизились к нему, тоже пытаясь отыскать дыры в стене.

Посреди темной комнаты действительно горело пламя темно-зеленого цвета. Но этот огонь исходил не от факела или свечи, это просто был небольшой шар в воздухе, который беззвучно горел пламенем. Призрачного Господина не было видно, только лишь обломки старых ящиков в темно-зеленом свечении выглядели слишком уж жутко.

Снаружи сарая Хон побледнела и даже закусила губу. Затем она обратила взгляд к столику, на котором стояли таблички с именами усопших. Табличка ее отца стояла на месте, остальные были оставлены так же, как и днем. Очевидно, Призрачный Господин совсем не проявил интереса к этим деревяшкам.

Джосан рядом с ней тоже облегченно выдохнул, увидев, что табличка с именем сына цела. Хон понизила голос и произнесла: «Дедушка, что дальше?»

Джосан совсем не был героем из сказки, он пошел на такой риск только ради спокойствия души сына. Увидев, что Призрачный Господин не тронул табличку, он уже успокоился и конечно же не желал больше оставаться в этом жутком месте ни минуты.

Приняв решение, Джосан тихо ответил: «Уходим».

Хон и Синистра кивнули, и они втроем начали идти назад. Но к несчастью, прямо в этот момент Джосан неосторожно ступил на землю и под ноги ему попалась какая-то сухая палка, которая тут же откатилась по земле, издав громкий стук.

Все трое тут же остолбенели, Хон гневно прошипела: «Дедушка!»

Лицо Джосана застыло, он только хотел что-то сказать, как вдруг за их спинами послышался треск, и из-за сломанной стены начала просачиваться тьма, сияющая зеленым светом. Казалось, она вот-вот накроет их с головой...

Джосан изменился в лице, взмахнул рукой, быстро прочитал заклинание и вскрикнул: «Быстрее, уходим!»

Как только прозвучало заклинание, тьма уже почти коснулась Джосана, но тут листок в его руке задрожал, сверкнула песочно-желтая вспышка, и Джосан исчез, словно растворившись в воздухе.

Казалось, именно в этот момент в самой глубине темноты кто-то удивленно вскрикнул. Но если Джосан спасся бегством, зеленое свечение не угасло. Хон не прочла даже половины заклятия, а про Синистру и говорить нечего – в самый ответственный момент он начисто забыл все слова, и только стоял на месте, сжимая в руке желтый листок.

Тьма подступала, готовая в миг проглотить их обоих. Хон и Синистра почувствовали, как кровь стынет в жилах, но ничего не могли сделать. Какая-то сила из глубины сарая вдруг потянула их внутрь, и их тени скоро исчезли в темноте.

Еще через миг раздались два удара, видимо Хон и Синистра упали на пол. Но затем все звуки вдруг прекратились и снаружи все погрузилось в мертвую тишину.

Вокруг было тихо, ночь сгущалась, и только едва заметный туман парил в темноте, так что было сложно различить зеленое свечение внутри сарая, которое все еще напоминало о произошедшем.

Прошло уже много времени с того момента, когда Хон и Синистру затянуло внутрь сарая, но оттуда по-прежнему не раздавалось никаких звуков. Джосана, который избежал этой участи, тоже не было видно. Так проходила минута за минутой, словно тот, кто находился внутри комнаты, терпеливо ждал.

В этой тишине у входа во дворик вдруг появилась тень. Это был Джосан, он хмурился, словно думал о чем-то. Но в конце концов он все же покачал головой и медленно направился к сараю.

Еще до того, как он подошел близко к двери сарая, створки со скрипом распахнулись и зеленое свечение беззвучно отразилось на силуэте Джосана.

«Входи!» из сарая раздался голос, в котором не было ни капли эмоций.

Джосан успокоился немного и вошел внутрь. Оглядевшись по сторонам, он очень быстро заметил, что Хон и Синистра лежат около стола с табличками. На их телах, кажется, не было никаких повреждений, они только широко раскрытыми глазами смотрели друг на друга, открывали рты, но не издавали звуков. Это было очень странно, возможно они находились под действием какого-то заклинания.

И конечно, самым необычным предметом в комнате было зеленое свечение, висящее в воздухе прямо над ящиками, которые днем заметил Джосан. Откуда-то с той же стороны вдруг раздался голос Призрачного Господина.

«Заклятие «Исчезновения сквозь землю»? Оно было утеряно много лет назад, не думал что смогу увидеть его снова. Что же за великий маг передо мной?»

Джосан, немного помолчав, ответил: «Эти двое еще совсем молоды, а вы такой великий мастер, может быть, отпустите их?»

Призрачный Господин просто произнес: «Ну что вы, я всего лишь призрак, не достоин звания великого мастера. Днем я уже сказал вам больше не приходить сюда, но вы нарушили мой запрет, что все это значит?»

Взгляд Джосана дрогнул, он сказал: «Здесь находится могила моего сына, его душа обитает здесь. А вы... маг Призрачного Искусства, как же я мог быть спокоен?..»

Голос Призрачного Господина на минуту замолк, затем он по одному слову выговорил: «Откуда же ты знаешь, что я владею Призрачной Магией?»

Джосан ответил: «Вы пришли в темное, недоступное для солнечного света место, зажгли здесь Призрачное Пламя и вызвали темную энергию, чтобы восстановить свои силы. Это очень сильная Призрачная Магия, которую не могут использовать простые смертные».

Призрачный Господин, помолчав еще минуту, произнес: «Вы действительно мудрый человек, я поражен».

Голос Джосана вдруг стал чуть серьезнее, он сказал: «Вы тоже должны понять, почему я беспокоился. Мой сын умер много лет назад, а я не мог похоронить его со всеми почестями, все боялся, что его душа не упокоится. Но сегодня, раз уж вы не стали тревожить его душу своим искусством, я все же успокоился».

Договорив, Джосан на всякий случай поклонился в сторону ящиков. Призрачный Господин холодно фыркнул и ледяным тоном сказал: «Не нужно было бояться, я бы не стал заниматься воровством чьих-то мертвых душ. Но вы нарушили мой запрет, а значит не избежите наказания».

Джосан изменился в лице и хрипло проговорил: «Да ведь это просто ошибка, ошибка! Вы такой великий маг, зачем же...»

Призрачный Господин лишь усмехнулся, и пламя перед Джосаном дрогнуло, загоревшись еще ярче. Джосан с несчастным видом смотрел на этот огонь.

Свет ярко сверкнул, Призрачное пламя стало увеличиваться, и когда оно стало размером с кулак, вся комната уже была освещена зеленым свечением. Даже лица Хон и Синистры, лежащих на полу, стали зеленоватыми.

Как вдруг раздался хлопок, сияние дрогнуло и Пламя разделилось на пять частей. От зеленого света отделились красные лучи, соединившиеся в пятиконечную звезду, от которой исходила энергия смерти.

Лицо Джосана потемнело, зрачки сузились, а на лбу даже выступил пот.

Глядя на метаморфозы заклинания перед собой, он беззвучно выдохнул и отступил на пару шагов назад, достав из-за пазухи еще один желтый листок. Ни слова не говоря он наклеил на себя четыре таких листка, и затем прикрепил такие же на пол, стоящий рядом стул и даже какой-то камень. Казалось, что он просто их разбросал, но листки были совсем не простыми.

Когда Джосан закончил свои манипуляции с листками, Призрачный Господин тоже завершил заклинание. Все происходило очень быстро – пятиконечная звезда ярко сверкнула и в тот же миг вокруг словно завыли демоны, от крика заложило уши.

Джосан вздрогнул всем телом и потерянно прошептал: «Крик Демона»...

Этот крик не имел формы и шел из ниоткуда, но заклинание разрушало все, с чем сталкивалось на пути. В воздух взлетали мелкие камни и ветки, а на дощатом полу начали появляться трещины.

Седые волосы Джосана зашевелились от невидимого ветра, он вскинул обе руки, прилепив два листка с заклинаниями к собственным ушам. Тут же гримаса боли исчезла с его лица, и он начал читать какое-то заклятие, держа в руках листки и сложив пальцы в форме меча. Его глаза были широко раскрыты, он смотрел на невидимый источник крика.

Через миг звук дошел и до Джосана. В ту же секунду все листки, которые он прикрепил вокруг себя, засияли буквами заклятий и перед Джосаном возникла стена зеленого света.

«Бах!»

Прозвучал удар, Джосан отлетел далеко назад и тяжело ударился о сломанную стену. В темной комнате парили клочки желтой бумаги, а Призрачное пламя над старыми ящиками снова превратилось в целый шар, спокойно горящий в воздухе.

Джосан тяжело выдохнул и с трудом поднялся на ноги, горько усмехнувшись: «Неужели вы действительно хотите убить такого бесполезного старика как я?..»

Призрачный Господин, немного помолчав, произнес: «Твой взгляд, опыт, знания... говорят о том, что ты не простой смертный. Но почему же твой уровень так низок?»

Джосан вытер струйку крови у рта и просто сказал: «Что с того, что уровень низкий? В Поднебесной столько магов, каждый из них намного сильнее меня. Но неужели есть хоть несколько, живущих так же беззаботно?»

Призрак на этот раз замолчал надолго, затем, безо всякого предупреждения, Пламя снова дрогнуло и, очень быстро подлетев к Синистре и Хон, зависло над ними.

Джосан удивленно вздрогнул, он беспокойно шагнул вперед, но Пламя лишь сделало над ними один круг и вернулось к ящикам. А через миг Хон и Синистра одновременно вдохнули и поднялись на ноги. Очевидно, Призрачный Господин снял с них заклятие.

Джосан ужасно обрадовался и тут же обратился к Пламени над ящиками. «Премного благодарен, Господин! Ну так мы пойдем, пойдем и больше никогда не вернемся!»

Он посмотрел на Хон и Синистру, сделав им знак, что сейчас лучше уйти как можно быстрее. И когда они уже собрались уйти, вдруг вновь прозвучал холодный голос Призрачного Господина: «Я отпустил их, но не могу позволить вам уйти».

Все трое удивленно замерли, а Джосан проговорил: «Что?»

Призрак холодно фыркнул. «Вы пришли сюда, чтобы шпионить за мной, да к тому же узнали секрет моей магии, этого я не могу спустить. Я позволю вам сразиться со мной и умереть здесь от моей руки».

Хон побледнела, а Джосан, который только что на себе испытал силу Призрачного Господина, только тихо проговорил: «Вы очень сильный маг, вы ведь знаете, что мы пришли совсем без злого умысла, только беспокоились, что вы потревожите душу сына... только из-за этого...»

Он не договорил, когда Призрачный Господин вдруг гневно произнес: «Довольно! Умрите!»

После этих слов Призрачное Пламя сверкнуло снова, и темная комната наполнилась демонической энергией. Джосан изменился в лице, и только хотел что-то сказать, как увидел, что Пламя снова превращается в пятиконечную звезду. Он не успел и вскрикнуть, как заклинание Крика Демона снова ударило в них.

Синистра гневно зарычал и рванулся к Хон, защищая ее собой и выставив вперед свой эспер – Клык. Но Джосан закричал ему: «От него нельзя защититься, быстрее, уходим!»

Но он не успел договорить, скорость Крика Демона была намного быстрее, чем в первый раз. Он в мгновение ока добрался до Синистры. Бедняга лишь ощутил, как воздух вокруг превратился в острый нож, по ушам ударило болью, а его тело словно начали резать тысячи лезвий. Хон за его спиной громко закричала, но она ничем не могла помочь – вот-вот заклинание достанет и ее тоже! Прямо в этот критический момент снаружи комнаты раздался какой-то тихий свист, и между Синистрой с Хон и Призрачным Пламенем проскользнула черно-зеленая вспышка, сверкнувшая словно молния. Казалось, что какая-то черная палка прорезала пространство сверху до низу и Крик Демона тут же замолк, как будто его и не было.

Только что возвратившаяся с края жизни и смерти Хон тут же обернулась, и на ее лице отразилась невольная радость. Она вскрикнула: «Ты!..»

В тот же миг Призрачное Пламя снова стало сияющим шаром и Призрачный Господин холодно спросил: «Ты?»

Снаружи раздался голос: «Да, это я». Вместе с этими словами в комнату вошел человек. Длинный плащ, карабкающаяся на плече обезьянка – это был Зевул.

Он молча посмотрел на Хон и остальных, увидев, что Хон смотрит на него с нескрываемой радостью, а лицо Синистры выглядит странно. Посмотрев на Зевула несколько секунд, он медленно отступил в сторону от Хон.

Зевулу это показалось странным, но он не стал долго размышлять, а только медленно прошел в середину комнаты. Душа Вампира, сверкнул зеленым светом, вернулась в его руку.

Джосан, посмотрев на Зевула, и затем на Хон, вдруг недовольно фыркнул. «Вот ведь паршивец, что же ты ждал так долго! Мог и пораньше вмешаться, знаешь ведь, что я старый и слабый человек, я ведь не могу сражаться с этим демоном! Так и знал, что в тебе нет ничего святого...»

Хон нахмурилась и уставилась на Джосана, осуждающе одернув его: «Дедушка...»

Но Зевул не обратил на слова Джосана внимания, а только посмотрел на него и сказал: «Если бы я вмешался раньше, то так и не узнал бы о твоей связи со школой Айне и ее предками!»

Джосан изменился в лице, что-то беспомощно пискнул, но Зевул больше не смотрел на него. Он повернулся к молчаливым ящикам в темноте.

Раздался голос Призрачного Господина: «Ты разве не должен быть на Лисьем Холме и охранять Лазурию? Как ты оказался здесь?»

Зевул, глядя на ящики, спросил в ответ: «Я спрошу у тебя то же самое, ты разве не должен быть в Священном зале Западных Пустошей? Зачем явился сюда?»

Призрачный Господин сказал на это: «Не важно зачем мы здесь, но мы с тобой люди Малеуса, а эти трое шпионили за мной. Поэтому я решил расправиться с ними. Почему ты вмешался?»

Джосан, слушая их разговор, вдруг осмелел и громко произнес: «Тьфу! Хотел убить так и убивал бы! А то лишь языком трепать горазд!»

Хон и Синистра одновременно посмотрели на него, и Джосан тут же замолчал. Он и сам понял, что сморозил что-то не то, поэтому лишь проворчал что-то про себя и проглотил язык.

Зевул холодно ответил Призрачному Господину: «Ты их не тронешь».

Призрак только холодно фыркнул. «Это еще почему?»

Зевул просто сказал: «Потому что я здесь».

Призрачный Господин замолчал на минуту, потом холодно проговорил: «Неужели ты заступишься за их никчемные жизни?»

Зевул без всякого выражения сказал: «Так и есть. Пока я здесь, ты их не тронешь».

На лице Джосана появилась радость, Хон, стоявшая за спиной Зевула, нервно закусила губу, ее глаза ярко горели. Только Синистра не смотрел на Зевула, только лишь увидев выражение Хон он снова отступил еще на шаг.

Призрачное Пламя в воздухе вдруг начало разгораться снова, Джосан и остальные изменились в лицах, только Зевул остался стоять на месте, не шевелясь, холодно глядя на огонь перед собой и крепко сжимая Душу Вампира.

В этот момент самым беспечным существом был Аш на плече Зевула, который совсем не обращал внимания на происходящее, а только смотрел по сторонам то на Пламя, то на Хон, и корчил ей мордочки, то и дело почесывая затылок.

Том 16. Глава 7. Секрет

Призрачный Господин не появлялся из-за ящиков, но было очевидно, что он глубоко задумался. Пламя в воздухе горело по-прежнему спокойно, окрасив окружающую обстановку в зеленый цвет.

Зевул, глядя на это пламя, без всякого выражения шагнул вперед. В тот же миг Пламя в воздухе словно получило какой-то сигнал и ярко сверкнуло. Но в этот раз оно не превратилось в пятиконечную звезду, а только поднялось выше, вместе с бешено воющим ветром, который поднял с земли пыль. Джосан и остальные, не в силах противостоять этой магии, закрыли глаза.

Атмосфера накалялась, темная энергия в комнате становилась тяжелее, казалось вот-вот сработает какое-то таинственное заклинание. Зевул не рисковал недооценивать Призрачного Господина, он был готов к удару. Как вдруг что-то заставило его нахмуриться и он тут же взлетел в воздух над полом. Прямо в этот момент откуда-то снизу раздался грохот и вся комната содрогнулась, словно где-то рядом случилось землетрясение.

Разломав дощатый пол, из-под земли вырвалась огромная костяная рука, ударившая ровно по тому месту, где только что стоял Зевул. Каменные кирпичи фундамента и обломки досок разлетелись в стороны. В комнате раздался демонический вой. Зевул уже был в воздухе, но рука, словно получив тайный приказ, бросилась прямо к нему, тоже взлетев в воздух.

Зевул нахмурился, но он не собирался отступать. В его глазах мелькнула белая тень надвигающейся опасности, которая вот-вот должна была настичь его. Он отлетел вправо, едва увернувшись от удара, а костяная рука ударила вниз, по полу, подняв в воздух столб пыли.

В комнате бесновалась темная энергия, завывал ветер, Джосан и остальные прижались к стене, они хотели как можно скорее покинуть это место, только не решались двигаться – неизвестно смогут ли они избежать удара огромной руки. Но к счастью, все внимание Призрачного Господина сейчас было приковано к Зевулу, и они перебрались поближе к углу, в котором стоял стол, где костяная рука не могла их достать. Вокруг летала пыль, и маленькая комната, превратившаяся в поле битвы, вдруг стала очень тесной.

Но это было еще не все. Как только Джосан подумал, что стало слишком тесно, под землей раздался грохот. Этот звук был ужасен, словно какой-то разгневанный демон, долго пробывший в заточении, вдруг получил шанс вырваться на свободу.

Комната содрогнулась, в стороны полетели земля и камни, костяная рука начала двигаться, и вслед за ней в воздухе возникла еще одна рука, направившаяся к Зевулу. Зевул начал уворачиваться от ударов обеих рук, внимательно глядя по сторонам. Но до сих пор он сам не сделал ни единой попытки напасть.

На этот раз в комнате стало невыносимо тесно.

Мелькали белые кости, танцуя в воздухе танец смерти – ужасная картина предстала перед Джосаном и остальными. Во время своей ожесточенной битвы и Зевул, и Призрачный Господин молчали. Их магия ограничивалась темной комнатой – очевидно, Призрачный Господин не мог выйти за ее пределы, а Зевул не мог уйти.

Призрачное Пламя продолжало гореть, и в его тусклом свете танцевали белые кости рук. От Зевула, казалось, тоже исходила какая-то темная сила, Призрачный Господин все же никак не мог схватить его. Со стороны ящиков раздался его холодный вздох.

Как вдруг, Пламя в воздухе ярко сверкнуло и белые руки на миг остановились. Раздался странный треск и костяные враги Зевула покрылись трещинами сверху до низу, после чего превратились во множество мелких осколков, словно раздробленные огромным молотом. Они посыпались вниз дождем, словно стая саранчи, и снова бросились на Зевула.

Джосан и остальные побледнели от страха. Хон испугалась больше всех, она даже закричала. Это была опасная магия, невозможно было укрыться от тысячи смертельных осколков!

Лицо Зевула было бледным как снег, он просто смотрел на приближающиеся осколки, и затем резко спустился вниз. Волна белых костяных искр ринулась за ним, как живая. Но тут вдруг все остановилось, и, словно получив какой-то приказ, осколки замерли в воздухе и затем отступили.

Зевул приземлился, но не стал останавливаться, а лишь оттолкнулся рукой от пола и полетел к ящикам, возле которых прятался Призрачный Господин.

Пламя в воздухе дрогнуло, рванувшись вниз со скоростью молнии, а костяные осколки поднялись наверх, закружившись вихрем под потолком. Вся комната задрожала, полы одежды Зевула затрепетали от ветра, и в этот момент, когда и спереди и сзади подстерегала опасность, Душа Вампира появилась в его руках. Зловещая Сфера на ее конце ярко горела, внутри нее плескалась энергия смерти.

Душа Вампира полетела вперед, но на ее пути почему-то оказался именно тот угол, где находились Джосан, Хон и Синистра. Они не успели ничего понять, когда Душа Вампира оказалась перед ними и их тел коснулась холодная энергия, исходящая от нее во все стороны, леденящая душу и кровь.

Через миг Душа Вампира, издав глухой стук, вошла прямо в стену рядом с головой Джосана, почти совсем исчезнув в ней.

Джосан до того испугался, что даже забыл отругать Зевула, почувствовав только, что его пробрал холод с головы до ног. Ему казалось, что эта черная палка рядом с его ухом сейчас утащит его за собой, как невидимая рука. Его объял страх, и только когда он отпрянул от нее подальше, смог спокойно выдохнуть.

В этот момент, и костяные руки, и Призрачное Пламя, приготовившиеся напасть на Зевула, вдруг застыли в воздухе, а еще через миг изнутри стены раздался вздох, в котором слышалось разочарование. Прямо из пробитой в стене дыры вдруг появился странный земляной ком, по форме напоминающий человека. Он подлетел к Зевулу. Тут же костяные руки, застывшие в воздухе, осыпались на пол, а Призрачное Пламя, загоревшись чуть ярче, переместилось и оказалось над этим земляным человеком.

Зевул тихонько свистнул, взмахнул правой рукой и Душа Вампира вернулась к нему, через спину пронзив земляную фигуру. В тот же миг земля начала осыпаться и показалась черная тень, парящая в воздухе как призрак. Она подлетела к таинственным ящикам. Вне всякого сомнения, это был Призрачный Господин.

Душа Вампира медленно вернулась в руку Зевула. Он смотрел на Призрака, но не спешил нападать. А тот, повернувшись к Зевулу, странно посмотрел на него и вдруг сказал: «Как ты узнал, где я прячусь?»

Зевул промолчал, не ответив ничего. Он лишь холодно смотрел на Призрачного Господина, и тот в конце концов кивнул. «Ладно, все таки мы с тобой союзники, даже если ты не хочешь это признавать. Сегодня... я просто хотел посмотреть, как возрос твой уровень соединения Трех школ».

У Зевула сузились зрачки, сейчас он разгадал, где прятался Призрачный Господин, и это дало ему преимущество. Но он совсем не собирался расслабляться. Он видел, как Душа Вампира пронзила тело Призрака, но тот просто отлетел в сторону, словно сила Души Вампира на него не действовала. Этот человек... или таинственное существо, было совсем непонятно Зевулу.

Они так и стояли, глядя друг на друга, и казалось, вот-вот снова начнут сражаться. Джосан, немного успокоившись, торопливо схватил Хон и Синистру за руки и побежал к открывшемуся выходу. Было очевидно, что это место слишком опасно, ведь здесь столкнулись две магических силы. Поэтому они очень быстро ушли через дыру в стене, пробитую Зевулом. Только перед тем, как уйти, Хон протянула руку и забрала со стола табличку с именем отца.

Зевул и Призрачный Господин ясно видели, что эти трое сбежали. Но Зевул никак не отреагировал, а Призрачный Господин сейчас был сосредоточен на Зевуле, и не мог броситься в погоню. Только сразу после их ухода внутри комнаты снова поднялся вихрь, так что Джосана и остальных отбросило от дыры на несколько шагов.

Джосан тащил за собой Хон и убегал все дальше и дальше, пока не оказался в трех ярдах от проклятого сарая. Только потом он обернулся и посмотрел назад. Снаружи было совсем незаметно, что внутри сражаются два сильных мага, словно они сдерживали всю магию внутри. Издалека только можно было разглядеть, как внутри сарая мелькает свет. То золотая вспышка, то красная, белая, зеленая и другие. Если бы не темная энергия, исходящая от этого сияния, смотрелось бы очень красиво.

Хон, посмотрев на сарай, осторожно обратилась к Джосану, который снова собрался бежать: «Дедушка, а это ничего, что мы вот так сбежали?»

Джосан и Синистра удивленно посмотрели на Хон, и Джосан хмуро пробурчал: «Глупая девчонка, ты о чем вообще думаешь! Там внутри два кровожадных демона, готовых разорвать друг друга! Скажи спасибо, что мы выбрались живыми, так что не болтай, а быстрее уносим ноги!»

Хон, немного помолчав, добавила: «Но ведь... но ведь он это сделал только из-за нас...»

Синистра, посмотрев на нее, ничего не сказал, а Джосан нервно произнес: «Да что ж ты такая дурёха! Этот Зевул невероятно силен, чего ему бояться. Пусть дерутся между собой, это уже не наше дело. Уходим! Ну же!»

Договорив, он снова потянул ее за руку. Хон, немного посомневавшись, все же пошла за Джосаном. Синистра оглянулся и странно посмотрел на сарай, в его глазах блеснул огонек, но взгляд его был задумчивым. Он молча постоял немного, и затем развернулся и пошел вслед за Джосаном и Хон.

В темной комнате позади них сейчас царил беспорядок, еще хуже чем раньше. Теперь даже земля была неровной, повсюду валялись камни, почти не было ровного места, на котором можно было стоять.

Зевул и Призрачный Господин парили в воздухе, остановив сражение и глядя друг на друга. Слышалось их ровное дыхание, и только Аш на плече Зевула выражал некоторое нетерпение, то и дело открывая пасть и вертясь в разные стороны.

Призрачный Господин вдруг произнес: «Не думал, что твой уровень возрастет так быстро. Прошло только десять лет, а ты смог соединить вместе учения трех школ, это не так просто».

Зевул, глядя на таинственного призрака в черном, холодно ответил: «Я тоже не ожидал, что ты, будучи прислужником Малеуса, владеешь магией Южных Колдунов!»

Его глаза вдруг стали красными, и он, еще более ледяным тоном, проговорил: «Ты ведь владеешь Призрачной магией, так почему же ты не помог тогда спасти Лазурию, ты...»

Не дослушав Зевула, Призрачный Господин перебил его: «Ты ошибаешься. Я хоть и владею Призрачной Магией, но заклинание Возвращения Души – это магия очень сильного южного племени колдунов. Я ничего о ней не знаю. Иначе я бы давно уже помог Мастеру Вим спасти его дочь».

Зевул холодно смерил его взглядом, красный огонек в его глазах нервно заплясал, словно он раздумывал, стоит ли верить этим словам. Призрачный Господин, помолчав немного, вдруг снова сказал: «Что ж, раз уж ты сегодня заступился за тех троих, я отпущу их, ведь мы из одного клана. К чему нам сражаться, давай закончим на этом!»

Зевул холодно усмехнулся. Сейчас он был совсем уже не таким простачком, как раньше. Он понимал, что если бы сам был слабее, или где-то допустил ошибку, давно бы погиб от рук противника, и тот бы ни словом не обмолвился об общем клане. Зевул не боялся Призрака, и сегодня он увидел, что это действительно сильный противник, поэтому не стал спорить, и только кивнул. «Идет».

Призрачный Господин опустился на землю, посреди хаоса, который они устроили, рядом с разломанными в щепки ящиками. Помолчав немного, он сказал: «Зачем ты прибыл в Айне в этот раз?»

Зевул холодно бросил: «А ты сам зачем здесь?»

Призрачный Господин просто сказал: «В Поднебесной царит хаос и беспорядок, оборотни наступают, и люди Айне готовятся к битве с ними. Как же я могу пропустить такое зрелище?»

Зевул посмотрел на него. «И как ты считаешь, кто должен победить в этой битве?»

В глазах Призрачного Господина вдруг мелькнул огонек, словно он о чем-то вспомнил. «Оборотни сильны, никто из смертных не сможет справиться с ними. Особенно Зверь, который ими управляет. Пока еще никто не видел его в деле, никто не знает его реальной силы. Но судя по его слугам... это очень сильный соперник. Даю семь к десяти, что в этот раз победа будет за оборотнями».

Зрачки Зевула сузились, он, помолчав немного, сказал: «И что же, на Убийцу Богов ты возлагаешь только три к десяти?»

Призрак усмехнулся. «Да уж. Это сильнейшее заклинание за последнюю тысячу лет во всей Поднебесной. Если люди Света и надеются победить, то вся их надежда на Убийцу Богов. Иначе здесь бы не собралось столько народа, все маги здесь, в Айне».

Зевул молча поднял голову, его лицо было задумчивым, словно он вспомнил что-то из прошлого, в его глазах отразилась боль.

Призрачный Господин, увидев это выражение, вдруг сказал: «Хотя ты и был когда-то учеником Айне, у них есть секрет, о котором ты, скорее всего, не знаешь».

Зевул вздрогнул и посмотрел на Призрачного Господина. Затем медленно выговорил, по одному слову: «Не изволишь открыть секрет?»

Призрак смотрел на Зевула, его голос был спокойным, но в глазах мелькнуло странное выражение. «Убийца Богов – сильнейшее оружие против зла, которое тысячи лет хранит горы Айне. По легенде это заклинание Убийцы Богов явил миру Предок Айне, Мастер Айне. Он узнал его из безымянного свитка. Тысячу лет назад Мастер Нефритовый Лист провел в заточении в Лунной Обители тринадцать лет, а когда он вышел оттуда, его волосы были седыми, а в руках он держал этот меч, собравший всю силу Семи Пиков Айне внутри себя. С тех пор не было равных ужасной силе этого меча».

Он немного помолчал, затем его голос стал тише, а взгляд остановился прямо на Зевуле. Призрачный Господин медленно проговорил: «И это заклинание стало неотделимым только от одного единственного оружия».

Зевул поднял бровь: «Древний меч Убийца Богов?»

Призрачный Господин кивнул. «Да. Никто не знает, откуда взялся этот меч. Возможно, даже сами люди Айне не знают ответа на этот вопрос. Только одно можно сказать точно – впервые он появился в руках Нефритового Листа после тринадцатилетнего заточения в Лунной Обители. И он никогда не хранился при ком-то из старейшин Айне, а только во Внутренней горе Айне, там, откуда он и появился».

Призрачный Господин замолчал, и комната погрузилась в тишину. Зевул внимательно посмотрел на него и спросил: «Откуда тебе все это известно?»

Призрак только покачал головой. «Это не важно. Я рассказал тебе правду, ту, что знаю. Секрет Убийцы Богов хранится именно там, в Лунной Обители Айне». Он усмехнулся. «Ты это понимаешь?»

Зевул ничего не ответил, а только уставился на Призрачного Господина, и только через некоторое время холодно произнес: «Что ты за человек?»

Призрачный Господин пожал плечами. «Все, что тебе нужно знать, это то, что я тебе не враг».

Зевул еще немного посмотрел на него, затем отвернулся и медленно вышел прочь. Когда его силуэт уже исчез в темноте, вдруг раздался его голос, но из-за порыва ветра не было слышно, что он сказал.

Призрачный Господин остался в темноте, Призрачное Пламя постепенно погасло, и комната погрузилась во тьму.

Только через некоторое время в этой тьме, там, где стоял Призрачный Господин, раздался тихий холодный смех.

Том 16. Глава 8. Смятение

На рассвете, когда небо над Айне только начало загораться, вокруг Айне парили облака, и скоро должна была выпасть роса. Между небом и землей все превратилось в серый туман, где-то послышался звук дождя, и горные пики накрыла завеса воды, сделавшая их еще более таинственными.

Казалось, этот стук капель по листьям бамбука остался неизменным с незапамятных времен, когда в горах Айне еще не было ничего, кроме бамбука. Капли дождя жемчужинами стекали по крышам древних построек, превращаясь в водяные занавески, и падая на землю, окрашивая камни в темный цвет.

Среди дождя плясал ветер, бросавший капли на подоконник, и словно поющий какую-то песню.

Анан сидела у окна, глядя на дождливый горный пейзаж снаружи. Стук воды по листьям казался бесконечным в этом прохладном и тихом месте.

Ее длинные черные волосы шевелились от ветра, задевая прекрасное лицо ледяными касаниями дождя. Она слегка поджала губы, положив руки на подоконник и слушая дождь. Звук дождя, то близкий, то далекий, словно попадал ей прямо в сердце.

Но только мог ли он возродить в нем жизнь?

Снаружи раздался звук шагов, кто-то тихонько постучал. Анан обернулась, вынырнув из наваждения, и подошла к двери. Открыв дверь, она увидела снаружи Баако.

На губах Анан мелькнула улыбка. «Сестра».

Баако посмотрела на усталое лицо Анан и нахмурилась. Она вошла и Анан закрыла дверь, две девушки сели в комнате, глядя друг на друга. Баако посмотрела на заправленную кровать и вздохнула. «Ты снова не спала?»

Анан спокойно ответила: «Я не могла уснуть».

Баако посмотрела на Анан и ее сердце отозвалось печалью. Она пришла в Айне раньше Анан, и они всегда были подругами. Среди всех учениц Пика Большого Бамбука Анан признавала старшей только Баако, Шуй Юэ воспитала в ней строгий и гордый характер. Но с Баако она даже иногда могла поговорить. В последнее время Анан навлекла на себя большие проблемы, и Баако тоже волновалась по этому поводу. И хотя она хотела бы помочь, но ничего не могла сделать, а только лишь смотрела со стороны, как отношения между Анан и Шуй Юэ, а также другими Мастерами, становятся все хуже.

В комнате повисла тишина, Баако не решалась начинать разговор, но в конце концов Анан первая сказала ей: «Сестра, я... должна извиниться перед тобой за то, что случилось».

Баако даже вздрогнула. «Что?»

Анан сказала: «Я слышала, что недавно на Пик прибыли Мастер Тянь и Госпожа Сурин, чтобы лично просить твоей руки для Ксавьона. Но Мастер Шуй Юэ отказала им, да еще и поругалась с Тянь Болисом...»

Баако горько усмехнулась, в ее улыбке отразилась печаль, но она только покачала головой. «Ах, это... это ничего, говорю тебе, ты здесь не при чем, видно такова наша судьба. К тому же, ты знаешь, что Мастер всегда плохо относилась к людям с Пика Бамбука...»

Анан молча покачала головой и добавила: «Нет, в тот раз я разозлила Мастера, поэтому досталось и тебе. Иначе, в присутствии Сурин, Мастер Шуй Юэ не смогла бы отказать Мастеру Тянь, он ведь лично прибыл только ради этой помолвки! Вы бы уже давно поженились. Но... ах, сестра, это все моя вина!»

Баако улыбнулась и со вздохом произнесла: «Ладно, не нужно беспокоиться об этом. Я ведь не беспокоюсь, к тому же Мастер когда-нибудь сменит гнев на милость, и у нас еще будет возможность». Договорив, она посмотрела на Анан. «Давай не будем обо мне. Ты лучше скажи, что ты решила? Ведь ты не можешь вечно избегать Мастера Шуй Юэ».

Лицо Анан побледнело, она ничего не ответила.

Баако, помолчав немного, сказала: «Сестра, я понимаю, о чем ты думаешь, но ведь это не выход... Дан... тот человек уже давно перешел на сторону Малеуса, он враг всех людей Света, к тому же ты сама была на юго-западе, и видела последствия битвы Малеуса с оборотнями...»

Баако вдруг осеклась, потому что на лице Анан не осталось ни кровинки, и даже в ее ярких глазах отразилась боль.

В комнате стало тихо, за окном шел дождь, они обе очень долго молчали.

В конце концов, Баако снова тихо произнесла: «Боюсь, что его и правда уже нет в живых, и ты сейчас вредишь только сама себе».

Анан была бледной и ничего не говорила. Вдруг она медленно поднялась и подошла к окну. В горах стоял туман, все казалось призрачным и нереальным. Только капли дождя, попадающие в комнату вместе с ветром, приносили прохладу.

«Я знаю...» тихо сказала прекрасная девушка, посреди дождя. «Он, возможно, уже погиб. Иногда я думаю, что для него так было бы лучше. Мастер права, это все моя вина, я не должна была... не должна...»

Ее голос вдруг стал совсем тихим, Баако встала и только хотела утешить ее, но Анан вдруг резко повернулась, и ее платье всколыхнулось, словно белое облако.

В ее глазах как будто блестели капли, прозрачные как хрусталь. В ее голосе звучали нотки отчаяния. «Сестра, я все знаю, но пути назад нет. Я пыталась убить это чувство тысячи раз, но так и не смогла... мне не уйти от него. После возвращения из этого ада... я столько раз говорила себе – он умер, его больше нет, все закончилось... Но только, каждый раз, как я пытаюсь уснуть, я вижу эту проклятую Долину Змей, вижу как оборотни...»

Она замолчала, ее взволнованный вид заставил Баако забеспокоиться, но Анан вдруг успокоилась. Только в ее глазах осталась тень боли и горечи. «Потом я просыпаюсь, вся в холодном поту, словно искупалась в ледяной реке».

Она молча посмотрела на Баако, и затем ее взгляд смягчился, она даже начала немного дрожать. «Сестра, я... что это со мной... что со мной такое?» Анан вдруг бросилась к Баако и та только успела обнять ее за плечи. Девушка дрожала как кленовый лист, ее голос был очень тихим.

«Сестра, я не выдержу, я правда скоро не выдержу этого больше...»

Баако не знала, что сказать, она только крепко прижала Анан к себе, сейчас эта холодная и всегда гордая ученица Шуй Юэ казалась самым несчастным человеком на земле.

Снова в комнате стало тихо, только звук дождя за окном стал сильнее и доносилось завывание ветра. Снаружи комнаты, держа в руках зеленый зонт из промасленной ткани, стояла Шуй Юэ. Ее взгляд был направлен на комнату посреди дождя.

Затем она медленно развернулась и скрылась в бамбуковом лесу.

Между небом и землей шел дождь и плясал ветер, это был холодный день.

***

Тем временем в городке Хэян тоже шел ливень. Джосан, Синистра и Хон вышли из проулка у пристани и снова попали на оживленную улицу. Пройдя несколько шагов, они снова остановились у обочины – людей вокруг было слишком много, да к тому же начинался дождь и им нужно было решить, что делать дальше.

Сейчас мнения среди них разделились. Хон утверждала, что необходимо снова вернуться назад, Джосан заявлял, что никогда больше туда не вернется. И в этот раз Синистра всецело поддерживал Джосана.

Хон ничего не могла сделать, но не переставала спорить с ними. И хотя Синистра в этот раз был не на ее стороне, он замолкал, стоило ей только взглянуть на него. Поэтому в основном уговаривал ее образумиться только Джосан.

Они стояли на обочине дороги и Джосан, понизив голос, ворчал: «Глупая девчонка, вернуться в такое опасное место все равно что добровольно подписать себе смертный приговор!»

Хон только кривила губы. «Ты уже столько живешь на этом свете, неужели до сих пор не знаешь ничего о совести и морали?»

Джосан гневно выкрикнул: «О морали? К черту мораль! После смерти совесть тебе не пригодится, этот ужасный призрак слишком опасен, он нас просто убьет!»

Синистра кивнул, соглашаясь с Джосаном. «Это правда, если вернемся, то обратно уже...»

Хон сверкнула на него глазами и Синистра тут же замолчал.

Она опять повернулась к Джосану. «Дедушка, если бы он не спас нас прошлой ночью, мы бы уже давно были мертвы, а не разговаривали бы о морали и совести, стоя здесь. Неужели мы не вернемся, чтобы узнать что с ним?»

Джосан был непреклонен. «Именно потому, что он спас нас, нам следует еще больше ценить подаренный шанс! Иначе мы снова попадем в переделку, и тогда уже никто нас не спасет».

Хон замерла, не зная, что ответить. Джосан довольно посмотрел на нее и рассмеялся. «Что, нечего больше сказать?»

Хон тут же рассердилась. «Ты сам сказал, что Призрачная Магия слишком опасна, неужели тебя не беспокоит судьба человека, который тебя спас?»

Джосан махнул рукой в ответ. «Можешь быть спокойна. Зевул уж точно найдет способ выиграть этот бой. Его сила намного опаснее, чем любая магия. Ему будет сложнее, если он захочет умереть, вот что я скажу! О чем тут беспокоиться?» Немного подумав, он добавил: «К тому же, ты ведь гадала ему по руке десять лет назад, и увидела знак Печати Хаоса, это значит, что его жизнь будет полна трудностей и невзгод, но уж точно не закончится вот так просто! Так о чем тут...»

«Что, так ты гадала мне по руке?» откуда-то со стороны вдруг раздался голос. Все трое одновременно вздрогнули и повернулись в ту сторону. Никто не заметил, когда Зевул вдруг появился рядом с ними. Посреди бела дня, он как будто материализовался из дождя.

И хотя дождь начал усиливаться, людей вокруг по-прежнему было множество. Большинство из них были напуганы приближающимися оборотнями, и на дождь не обращали внимания. На самом деле, за последние дни в Хэяне обстановка стала очень напряженной из-за новостей о пропавших жителях. К счастью, ученики школ Света охраняли спокойствие людей, и предотвращали панику, которая могла разразиться в любой момент.

Хон и остальные замерли, но потом на лице девушки отразилась радость, и она вскрикнула: «Это ты...»

Джосан и Синистра одновременно нахмурились, Джосан фыркнул и почти одновременно с Хон произнес: «Это ты...»

Не глядя на Джосана и Синистра, Зевул сначала посмотрел на Хон, и на его лице мелькнула тень улыбки, а глаза немного потеплели. Он кивнул. «Это я».

Аш, который сидел на плече Зевула, весь промок от дождя, но он тоже радостно улыбнулся Хон, очевидно был очень рад ее видеть.

Хон тоже улыбнулась Ашу и сказала: «Ты меня еще помнишь!» Она рассмеялась и потом повернулась к Зевулу, внимательно его оглядела и сказала: «Вчера вечером... с тобой все было в порядке?»

Зевул кивнул. «Все в порядке».

Только после этого Хон успокоилась, и ее лицо вдруг почему-то покраснело. Она торопливо улыбнулась Ашу и сказала: «Иди я тебя обниму».

Аш радостно вскрикнул и, спрыгнув с плеча Зевула, бросился в объятия Хон. Она весело рассмеялась, когда он обрызгал ее дождевой водой – все шерсть Аша была покрыта водяными жемчужинами.

Хон с укоризной посмотрела на обезьянку, но Аш только блеснул своими маленькими глазками и вернулся обратно к Зевулу, а она принялась отряхивать одежду от воды, не переставая улыбаться.

Закусив губу, она иногда поглядывала на Зевула, но потом снова опускала взгляд и отворачивалась. А Джосан хмуро проворчал: «Хм, вот ведь паршивец, я когда-то спас тебе жизнь, а ты пугаешь меня до смерти».

Зевул на это лишь промолчал и оглянулся по сторонам. Люди вокруг сновали туда-сюда, не замечая путников. Зевул спросил Джосана: «Что ты за человек?»

Джосан поднял голову на него. «Я очень старый бессмертный гадатель».

Хон и Синистра одновременно вздрогнули, очевидно такой ответ был слишком уж наглым.

Но Зевул словно не заметил слов «бессмертный гадатель», его голос остался прежним, когда он напрямую спросил: «Вчера вечером ты использовал заклинание Исчезновения сквозь землю, которое было утеряно тысячи лет назад. Но по легенде это заклинание изобрел Мастер Айне, когда путешествовал по речным землям. Откуда оно оказалось у тебя?»

Он внимательно посмотрел на Джосана и спросил: «Как ты связан с Айне?»

Джосан очень долго молчал, и только потом ответил: «Ладно! Если уж ты хочешь знать, то...» Хон и Синистра замерли, увидев каким серьезным стало лицо Джосана. Он не смеялся и они поняли, что он действительно решил сказать правду.

Джосан медленно начал говорить: «Все было так. Когда я был молодым и красивым, талантливым, бесстрашным, умным... эм, не надо так на меня смотреть, я сейчас все расскажу. Когда я был молод, я зарабатывал на жизнь собиранием трав и изготовлением лекарств. Однажды я забрел в горы за травами, и неосторожно провалился в пещеру в земле...»

Зевул, Хон и Синистра нахмурились, но Джосан был, напротив, все веселее: «Но я не погиб, а зацепился одеждой за корень дерева, и он спас мне жизнь. Потом я все-таки упал, и оказалось, что внизу был горный родник, так я избежал смерти».

Хон вдруг перебила его: «Дедушка, мне кажется, я где-то слышала эту историю, очень многие рассказывают то же самое, о горных пещерах и корнях деревьев...»

Джосан посмотрел на Хон и сердито проговорил: «Я рассказываю, а не ты. Замолчи. Ну, так на чем я остановился? А, я упал в источник, но моя судьба оказалась счастливой, и я не погиб. Потом я случайно заметил тайник, который оставил какой-то очень сильный маг много веков назад. Я был умен не по годам, и смог открыть его, после чего я познал силу этого тайника и смог стать бессмертным...»

Зевул холодно сказал: «В тебе нет ничего бессмертного, кроме выдуманного имени».

Джосан застыл, на его лице появилось неловкое выражение, но вскоре он снова стал прежним и сказал: «Я решил посвятить свою жизнь людям, поэтому отказался от бытия бессмертного мага».

Зевул просто сказал: «Так ты собирался рассказать мне, как ты узнал заклинание Исчезновения? Из этого тайника?»

Джосан закивал головой и гордо заявил: «Да, все так и было». Но договорив, он посмотрел вокруг и увидел, что кроме Зевула, на лицах Хон и Синистры были написаны только слова «Ложь».

Зевул посмотрел на Джосана. Он, конечно же, не поверил в ту чушь, что рассказал Джосан. Но тот, очевидно, не собирался больше ничего о себе рассказывать. Однако, хотя Джосан очевидно был как-то связан с Айне, и не скрывал этого, Зевул все-таки относился к этим троим не так, как к другим смертным.

Подумав об этом, Зевул не стал больше расспрашивать, к тому же он и говорить больше ничего не хотел. И как только он собрался попрощаться и уйти, прямо в это время где-то на южной стороне Хэяна раздался душераздирающий крик толпы. И он становился все громче.

Все четверо удивленно переглянулись и посмотрели туда, откуда шел этот ужасный звук. Люди на улице тоже начали озираться, но было видно только как зашевелилась толпа людей на юге, и те постовые, которые стояли на высоких стенах города, сейчас разбегались кто куда. Сквозь стену дождя до них донесся жуткий рев, раздавшийся откуда-то с неба. Раскрылись огромные крылья, сверкнули налитые кровью глаза, и монстр бросился вниз с небес, накрыв собой половину города Хэян.

Завыл жуткий ветер, поднятый крыльями этой огромной птицы, и с массивных стен посыпались камни. Паника начала нарастать, люди побежали в разные стороны, спасаясь от когтей дьявольского монстра, который уже хватал несчастных беглецов и уносил их в небо, откуда они уже не вернутся.

Хэян на миг погрузился в мертвую тишину, но через этот короткий миг кто-то первым вскрикнул: «Оборотни! Это пришли оборотни! Нам конец!..»

В один миг весь город превратился в оплот сумасшествия, люди кричали, разбегались в стороны и в панике начинали топтать друг друга.

Неизменным остался только дождь, который безмолвной стеной продолжал падать на город, словно ничего и не случилось.

Том 16. Глава 9. Скука.

Со всех сторон слышались жуткие крики и рев монстров. Вдалеке, на равнине примерно в двухстах милях от гор Айне, появлялось все больше и больше ужасных оборотней. Многие из них непрерывно выли и кричали. Среди них было шесть или семь огромных оборотней, которые по размерам были намного больше остальных. Они вертели головами и низко рычали, а остальные монстры смотрели на них с опаской.

Дождь стоял дымчатой завесой, облака в небе превращались в черные тучи, которые постепенно начали сгущаться над равниной. Кое-где начали сверкать молнии, а через миг раздался оглушительный раскат грома.

Черные облака давили на землю, как годы давят на человеческую жизнь.

Сверкнула молния, осветившая огромный величественный силуэт – птица, которая только что покинула Хэян, снова ринулась вниз. Оборотни увидели, что она снова схватила двоих людей и тут же яростно заревели, заставляя несчастных напуганных жителей городка задрожать от ужаса.

Огромные крылья заплясали в воздухе, птица поднялась вверх, но вдруг раскрыла когти и люди камнем упали вниз. Очевидно, они уже были мертвы.

Монстры на земле заревели еще громче, и через миг несколько оборотне рванулись вперед. Посреди дождя можно было рассмотреть их налитые кровью глаза.

В небе раздавались птичьи крики, летающий оборотень опять ринулся на город. Словно что-то заметив внизу, птица сложила крылья и начала лететь среди полчища оборотней, раскидывая их своими крыльями.

Птица пролетела прямо над ними, и многие монстры почтительно склоняли головы перед ней, а такие же огромные как она просто обменивались взглядами, не желая признавать ее превосходство.

Посреди дождя раздавался гром, а птица все летела и летела над армией монстров, пока, наконец, не приземлилась, издав протяжный крик.

Там, в глубине армии монстров, среди черного полчища убийц, под раскатами грома и вспышками молний, ярким пятном выделялся простой зонтик. На зеленой ткани зонта были нарисованы цветы персика, зонтик трепетал на ветру.

Птица приземлилась как раз рядом с этим зонтом. Можно было разглядеть, что к рукоятке зонтика была прикреплена еще одна длинная палка, закрепленная между камнями. А под зонтом сидел молодой парень в пестрой одежде, со стаканом и кувшином вина в руке. Парень неспешно пил вино, а рядом с ним, немного сонный, на земле лежал Тотетсу. Его глаза сверкнули при взгляде на огромную птицу, но потом он снова спокойно закрыл глаза.

Оборотни вокруг издали неспокойный рык, но птица только что-то прокричала, взмахнула крыльями и отбросила сразу нескольких оборотней назад. Они гневно заревели, но никто не спешил вступать в схватку с противником. Поэтому птица горделиво посмотрела вокруг, и затем, не увидев больше возражения, повернулась к молодому парню с очень глубоким уважением во взгляде.

Она вдруг начала говорить что-то на своем языке, а молодой парень, слушая ее, медленно кивал головой. Когда птица закончила говорить, она осталась стоять на месте, и попыталась привести себя в порядок – дождь почти насквозь промочил ее перья. Но это занятие оказалось бесполезным, поэтому вскоре птица просто спрятала голову под крыло, укрываясь от дождя.

Дождь усиливался, парень пил стакан за стаканом, почти не останавливаясь. Иногда он о чем-то задумывался, глядя вдаль, но затем снова опускал голову и наливал еще стакан. Странным было то, что сколько бы он ни выпил, на его лице не было ни следа опьянения.

Наконец, кувшин с вином иссяк и мягко выпал из рук парня, покатившись по земле. Парень медленно поднялся и оборотни вокруг забеспокоились, с нескрываемым ужасом глядя на него. Но парень словно и не видел их, для него они были лишь орудием. В его глазах отразилось черное небо и серая стена дождя.

Тотетсу низко зарычал и встал рядом с хозяином.

Парень повернулся и погладил Тотетсу по голове, затем задумчиво сказал: «Ты тоже заскучал, а, Тотетсу?»

Монстр снова ответил рычанием, но никто не мог понять его значения. Парень поднял глаза к небу и долго-долго смотрел наверх, ничего не говоря.

В горах Айне, на вершине Пика Вдовы, дождь не останавливался с прошлой ночи. Все ученики всех трех кланов Света собрались в стенах Хрустального зала и время от времени слышались какие-то обсуждения и споры. Трое Главных Мастеров тоже были здесь. Шен Доул, Мастер Юнь Илань и Мастер Пухон тоже что-то тихо обсуждали, все трое хмурились – очевидно, дело было серьезным и касалось нашествия оборотней.

Как вдруг, где-то снаружи зала раздался топот шагов. Все замерли, увидев, как лучший ученик Шен Доула – Йен Сяо – быстро вбежал в зал. На миг остановившись, он уважительно кивнул всем собравшимся Мастерам, и затем очень быстро подошел прямо к Шен Доулу и что-то сказал ему на ухо.

Все видели, что лицо Йена Сяо было серьезным, а значит, случилось что-то нехорошее. Пока он говорил, Шен Доул нахмурился еще больше, на его лице не было и тени улыбки. Постепенно, все вокруг почувствовали незримое давление тишины в Хрустальном зале.

Дослушав Йена Сяо, Шен Доул посмотрел на него и что-то тихо сказал. Ученик кивнул в ответ и встал в стороне. Шен Доул тяжело вздохнул.

Пухон и Юнь Илань посмотрели на Шен Доула, и Мастер Скайи произнес: «Амитабха, Мастер Шен Доул. Неужели какие-то новости об оборотнях?»

Шен Доул кивнул и поднялся с места. Ученики Света взволнованно зашевелились.

Шен Доул спокойно оглядел всех и начал говорить: «Друзья, соратники! Только что я получил известия, что армия оборотней появилась в двухстах милях от Айне. Они скоро будут здесь, недалеко от города Хэян уже были замечены их следы.

Как только прозвучали эти слова, ученики Света заволновались. За секунду послышались вскрики удивления, страха, гнева, разочарования, все эти эмоции отразились на лицах учеников. Развязка была близка, об этом в душе подумал каждый.

Шен Доул посмотрел на собравшихся и поднял руку, после чего все разговоры тут же смолкли. Главный Мастер Айне снова заговорил: «Мы стоим перед большой битвой. Жизни множества людей в Поднебесной за нашими спинами. Все зависит от этого сражения. Вы все – сильные маги Света. Я прошу вас, в этой битве, приложить все свои силы для победы. Оборотни ужасны, но и им придет конец».

Ученики молча дослушали его, и вскоре начали раздаваться возгласы: «Мастер, вы правы!»

«Не волнуйтесь, здесь так много магов, стоит нам лишь вступить в бой, мы одолеем всех оборотней!»

«Да! Так и будет!..»

Вдохновившись словами Шен Доула, ученики постепенно успокаивались и подбадривали друг друга. В самом деле, здесь были все самые сильные маги Света, и к тому же в Айне был тот самый, легендарный, не ведающий поражений меч Убийца Богов. Шен Доул точно был уверен в победе, так о чем беспокоиться?

Шен Доул, посмотрев на всеобщее воодушевление, слегка улыбнулся. Он произнес несколько слов, и Мастер Пухон, Юнь Илань и Йен Сяо отправились за ним во Внутренние покои.

Как только они скрылись с глаз остальных учеников, лицо Шен Доула вмиг потемнело. Лица Пухона и Юнь Иланя тоже были серьезными. Они вошли в комнату во Внутренних покоях и Йен Сяо закрыл за ними дверь.

Шен Доул повернулся к нему и сказал: «Йен, расскажи все подробно».

Йен Сяо кивнул. «Слушаюсь. Я следил за обстановкой в городе Хэян, что у подножия горы. Весь день я получал доклады, особенно с южного конца Хэяна, что ученики своими глазами видели огромную птицу в границах города, и судя по ее облику, и той информации о тринадцати предводителях оборотней... это была птица Сило».

Шен Доул и двое Мастеров переглянулись, их лица стали еще темнее. Йен Сяо продолжил: «Кроме этого, судя по докладам разведчиков, были замечены следы других оборотней, они собираются к юго-западу от Айне, примерно в двухстах милях. Я ждал новостей от разведчиков, которые находились в этом районе, но от них нет известий до сих пор».

Договорив до этого места, Йен Сяо замолчал. Шен Доул тоже хранил молчание, Юнь Илань тяжело вздохнул, а Мастер Пухон произнес молитву.

В конце концов, Шен Доул кивнул и сказал Йену Сяо: «Очевидно, что все так и есть. Оборотни явились. Йен, ты должен еще раз спуститься с гор и отозвать всех разведчиков из Хэяна. Пусть собираются как минимум в ста милях от Айне. Запрети им самовольно покидать эти пределы, а также вступать в сражение с оборотнями, чтобы не допустить ненужных смертей».

Йен Сяо кивнул. Затем, словно вспомнив о чем-то, спросил: «Мастер, а что делать с мирными жителями в Хэяне?»

Шен Доул помолчал, потом посмотрел на Пухона и Юнь Иланя. Мастер Пухон молча кивнул, сложив руки в молитве, а Юнь Илань просто сказал: «На сегодняшний день... мы предоставляем принимать все решения вам, Мастер Шен Доул. Мы поступим так, как вы решите».

Шен Доул кивнул, выражая благодарность, затем, помолчав еще немного, обратился к Йену Сяо: «Это нельзя оставлять просто так, но потребует немалого риска. В Хэяне сейчас слишком опасно, но мы не можем спуститься с гор для спасения людей. Отправляйся в Хэян и сообщи всем ученикам, которые там находятся, чтобы они как можно быстрее уводили мирных жителей на север. Они должны хотя бы пересечь границы Айне. Самая большая цель оборотней сейчас – это горы Айне, таким образом люди пока будут в безопасности».

Йен Сяо на миг замер, но посмотрев на выражение лица Шен Доула все же кивнул и тихо произнес: «Слушаюсь, я отправлюсь немедленно».

Шен Доул добавил: «И еще кое-что, передай всем главам шести Пиков, что я жду их здесь. Мне нужно немедленно с ними кое-что обговорить».

Йен Сяо снова кивнул. «Слушаюсь, я все сделаю, Мастер».

Шен Доул тяжело вздохнул. «Будь осторожен. Иди!»

Йен Сяо поклонился и вышел из комнаты.

***

«Лунная обитель?» Джосан удивленно вскрикнул и нахмурил брови. На его лице появилось сомнение, он переспросил: «Зачем ты спрашиваешь об этом?»

Зевул просто сказал: «Ты разве не говорил, что знаешь все об этом мире? Я очень заинтересован в этой пещере, вот и спросил у тебя, что ты знаешь о Лунной обители?»

Джосан странно посмотрел на Зевула, но выражение его лица было спокойным, нельзя было понять, о чем думает Зевул. Они все еще находились в Хэяне, и сейчас обстановка здесь была совсем не такой, как до появления ужасной птицы. Тревоги стали реальностью, в сердцах людей нарастала паника. Кто-то уже сходил с ума от страха, то и дело на улице попадались несчастные, болтающие сами с собой несвязную чепуху.

Джосан отвел взгляд, думая о чем-то своем, и заговорил: «Ты... ты ведь не собираешься делать ничего необдуманного?»

Хон и Синистра оба посмотрели на Зевула, Аш на его плече тоже словно что-то почувствовал и состроил им гримасу. Зевул спокойно произнес: «А что я могу такого сделать?»

Джосан усмехнулся. «Честно говоря, я знаю о Лунной обители не так уж много, эта пещера не очень-то знаменита. О ней известно потому, что Мастер Айне Нефритовый Лист провел там несколько лет в заточении, а потом появился меч Убийца Богов. В последние годы это просто хранилище Убийцы Богов, и к тому же только сам Главный Мастер Айне может входить в нее, так что это имя постепенно стало забываться».

Зевул спросил: «Вот как... что еще?»

Джосан, немного подумав, ответил: «Мне все равно, что ты хочешь сделать, но тебе лучше всего держаться подальше от этого места».

Зевул нахмурился. «Почему?»

Джосан вздохнул в ответ. «Ты ведь сам знаешь, что Лунная обитель находится в Айне, и если тебя кто-то заметит... не надо забывать, что сейчас в Айне тысячи магов Света. Если он тебя увидят, то ты не сможешь скрыться, даже превратившись в птицу».

Зевул пожал плечами. «Это тебя не касается. Просто расскажи мне, что еще знаешь о Лунной обители».

Джосан покачал головой и тихо проворчал: «У теперешней молодежи совсем нет никакого терпения... ладно! Эту обитель называют лунной из-за того, что в ночь, когда луна особенно яркая, камни пещеры светятся прекрасным светом, сказочным и волшебным. Но важнее всего то, что это место действительно необычное и магическое. Когда человек входит туда, он словно попадает в сон, и если его дух слишком слаб, он пропадает внутри и не может выбраться, постепенно теряя все свои силы».

Зевул на миг застыл. «Что, это правда?»

Джосан фыркнул и окинул Зевула взглядом с ног до головы. «Я прошу тебя, не надо быть таким глупцом. Если ты войдешь туда, для тебя этот путь станет смертельным».

Зевул холодно усмехнулся. «Это еще почему?»

Джосан сказал: «Я знаю, что тебя нельзя переубедить. И также знаю, что ты тверд характером. Но я говорю тебе правду». Его лицо стало серьезным, без следа гнева или гордыни, и Джосан спокойно произнес: «Сила духа определяется не характером. Я знаю, что твоя жизнь была полна потрясений и потерь, в твоем сердце слишком много ран и грехов. Если ты войдешь в Лунную обитель, все это воскреснет в твоей памяти, и ты не сможешь выбраться».

Он еще немного подумал, словно сомневаясь, но все же сказал: «И еще, ты владеешь ужасным и самым опасным в мире эспером. Твое сердце давно уже поглотила сила Зловещей Сферы. С этим оружием входить в Лунную обитель еще опаснее. Поэтому я прошу тебя, оставь эти мысли».

Зевул смотрел на Джосана, словно впервые увидел этого человека. Они так и смотрели молча друг на друга, пока Зевул не развернулся и не пошел прочь.

Прямо в этот момент в Хэяне снова что-то произошло. На улицах появилась большая группа учеников Айне, которые громко обращались к толпе людей. Джосан и остальные прислушались и поняли, что ученики объявляют о приближении оборотней, и поэтому просят всех жителей покинуть Хэян вместе с ними и направиться на север, чтобы оказаться хотя бы за пределами гор Айне.

На лице Джосана появилось горькое выражение, он покачал головой и со вздохон обратился к Хон и Синистре: «Ох, в этот раз все действительно очень плохо, не знаю... а? А где этот паршивец Зевул?»

Хон и Синистра замерли, повернулись туда, где только что стоял Зевул, но увидели только пустое место и толпу людей, снующих туда-сюда. Зевула нигде не было.

В толпе то и дело раздавались крики, люди спешили убраться из Хэяна. Джосан нахмурился, Хон за его спиной молчала, глядя куда-то вдаль. Через какое-то время она слегка вздохнула, и в ее вздохе слышалось отчаяние.

Том 16. Глава 10. Отшельник

Дождь постепенно остановился, но черные облака все также нависали над землей, так что казалось из-за них трудно дышать.

Северные ворота Хэяна были широко открыты, из них выходила огромная толпа людей, направляющаяся на север. Постоянно слышался чей-то плач, никто не знал, сможет ли вернуться домой, покинув его сегодня.

Йен Сяо и другие ученики Айне охраняли людей на пути к северу. Они успокаивали испуганных жителей, снова и снова объясняя им, что это лишь временные меры, через несколько дней они одержат победу над оборотнями и люди смогут вернуться в свои дома.

За целый день такой работы у них уже пересохли языки и ушли все силы только на то, чтобы наблюдать и сопровождать мирных жителей прочь от опасности. Йен Сяо покачал головой и уже хотел отдать какой-то приказ, когда увидел Бэя, стоящего неподалеку. Йен Сяо был немного знаком с Бэем, и поэтому подошел к нему и похлопал его по плечу.

Бэй обернулся и на его лице мелькнула улыбка. Он открыл рот, чтобы заговорить, но его голос оказался совсем охрипшим: «Брат Сяо, ты тоже здесь...»

Йен Сяо кивнул, их взгляды встретились, потом они посмотрели на мирных жителей и с горькой усмешкой покачали головой.

На пути к северу, насколько было видно, висели те же самые черные тучи, нельзя было различить ни лучика солнечного света.

Джосан, Хон и Синистра тоже были среди этой толпы. Синистра чувствовал себя неуютно из-за того, что вокруг были одни ученики Света. Он намотал на лицо повязку из ткани и шел чуть позади Джосана и Хон. Джосан то и дело оглядывался по сторонам, хмурился и постоянно вздыхал.

Хон спросила его: «Дедушка, что с тобой?»

Джосан покачал головой. «От этой битвы зависит судьба мира, но... я думаю, что у Айне не очень большие шансы на победу».

Хон промолчала, прекрасно понимая, почему Джосан так сказал. С тех пор как оборотни появились в мире людей, за очень короткое время они истребили все живое от Южных границ до Срединной равнины. Они были ужасны, жестоки и сильны, и то бедствие, которое они сотворили, не могло сравниться ни с каким другим. И сейчас настало время последней битвы в Айне. Вся надежда людей была сосредоточена здесь, а особенно люди надеялись на легендарный меч – Убийцу Богов.

Хон вымученно улыбнулась. «Но ведь есть еще Убийца Богов, разве нет? Еще есть надежда».

Джосан лишь подернул плечами. «Это... хэх, ну да. Все равно мы всего лишь простые смертные, наша судьба предопределена». Договорив, он немного подумал, и затем посмотрел вдаль, туда, где среди черных облаков прятались высокие пики Айне, затем добавил: «Но вот что касается всех этих магов... они ни в коем случае не должны разжигать огонь на внутреннем дворе!»

Хон замерла и переспросила: «Что за огонь на внутреннем дворе?»

Джосан странно усмехнулся, покачал головой и ничего не ответил, а только пошел вперед. Хон уставилась на него, но переспрашивать не стала. Все равно сейчас ей не было дела до магов Света. Только Синистра за спинами, казалось, вздрогнул, и его глаза, спрятанные за повязкой, странно заблестели.

Люди шли весь день, нескончаемым потоком, и Бэй с другими учениками Айне были заняты здесь все это время. Когда большая часть жителей скрылась вдали, Бэй смог вздохнуть свободно. Кажется, он стал даже больше, чем от битвы с десятком оборотней. Только он хотел пойти передохнуть, как вдруг рядом с ним оказался маленький мальчик, который неотрывно смотрел на Бэя.

Бэй почувствовал себя неловко, одежда на мальчишке была очень бедной, очевидно его семья не была богатой. Но его лицо было чистым, а глаза яркими, мальчонка был очень хорошим.

Бэй улыбнулся ему и сказал: «Эй, братец, тебе что-то нужно?»

Мальчик немного подумал, затем достал маленький клочок бумаги и быстро протараторил: «Только что один дяденька попросил меня передать это вам».

Бэй замер, взял бумагу из рук мальчика и развернул ее. Внутри были написаны только четыре слова:

«Разожги огонь на внутреннем дворе!»

Бэй нахмурился, помолчал немного, и обратился к ребенку: «Что это значит? И где тот человек, что попросил это передать?»

Мальчик завертел головой, на его лице появилось растерянное выражение. «Ой, пропал куда-то... На его лице была маска, и он попросил передать...»

Бэй нахмурился, держа записку в руках. Затем он поднял голову и посмотрел на море людей – где уж там было различить человека в маске, о котором говорил мальчик?

Айне. Пик Большого бамбука.

«Цзинь!»

Раздался звон металла, похожий на драконий рев, комната озарилась светом, и в ее руке появился Ориханк. Анан, безо всякого выражения на лице, смотрела на лезвие меча. В чистом, словно осенняя вода, металле, отражалось ее прекрасное лицо, белоснежное как снег.

Она внимательно вгляделась в лезвие меча, и Ориханк, словно почувствовав что-то, легко задрожал.

Рядом раздался голос Баако: «О чем ты думаешь?» Анан молча продолжала смотреть на меч, и только спустя какое-то время произнесла: «Сколько крови пролилось по лезвию этого меча за все эти годы...»

Баако медленно подошла к ней и тронула Анан за плечо. Ее голос был мягким. «Ладно, сестра, не за горами большая битва, и Мастер больше не обращает внимания на ваши с ней недомолвки. Мы должны приложить все силы для победы, в этот раз судьба всего мира в наших руках».

Анан кивнула, но в ее сердце словно повисла немая тоска, и она тихо сказала: «Да».

Баако улыбнулась. «Ну вот и хорошо, Мастер как раз ожидает нас, чтобы вместе отправиться на Пик Вдовы. Идем!»

Анан кивнула и, со вздохом убрав Ориханк в ножны, последовала за Баако прочь из комнаты.

Они прошли по извилистому пути и оказались на внешней стороне Пика Большого Бамбука. Шуй Юэ уже стояла здесь, а рядом с ней собрались все остальные ученицы. Баако и Анан вышли вперед, и Баако первая обратилась к Шуй Юэ: «Мастер, мы с сестрой Анан прибыли».

Шуй Юэ скрестила руки на груди, медленно повернулась и посмотрела на Баако. Потом ее взгляд упал на Анан. Та не решалась поднять глаза на Мастера, и только тихо произнесла: «Мастер, я пришла. Я виновата перед вами, я заставила вас сердиться...»

Шуй Юэ просто сказала: «У меня сейчас нет на это времени».

Лицо Анан, казалось, побледнело еще больше, никто вокруг не решался ничего говорить, только Баако покачала головой и глядя на Шуй Юэ умоляюще произнесла: «Мастер...»

Шуй Юэ недовольно фыркнула, затем вздохнула. «Ладно, ладно. Пока оставим прошлые обиды в стороне. Нас ждет большая битва, поговорим, если останемся живы».

Никто из учениц не смел возразить, и Шуй Юэ взмахнула рукавом, повернувшись к ним. «Идем, Мастер Шен Доул ждет нас на Пике Вдовы!»

Едва договорив, она обратилась белой вспышкой и взмыла в небо. Баако посмотрела на Анан, но та лишь вымученно улыбнулась. Баако тихо произнесла: «Ничего, все будет хорошо».

Договорив, она повернулась к остальным. «Нам тоже пора!»

В один миг Пик Большого Бамбука озарился светом, прекрасные огненные вспышки одна за другой взмывали в небо и исчезали в молчаливых черных облаках разноцветными бликами.

Айне. Пик Бамбука.

Ксавьон с пятью младшими учениками стоял снаружи Зала Предков на Пике Бамбука, ожидая появления Тянь Болиса и Сурин. Судя по виду, они ждали уже очень долго, но Тянь Болис и его супруга все не выходили.

Амандла нетерпеливо сказал Ксавьону: «Старший брат, почему Мастер и Госпожа Сурин все еще не вышли? Что они там делают?»

Ксавьон сверкнул взглядом на Амандлу и сердито проговорил: «Я откуда знаю? Если тебе так интересно, можешь сам пойти туда и спросить!»

Амандла, наткнувшись на такой ответ, сощурился и так же сердито произнес: «Ладно-ладно, только не надо на мне отыгрываться, если самому не удалось заполучить себе жену!»

Уши Ксавьона покраснели, он очень разозлился и ударил Амандлу по затылку. «Что ты сказал?»

Амандла не был храбрецом, и уже испугался, что Ксавьон сейчас его убьет со злости, хотя старший брат всегда был самым спокойным из всех. Видимо, неудачная помолвка все-таки очень сильно сказалась на Ксавьоне, и он в последнее время был очень сердит.

Остальные братья посмеивались, глядя на Амандлу, тот покраснел от стыда и искал у них поддержки, но Хэ Дачжи и У Даи смотрели кто в небо, кто на горы, прекрасный пейзаж вокруг разом заинтересовал их всех.

Амандла злобно сверкнул глазами, но в итоге с улыбкой обратился к Ксавьону. «Ну... старший брат, не надо так волноваться, может быть, после этой битвы я спущусь с гор и найду тебе самую красивую невесту...»

Он еще не договорил, когда Ксавьон, лицо которого стало фиолетовым, дал ему хорошего пинка, так что Амандла подскочил. Остальные братья взорвались смехом, глядя на несчастного Амандлу, который сидел на земле и причитал.

Внутри Зала Предков, Тянь Болис и Сурин услышали смех учеников, и на лице Сурин появилась легкая улыбка. Затем она со вздохом сказала: «Бу И, ученики ждут тебя».

Тянь Болис был одет в парадный халат, его лицо было очень серьезным. Он стоял перед табличками с именами предков. Услышав Сурин, он кивнул и, еще раз посмотрев на таблички, шагнул вперед, взял со стола благовония и зажег их, трижды поклонившись.

Установив благовония на подставку, Тянь Болис снова замолчал. Сурин тоже поклонилась предкам, выражая почтение. Только когда они уже собирались выйти, Тянь Болис, словно что-то вспомнив, остановился. Сурин странно посмотрела на него и спросила: «Что такое, Бу И?»

Тянь Болис нахмурился и вдруг развернулся, большими шагами дошел до стола с табличками и зашел за алтарь. Лицо Сурин изменилось, словно она что-то поняла, но в ее глазах все еще мелькало сомнение. Наконец, она тоже пошла вслед за Тянь Болисом.

За алтарем был еще один стол для поклонения, только намного меньше самого главного. Половина его была накрыта желтой тканью. Тянь Болис немного посмотрел на этот столик, но не стал никому кланяться, а только протянул руку к ткани и достал из под нее небольшую табличку, на которой было написано «Да упокоится дух Старшего брата Вань Цзянь И!»

Сурин наблюдала со стороны как Тянь Болис осторожно очистил табличку от пыли – ее было немного, очевидно кто-то регулярно следил за чистотой здесь. Закончив с пылью, Тянь Болис поставил табличку на стол, зажег благовония и только теперь трижды поклонился.

Сурин тихо спросила: «Бу И, что ты делаешь? Неужели ты думаешь, что дух Вань Цзянь И придет защитить Айне?»

Тянь Болис холодным тоном произнес: «Брат Вань родился в Айне, он всегда был своенравным, но свою родину любил больше всего. Если он знает, что здесь творится, и если его душа смотрит на нас с небес, он обязательно придет защитить Айне».

Сурин промолчала, только слегка покачав головой и вздохнув.

Тянь Болис снова посмотрел на табличку, и только потом произнес: «Идем».

Когда они вышли из Зала Предков, их ученики уже ждали снаружи. Тянь Болис пробежал глазами от Ксавьона к Амандле, кивнул, затем его взгляд почему-то обратился к комнатам учеников вдалеке, и в глазах мелькнула незримая тоска.

Эта битва должна была решить судьбу всего мира, и Тянь Болис был не слишком воодушевлен, поэтому не стал много говорить, а только посмотрел на собравшихся учеников и спокойно кивнул. «Идемте! Нас ждут на Пике Вдовы».

Сверкнул яркий свет, Тянь Болис первым взмыл в воздух. За ним направилась Сурин, и все ученики Пика. Снова обратившись яркими вспышками, они исчезли среди черных облаков.

***

Йен Сяо, Бэй и другие ученики Айне уже смертельно устали, провожая мирных жителей из Хэяна на север от Айне. Кроме самого Хэяна, к ним по пути присоединялись и другие люди, которым не хватило места в самом городе.

Они были здесь уже целый день и ночь, и казалось, каждый из учеников даже похудел от напряжения, а при разговоре их голоса хрипели.

Только стоя на северной границе Айне и глядя, как вереница людей удаляется прочь, Йен Сяо смог успокоиться. Горько усмехнувшись, он обратился к Бэю, стоявшему рядом с ним: «Ну вот, кажется, все ушли».

Бэй тоже тяжело выдохнул, но он все еще хмурился, как будто думал о чем-то своем, и не выглядел таким же удовлетворенным, как Йен Сяо.

Йен Сяо не был дураком, он сразу же заметил, что Бэя что-то беспокоит, и поэтому спросил: «Что случилось, брат Бэй? Что-то не так?»

Бэй вздрогнул, покачал головой и сказал: «Нет, брат Сяо, все в порядке. Просто я беспокоюсь из-за той битвы, которая нам предстоит».

Йен Сяо кивнул и похлопал Бэя по плечу. «Я понимаю. На самом деле, я тоже беспокоюсь об этом. Но если мы не сразимся с оборотнями, больше некому будет защитить людей. Мы ведь маги Света, и во имя жизни в этом мире мы должны вступить в бой со злом. Приложим все усилия, чтобы победить».

Бэй усмехнулся и кивнул. «Так и будет, брат Сяо».

Йен улыбнулся. «Ну тогда я пойду проконтролирую, все ли люди покинули город». Он отошел от Бэя и посмотрел на Хэян, который остался вдалеке.

Но только он сделал несколько шагов, как услышал, что Бэй тихо что-то говорит, как будто сам с собой: «Внутренний... огонь...».

Йен Сяо замер и повернулся к Бэю. Тот был хмурым и задумчивым, и все время бормотал какие-то несвязные слова, что-то «внутреннее».

Йен Сяо нахмурился и спросил: «Брат Бэй, вы говорите что-то о Внутренней горе?»

Бэй даже подпрыгнул от неожиданности. «Внутренняя гора? Какая внутренняя гора?»

Йен Сяо тоже замер от его слов, и сказал: «Я слышал, как вы сказали Внутренняя гора, и все время повторяли это слово. Мне показалось, что вы говорите о Зале Поклонения Предкам Айне на Внутренней горе, и я решил, что там что-то случилось».

Бэй выглядел смущенным, и быстро проговорил: «Нет, нет, я просто рассуждал вслух, простите, что ввел вас в заблуждение».

Йен Сяо усмехнулся. «Ну если ничего не случилось, то все в порядке, брат Бэй. Впереди большая битва, нужно хорошо к ней приготовиться!»

Бэй с улыбкой кивнул, и только хотел что-то сказать, как вдруг издалека донесся крик ученика Айне. Йен Сяо и Бэй удивленно обернулись и почти одновременно поднялись в воздух, направившись к месту, от которого доносился этот крик.

Этот крик раздавался со стороны южных ворот Хэяна. Несколько учеников остались здесь на посту, но сейчас они, словно увидев врага, выглядели очень взволнованными и держали в руках эсперы. На городской стене показалась голова монстра, с мордой льва и телом волка. Он выглядел свирепо, громко ревел и смотрел прямо на учкников Айне. Но монстр не спешил нападать, словно зная, что это не простые мирные жители, и не будут слишком легкой жертвой.

Йен Сяо и Бэй приземлились рядом с учениками, и те тут же окружили их. Они все что-то говорили наперебой, очевидно были очень напуганы. Но Йен Сяо только тяжело вздохнул и тихо произнес: «Это оборотень».

Как вдруг, стоящий рядом с Бэем молодой ученик вдруг снова закричал: «Там... снаружи!»

Раздался громкий рев, который заставил их сердца бешено заколотиться. Они тут же посмотрели туда, куда указывал им ученик Айне.

Там, под слоем черных облаков, по земле пронесся раскат грома. Земля начала дрожать, послышался глухой грохот, который, казалось проникал прямо в душу.

Оборотни, ужасные монстры, превратившись в огромную черную волну, начали наступление. Словно гроза, они неслись вперед. Раздавался вой и крики, в небесах сверкнули молнии. Ужасная и пугающая энергия смерти надвигалась прямо на Айне.

Лица учеников Айне стали бледнее снега, Йен Сяо закусил губу и громко приказал: «Уходим! Быстрее, возвращаемся в Айне!»

Как только прозвучал приказ, ученики не стали медлить. Один за другим, они взлетели в небо. Ужасный монстр с львиной головой заревел им вслед.

Бэй поднялся в небо последним, он посмотрел на армию монстров с высоты, увидев лишь обезумевшее войско оборотней. Вся земля внизу словно превратилась в океан бешенства. Здесь не было места живым людям.

Нашествие оборотней близилось к развязке!

***

Выслушав доклад, сделанный Йеном Сяо по возвращении в Айне, все Мастера, собравшиеся в Хрустальном зале, хранили молчание.

Все понимали – время, наконец, пришло.

Шен Доул медленно поднялся и произнес: «Друзья, соратники! Миллионы судеб будут решены в этот день! Оборотни заняли Хэян, и скоро будут здесь, в Айне. Я не стану много говорить, только попрошу вас сегодня хорошо отдохнуть перед завтрашней битвой!»

Все вокруг переглянулись, и постепенно начали подниматься с мест. Зал наполнился тихими разговорами, и люди разошлись, переговариваясь между собой о предстоящей битве.

Шен Доул повернулся к Юнь Иланю и Пухону. «Мастера, вам тоже нужно отдохнуть перед боем. У меня есть кое-какие дела, я должен поговорить с другими старешинами Айне».

Пухон и Юнь Илань поднялись с мест и поклонились Шен Доулу. «Как пожелаете, Мастер Шен Доул».

Шен Доул поклонился в ответ и подозвал Йена Сяо. Тот немедля подошел и направился во Внутренние покои вместе с Шен Доулом. Где-то там уже собрались и ждали его все главы Пиков Айне.

Бэй проводил их взглядом и в одиночестве вышел из Хрустального зала. Он подошел к одной из колонн и посмотрел куда-то вдаль. Впереди были только черные облака, нависшие над землей, среди них иногда мелькала молния. Ветер был холодным как нож, он завывал между колоннами и больно ударял по щекам.

Бэй стоял неподвижно, но только в его голове все звучала странная фраза, написанная на клочке бумаги.

Разожги огонь на внутреннем дворе...

Разожги огонь... на внутреннем дворе... Что это значит? Бэй прокручивал эту фразу в голове снова и снова, пока не вспомнил, как Йен Сяо сказал, услышав его бормотание: «Внутренняя гора? Что-то случилось на внутренней горе, брат Бэй?» Внутренняя гора?

Бэй снова нахмурился. Его глаза сверкнули, но он почему-то покачал головой, снова задумавшись о чем-то. Неизвестно, сколько он уже думал об этом, но когда Бэй снова пришел в себя, то заметил, что вокруг уже не было никого. Тогда он вздохнул и начал спускаться по ступенькам.

***

С тех пор, как появились оборотни, защита гор Айне была усилена, особенно на Внешней горе, ведь никто не знал, когда нападут эти ужасные монстры. Конечно, сами Пики Айне были не менее опасны, особенно самый высокий Пик Вдовы, до которого было непросто добраться. Конечно, для магов это не было большим препятствием, но вот оборотням, которые не умеют летать, придется несладко.

Но только оборотни не отступят. Постоянно приходили известия, что они преодолели еще один рубеж, а потом еще. Никто не мог гарантировать, что у них нет какого-то особого способа передвижения. К тому же, тот таинственный Зверь все еще не появился и это было самым неприятным и пугающим фактом.

По сравнению с Внешними горами Айне, Внутренние горы были полностью защищены, до них было почти невозможно добраться просто так. Но несмотря на это, все равно было отряжено несколько учеников Айне для охраны этих мест. Одно было странным – рядом с самыми запретными землями Айне – Лунной Обителью и Залом Поклонения Предкам, охраны почти не было. Словно никто не беспокоился об их сохранности.

Ночь постепенно отступала, уже почти начался новый день, над Пиком Вдовы, Залом Поклонения Предкам и Лунной Обителью нависал легкий туман, который шевелился от дуновения ветра и цеплялся за растущие по обеим сторонам дороги сосны.

В этот миг не было слышно даже пения птиц, влажный воздух росой оседал на листьях деревьев и стекал вниз прозрачными каплями.

Казалось, здесь никогда не ступала нога человека.

Лишь один силуэт появился на этой тропе. И это был Зевул.

Его лицо было спокойным, нельзя было разглядеть ни страха, ни беспокойства на лице чужака, проникшего в запретные земли. Он просто шел вперед, безо всякого выражения во взгляде.

По этой дороге... он уже проходил когда-то. Десять лет назад...

Через десять лет, пейзаж вокруг, казалось, остался прежним. Ничего не изменилось, все те же зеленые деревья, густая трава, даже земля под ногами была такой же мягкой, как в тот раз...

Изменился только он сам.

Ветер, пролетевший сквозь ветви деревьев, разметал полы его одежды, тронул его волосы. Аш беспокойно оглядывался, сидя на его плече, обвив плечо Зевула хвостом. А взгляд Зевула горел необычно ярко.

Тропинка извивалась и поворачивала, уводя все дальше, вглубь горы. Туман расступался перед ним и тут же смыкался позади Зевула. Он шел среди этой дымки, все вперед и вперед, не оглядываясь.

Пока впереди не показалась развилка.

Когда Зевул дошел до развилки, он увидел все ту же таинственную тропу направо, и тропу налево, которая вела к Залу Поклонения Предкам, уже видневшемуся за небольшим пролеском.

Зевул про себя повторил это название. Зал Поклонения Предкам. Десять лет назад, прямо на этом месте, они вместе с Бэем противостояли сильным противникам из Малеуса. И здесь Анан направила на него свое оружие...

А теперь, через все эти годы... он стал для них настоящим врагом.

«Шшшшшшш....»

Раздался шелест в глубине леса, словно кто-то ранним утром принялся за уборку. Зевул прислушался к этому звуку, и ему показалось, что время повернулось вспять, и вместе с этим шелестом отнесло его далеко назад, в былые годы...

Он вдруг очнулся, как ото сна, и резко повернул голову. Атмосфера вокруг стала напряженной, даже шелест листьев, казалось, остановился в этот миг.

За его спиной стоял человек, весь одетый в черное, с черной маской на лице. Это был Призрачный Господин.

Зрачки Зевула слегка сузились, он тихо произнес: «И ты здесь».

Призрак спокойно кивнул.

Зевул спросил его: «Зачем ты пришел?»

Призрачный Господин покачал головой. «Я пришел оказать тебе посильную помощь».

Зевул холодно усмехнулся. «Да что ты говоришь?»

Призрачный Господин просто ответил: «Не надо сомневаться в моих словах. Ты очень многого не знаешь, и я пришел тебя предостеречь. Снаружи Лунная Обитель не заперта, но внутри нее есть особое заклинание, охраняющее Убийцу Богов. Оно напрямую связано с этим мечом, и если кто-то посторонний попробует его снять, то пробудится сам Убийца Богов, и тогда смерть будет неизбежной. Конечно, если ты думаешь, что сможешь противостоять ему в одиночку, то я не стану продолжать».

Зевул промолчал, ему показалось, что где-то вдалеке шевельнулся туман.

Призрачный Господин внимательно посмотрел на Зевула, затем продолжил: «Вообще-то, если кто-то из нашего клана попробует проникнуть в Лунную Обитель, это будет его последний путь на земле. Но с тобой дело обстоит иначе. Кроме Главного Мастера Айне, только ты один можешь проникнуть туда».

Зевул, немного подумав, спросил: «Что это значит?»

Призрачный Господин ответил: «Ключом к охранному заклинанию является высший уровень Чистой Сущности, тайного заклинания Айне. Только с его помощью можно войти в Лунную Обитель. А дальше, сможешь ли ты устоять перед иллюзиями там, внутри... зависит только от тебя самого».

Зевул внимательно посмотрел на черную тень призрака перед собой и произнес: «Почему ты рассказываешь мне все это?»

Призрачный Господин слегка усмехнулся, его силуэт в тумане казался еще более бесплотным, словно привидение. Он просто сказал: «Это не должно тебя беспокоить. Я все сказал, а верить или нет – дело твое».

***

На Пике Вдовы, мальчишка-ученик, сметающий листья со ступенек, присел немного отдохнуть, и вдруг увидел, как кто-то спускается сверху. На нем были одежды клана Айне, и хотя мальчик видел много учеников, но именно с этим был знаком – он часто прогуливался здесь просто так.

«Бэй!» Мальчик с улыбкой подбежал к Бэю, в его голосе слышалось благоговение. «Ты так рано пришел! Опять собрался в Зал Поклонения Предкам?»

Бэй мягко улыбнулся и кивнул. «Да. Вчера вечером я не мог уснуть, как будто что-то беспокоило. Поэтому сегодня вышел пораньше».

Все остальные младшие ученики, прибирающиеся неподалеку, тоже постепенно подошли к Бэю и собрались вокруг него. Кто-то из них спросил: «Старший брат Бэй, мы слышали, что оборотни уже добрались до Хэяна, они нападут на нас?»

Остальные мальчики тоже заголосили наперебой, очевидно они не были так обеспокоены, как остальные маги, наоборот – им было очень интересно все происходящее.

Бэй даже заразился от детей хорошим настроением, и с улыбкой сказал: «Да, все так. Оборотни слишком ужасны. Они точно уничтожат Айне».

«Что?!» В один миг как будто разорвалась хлопушка, дети заголосили, вступая в спор с Бэем.

Бэй тут же поспешил их успокоить, сначала призвав к тишине, а затем сказав: «Но разве в Айне не собрались все самые сильные маги? Они владеют самой высшей магией, их уровень высок до небес, и они совсем не боятся оборотней! К тому же», на лице Бэя появилось одухотворенное выражение, «У нас ведь еще есть легендарный меч Убийца Богов! Вы разве забыли об этом?»

Дети обрадовано рассмеялись и снова заговорили: «Да! Да! У нас есть Убийца Богов, мы точно победим!»

«Точно! Пусть оборотни приходят, Убийца Богов уничтожит их всех! И отомстит за всех людей!»

Слушая их выкрики, Бэй улыбнулся. В конце концов он сказал им еще несколько слов в назидание и продолжил идти в сторону Внутренней горы. Когда он отошел от толпы детей, его лице вмиг стало серьезным. Подумав о чем-то, он вдруг вздохнул и покачал головой, тихо сказав самому себе: «Нужно скорее добраться до Внутренней горы и узнать все у Мастера».

Он ускорил шаг и направился к Залу Поклонения Предком на Внутренней горе. И пока он шел по тропе, туман над его головой клубился и плясал, легко паря над землей, как будто Бэй еще не пробудился от вчерашнего сна.

***

На развилке стояли и смотрели друг на друга Зевул и Призрачный Господин, в их глазах сверкали огни, но ни один не опускал взгляда, глядя прямо перед собой.

Только через некоторое время Зевул, не произнеся ни слова, вдруг развернулся и пошел в сторону таинственной тропинки. Призрачный Господин остался смотреть ему вслед.

Но как только Зевул сделал шаг, со стороны дороги, ведущей в Зал Поклонения Предкам, вдруг раздался слегка хриплый голос. Он прозвучал сквозь туман, и в нем слышалась мудрость прожитых лет. «Куда это вы двое направляетесь?»

Зевул и Призрачный Господин вздрогнули и повернулись в сторону тропы. Из тумана медленно появился чей-то сгорбленный силуэт. Казалось, годы лежат на плечах этого человека, и поэтому он не может разогнуть спину. Все его лицо было изрезано морщинами, даже метла, которую он держал в руках, казалось, была такой же старой, как и хозяин.

Но когда старик подошел на шесть ярдов к Зевулу и Призрачному Господину и поднял голову, посмотрев на двоих самых опасных людей в мире, в его глазах блеснул резкий и яркий огонь.

«День только начался, еще даже птицы не проснулись. Так может быть, вы вдвоем выпьете по стакану горячего чая со стариком?»