Меркури

[Кнопа]

* * *
Ночь выдалась бы спокойной, если бы Лихт не очнулся от отсутствия предмета для объятий - Ланса. Парень растерянно похлопал по пустому месту в постели возле себя и бегло пробежался глазами по комнате. Да, он ничего не смог разглядеть в темноте и тем более без очков или же линз. У Лихта было крайне плохое зрение.

- Солнце? - окликнул парень, - Ты в уборной?
Лихт поднялся с кровати и пошуршал к ванной, прикладывая ухо к двери.

Тишина.

- Ланс? - Лихт заглянул в ванную комнату, чтобы точно убедится, что она пуста.

- «Куда он мог уйти?» - парень выглядел спокойно, но за этой маской скрывалась нарастающая паника, - «Он встал и ушел так тихо...»

Вдруг резкий звонок телефона окатил всю комнату, сердце Лихта от неожиданности рухнуло в пятки и бешено забарабанило, а экран телефона засветился, показывая незнакомый абонент, Лихт подскочил к своему мобильному и без раздумий взял трубку, что-то ему подсказывало, что это был важный звонок даже в столь позднее время:

- Алло? - тихо отозвался парень, прикладывая к уху телефон.

- Лихт? - по ту сторону мобильного был Ланс.

- Ланс?! Бог мой, ты с какого телефона звонишь? Ты где?! - Лихт был в полном замешательстве.

- Прошу тебя, тише, - голос Чудотворца дрожал, казалось, что он дрожал совсем не от страха, а скорее от холода, - я где-то на краю Касселя, забери меня, я не знаю как я тут оказался.

- Ты с какого телефона звонишь? - Лихт поставил на громкую и быстро начал искать свои очки, - скажи где ты!

- Здесь лавочки, возможно это сквер у юго-запада от главного здания, здесь кто-то забыл свой телефон, мне повезло, что он не разряжен. Мне холодно, я босый.

- Я бегу, не волнуйся, я уже бегу!

Сердце Лихта колотилось в груди, как барабан, когда он торопливо натягивал одежду, холодный ночной воздух обжигал ему пятки. Он бесшумно двигался по тускло освещенным коридорам клуба, его разум был переполнен беспокойством и страхом. Как так вышло? Почему Ланс оказался за пределами клуба в такое позднее время? Сейчас ночами холодно, как он мог уйти без обуви? Сюрприз за сюрпризом сразу после возвращения с командировки.
Лихт добрался до окраин Касселя так быстро, как только мог, луна отбрасывала длинные жуткие тени, которые плясали на ветру. От холодного воздуха у Лихта перехватило дыхание, пока он судорожно осматривал местность, и наконец его взгляд упал на маленькую, съежившуюся фигуру, сидящую на одной из лавочек.

Ланс сидел на холодной и влажной лавочке Кассельского сквера, его пижама почти не защищала его от холода, он поджал под себя босые ноги. Парень дрожал, обхватив себя руками, его глаза были широко раскрыты от замешательства и страха. Он был сильно напуган и дезориентирован.
Сердце Лихта сжалось при виде этого зрелища. Он бросился к Лансу:

- Солнце, - прошептал он хриплым от волнения голосом. - я рядом!

Парень поднял на него глаза, в которых блестели непролитые слезы:

- Лихт? - прохрипел он едва слышным голосом. - Я... Я не знаю. Я был в постели, а потом..... Я оказался здесь. Я не понимаю. - он протянул к Лихту свои дрожащие руки, на что тот моментально ответил и схватил Чудотворца в свои объятия, ощущая дрожь по всему телу парня.

- Все в порядке, солнце, я рядом. - Лихт пытался укрыть свою любовь собой целиком и согреть, не в силах ощущать эту дрожь от холода и слёз, - Ты в безопасности.

Ланс уткнулся лицом в грудь Лихта, его слезы пропитали ткань кофты:

- Я не понимаю, - прошептал он дрожащим голосом. - Как я здесь оказался? Почему это со мной происходит?

Лихт вздохнул, успокаивающе проводя рукой по волосам Ланса. Он знал, что это только начало их пути, что им предстоит столкнуться со многими вопросами и страхами. Впереди ещё так много трудностей и опасностей... Но он также знал, что, пока они вместе, они смогут справиться с чем угодно.

- Я не знаю, солнце, - признался он. - Но мы выясним. Вместе.

И с этим обещанием Лихт ещё крепче прижал Ланса к себе, его сердце билось в такт с сердцем его возлюбленного, их дыхание смешивалось в холодном ночном воздухе. Они встретят все, что встанет на их пути, вместе.
Ланс не мог в этот момент рассказать все то, что случилось с ним за три месяца отсутствия Лихта, но он сам себе дал слово, что разобравшись в этом, обязательно все расскажет своему надежному и любящему Лихту и среди них больше никогда не будет тайн и недосказанностей. Что-то клокотало внутри Чудотворца и запрещало делиться с Лихтом своим недугом в образе голосов и неконтролируемых порывов куда-то уйти.
Нет, Ланс безоговорочно доверял своему парню, однако сейчас он не хотел, чтобы тот поднимал панику.

- «Кассель важнее моего состояния. Сначала проблемы гибридов, а потом...» - мысль не была закончена, поскольку парень погрузился в дрёму, находясь на руках Лихта, который с благоговением и трепетом нес Чудотворца обратно домой. 

Дариус оказался на окраине Касселя, где он ещё не успел побывать. Солнце готовилось к восходу, отбрасывая длинные тени, которые плясали на ветру. Он не понимал почему его потянуло на окраину, где привычный пейзаж сменялся пологими холмами и величественными горами где-то вдалеке за еле заметным защитным куполом.
Прогуливаясь, и размышляя о полученной информации от директора Анжера, он заметил фигуру на качелях, раскачиваемую легким утренним ветерком. Она была похожа на Светлячка, ее кожа мерцала, как лунный свет на воде, а волосы отливали серебром. Дариус не видел её лица, однако ощущал неимоверную тоску и грусть. Он почувствовал острую душевную боль, перекликающуюся с ее молчаливой печалью. Дариус взглянул на свое кольцо, которое находилось на правой руке безымянного пальца и мимолетно что-то для себя решил.
Парень медленно приблизился, его ботинки хрустели по гравию на дорожке. Девушка не обратила на посторонний шум внимания, ее взгляд был устремлен на горы.
Дариус узнал её сразу, ведь эта была Люмьер, которая очень сильно напоминала парню его наставницу по магии. Он сел на двухместные качели рядом с ней, позволяя им мягко покачиваться. Лишь тогда девушка обратила внимание на него, повернувшись и взглянув на красноволосого уже не «незнакомца». Он улыбнулся легкой грустной улыбкой встретившись с Люмьер взглядом.
Они не произнесли ни слова. Слова казались ненужными, это был барьер, который они оба хотели избежать. Дариус чувствовал ее боль, как отражение своей собственной. Он потерял кого-то, кого очень любил. Он увидел это в ее глазах, ту же глубокую боль, тот же безмолвный крик. Это был крик от потери любимого человека? Нет, это было что-то другое, но весьма весомое для девушки, что автоматически вызывало внутри Дариуса сострадание.
Ей тоже было плохо и беспокойно и она нашла утешение в качелях, в тишине, в виде гор, которые, казалось, тянулись бесконечно, как и ее боль.
Они просидели до самого рассвета не проронив ни слова. И Дариус и Люмьер понимали и разделяли чувства горечи друг с другом, словно став в этот момент единым целым.
Удивительно, но после того, как одиночество Люм разбавилось присутствием Дариуса, ей стало немного легче и плакать не хотелось так сильно, как раньше.

Они встретили этот день в тишине. Вместе.

Как только восходное солнце вышло чуть больше чем наполовину, девушка молча поднялась с качель и пошла в сторону Меркури, таким примером последовал и Дариус, сохраняя дистанцию от Люм в несколько шагов, словно став её тенью. Это была самая немногословная прогулка в жизни Люмьер. И самая ранняя.
У ворот клуба она обернулась к парню, который все так же сохранял дистанцию, и улыбнулась в знак прощания.

Эта улыбка была благодарностью за этот рассвет.

Слегка поклонившись, Дариус развернулся и пошел прочь, приняв молчаливое «спасибо» от девушки, а Люм зашла в Меркури.

Так начался день юного Лорда.

* * *

Лихт проснулся, едва первые лучи рассвета пробились сквозь занавески. Он выскользнул из постели, стараясь не потревожить Ланса. Мягко ступая по холодному деревянному полу, он сел за свой рабочий стол, стул тихо заскрипел под его весом, когда Лихт пододвинулся ближе к столу. Он открыл потайной ящик, скрытый за откинутой панелью, и вытащил потрепанную записную книжку. Все делалось максимально тихо. Обложка была ветхой, страницы пожелтели от времени, и каждая была исписана его аккуратным почерком. Лихт без раздумий открыл одну из последних страниц и, схватив ручку из канцелярской баночки, которая стояла на его столе, быстро записал пару заметок, после чего недовольно нахмурился и о чем-то глубоко задумался. Парню явно не нравилось то, что получилось в итоге. Тем временем Ланс пошевелился, его дыхание сменилось с ровного ритма сна на мягкое, ровное дыхание бодрствования. Сердце Лихта бешено колотилось в груди, когда он быстро набросал еще несколько строк, сосредоточенно нахмурив брови. Ланс бесшумно поднялся с кровати, сразу замечая своего молодого человека за рабочем местом и тихо приблизился, еле слышно ступая по прохладному полу. Лихт был так поглощен своими записями, что не заметил, как руки Ланса обхватили его сзади и заключили в крепкие объятия. Лихт подпрыгнул, его сердце подскочило к горлу, и он быстро захлопнул блокнот, пряча его в стол.

- Доброе утро. - сонно-мурчаще произнес Ланс, прижимаясь щекой к мягким темным волосам на макушке Лихта. - Чем занимаешься?

Лихт выдавил из себя смешок, пытаясь скрыть нервозность в голосе.

- Просто... просто делаю кое-какие заметки для работы. Ты же знаешь, как это бывает.

- Работа в такую рань, - недовольно буркнул парень, отстраняясь от Лихта, - давай сегодня без работы? Ты три месяца работал!

- Хорошо, -кивнул Лихт, мягко улыбаясь своему солнышку, - я сегодня только твой.

Новый день - новые проблемы. Это скоро станет девизом Касселя. Анжер уже в какой-то степени смирился с удручающим положением дел.
В кабинете директора была гнетущая тишина, которая разбавлялась лишь ритмичным клацаньем клавиатуры директора Анжера и периодическими шагами Дариуса из стороны в сторону. Юный Лорд не единожды измерил своими шагами директорский кабинет вдоль и поперек, однако он не мог просто так сидеть и ничего не делать. Он знал, что сегодня должен вернуться его старший брат, который направился шпионить в Сердце Гидры.

Наверно больше всего сейчас Дариус боялся подтверждения теории о том, что Гидра может продолжить свои попытки похитить Ланса. Он понимал, что не сможет уследить за Чудотворцем и крайне сильно переживал потерять ещё и его. Принц и так многих лишился, а терять детей вдвойне больно. Он это знал от смертных душ, и сам, если честно, боялся такое испытать. Смерть или потеря ребенка - самое горестное, что может испытать смертная душа.

- Уже девять утра, - выдохнул Дариус, услышав звон, раскатывающийся по всему колледжу, - где он?

- Не факт, что Аркат вернется именно сегодня. - Анжер не отвел взгляд от монитора, но боковым зрением видел мрачное пятно ауры Дариуса, которая фактически полностью его поглотила.

- Вдруг его поймали?

- Исключено. - отрезал директор, - Шпионские способности Арката на невероятном уровне. Конечно, Джейсон сейчас крайне осторожен, но он не знает о Аркае столько, сколько нужно для его поимки.

- Кто такой этот Джейсон? - Дариус подошел к директорскому столу и присел на кресло, предназначенное для приемов.
Этот вопрос вызывал у Анжера что-то среднее между раздражением и глубоким сожалением.

Гибриды - люди, которые намеренно отравили свое тело драконьей кровью, дабы обрести силу и способности, без которых, в этом мире, раньше невозможно было выжить. К сожалению, человеческой расе абсолютно нечего было противопоставить драконам и существам, что изначально были наделены силой. Но, у людей всегда была одна особенность - они умели выходить из любой ситуации. Так, в войне с драконами человечество одержало верх с помощью драконьей крови и ядер. Но не все так хорошо, как может показаться на первый взгляд. Многие гибриды элементарно не справились со своей новой ношей.

Джейсон Ген - основатель клана «Гидра». Несмотря на юность, этот парнишка в свое время уничтожил очень много гибридов и разорил пару колледжей, которые располагались возле Токио. Устоял лишь Кассель, но не без потерь.
После той резни, двадцать пять лет назад, Кассель остался единственным колледжем гибридов во всей Японии, так же стало известно о уничтожении колледжей гибридов и в других странах. Гидра была крайне сильна несмотря на юнца во главе. На тот момент Джейсон Гену было едва ли восемнадцать. Его злость и ненависть к гибридам была настолько велика, что было все ровно кого убивать, невинного ребенка или беззащитную женщину, у которой не прижился мутаген. Гибрид есть гибрид, а значит должен быть уничтожен.

Ядром этой ненависти стал младший брат Джейсон Гена - Чими Ген который не справился со своим мутагеном и в конечном итоге зверь внутри него победил человека. Это было большим горем не только для родителей, но и для самого Джейсона, которому пришлось лично убить своего любимого младшего брата.

Да, Джейсон и его брат были членами одного из колледжей гибридов. Их родители участвовали в развитии гибридов как отдельной расы и внесли достаточно большой вклад не только в свой колледж гибридов.
Случившееся с младшим братом Джейсон Гена стало отправной точкой. Будущий основатель жестокого клана замкнулся в себе после потери самого родного и любимого человека, а после ему пришла в голову идея, которую он медленно, но верно воплотил в жизнь, вырезав весь колледж, в котором он жил, в одну ночь.

Дариус выслушал достаточно короткий но драматичный рассказ о такой личности, как Джейсон и сделал для себя определенные выводы, в которых он и понимал и одновременно не понимал Лидера Гидры.

- Он сам является гибридом?

- Да, - кивнул Анжер, - он желает стереть гибридов с лица земли и уже после этого лишить себя жизни, так как сам таким является.

- Его можно понять, - выдохнул юный Лорд, - даже как-то жаль его, если честно. По всей видимости он очень сильный и перспективный гибрид, жаль, что сошедший с пути.

- Личная потеря всегда должна быть на втором плане. Сперва общее дело, а потом уж ты и твои переживания.

- Порой как раз таки личные переживания и затмевают ясность ума, а после этого мы и получаем таких, как Джейсон. Не могу сказать, что он в корне не прав. Он имеет право на ярость и ненависть, но не имеет право решать кому жить, а кому умирать.

- Тут я с тобой соглашусь.

- Мне ли не знать ценность душ, - виновато улыбнулся Дариус, - я ни чем не лучше Джейсон Гена...

Юный Лорд никогда не пытался выдавать себя за благодетеля или же святого, он не скрывал свои грехи и прекрасно понимал, что чаша искупления бездонна, ведь на его счету сотни и тысячи ни в чем неповинных душ. Безусловно, Дариус знал о ценности даже самой прогнившей души, но что сделано - того не воротишь. Даже если взять в пример тех шутов Гидры, которые напали на Ланса и Люмьер. Дариус без доли сомнения отнял их жизни, а сейчас смеет осуждать выбранный путь Джейсона? Нет, он не имеет право этого делать. Пусть Дариус и чем-то похож на Джейсон Гена, однако он куда больше беспокоится за упокоении всех невинных душ в отличии от Лидера Гидры. Даже тех шутов юный Лорд не забыл отправить в загробный мир.
У Дариуса было пару тысячелетий, чтобы вымолить упокоение каждой душе, которую он загубил. Это оставило неизгладимый след на самом Принце Бездны.
Сейчас же перед директором сидел понимающий, мудрый и рациональный юноша, а не тот монстр, который периодически появлялся в блеске ясных глазах Дариуса.

Директор ещё около часа рассуждал с Дариусом о Гидре, прежде чем отправить юного Лорда на второсортное задание, чтобы тот был занят и не накручивал себя по пустякам.

* * *

Молодой Лорд с репутацией человека, умеющего быстро и тщательно выполнять все поручения, сошел с поезда на станции Чизуру. Солнце едва пробивалось сквозь утреннюю дымку. Дариус ожидал увидеть причудливый прибрежный городок, но воздух был пропитан невидимым привкусом горечи, который могли ощутить только те, кто был настроен на Бездну. Смертные не видели и не ощущали слегка горьковатый шлейф отрицательной энергии.

- «Я никого не выпускал...» - Дариус быстро пробежался в чертогах своей памяти по поручениям демонов своей Обители, убеждаясь в правоте своих мыслей, - «Это были не мои демоны.»

Шлейф скверны почти растворился, однако темные пятна дымкой витали в утреннем воздухе побережья Чизуру. Юный Лорд сморщил нос, его глаза осмотрели горизонт. Побережье было прекрасной ложью, его голубые воды и песчаные пляжи были испещрены темными пятнами, висящими подобно дымке. Это были не просто облака, это были остатки демонического загрязнения, мерзости, которую могли видеть только существа, благословленные самой тьмой. Следы были слабыми, почти исчезали, но они были, и вели они от железнодорожной станции вглубь улиц Чизуру. Дариус не колебался. Он пошел по следу, а его ботинки слегка увязали в песке, горький привкус во рту становился все сильнее. Он проходил мимо местных жителей, не обращая внимания на людей, которые даже не догадывались, что ранним утром по этим улицам прошел целый отряд демонов.

- «Удивительно, они никого не тронули» - отметил про себя Дариус, мельком глядя на приветливых незнакомцев, которые видели красную форму колледжа Кассель на Дариусе и приняли юного Лорда за очередного гибрида, который явился на поручение.

Парень прошелся по улицам несколько раз, чтобы убедиться, что он не пропустил какого-нибудь затаившегося демона. Если быть честными, то Дариус искал среди всех этих пятен скверны лишь одно лицо. Лицо своего родного отца. Дариус искренне надеялся, что их первая встреча спустя три тысячелетия должна быть за ближайшим поворотом, но каждый раз там был кто угодно, но не Лорд Бездны.

- Что могло потребоваться демонам в Чизуру? - Дариус развернулся и взглянул в алые глаза только что появившегося Фурфура.

- Вы все ещё надеетесь увидеть своего отца? - демон прекрасно знал ответ на свой вопрос, но еле уловимая надежда все ещё была где-то в глубине проклятой души.
Фурфур искренне желал, чтобы его юный Лорд перестал жить прошлым и начал смотреть в свое будущее, однако Дариус считал иначе.

- Если здесь были демоны, то значит ли это, что они были из свиты моего отца? - Дариус проигнорировал вопрос своего подчиненного, - Аркат говорит, что Бездна пуста, а Лорда на троне нет. Цитадель заперта, и я не имею возможности провалиться в Бездну.

- Никто из Обители не может попасть в Бездну, верно. - кивнул Фурфур.

- Получается нам закрыли вход? - удивился юный Лорд, - Почему же я постоянно ощущаю запах скверны?

- Я тоже его ощущаю, господин, но этот запах начинается не в Чизуру, здесь лишь пятно от какого-нибудь демонам или группы демонов. Мне кажется запах скверны усиливается в самом Касселе.

- А может ли именно там быть разлом? - Дариус сложил руки на груди и недовольно поморщил нос, - Если не в самом Касселе, то возле...

- Полагаете, что вход в Бездну открыт? - уточнил Фурфур.

- Я не знаю. - юный Лорд пожал плечами, - Бездна не должна быть пустой, если только из неё не выгнали всех демонов или..

- Если они не сбежали самостоятельно. - кивнул Фурфур.

Дариус не знал что думать. Очередная ли это игра отца или же Бездна больше не подчиняется Лорду.
Отец Дариуса никогда не позволял свободно передвигаться демонам по миру смертных. Он не мог открыть разлом и выпустить все гнилые души. Если бы все демоны вырвались из разлома, то сейчас Дариус стоял бы в безжизненной пустоши, а не в процветающем прибрежном городке. Демоны не оставили бы ни единой живой души в радиусе тысячи километров. Что-то из этого не давало Дариусу покоя, но что? Что он может упустить? Куда делись все демоны Бездны? Где Лорд, который всегда был в Цитадели?
Лишь единожды, на памяти Дариуса, его отец покинул Цитадель - это когда он пришел за своим непослушным младшим сыном. Лорд явился с своей свитой на остров, где укрывался Дариус.
Что было дальше? Он не помнил... Или пожелал забыть? Однако печать на три тысячелетия - незабываемая вещь.

Пока Дариус пытался разобраться с ситуацией, в которую влип и с заданием Анжера, сам Кассель уже во всю бурлил жизнью. Клубы активно начали подготовку к грядущим Аренам и к слиянию, а через барьер прошел один красноглазый, направившийся сразу к главному зданию колледжа.
Эва сразу же уведомила Анжера о возвращении Арката, а тот, в свою очередь, начал морально готовится к любой информации, которую ему огласит его товарищ.

Дверь кабинета звучно распахнулась, на пороге стоял слегка помятый, но живой Аркат.

- Аркат, - Анжер сдержался и не показал радости и облегчения, видя своего друга живым, а то мало ли, обидится ещё, решит, что директор считает его слабаком, - с возвращением.

- Я уложился в срок, как и обещал, - парень улыбнулся и устало рухнул на софу, которая располагалась возле панорамного окна директорского кабинета, - какой же жук Ген острожный. - Аркат принял удобную позу и обнял одну из подушек, лежавших на софе.

- Что тебе удалось узнать? - Анжер откатился на кресле ближе к Аркату, - Тебя не заметили?

- Да толком ничего, что странно, я даже сперва не понял.

- Ты о чём?

- Он знает мою особенность.

- В каком смысле? - опешил директор.

- Джейсон убил двоих, чьи шкурки я примерил. Я чудом успел удрать. - Аркат поднялся, но подушку с захвата не выпустил, наоборот, сжал сильнее, - Ему кто-то сказал о моем слабом месте.

Анжер отказывался верить в слова своего друга:
- Что ты такое несешь?

- Ты понимаешь к чему я клоню, Анжер. Мало того, что моё слабое место известно такому душегубу, как Джейсон.

Анжер боялся этих слов. Боялся их когда-нибудь услышать.

- Нет, быть не может...

- Гидра знает о каждом гибриде Касселя, о способностях и особенностях. - Аркат озвучил самое большое опасение Анжера, - Я тебе ещё больше скажу, друг мой, у них ценник на каждого гибрида имеется, угадай, кто стоит больше тебя, дружище?

Анжер не стал теряться в догадках, лишь перевел свой потускневший взгляд на свой рабочий стол, где стояла неприметная но близкая сердцу фоторамка, в которой была милая фотография Люмьер, где ей едва исполнилось пять.

- Правильно мыслишь, - кивнул Аркат, - единственный без ценника Ланс, он им живым нужен.