Глава 7
Это я, слышишь, это я
Видишь, это всё,
что от меня осталось
Сергей Лазарев - Это я
Афланит. Ноябрь 1564
Месяц пролетел незаметно, принося с собой холода и прогнозы скорого снега.
За пролетевшее время Веру утвердили на новую роль - Жизель.
Ряд спектаклей прошлой постановки принес Вере славу, благодаря которой её стали чаще утверждать на роли, а титул примы был почти в руках. Она уже знала: новая постановка быстро поднимет её статус.
Театр Афланита создавал новую классику танца, пытаясь войти в историю. Мисс Эван - главный хореограф - составила сложнейший танец, который, пожалуй, не каждый сможет представить или придумать, не то что исполнить.
Сомнений у неё не было насчёт этой роли. Ева в этот раз даже не рассматривалась, что вызывало зависть у Веры. Несмотря на ажиотаж вокруг роли, даже Велье многие сочетания элементов давались с огромным трудом.
День спектакля приближался слишком быстро. Вера выматывалась без отдыха, не снимая пуанты целыми днями. Балет «Жизель» в авторстве мисс Эван состоял из множества фуэте и сложнейших прыжков.
В пару к Вере поставили Натаниэля, который работал гораздо меньше девушки. Та же, за подготовкой, совершенно перестала уделять должное внимание семье и тайным отношениям. Она едва успевала спать. Все надеялись на неё. Единственная, кто видел её состояние в театре, была Эстела.
Не раз блондинка заставляла подругу отдохнуть. Чтобы отточить каждое движение до идеала, Вера врала об отдыхе. Всем было легко сказать, но у девушки было лишь чёткое оттачивание движений и театральная игра. О таланте она заикаться боялась.
Эстела не переживает за неё как за подругу, и Вера это знала. За всю жизнь у неё был лишь один друг - Виолетта, остальные приходили и уходили в зависимости от ситуаций. Ребёнок из обеспеченной семьи, которая не жила в общежитии со всеми, а могла себе позволить то, что родители забирали её домой каждый день. В театре и в общественной жизни друзей Вера не заводила никогда.
-Эта постановка войдёт в историю балета! Если мне выпала честь исполнять её первой, то значит, разочаровать всех я не могу! - отвечала на каждый упрёк Вера.
В один день, занимаясь дома, Вера случайно оступилась, впервые падая со времён выпуска из академии. Врач поставил ей ушиб и запретил заниматься. Пропуская мимо ушей режим, она решила скрыть травму.
Ушиб лишь на пару дней, а карьера впереди, и эта постановка - её последняя возможность вырваться в примы намного быстрее. Добиться такого успеха, какого ещё не видели.
Однако ушиб перешёл в более болезненную стадию. Через боль, выпивая обезболивающие, Вера продолжала танцевать, как одурманенная, мчась за успехом.
Обезболивающие скрывали боль не только в ноге, но и развивающуюся в спине из-за огромного ежедневного напряжения. Её девушка уже не чувствовала и даже не подозревала. Лишь было напоминание: будь она обычным человеком, то давно была бы сломлена физически, а не чувствовала боль, заглушенную таблетками.
День премьеры пробрался осторожно, на начало ноября.
С утра Вера выпила дозу таблеток, чувствуя усталость и сонливость. Репетиция и грим прошли быстро. В этот раз на премьеру пришли лишь родители. Франциск, как и обычно, вместе с Алисой сидел в императорской ложе, деля её в этот раз вместе с Эльдафасом, который, на удивление, не прибыл в компании дочери, словно лично ждал какого-то события.
В назначенное время вышел дирижер, начиная спектакль. Натаниэль выбежал на сцену в компании кордебалета. Эстела, которая появлялась в спектакле чуть позже, настороженно посмотрела на подругу
-Да ты вся бледная! Или хочешь сказать, что грим и на руки наносили? Я понимаю, что героиня почти труп по сюжету, но не ты ведь!
-Всё нормально, - отмахнулась Вера, поправляя головной убор. Но Эстела уже успела коснуться руки Веры.
Отшатнувшись моментально, словно от раскалённого угля, Эстела осуждающе смотрела на неё
-Ты себя убить решила, дура? Мисс Эван! Вера не будет выступать!
-Это ещё почему?! - удивилась женщина, отвлекаясь от списка и подходя к ним.
-Она вся горит! Посмотрите на неё, будто погибать в конце спектакля и правда решила! Вы понимаете, что если с ней что-то случится, то её отец прикроет тут всё!
Женщина лишь посмотрела строго через очки. Вера, поняв этот взгляд, опустила голову, а, услышав свою музыку, натянув улыбку, выпорхнула на сцену. Этот взгляд мисс Эван знал в театре каждый. Сегодня нельзя облажаться.
-Это в её приоритете, Эстела, тебе ли не знать, что для Веры главной целью является карьера. Она пройдёт через пот, потеряет всё, но добьётся цели, если будет этого хотеть! С таким талантом, который нужно раскрывать поэтапно... Если всё будет гладко - она будет примой, так что спорить здесь бесполезно, - спокойно ответила женщина.
За кулисы забежал Натаниэль, подходя к ним, на лице его читался гнев. Ему было достаточно одного прикосновения к Вере во время танца, чтобы понять, что к чему
-Вы в каком состоянии её выпустили на сцену?! В зале сидит не только принц и принцесса, там сидит Эльдафас Ной! Она не дотянет до конца спектакля! Феликс Велье засадит тут всех и сразу! Помяните моё слово, а если слух о её общении с принцем... Да тут вообще ничего не останется!
Отвлекли их крики из зала. Музыка прекратилась, а в наушнике хореографа раздался крик, но чей, она не различила. Все трое поспешили посмотреть, что случилось. Во время очередного прыжка, после ряда фуэте, Вера все-таки потеряла сознание.
Она лежала на сцене, подозрительно не шевелясь и в слишком неестественной позе. Удар головой и спиной был слишком сильным для слабого, истощенного от нескольких дней голода организма. Занавес поспешили опустить, а диктор говорил о непредвиденной ситуации и соблюдении спокойствия.
В доли секунды закулисье оказалась чита Велье. Нора тут же кинулась к уже находившимся там балетным медикам, а Феликс, доверившись жене, накинулся на мисс Эван. Натаниэль в стороне вызывал скорую и кричал, чтобы та приезжала как можно скорее. Страх за работу был выше остального.
-Готовьтесь на то, что это ваш последний день на работе! Вы не то что в театр, вы вообще нигде работать не сможете, по крайней мере в Афланите точно! - кричал Феликс на женщину.
-Мистер Велье, вам ли не знать вашу дочь и её целеустремленность! Она никогда не падала!
-О да, я прекрасно знаю её, но если вы видели, что с ней что-то не так, вы должны были заменить её! Я сказал, если скорая не успеет, я разнесу тут всех и каждого, подключу все свои связи! Вы поняли меня?!
В это время Франциск стоял, закаменев, на трибуне. Алиса отошла чуть дальше, наблюдая за охваченной паникой толпой, а тот, схватившись за перила, не мог сделать ничего.
Их отношения - тайна, и ему было бы все равно на правила. Желание кинуться к ней, увидеть её состояние, удостовериться, что она в порядке, было сильнее, но он понимал, какое внимание к себе привлечет его действием Вера.
Сейчас он не может ничего сделать. Его взгляд медленно переместился на Эльдафаса. Император сидел на месте, совершенно спокойный.
-Прошу вас, ваше святейшество, скажите, что с ней все будет в порядке!
Эльдафас с интересом взглянул на наследника Афланита, ухмылка медленно появилась на его лице.
-Как решат мои создатели. Я не контролирую будущее, лишь могу на него повлиять, как и все мы, своими действиями.
-Но вы ведь можете дать благословение! Прошу вас, я сделаю для вас что угодно, буду в долгу у вас всю жизнь, но сделайте что-нибудь, ваше святейшество!
-Любовь - это хорошо, Франциск. Однако она губит людей, и тебя погубит, если не будешь рационально мыслить. Я посланник всевышних, что мне может сделать тот, расу которого я породил собственноручно? Я могу облегчить твое состояние, Вера будет жива, ей совсем рано уходить, но в каком состоянии, зависит от действий в будущем.
Слова божества не подействовали на Франциска. Он так и стоял до того момента, пока народ не стали распускать, возвращая золотые за билет и моральную компенсацию. Театр понёс огромные убытки за сорвавшийся спектакль, на который пришло понаблюдать слишком много людей. Ещё большие убытки понесла Вера.
Скорая приехала быстро, немедленно увозя Веру, уже в машине обеспечив её кислородной маской.
Все это время Нора держала дочь за руку. Слезы градом падали с её глаз. Она не могла помочь. Даже незаметное лечение не принесло бы успеха, а открытие портала вызвало бы уйму вопросов, особенно в больнице. Магия была дикостью в Афланите, пережитком прошлого. Её использование становилось нарушением закона, и Вере бы не помогли в любом случае.
Нора ехала в машине скорой помощи, держа дочь за руку. А после Веру увезли в реанимацию, оставив всех посторонних за дверью. Феликс бежал следом, ловя жену, у которой подкосились ноги от безысходности. Усадив её на скамью и сев перед ней, он держал её холодную руку крепко, а второй стирал слезы с лица любимой.
В голове Норы промелькнуло воспоминание. Когда она теряла ребенка, Феликс сидел перед ней точно так же. Сейчас Нора этого допустить не могла. Она и без того переживет уход любимых, но не позволит Феликсу увидеть это.
-Всё будет хорошо, я позвонил Наде, Киро привезет их сейчас же.
-Моя девочка... Насколько ей сейчас больно? - шептала Нора, не слыша слова Феликса.
Видя состояние жены, мужчина подозвал первую мимо проходящую медсестру.
-Принесите успокоительное, иначе придется принимать ещё одну с инсультом или чего хуже! Живее!
Успокоительное принесли быстро, после чего Нора уснула на ближайшие два часа, устроившись на коленях мужа. Тот гладил её по голове, стараясь не показать, что сейчас творится в его голове. Франциск возник перед ним в больничном халате, садясь рядом. Медицинская маска скрывала его лицо так, что даже Феликс не сразу узнал его.
-Я не мог оставить её, не зная состояния, в котором она находится.
-Врачи сражаются за неё сейчас, скорее всего, будут вводить в кому. Я... Я не знаю. Главное, чтобы Нора не знала, что сейчас делают с Верой, чтобы сохранить ей жизнь. Она долгое время корила себя за то, что не сохранила нашего первого ребенка. Здесь же всё будет куда хуже, чем могло быть.
***
Киро сидел над очередным отчетом принца, оставаясь во дворце вместо него. Внезапный звонок сначала напугал его, но, увидев изображение Надежды на экране, он улыбнулся, убирая в сторону бумаги. Только голос был уже не радостный, как и обычно, а встревоженный и перепуганный.
-Киро, прошу тебя, приезжай!
-Что произошло?
-Звонил папа. Там что-то с Верой, её забрали в больницу. Ник рвётся к машине, но сам понимаешь, в каком он состоянии сейчас! Любовь сейчас пытается его задержать, но...
-Я сейчас буду. Расскажите всё после и не смей отпускать Ника к машине, и сама не иди, слышишь?
Киро не знал, когда в последний раз так торопился. Он пропускал светофоры, уже представляя, сколько штрафов будет через час, но тогда ему было плевать.
У ворот уже столпились младшие Велье, моментально садясь в машину. Надежда, занимая сиденье рядом с Киро, на эмоциях выговорила на одном дыхании
-Они в первой больнице, папа не берёт трубку, а у мамы выключен телефон. Быстрее, прошу тебя!
***
Надежда бежала первой, за ней остальные. Увидев отца и спящую мать, она начала диалог с вопроса
-Что с ними?
-С Верой не понятно, а мама просто спит после успокоительного.
-Почему ты не брал трубку?! Мы извелись все! - выдыхая, садясь рядом, возмутился Николас.
-Было не до этого, забыл перезвонить.
Нора приподнялась, просыпаясь. Успокоительное всё ещё действовало, не давая ей сказать и слова. В этот момент из реанимации вышел врач. Все встали на ноги, идя к нему навстречу.
-Как вас много... Мы сделали что смогли. Сейчас она просто спит, из тяжелого состояния мы её вывели, и жизни сейчас ничего не угрожает.
-Что повлияло на её состояние? И что с ней будет? - не сдержался Феликс, задавая вопрос слишком резко.
Доктор, вздохнув, начал листать медицинскую книгу в руках
-Во-первых, переутомление, причём очень сильное. От него и жар, ощущение, будто девочка не спала несколько дней. Во-вторых, недавний ушиб и куча обезболивающего в её крови сочетаются с голодовкой. Девочка изморила себя до предела, обычно люди не выживают в таких условиях.
-Ушиб? Но Вера не говорила о том, что падала! - вмешалась Надежда, не припоминая ничего из перечисленного в состоянии сестры.
-Дело в том, что многие, кто бежит за карьерой, предпочитают скрывать своё состояние на подсознательном уровне, но ушиб стал хуже. Также после падения последовало не только сотрясение мозга тяжёлой степени. Удар пришёлся на спину, а переутомление сделало организм уязвимым и хрупким. Ноги отказали, однако все лечатся! В Карите делают операцию на восстановление. После длительной реабилитации девочка сможет ходить! Если её желание будет сильным, то можно обойтись и без операции, правда, займёт это гораздо больше времени.
-Куда переводить на операцию? Деньги - не проблема! - Тут же опомнился Феликс, держа жену за руку настолько крепко, не давая ей осесть на пол.
-Операция будет стоить пять миллионов золотых. Она непростая, но ускоряет процесс вдвое, и проблема в том, что пациент, если он не находится в коме, должен сам быть согласен на операцию по законам Карита, где и будет проходить лечение.
-Пять миллионов?! Это годовая зарплата человека среднего заработка! - Удивился Киро, прикладывая руку к голове. Он понимал, что у семьи Велье есть такие деньги, однако даже так сумма невероятно большая, как две хорошие, новые, но небольшие квартирки.
-Цену установил не я, операция и правда сложна. Но после неё пациент, можно сказать, полностью излечивается от недуга. Туда не входит перелёт, проживание и нахождение в клинике, и так же возможны летальные исходы.
-То есть, если, допустим, в Карит вместе с Верой полетит кто-то из нас, и палата будет на двоих... Реабилитация, если она проводится там, тоже будет стоить денег и займёт более полугода минимум их проживания и лечения... Выходит, более одиннадцати миллионов? - Посчитал Николас, смотря внимательно на отца.
Экономика действиями Клары летела вниз, бизнес Феликса терпел убытки и был едва на грани разорения. Однако мужчина решительно посмотрел на врача, но сказать что-то ему не дал Франциск, который положил руку ему на плечо, прошептав на ухо
-Нужно поговорить.
Феликс кивнул, попросив подождать. Они вышли на балкон, двери которого принц запер, убеждаясь, что никого нет рядом.
-И о чём ты хотел поговорить?
-Я знаю, что ваш бизнес на грани разорения из-за действий моей матери. К слову, сейчас её здоровье оставляет желать лучшего, и делами полностью заправляю я. Моё предложение - списать у Карита часть его долга перед Афланитом, чтобы Вера ни в чём не нуждалась.
Феликс удивлённо смотрел на парня, но после покачал головой в сомнениях.
-Списание долга... Во-первых, стране нужны деньги, во-вторых, это вызовет массу вопросов. Не совершай действий своей матери, она и без того губит империю и ведёт к экономическому кризису, а у тебя явно будут проблемы. Каким бы ни было состояние Клары, ты всё ещё просто наследный принц, не император и даже не регент. А тот долг Карита - это деньги с налогов народа в первую очередь!
Франциск спустил маску, опираясь на перила и смотря в сторону дворца, который освещался множеством огней и выделялся уровнем на фоне домов города и приближённых к дворцу поместий знатных и не последних людей в империи. Грустная улыбка застыла на его лице, а взгляд поднялся к ночному небу.
-На данный момент Карит должен Афланиту сорок миллионов золотых. Эта сумма за меньше чем полгода выросла очень значительно. Военные действия проходят на территории между, вам нечего бояться, а даже списав эти одиннадцать миллионов, Карит не окупится, однако ситуацию улучшит. Моё предложение будет выгодным для вас.
Феликс подошёл к нему, внимательно смотря на парня.
-Однако зачем всё это тебе? В чём твоя выгода? Давай будем жить в реалиях: предположим, у империи есть такие деньги, но и без всего мой дом стоит на нынешние деньги более восьми миллионов. На эти деньги можно было улучшить империю, возможно, даже к лучшему.
Парень устремил взгляд на Феликса. Тёплая улыбка застыла на его лице после воспоминаний о девушке.
-Потому что я люблю её не меньше, чем каждый в вашей семье. Вера для меня самый дорогой человек в этой жизни, не считая Алисы, потому что те отношения совершенно другие. И если нужно, я готов на всё, лишь бы она была счастлива. Пускай мы в конце концов не останемся вместе, но она будет жить полноценной жизнью, мне и этого будет достаточно. Если она перестанет танцевать, то хотя бы сможет полноценно ходить.
Феликс всё так же внимательно смотрел на парня, а потом одобрительно кивнул.
-Если честно, Любовь очень легко может продать информацию. Она рассказала то, что видела месяц назад. Скажем так, я совершил ошибку, не доверяя тебе полностью свою дочь и думая, что ты, как и твой отец. Не учёл ошибок и того, что родители не повторяют характеры родителей.
Феликс улыбнулся, ложа руку ему на плечо.
-Прости за недоверие, сейчас же я вижу, насколько сильно ты любишь мою дочь. Хорошо, будь по-твоему, но если нужна будет помощь, я перед тобой в долгу, даже если политика этой чёртовой империи не даст вам быть вместе. Спасибо, Франциск.
Их договор был только между ними. К Вере никого не пускали, а, по словам врачей, от операции она отказалась добровольно, вызывая вопросы у всех.
К её личности после падения последовало куча внимания, но состояние держалось в строгом секрете. Через меньше чем две недели её выписали, всё так же в секрете. На вопросы она не отвечала, а от семьи держалась отстранённо. Мозг не мог до конца понять, почему банальная вещь, как передвижение, стала для неё недоступной.
Прослушав слова врачей об операции, Вера почти сразу написала отказ, услышав цену. Девушка придерживалась мнения о том, что её ошибки не должны стоить так дорого её семье, а узнав о предложении Франциска, больше не сомневалась в правильности своего решения.
Домой Веру привезли безжизненную, утратившую всякий смысл в своей жизни. Она сидела в комнате на первом этаже, которую оборудовали специально для неё, и просто смотрела в окно за сменой картинки в нём, делая перерывы лишь на осмотр врача, принятие пищи и сон.
Все в театре не знали, жива ли она вообще, да и сама Вера не хотела, чтобы кто-то знал. "Звезда - которая не засветилась." Для неё это считалось позором и главным крахом в жизни, но так называемые друзья даже не пытались прознать о её состоянии, подтверждая давно известную Вере теорию о друзьях. Девушка попросила отца только об одном: не закрывать театр. Пусть в нём светят другие звёзды, раз не получилось у неё.
-Вера, к тебе гость, - приоткрыла дверь Нора. Дочь сидела у окна, безэмоционально ответив
-Я видела его, пусть заходит.
Франциск зашёл с букетом лилий, но девушка на его появление даже не обернулась.
Дверь за ним медленно закрылась, парень, положив цветы на стол, подошёл к Вере, обняв её со спины. Он опустился на колени, положив голову ей на плечо. Девушка не реагировала, лишь тихие всхлипы иногда доносились до уха парня.
-Вот какая я сейчас - никудышная, загубившая свою судьбу. Уж лучше бы я умерла на этой же сцене!
Каждое слово приносило Франциску внутреннюю боль. Он сильнее сжал объятия, тихо произнеся
-Не говори так.
-Теперь всё в прошлом. У меня нет другого пути, я не смогу быть на сцене и даже не смогу дальше быть с тобой, потому что всё не имеет смысла!
-Имеет, Вера, ещё как имеет! Ты будешь ходить, слышишь? Будешь!
Парень развернул её к себе, стирая слёзы с бледного лица.
-Ты веришь в это? И этот бред с операцией... Какой от неё смысл? Пора принять, что шансов у меня нет! Я сама в этом виновата!
-Вместо того чтобы винить, пора взять себя в руки! Я ведь рядом! - Беря её руки в свои, говорил Франциск, смотря ей в глаза. -Ты будешь ходить! Я сделаю ради этого всё и буду рядом всё время, только прошу - поверь и ты, что это реально! Даже если операция не поможет, мы пытались, и я буду любить тебя весь остаток жизни.
-Как мне во что-то верить? - Со слезами на глазах сорвалась на крик девушка, смотря парню в самую душу.
Сейчас Франциск не видел в её глазах той самой искры. Вера сидела словно кукла, переключая внимание на одну точку. Он не винил её в этом. Когда человек лишается того, к чему шёл всю жизнь, в один миг - не каждый сможет вытянуть себя на поверхность.
Подняв её взгляд на себя, в глазах девушки промелькнул мгновенный блеск, отражая остаток жизни.
-Я боюсь, Франц, почему, стремясь к мечте, судьба оборвала мой ход на самом финале?
-Я обещаю, что ты ещё воплотишь в жизнь множество спектаклей! Ты будешь бегать, идти по этой жизни вперёд, только прошу, не иди во тьму и возвращайся к нам! Пострадало твоё тело, но ведь ты всё ещё всеми любимая Вера.
Слёзы застелили глаза девушки, она отрицательно замотала головой, захлёбываясь в собственных слезах отчаяния, поглощающего её целиком своей тёмной завесой, такой неизвестной и пугающей.
-Я не хочу, чтобы ты страдал рядом со мной! Будущего у нас сейчас точно не будет. Уходи, Франц, ради меня.
-Не уйду, - твёрдо повторил парень, сжимая её руку. -Ради нас не уйду!
-Прошу тебя. Моё место у тебя в сердце займёт кто-то дру... - Договорить он ей не дал, захватив её поцелуем, всё так же крепко держа дрожащую руку в крепкой хватке.
-Если прогонишь - я всё равно не уйду. Никто не заменит тебя, и я буду бороться до последнего за тебя и твою жизнь, слышишь? - Шептал он, проводя рукой по рыжим кудрям.
После небольшой паузы Вера покачала головой, стирая слезу с лица.
-Уходи, Франциск. Я не хочу никого видеть.
Грудь сковывала боль. Парень поднялся на ноги, подходя к двери.
-Подумай над операцией. Прошу тебя. Всё ещё можно спасти.
Франциск покинул комнату, проходя мимо остальных.
-Поехали, Киро, - кротко кивнул он, давая ему время, чтобы попрощаться с остальными.
-Мы слышали, она говорила на повышенных тонах... Почему-то были уверены, что разговор с тобой вернёт её в строй, - прошептала Любовь, подходя чуть ближе к Франциску.
Парень молчал. Не выдержав на себе взгляды, полные надежды, он развернулся, выходя во двор и садясь в машину. Киро догнал его через минуту, спросив, как он, но не получив ответа, лишь молча отвёз друга домой, дав ему обдумать происходящее.
***
После ухода гостей Нора отложила все дела и решительно направилась к дочери.
-Куда ты? - удивился Феликс решительности жены.
-Не хочу, чтобы она повторяла мои ошибки!
Нора зашла в комнату. На её появление Вера лишь мимолетно бросила взгляд, вновь устремляя его на место, где несколько минут назад стояла машина Киро.
-Это неправильно, Вера! - начала Нора. -Франциск любит тебя, а ты любишь его! Он хочет помочь, как и все мы!
-Я знаю, поэтому и прогнала его. Шанс, что я буду ходить, очень мал, мама. А рядом с ним должна быть более подходящая пара.
-Хочешь услышать историю, которую вы не знаете?
-Такая есть? Мне кажется, вы рассказали нам уже всю вашу жизнь.
-Эту я упоминала лишь мельком. Ты ведь знаешь, что нам с твоим отцом помогла эта ситуация с апокалипсисом. Но помимо этой ситуации у нас уже была возможность, которую я упустила. Упустила, потому что мыслила как ты. Мне было семнадцать, когда мы с твоим отцом пересеклись снова после многих лет на задании. Казалось бы, безвыходность - нам нужно убить друг друга. Но при встрече между нами вспыхнул такой огонь... Уже тогда я знала, что это мой человек, но мы никогда не сможем быть вместе из-за чертовых правил! Шло время, а отказаться от задания я не могла, иначе убили бы Клару и последнюю надежду на спасение империи. Я пыталась убить твоего отца. Понимала, сколько боли мне принесет это предательство, но пошла на этот шаг. А когда провалилась, то доверие было уже не вернуть. Твой отец, как и Франциск, готов был сбежать от всех правил, однако я прогнала его. Ничего не напоминает? Нам повезло, но повезет ли вам так же?
Вера задумалась, глядя на мать, точно на близнеца не только внешне. Провернув в руке кулон, подаренный Франциском, она сжала его, отводя взгляд.
-Я уже не смогу быть рядом с ним, как бы ни пыталась.
-Сможешь! Мы все сделаем всё, чтобы ты смогла ходить! Согласись на операцию, пожалуйста, другого шанса может не быть! Задумайся - готова ли ты отпустить свою любовь так же, как и я?
Нора обняла дочь, прежде чем покинуть комнату и оставить её в раздумьях. Девушка повернулась к закату. Мысли рвались из её головы, а слезы падали из глаз. Все верят, что она сможет ходить. Сможет ли?
Она посвятила себя балету. Когда какое-то движение не получалось, девушка вставала вновь и вновь, оттачивая его раз за разом. Её положение сейчас - лишь трудность, которую нужно будет преодолеть. Отточить до идеала. Франциск прав, она вернется в балет.
Схватив телефон, Вера быстро нашла номер принца, который ответил сразу же. Франциск молчал, и тогда девушка сказала те самые слова, которые ждали все её близкие, и в особенности Франциск.
-Я готова сражаться и согласна на операцию, Франц.
***
Вечером, рассказав о своем решении семье, Вера сделала то, что было давно пора. В сети и правда разлетелось множество лжи и прочей информации о её состоянии.
Случай произвел фурор и по-настоящему прославил балерину, правда, слишком большой ценой. У Веры была публичная страница в сети, аудитория которой прибавилась в разы. В комментариях под постами кто-то желал выздоровления и молитвы к создателям. Не обошлось и без негативных. Даже слух об их связи с Франциском проскочил в сеть, но их были единицы.
Установив камеру, она наконец дала общественности знать о своем состоянии. Эфир вышел теплым, девушка отвечала на вопросы людей, которые следили за ней всю её карьеру, и даже новых поклонников, которые ждали её восстановления и появления на сцене, чтобы увидеть всё вживую.
Вера чувствовала, как жизнь возвращается к ней снова. Улыбка вернулась на хмурое лицо, что заметили все. Как она и думала, театр лишь выдохнул, позабыв о своем закрытии. Ни один из друзей ничего ей не написал, однако кое-кто дал о себе знать.
Через день после её эфира на пороге дома появилась её вечная конкурентка, Ева Ланкас. Единственная, переживавшая о ней всё время.
-Если честно, тебя точно не ожидала видеть сейчас.
-Просто хотела вживую увидеть, что ты действительно жива, и... Мне жаль, Вера.
-Жаль?
Ева кивнула, отводя взгляд и сжимая кулаки до предела.
-Я всю жизнь тебе завидовала. Считала тебя единственным конкурентом. У тебя было всё: семья, ходящая на все твои премьеры, а не родители, презирающие, как у меня, и лишь говорящие, что балет - бесполезная трата времени. Было внимание хореографов, на выпускном именно ты играла главную роль. У тебя были деньги, куча поклонников - всё то, чего не было у меня. Даже когда тебе дали Жизель, я завидовала, пока не увидела, как ты танцуешь её... Невероятно сложная постановка, я бы в жизни даже половины не сделала! Я, наверное, единственная, кто ходил в театре и действительно переживал за тебя, а не за собственную шкуру! Мы никогда подругами не были, однако... На твоём месте мог оказаться я, да кто угодно!
Вера внимательно её слушала, не показывая шока на лице. Ева. Её вечная конкурентка, единственная пришла и не побоялась сказать всё в лицо. Вера лишь медленно подняла руки, тихо аплодируя.
-Это действительно... неожиданно, и я представляю, сколько силы воли у тебя, если ты решилась прийти сюда.
-Если ты сможешь, то... Прости за мое поведение, вела себя как ребенок, не поделивший с тобой песочницу.
-Я и не держала на тебя зла, Ева. Никогда даже мысли не было. Что ж, но сейчас я открыла тебе дорогу. Не знаю, буду ли когда-нибудь танцевать, но надеюсь, ты в любом случае станешь примой.
-Выздоравливай, Вера. Лично я буду очень ждать твоего появления в театре. Мы ведь с тобой еще не довели наш бой до конца.
Ева улыбнулась в ответ на тихий смех Веры, сопровождаемый кивком. На душе у девушек стало гораздо легче, их конфликт был завершен.
Правильные ли действия Вера совершила, или ей придется жалеть, предстояло только узнать. Но сердце подсказывало о правильности выбора, но камень с души так и не упал, создавая нехорошие, наводящие мысли.