12. Самый длинный день
В деревне, если не считать толпу поющих девушек, оказалось спокойно. Женщины собрали достаточно ягод и теперь занимались скотом, детьми и огородами. Риа тут же помчалась домой.
Ни мамы, ни Круза она в избе не застала. Зато Риа обнаружила на столе грязную посуду. Две лодочки. Нужно ведь было заниматься чем-то весь день, поэтому она решила заняться домохозяйством и наконец оказаться полезной. Риа взяла лодочки и вышла на улицу. Она направилась прямиком к крану. Он находился между домом, в котором жил Трюггви, и Костром, немного ближе ко второму. Его провели через зиму после того, как люди поселились здесь, через реку, что текла с вершины горы и пересекала её почти до самого подножия. Когда-то её часть служила ручейком около предыдущего дома Рии.
Она подошла к нему и стала накачивать воду, тщательно вымывая лодочки и вилки от жира. Самостоятельно качать кран и одновременно мыть посуду не представлялось таким сложным занятием, каким оказалось. Но, что могло остановить Рию? Она волновалась после встречи с незнакомцем, руки сжимали посуду сильнее, чем требовалось.
Она положила посуду на каменную плиту прямо под краном и стала его качать. Вода неохотно вытекала и падала тонкой струёй, не всегда попадая на лодочки. Между нажатиями на рычаг Риа натирала посуду тряпицей, взятой из дома. Вскоре, когда лодочки стали чистыми, Риа взяла её и отправилась домой. В нём, до сих пор, никто не объявился.
Риа поставила лодочки на стол, а сама спустилась к себе в комнату. Там она сняла с себя лук и колчан, набитый стрелами, и повесила их на стену. Сама девушка легла на кровать, перед этим положив сумку на пол, возле постели. После того, как Риа накачала воду, она очень устала. Ей требовался отдых. Интересно, как мама справляется с этим каждый день?
Немного полежав и поймав себя на мысли о сне, Риа рывком села, и, немедля, встала с постели.
– Никакого сна! – потребовала она сама от себя.
Даже за то короткое время, что она пролежала, ноющие мышцы перестали болеть так сильно, как прежде. Девушка поднялась с нижнего этажа и вышла из дома. Она осмотрелась: по деревне ходили только женщины. По-видимому, мужчины либо ещё не доделали свои дела, либо уже сидели по домам и похрапывали, укрывшись одеялом.
А мамы с братом так и не видать.
«Может, она сидит сейчас у Рататоск или помогает ей?» – размышляла Риа.
Чем стоять на месте, девушка решила проверить свою догадку и двинулась к дому, в котором жили Рататоск, Тайвос и Трюггви. По пути она встретила толпу поющих. Они проходили мимо и одаряли её весёлыми взглядами. Все предвкушали завтрашний день и начало праздника.
Среди поющих ходила и Эйлин. Риа подозвала её. Когда та подошла, она спросила:
– Ты не видела мою маму?
– А что, с ней что-то случилось? – спросила Эйлин, мигом взволновавшись на манер взрослых женщин. – Я не видела её с того момента, как мы собирали ягоды к завтрашнему дню.
Риа поблагодарила её и снова двинулась в своём направлении. Она постучалась в дверь нужного дома. В нём тоже никого не оказалось, ибо никто не открыл дверь.
Странно: когда Риа уходила из деревни, всё было прекрасно. Как только она вернулась, то сразу же обнаружила пропажу матери с братишкой. Её преследовало чувство тревоги. Где искать маму? Почему она ушла куда-то с Крузом и даже никого не предупредила?
«Хотя, я поступила точно также», – подумала Риа.
Может, Дэлл мстила своей дочери? Нет, она не могла обойтись с ней так жестоко и думать об этом не стоит.
«Кого-то она должна была предупредить. – Думала Риа. – Кому бы я сказала о своём уходе, будь я мамой?»
Мысль сразу же врезалась в сознание.
– Эйва! – нечаянно воскликнула Риа.
Риа помчалась к избе Эйвы. Подойдя ближе к дому, она услышала разговор:
– Не мели пшеницы! – заявила Дэлл.
Всё-таки, она здесь. Как хорошо, что не потерялась.
– Сама подумай! – заявила Эйва. – Она сможет. Она – единственная, у кого на уме нет лишних мыслей. Она лучше всех справилась бы с этим!
– Это огромная честь, Эйва, но, я вынуждена извиниться перед тобой, ведь мне противно и страшно принимать это предложение! – фыркнула Дэлл.
– А ты подумала о ней самой? – возгласила Эйва. Послышались шаги: кто-то из беседующих наворачивал круги по комнате. – Вдруг она хочет этого? Надо спросить у неё самой. Зря я решила рассказать тебе об этом первой. Должна была догадаться сразу предлагать девочке, а не тебе.
– Не приближайся к ней! – Дэлл стукнула кулаком по столу. – Я не смогу спать, зная, какая ей будет грозить опасность!
– О какой опасности идёт речь? – спросила Эйва. – Что в этом страшного? Может, ты утихомиришь свой пыл и начнёшь ясно мыслить?
Собеседницы помолчали. А щека, которой Риа прижималась к двери, заболела. Она отошла от избы на несколько шагов.
Теперь она не знала, что делать и о чём думать. Эйва чего-то хочет от неё самой, а мама настойчиво отказывается. Что она вообще может ей предложить?
Она обошла дом и стала прислушиваться теперь с задней части избы: не хотела, чтобы её застали за подслушиванием. Риа старалась задеть как можно меньше кустов и аккуратно обходить грядки Эйвы, чтобы не оставлять шума и следов.
Кто-то внутри дома громко плюхнулся на стул, а тот противно заскрипел. Сразу же послышались рыдания и всхлипы. Походу, плакала мама. Риа не знала, что же ей делать. С одной стороны, хотелось ворваться в избу и во всём разобраться, с другой – утешить маму, а с третьей, она понимала, что должна остаться незамеченной, дабы не упасть в глазах Эйвы.
Пока Риа думала, к ней незаметно подошёл Трюггви и дотронулся до плеча. Девушка вскрикнула от испуга, и лицо друга тут же встретилось с её, несущейся на всей скорости, рукой.
– Ой, прости! – спохватилась она, когда поняла, кто перед ней стоит.
«Нет-нет-нет, что я наделала!?»
– Сильно больно? – тут же спросила девушка.
– Что ты творишь?! – выругался Трюггви. – Больно, конечно! Ты мне чуть ли не кулаком врезала!
На его лице уже расплывалось красное пятно, которое в скором времени обещало стать синим. При чём, в самом скором времени.
– Прости меня, я... Я не знаю, что на меня нашло. Я так сильно испугалась! Столько всего произошло. – Риа сглотнула ком, подступивший к горлу.
– Вот и расскажешь, что произошло.
Они присели на землю, облокотившись спинами о стену избы, чтобы их не смогли разглядеть в окно. Трюггви положил свою голову на плечо подруге, а та пыталась утешить его. Она ощупывала пятно в форме своей ладони на лице пострадавшего друга. Почти белоснежная кожа словно румянцем покрылась.
– Ай! – вскрикнул он.
– Тише ты. – Попросила Риа.
– Извини уж, имею право! – запричитал Трюггви. – Что ты тут делаешь вообще?
– Вообще – подслушиваю. – Честно призналась девушка. У них почти не было секретов друг от друга. Почти. – А ты как тут оказался?
– Как я тут оказался, не так важно. Мы уже закончили свою работу. Шёл-шёл, да тебя нашёл, как в той сказке... – Ответил Трюггви, вспоминая что-то. – Зачем подслушиваешь? Кто там?
– Моя мама и Эйва. Они о чём-то спорят и часто меня упоминают. – Посвящала в курс дела друга Риа. – Сейчас мама почему-то плачет.
– Да уж. – Задумался парень. – И ты ничего не хочешь предпринять?
– А что я тут сделаю? – истерически усмехнулась Риа. – Драки там не было. Я точно всё слышала. Да и, тем более, Эйва гораздо добрее и справедливее практически всех, кого я знаю. Вряд ли она может чем-то навредить маме.
Как будто в подтверждение её слов из дома послышался голос Эйвы:
– Тише ты, тише. – Говорила она ласково. – Я ещё подумаю, но она подходит лучше всех. В этом нет ничего опасного.
– Ты права. – Согласилась Дэлл. Слышались её редкие всхлипывания, а голос её дрожал. – Знаешь, может я просто боюсь потерять и её. Риа так похожа на отца. Его с нами нет уже несколько лет, а я до сих пор вижу его во снах и не могу забыть о нём. Что бы я не делала. Мне кажется, что он не умер, не может ведь такого быть! Этому нет доказательств. Его труп не нашли.
«Его и не искали», – подумала Риа.
И Дэлл снова залилась слезами. Внутри дома послышались шаги, это Эйва подошла к Дэлл и стала гладить её по волнистым волосам. Травница протянула платок, которым Дэлл вытерла слёзы.
– Нам всем сложно принять то, что случилось. Это огромная потеря. – Говорила Эйва. – Но мы должны быть сильными. У тебя есть дочь и сынишка, мне не повезло так, как тебе. Мой возлюбленный погиб в совсем юном возрасте от кровавого кашля. К сожалению, никто не смог его вылечить, а я – полюбить другого. И теперь я считаю лекарское дело смыслом своей жизни. Его не смогли вылечить, так как тогдашняя травница была никудышной, будем честны. Моя мать не желала никому помогать. Была счастлива, что её избрала прошлая травница, это же такая честь, но и только. Сама она ничему не научилась, и мне пришлось разбираться с этим великим множеством трав самостоятельно. И теперь я хочу сделать верный выбор.
– Да, я понимаю... – согласилась Дэлл.
«Что же это получается?» – подумала Риа.
– Ты слышала? – спросил Трюггви. – Не значит ли это, что...
– Что я стану следующей травницей? – перебила его Риа.
– Именно! – Трюггви слабо толкнул её локтём в бок. – Подумай только, будешь лечить всех!
– Ага. – Отстранённо отозвалась Риа. На неё накатился приступ паники. Ведь это такая ответственность! Нельзя ошибиться в пропорциях, дать не те травы и опоздать. Этому ли она хочет посвятить всю свою жизнь?
– С тобой всё в порядке, а? – спросил Трюггви. – Выглядишь не очень.
– Я сомневаюсь в том, что смогу справиться с этим. Сам посуди, ты видишь меня в роли травницы?
– Почему нет. – Пожал плечами Трюггви.
– Думаешь, я справлюсь с этим? – один за другим она задавала вопросы, скорее для себя.
– Конечно. – Ответил друг.
– А вдруг нет?
– Не может быть. – Улыбнулся Трюггви.
– Но ведь на кону жизни людей! – выпалила Риа, совсем позабыв о том, что должна соблюдать тишину, и тут же закрыла рот ладонью.
В доме притихли, прислушиваясь к тому, что происходит на улице.
– Птица, наверное. – Махнула рукой Эйва и продолжила что-то рассказывать Дэлл.
