Духи Бесконечности

Кэти родилась в тот момент, когда часы начали отсчитывать первую минуту двадцать второго июня, однако в свидетельстве врачи написали: «21.06.2001». По сути, разница не велика, поэтому никто на этом не зацикливался, пока сама Кэти в пять лет не узнала, что из-за врачей она по гороскопу близнецы, хотя ей почему-то всегда хотелось быть раком. Поэтому, начиная с первого класса, Кэти всем подряд говорила, что день рождения у неё двадцать второго. Только взрослых, особенно ворчливую, хоть и любимую, бабулю было не переубедить.

Семейство Роннелов собралось за праздничным столом в воскресенье днём. Помимо привычного состава в виде родителей, Кайла и Аманды, и брата Мэтта тут были дедушки, бабушка и тётя с дядей с их настырными дочерями – двоюродным сёстрами Кэти.

Есть не хотелось. Вернее, хотелось, но особо было нечего. Макароны с рыбой она ещё кое-как проглотила, а вот всякие печёночные салаты, овощное рагу и холодец, которые мама приготовила больше для взрослых гостей, чем для именинницы-дочери, остались обделённые её вниманием.

Просидев из вежливости ещё несколько минут, она встала изо стола, выслушала череду восклицаний вроде: «Куда ты торопишься? Почему так мало покушала? Не стесняйся, это ведь твой день», вежливо отказалась от предложенной добавки и удалилась к себе в комнату. Мэтт, будучи хорошим братом, незамедлительно пошёл следом.

– Совсем они у тебя не едят, – посетовала за его спиной бабушка. – Совсем тощие, одни кости торчат. Кайл, ты вообще ими занимаешься? Я-то тебя вон каким мужчиной воспитала!

Мэтт тихо усмехнулся и аккуратно вошёл в комнату сестры. Кэти расположилась на полу в окружении подарочных упаковок.

– Помочь? – спросил он.

Кэти кивнула и прокатила по линолеуму вторую пару ножниц. Мэтт поймал их носком ноги, уселся в позе лотоса напротив и принялся распаковывать аккуратно завёрнутые в цветастую фольгу коробки, предварительно оглашая с бирки от кого подарок и с какими пожеланиями.

Через полчаса все подарки были вскрыты, по углам валялись помятые банты, раскромсанная бумага и пустые коробки. Среди подарков Кэти по-настоящему порадовалась только новому штативу для фотоаппарата от родителей. Они знали, что у старого ещё прошлым летом подкосилась ножка, из-за чего на фотках всё время «заваливался горизонт».

Дедушка с бабушкой, который также осведомлены увлечением внучки, но мало что в этом понимают, подарили ей коллажную рамку. Такой подарок Кэти тоже пришёл по душе – его можно было повесить над кроватью, заслонив практически всю стену, расковырянную давно минувшими одинокими и тоскливыми ночами, и заполнить её насыщенными, не столько краской, сколько воспоминаниями, фотографиями за последние месяцы. Другой дедушка подарил ей огромную мозаику на пять тысяч пазлов, а сёстры, не заморачиваясь с упаковкой, преподнесли ей набор с косметикой прямо в магазинной коробке. Они до сих пор считали Кэти скромной замухрышкой, пока не увидели её новый имидж и, мягко говоря, не офигели. Сейчас они продолжали сидеть за столом, изображая из себя взрослых, хотя никому до них не было дела.

– Может, мозаику пока пособираем? – неуверенно предложил Мэтт, не зная, чем ещё поднять настроение сестре. Хоть от подарков и появилась счастливая улыбка, глаза всё равно выдавали скуку. Кэти неопределённо пожала плечами, а сама уже потянулась за коробкой. Пока она высыпала детальки и переворачивала пазлы картинкой верх, Мэтт скачал какой-то фильм на ноутбук и поставил его на стол.

Фильм кончился через два часа, и за это время они смогли собрать только рамку и ещё небольшие кусочки. Вообще по размерам они были с раскрытую ладонь, но, судя по готовой картинке, это были только маленькие обрывки от целого.

Включать второй фильм они не стали, потому что с кухни донесли звон посуды и грохот ящиков, а потом – смех и пьяные переговоры взрослых в прихожей. Спохватившись у самого входа, некоторые из них прямо в обуви заходили в комнату Кэти и перед прощанием желали всякой ерунды. Когда гости наконец разошлись, Кэти устало произнесла:

– Давай завтра дособираем.

– Угу.

Мэтт помог ей убрать неиспользованные детали, а собранные кусочки аккуратно перенести на стол. После этого они прошли на кухню, где попили чай с тортом, и отправились каждый к себе.

Утром в квартире Кэти никого не застала. Мама уже умчала в своё агентство, а отец – в отделение, и даже Мэтт куда-то испарился. От нечего делать, Кэти вернулась в постель и лениво повалялась ещё полчасика, просматривая обновления в соцсетях, а потом потянулась и пошла принимать горячую ванну.

Сегодня она должна была встретиться с Эдом, а перед ним она привыкла блистать красотой, боясь, что иначе он перейдёт на какую-нибудь дешёвку из элиты. О таком всегда переживаешь, когда встречаешься с популярным парнем, который, к тому же, ещё и старше тебя на четыре, вернее, уже три года. Эд каждый день зависал на шумных тусовках и вечеринках, где нередко присутствовали самые красивые девушки города и даже алкоголь. Она боялась его потерять, потому что отлично помнила, что и их отношения начались в один из таких дней: тогда они с Мэттом и Эльмией зашли после баскетбольного матча в кафе, где их встретил Эд и пригласил присоединиться. Эльмия и Мэтт отказались, отправившись на утёс, а Кэти присоединилась к команде. Сперва она чувствовала себя не очень удобно среди взрослых парней и их девушек, но Эд позволил ей раскачаться. А потом они отправились к одному из друзей домой, Кэти поволоклась следом, стесняясь спасовать, хотя уйди она тогда – никто бы и не заметил. Ребята шумели, пили, веселились и развлекались, в общем, праздновали победу в матче. Только Кэти уткнулась в угол кресла, одиноко попивая какой-то странный сок. Она бы, наверное, провела так весь вечер, пока ей бы не позвонили родители, но к ней подошёл слегка перебравший Эд. Сначала он просто с ней поболтал, потом вытащил танцевать, потом они поиграли в баскетбол на приставке (как будто реального им не хватает), где Кэти несколько раз обставила Эда, хоть она и давила на кнопки джойстика, не разбираюсь в управлении. Всё-таки он тогда ей подыграл – она не сомневалась. Это её и поразило, ведь Мэтт любил обставить сестру в любой подвернувшейся ситуации, а она с детства ровняла всех парней по нему. Но вот все её стереотипы о мужском поле рухнули, и она взглянула на Эда новым взглядом. Это было не что-то вроде «я никогда не замечала, что ты не такой, как все», потому что Кэти даже не знала, что значит «как все». Он сам выделился перед ней из всей толпы, и она прониклась к нему неизведанными чувствами. А потом они вдруг поцеловались, и... Кэти была готова, что на этом всё кончится, что завтра Эд проснётся трезвым, забудет о том, что она вообще была на этой вечеринке, но нет – он написал ей, потом пару раз пригласил гулять, и вместе с четвёртой четвертью у них начались настоящие отношения.

И вот она боялась, что когда-нибудь Эд, будучи не совсем в себе, также подойдёт к какой-нибудь замухрышке, которая займёт её место. Поэтому Кэти старалась на всех тусах быть рядом с Эдом и выглядеть на них не хуже других девушек.

Конечно же, подобные «мероприятия» ей не очень нравились, но разве она могла заставить его отказаться от любимой части жизни? Если бы она поставила перед ним выбор «либо я, либо друзья», он не повёл бы себя, как герой романтических драм, и расстался бы с ней, не моргнув и глазом.

Кэти так глубоко погрузилась в мысли и переживания, что подушечки её пальцев уже давно сморщились и стали похожи на сморчки. Она вылезла из ванны, спустила воду, высушила волосы и пошла краситься. Когда и макияж, и наряд был готов, она взглянула на часы – до встречи с Эдом ещё оставалось несколько часов. И куда она только торопилась?

Решив заняться себя вчерашней мозаикой, Кэти услышала звук открывающейся двери. Ключ сделал один оборот, потом застыл, а потом сделал второй, только в обратную сторону. Кэти нахмурилась и пошла проверить, в чём же дело. В это же время как раз раздался дверной звонок. Кэти посмотрела в глазок, но никого не увидела, а когда открыла дверь...

– С Днём рождения! – с подарком в одной руке и воздушными шариками в другой, Эльмия бросилась к подруге обниматься.

– Оу-у, – Кэти чуть не расплылась в лужице от умиления. – Это было неожиданно...

– Мы решили сделать тебе сюрприз, – произнёс Крис, появившись следом. Рядом с ним, закрыв за собой дверь, появился Мэтт:

– Я сказал Эльмии, что у тебя сдвиг на том, чтобы праздновать днюху на день позже...

– Поэтому поздравления приберегла на сегодня, – радостно сообщила Эльмия, протягивая ей и подарок, и шары.

– Ох, я правда не ожидала... – замешкалась Кэти, оглядываясь по сторонам. – Ты бы лучше предупредила, у нас, наверное, для стола не осталось ничего.

– А у нас всё с собой, – Крис убедительно потряс пакетами с двумя коробками пиццы и набором из японского ресторана.

– Ва-а-ай, спаси-ибо, – Кэти обняла Криса изо всех сил, хотя раньше она не питала особых чувств к этому парню, считая его преградой для отношений Мэтта и Эльмии, о которых она сама мечтала больше, чем какая-либо из сторон.

Вскоре они расселись прямо на полу в гостиной по кругу, а открытые коробки с пиццами и роллами положили в центр. И вот комнату заполнили весёлые разговоры и смех. Впервые за последние месяцы Кэти сидела рядом со старыми друзьями безо всякого стеснения. Когда они не только спокойно восприняли новость об её отношениях с Эдом, но и поддержали их, напряжение между ними спало. Будь здесь Сабрина, Гвен или даже Рани, она бы не стала на них злобно коситься, а с удовольствием бы с ними поболтала.

Три часа пролетели совсем незаметно. Кэти обратила внимание на время, только когда на телефон пришло СМС от Эда: «Котюнь, ты где? Иду к твоему подъезду».

– Вот же... ох, – вырвалось у неё против воли.

– Что там? – спросил Мэтт, дожёвывая последний кусок остывшей пиццы.

– Слушайте... Вы не обидитесь, если я вас тут кину? – спросила Кэти, не поднимая со стыда глаз. – Просто меня там...

– Да ничего страшного, – махнула рукой Эльмия. – Если наш сюрприз помешал твоим планам, можешь не извиняться.

– Оу, спасибо! – Кэти завизжала от восторга, по очереди обняла всех друзей и, собрав сумку, бросилась в подъезд. Пока лифт медленно ехал вниз, она сто раз поправила причёску перед зеркалом. Когда она уже нажала на кнопку домофона, дверь неожиданно раскрылась снаружи. В подъезд влетел свежей воздух с примесью какого-то неприятного запашка.

– О-о-о, котик! – Эд споткнулся о порог, рухнул на Кэти и резко поцеловал. От него разило алкоголем, как и во время их первого поцелуя.

– Фу-у, ты что, пьяный? – с откровенной неприязнью в голосе спросила Кэти, поморщившись.

– Совсем немного, – по-дурачьи улыбнулся Эд и, наклонившись над Кэтиным ухом, прошептал: – Я пил за тебя, котёнок.

Кэти закашлялась от невыносимого запаха перегара, исходящего изо рта Эда.

– Тебе лучше уйти, – необычайно серьёзно проговорила Кэти, нежно отталкивая парня от себя.

– Эй, так и будете там стенки обтирать? – внезапно по стенам подъезда раздался гулкий голос Мэтта. – Заходите домой.

– Чёрт! – еле слышно прошипела Кэти. – Кто тебя только просил влезать?!

– Уже поднимаемся! – с довольной улыбкой прокричал Эд и, схватив девушку за запястье, потащил её в её же квартиру.

Пока они ехали в лифте, Эд заметил в зеркальном отражении букет, который он сжимал в руке.

– О! – поражённо воскликнул парень, будто цветы сами собой появились в его руке, и протянул их Кэти. – Это тебе.

Кэти, которая тоже не заметила букет из-за вспышки гнева, приятно удивилась. Она аккуратно приняла подарок обеими руками и зачарованно рассматривала четырнадцать белых лилий. Она не удержалась, чтобы воткнуться в букет лицом, и в носу защекотало от приятного цветочного аромата, перебившего подъездный смрад.

Из кабины Кэти вышла уже в хорошем расположении духа. Эд слабо держал её за руку и по-хозяйски повёл Кэти к приоткрытой двери её квартиры. Он уже несколько раз приходил сюда к Мэтту, поэтому хорошо знал, что и где находится.

Разувшись, Кэти пошла к себе в комнату, чтобы поставить цветы в вазу, а Эд направился в гостиную, где всё ещё сидели ребята.

– Ты не опоздал, чел, – ухмыльнулся Мэтт, приветственно стукнувшись с другом костяками пальцев, – мы уже всё сожрали.

– Да я и так уже нажрался, – промямлил Эд, прикладывая ладонь к горлу. – Слух, а попить есть чё? А то у меня сушняк страшенный.

Мэтт недовольно поджал губы, догадавшись о состоянии друга, и ушёл на кухню, ничего не сказав. Только когда он вернулся и протянул ему стакан с водой, тихо прошептал:

– Мне кажется, или тебе стоит свалить домой и отоспаться?

– У моей девушки так-то днюха.

– Вот именно. У неё праздник, а ты в таком состоянии припёрся. Я ж тебя знаю, щас натворишь дел, и всё настроение ей испортишь.

– Днюха у моей девушки, – с нажимом повторил Эд, вырывая стакан из сжатых пальцев Мэтта. – Так что я сам разберусь, как мне с ней проводить этот день.

– Она твоей девушкой стала пару месяцев назад, а моей сестрой – четырнадцать лет. Чувствуешь, кто тут в приоритете?

– Что происходит? – встревоженно спросила вошедшая Кэти, увидев опасную близость между Эдом и Мэттом.

– Всё норм, котик, – невозмутимо ответил Эд и залпом опустошил весь стакан. – Я вот думаю, может нам в кафешку сходить? Погода шикарная, а вы дома сидите.

– Вы как хотите, – неожиданно подал голос Крис, приподнимаясь с пола. – А мне домой пора.

Ничего не спрашивая и не упрашивая остаться, все отправились его провожать до лифта. На прощанье Крис пожал руки парням, обнялся с девушками, ещё раз поздравил Кэти и поехал вниз.

Ребята пошли в комнату Кэти, расселись на свободные места и стали думать, что делать дальше, перебирая возможные сценарии дальнейшего развития дня. Среди предложений мелькали кафешки, киношки, простая прогулка по городу или парку и даже поездка к утёсу на озеро (погода уже давно располагала к купанию, но из-за всех происшествий, которыми оборачивалась каждая вылазка, они уже давно перестали туда ездить). Все колебались между разными идеями, а Кэти и вовсе не могла определиться, хочет ли она вообще идти на улицу или стоит остаться дома.

Спустя полчаса рассуждений, Эльмии приспичило в туалет, и Мэтт решил её проводить. Когда они вышли из комнаты, Эд подвинулся к Кэти и сладким голосом прошептал ей в самое ухо:

– Слушай, а, может, отпустим их на улицу, а сами останемся тут, займёмся чем-нибудь интересненьким?

Он обвил её талию и начал нежно целовать в шею.

– Эд, прекрати, – Кэти отбросила его руки и отодвинулась, но парень не остановился. Сначала она просто отмахивалась, но с каждой попыткой парень становился всё напористее. Кэти стала всерьёз от него отбиваться, и Эд крепкой хваткой сцепил её руки, чтобы девушка не смогла вырваться. То ли от боли, то ли от страха Кэти заплакала и тщетные просьбы: «Эд, прекрати! Что ты делаешь? Мне же больно!», сменились на крики о помощи.

В комнату ворвался Мэтт. Он в два шага преодолел расстояние до дивана, резким рывком поднял Эда за грудки и с размаху врезал ему в глаз. От сильного удара Эд не устоял на ногах и, ударившись затылком о дверной косяк, сполз по стенке на пол.

– Что он хотел с тобой сделать? – рычащим голосом спросил Мэтт у сестры.

– Всё нормально, – как можно спокойнее ответила Кэти, вытирая размазавшуюся от слёз тушь. – Он немножко перебрал и не понимал, что творит.

Мэтта такая позиция не устроила. Он подошёл к распластанному на линолеуме телу и приподнял его над полом. Его злобный взгляд пронизывал Эда насквозь, что не предвещало ничего хорошего.

– Мэтт, не надо! – охрипшим голосом попросила Кэти.

Парень её послушался не сразу.

– Ещё раз тронешь мою сестру, я не посмотрю на то, что ты мне друг, и морду ещё так набью, понял? – процедил он и только после этого отшвырнул Эда от себя. – Сам уйдёшь или мне тебя по лестнице спустить?

Не проронив и слова, Эд на заплетающихся ногах, придерживая рукой ушибленный затылок, поплёлся в сторону выхода. В этот момент из туалета вышла Эльмия. По её настороженному лицу было понятно, что она всё слышала.

– Что произошло? – обеспокоенно спросила она у проходящего мимо Эда.

– Всё ок, мы прощались... Мне... пора.

И он вышел, громко захлопнув за собой дверь.

Эльмия перевела требовательный взгляд на Мэтта и, заметив всхлипывавшую Кэти, устремилась к подруге на выручку.

– Что произошло? – мягко повторила она свой вопрос.

– Всё нормально, – ответила Кэти, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Эд что-то сделал? – испуганно догадалась Эльмия.

– Нет, – раздражённо процедила Кэти. – Я сказала, что всё нормально.

От досады Эльмия поджала губы. Стоило ей отойти всего на пять минут, как вся праздничная атмосфера улетучилась. И ей ещё никто не хочет рассказывать о случившимся, будто и не она лучшая подруга именинницы. Может, стоит расспросить самого Эда?

– Я, наверное, тогда лучше тоже пойду, – шёпотом произнесла Эльмия, медленно поднимаясь. – Проведите остаток дня хорошо.

Она слабо улыбнулась на прощанье, вышла на лестничную площадку и быстро спустилась по лестнице. Однако оказалось, что торопиться было некуда. Эд только-только вышел из подъезда и теперь пытался прикурить, но безуспешно: то спичка ломалась, то огонёк погасал раньше, чем он успевал преподнести его к сигарете. Не выдержав, он швырнул так и незажжённую сигарету на асфальт и, пошатываясь, пошёл дальше.

– Эд! – крикнула ему в спину Эльмия, неторопливо подбегая. Тот обернулся лишь тогда, когда она оказалась совсем рядом. – Что у вас там произошло?

– Это тебя не касается, – гневно бросил он.

– Да вы сговорились, что ли?! – взъярилась Эльмия. – Мне никто не хочет рассказывать, а ведь Кэти – моя лучшая подруга, я имею право знать!

– Как хренового-то, – вместо ответа прогундявил Эд, оборачиваясь по сторонам. – Центр города, и ни одной лавочки, нормально вообще?

– Тебе что, плохо? – Эльмия обогнала Эда и впервые за последнее время взглянула ему в лицо. Под его глазом красовался свежий фингал. – Это Мэтт тебя ударил? – всполошилась она. – За что?

– За дело, – грубо ответил Эд, присаживаясь прямо на бордюр. – Я бы на его месте также поступил бы. Хороший пацан, не то, что я...

Он обхватил голову обеими руками и зажмурил глаза. Эльмия, смахнув с бордюра дорожную пыль, аккуратно присела рядом.

– А на каком месте оказался он? – без напора, чтобы не разозлить, спросила она, но ответа ей услышать так и не довелось – заиграла мелодия звонка телефона. Эльмия дёрнулась за своим, но потом вспомнила, что у неё стоит совсем другая.

– Неужели извиниться хочет? – напыщенным тоном проговорил Эд и кое-как вытащил из кармана джинсов айфон. – А, мама... Он на меня вообще забил походу... Чёрт!

Он откинулся назад и улёгся прямо на траву, убрав телефон обратно.

– Сильно ударил? – всё никак не унималась Эльмия.

– Мамка подлатает, она у меня спец в этом деле, – нечленораздельно пробубнил Эд.

– Врач, что ли? – поинтересовалась девочка, но её вновь прервал звонок, только уже другой – пришла SMS-ка.

Не поднимаясь, Эд ещё ленивее вытащил айфон из кармана, медленно поднёс его к лицу, практически не разлепляя глаз, поводил по экрану и нахмурился, пытаясь прочесть сообщение.

И его глаза расширились от ужаса.

– Что случилось? – вновь встревожилась Эльмия.

– Отец умер.

***

Весь оставшийся день прошёл в суматохе. Мать разъезжала по всему городу: то в морг, то в церковь, то в похоронное бюро. Эда с собой никуда не брала – сказала, не для него это зрелище. В итоге он остался дома в одиночестве. Ему не с кем было поделиться случившимся, не у кого было узнать, что и как произошло. Всё произошло Отца он теперь увидит только через три дня, перед похоронами.

Эд измывался, не зная, что делать. Хотел сходить в душ, чтобы очистить мысли, но только сильнее себя загнал. Хоть выветрил алкоголь и избавился от запаха перегара.

Эд не был близок с отцом: из-за своих тренировок по баскетболу и его постоянной работы, он редко с ним виделся. Но когда они проводили дни вместе... Это было незабываемо! Эд мог с лёгкостью вспомнить любой их совместный вечер, ведь все они чётко отпечатывались в памяти.

И всё же Эд переживал из-за того, что не успел сказать отцу напоследок важные слова...

Чувствуя себя абсолютно бесполезным и ненужным, Эд больше не мог оставаться на месте. Он собрал вещи и направился на отцовскую фабрику. По дороге думал о том, что теперь она перейдёт ему по наследству. Теперь он будет всем здесь заправлять и руководить. Раньше Эд всегда считал технику отца до смеха глупой – кто вообще покупает эти тряпичные куклы, набитые соломой? В детстве он мечтал: «Когда я стану директором фабрики, всё будет по-другому. Я буду делать самые крутые игрушки на свете, за выходом которых будут следить, как за айфонами, которые будут в рождественском списке у каждого ребёнка, за которыми в очередях будут стоять даже взрослые...» Но теперь... Теперь он понимал, что ничего не сможет изменить. В память отца он оставит производство прежним, и плевать, если доходы скатятся к нулю...

Его мысли прервались, когда он обнаружил, что пошёл из дома в противоположную фабрике сторону. Он вышел в город, и ноги сами принесли его к дому, возле которого пару часов назад ему пришла зловещая СМС-ка. Ему не хотелось сюда возвращаться, но сильнее ему не хотелось потерять ещё одного важного человека.

***

Кэти рыдала уже второй час. Она не двигалась, продолжая сидеть на краю своей кровати, закрыв лицо ладонями. Первое время Мэтт носился вокруг неё, пытаясь утешить, но чем больше он говорил ей, что всё будет хорошо, тем сильнее ей казалось, что дальше будет только хуже. Поэтому вскоре парню надоело крутиться возле своей сестры с парадоксальным мышлением, и он принялся за уборку в гостиной.

Через некоторое время, когда Кэти поняла, что её нюни больше никто не слушает, она затихла, шмыгнула носом и ушла к себе в комнату. Но одного взгляда в зеркало хватило, чтобы вновь выйти из себя.

– Всё! Хватит! Достало! – кричала она. Руки дрожали от гнева, а в глазах стояли слёзы. – Как же надоели эти клубы, элитные тусовки, прогулки по ночам! – она сдирала с себя одежду, пока тушь текла по щекам. – Шмотки! – она швырнула в угол новый, ещё с этикеткой, комплект одежды. – Каблуки! – коробка с туфлями полетела следом. – Косметика эта дебильная! – она разом смахнула баночки и тюбики со стола. Вместе с ними Кэти задела вазу. Та упала, разбившись на несколько крупных кусков, и цветы, подаренные Эдом, упали ей под ноги, приняв увядший вид.

Силы кончились, подогнулись ноги, и Кэти едва не упала коленями на осколки. Но Эд её подхватил.

– Видеть тебя больше не хочу! – Она откинулась ему кофту и стала долбить его кулаком по груди, даже не удивившись его появлению. – Зачем мы вообще только познакомились?!

Эд стоял исполином – молча и не двигаясь. Он ждал, пока она успокоится сама, ведь его попытки только сильнее её разозлили. Наконец, когда она утихла, и вместо удара кулаком последовал слабый шлепок ладони, он обнял её крепче, чем когда-либо, и тихо прошептал:

– Я люблю тебя.

– И я тебя, – призналасьКэти, окончательно тая в его объятьях.