Духи Бесконечности

Здание полиции Либерштадта была весьма своеобразной формы. Во-первых, с высоты птичьего полёта оно напоминало букву «Ш». Во-вторых, оно имело интересную ступенчатую конструкцию: три этажа возвышались друг над другом, словно порожки. По периметру выступающих площадок стояли декоративные зелёные деревья в единообразных глиняных горшках. С крыши торчали лопасти вертолёта. Поверхность здания оказалась полностью зеркально, и Эльмию испугала мысль о том, что это могут быть не стены, а окна-хамелеоны. Тогда получается, что их могут заметить все сотрудники полиции. И как здесь получится скрыться?

– Близко подходить нельзя, отец твои волосы сразу через окно заметит, – огласил он её опасения. – Может, ты нас телепортнёшь на крышу?

– Можно... – Эльмия нервно прикусила губу. – Но разве нам не нужны ключи? Или наша полиция так в себе уверена, что не боятся кражи вертолёта?

– Блин, точно ж, – Мэтт лупанул себя ладошкой по лбу. – Тогда... тогда... И что тогда?

Он ушёл в раздумья, Эльмия – следом, и вскоре в её голове родился рискованный, но весьма интригующий план.

– Придумала, – заговорщицки прошептала она, довольно улыбнувшись.

И, ни сказав больше ни слова... исчезла, оставив ошеломлённого Мэтта посреди улицы.

– И куда она телепортировалась? – от волнения он заговорил сам с собой.

Неожиданно он почувствовал, как кто-то тихо пошлёпал его по плечу.

– Я здесь, – раздался голос из пустоты.

Ничего не понимающий Мэтт удивлённо захлопал глазами.

– Решила попробовать стать невидимкой, – пояснил голос Эльмии. – Только теперь ничего не вижу...

– Это нормально? – обеспокоенно спросил Мэтт.

– Надеюсь, – неуверенно ответила Эльмия. – Тебе придётся меня вести, иначе грохнусь на полпути...

– Давай руку, – без замедлений сказал Мэтт, протягивая ладонь.

Управлять невидимой рукой оказалось не очень удобно – она будто дезориентировалась в пространстве. Эльмия шевельнула кистью и нечаянно коснулась ей груди Мэтта. Будь она видимой, от смущения по всему лицу разошлись бы красные, как рябина, пятна. Мэтт же сделал вид, что ничего не почувствовал, хотя внутри от этого прикосновение у него всё перевернулось.

Кое-как Эльмия всё-таки уложила в ладонь Мэтта свою.

– Что дальше? – спросила она.

– Я думал, ты мне скажешь, – Мэтт смотрел перед собой, но не был уверен, что Эльмия стоит именно там. – Для чего ты иначе невидимкой стала?

– Тогда такой план. Мы идём в кабинет твоего отца, ты с ним о чём-то поболтаешь там... В общем, будешь отвлекать, пока я не достану ключи. А потом...

– Как ты достанешь ключи, если даже руку мою найти не смогла...

– А-а, ну да, – Эльмия, разочарованная в собственном плане, тяжко вздохнула, но дух терять не стала. – Тогда я его чем-то отвлеку. Громыхну чем-нибудь, бумаги со стола скину. Пока он копаться будет, как раз ключи возьмёшь.

– Думаешь, всё так просто? Он же главный инспектор, а не аспирант какой-нибудь. С ним такие трюки могут не пройти.

– А могут пройти, – настойчиво произнесла Эльмия и потянула парня вперёд.

Всю дорогу они прошли молча, иначе охранники могли бы не пропустить Мэтта, говорящего с самим собой.

Вблизи здание полиции оказалось ещё больше и шикарнее, чем издали. Не зная, подумаешь, что музей модерна какой-то. Войдя внутрь, Эльмия вся разнервничалась, в висках долбило, да и ещё ладонь вспотела – как неудобно-то перед Мэттом! Сам же парень вёл себя спокойно и расслаблено, приветливо кивал охранникам, те здоровались с ним по имени, спрашивали про дела, будто не коллеги отца, а старые знакомые.

На третий этаж поднялись по лестнице, чтобы в лифте на Эльмию никто случайно не наступил, и вот там-то в крови Мэтта пробудился адреналин. Он стал испытывать некий кайф с мысли о том, что он вот-вот нарушат закон перед носом у отца. На его лице даже проявилась самодовольная улыбка. Какое счастье, что Эльмия не могла этого увидеть.

Постучав в стальную дверь с золотистой табличкой «Главный инспектор Кайл Роннел», Мэтт сразу вошёл в кабинет.

– Во... – хотел было ответить Кайл, но, увидев открывшуюся дверь, поднял глаза и удивлённо изогнул брови. – Мэтт? Что ты тут делаешь?

– Да-а, – он махнул рукой, забыв, что сжимает невидимую ладонь Эльмии, и-за чего случайно выпустил её. – Со скуки зашёл.

– Я думал, ты все каникулы гулять будешь. – Кайл отложил в сторону ручку, сложил в аккуратную стопку бумаги, положил на них руки со сцепленными пальцами и внимательно уставился на сына. – А то жалуешься всё время, что из-за школы отдыхать некогда.

– Да Кэт куда-то смылась, Эд говорит, что всё время приходится у отца на фабрике торчать.

– И ты тоже решил навестить старичка? – дружелюбно усмехнулся мистер Роннел. – Долго мух приглашать будешь? Закрывай уже дверь и садись.

Мэтт осторожно, чтобы случайно ничего не прищемить Эльмии, прикрыл дверь и уселся на стул напротив мистера Роннела. На глаза ему моментально бросился небольшой шкафчик, висящий за спиной отца. В нём был гвоздик, специально предназначенный для ключа. Но самого ключа не было. Засада.

– Ну рассказывай...

– Что? – испуганно спросил Мэтт, сбившись с мысли и забыв, где он находится.

– Что-нибудь...

– Да не... Я пойду... Наверное.

Кайл с тревогой в глазах взглянул на сына.

– С тобой точно всё в порядке?

– Угу. Да. Пока, – обрывками произнёс Мэтт и, поспешно выйдя в коридор, облокотился спиной об стенку.

– Две-ерь, – протянул из кабинета мистер Роннел.

– Ага!

Мэтт отсчитал пять секунд, чтобы Эльмия точно успела выйти, и хлопнул дверью.

– Дерьмо! – прошипел он.

– В чём дело? – послышался знакомый девичий голос.

– Ключи не у него походу, – прошептал он, чтобы никто не услышал. Но внезапно по всему коридору раздалось эхо от звона ключей, и небольшая связка появилась в миллиметре от носа Мэтта. От неожиданности парень дёрнулся назад и стукнулся об стенку головой.

– Ой, извини! – поспешила сказать Эльмия. – Я думала, что стою дальше от тебя.

– Всё нормально... Откуда ты их взяла?

– Из шкафчика у окна. Я их сразу увидела и к ним подошла. Подождала, пока ты дверью хлопнешь, чтобы не было слышно, как я шкаф открываю. А ты такой осторожный оказался... Ну, неважно. Всё равно достала.

– Вау, – только и смог выдавить из себя потрясённый Мэтт. Нервы его успокоились, и он спокойно выдохнул. – Тогда теперь пошли на крышу!

– За руку меня возьми!

– А, точно!

На этот раз Мэтт не стал ждать, пока Эльмия его сто раз облапает, прежде чем наткнётся на его руку, а резко, сориентировавшись по ключам, висящим в воздухе, схватил за запястье и поволок, подобно сестре, в другое крыло.

Теперь, приближаясь к заветной цели, оба чувствовали, как энергия заряжает их тела, а адреналин натягивает на лица широкие улыбки. Они шли быстрым шагом, будто боясь опоздать, но замедлялись, как только в коридоре оказывался кто-то из служащих. Вскоре они добрались до невысокой железной лестницы, ведущей к закрытому люку.

– Чёрт! – в который раз за день выругался Мэтт.

– Что там?

– Замок висит.

Он запустил пальцы в волосы и уставился в пол, обдумывая дальнейшие действия. Спустя минуту он, наконец спросил:

– А как ты заметила шкаф, если ты ничего не видишь?

Эльмия нарочито громко хмыкнула.

Дело в том, что пока они шли к участку, девочка вспомнила то, о чём мистер Дейнайт говорил о невидимости на предпоследнем уроке мифологии: «Стать невидимкой сложно, но можно. Дело в том, что все предметы отражают свет, благодаря чему и видимы для нас. Чтобы сделать предмет невидимым, его, так назовём, структуру придётся... как бы вывернуть наизнанку. Не примите мои слова буквально, иначе реально сделаете с бедной вещью нечто безобразное... Так вот, вам нужно перестроить структура предмета так, чтобы она поглощала свет. Таким же образом можно обратиться невидимкой и самому. Но! Один нюанс: подобным образом вы ослепните. Человеческий глаз видит за счёт того, что на хрусталике свет преломляется и поглощается глазным дном. Если глаза станут невидимыми, свет будет проходить сквозь них, и человек не сможет ничего увидеть. Поэтому, становясь невидимками, оставьте глаза в покое». Эту небольшую лекцию Эльмия специально запомнила дословно. Жаль только не смогла вовремя её вспомнить.

Когда Мэтт и Эльмия уже зашли в кабинет мистера Роннела, девочка одним желанием вернула себе глаза, а вместе с ним и зрение. Выйдя в коридор, она опять их спрятала, но Мэтту решила показать:

– Вот так!

Парень поднял глаза в сторону голоса и едва сдержался, чтобы не засмеяться на всё отделение: Эльмия не стала возвращать видимость всему глазному шару, только зрачки и радужки. Два коричневых кружка с чёрными пятнышками внутри, зависшие в воздухе, смотрелись очень комично.

– Мда уж, – выдохнул он, приводя себя в покой, хотя смеяться ещё хотелось.

– Так что, лезем?

– Закрыто ведь.

– Уже нет.

– Что? – нахмурился Мэтт и посмотрел в сторону люка, прямо сквозь Эльмию. Замка и правда больше не было. – Даже знать, не хочу, как ты это сделала, – он насмешливо закатил глаза, поднялся на ноги, отряхнул джинсы и полез по лестнице. Дверь люка оказалась не очень лёгкой, но годы тренировок не прошли бесследно, и через пару мгновений та тихо скрипнула и поддалась. Он вылез на крышу, осмотрелся по сторонам и дал себе секунду, чтобы насладиться свежим воздухом, а затем опустился на одно колено, протягивая руку вниз.

– Поднимайся, я тебе помогу.

– Да я здесь уже, – буркнула Эльмия за спиной.

Мэтт обернулся и увидел в воздухе два парящих кружка. Рассердившись, он только цокнул языком. Не понятно, чем все эти Эльмины фокусы веселили Кэти, Мэтта они всё больше раздражали. Складывалось впечатление, что девочка просто перед ним выпендривается.

Но вот он опять поднялся, отряхнулся, посмотрел в пронзительную голубизну неба, и на душе стало как-то легко, будто он вот-вот взлетит. Впрочем, реально взлетит, только на вертолёте.

Обернувшись, он увидел мощный агрегат бело-сине-красной окраски со значком Либерштадтской полиции. Не тратя больше время, он двинулся прямо к нему.

– Давай ключи.

Он поймал связку на ходу, разблокировал дверь и с невероятным удовольствием залез в кабину. Как здесь было уютно! Кресло такое мягкое, тело в него прямо и проваливается. А многочисленные значки и кнопки так красиво мигали различными цветами...

– Чтоб меня!

– Да что ты весь день ругаешься? – спросила Эльмия, пролезая в кабину с другой стороны.

– Меня отец на другом катал!

– И что теперь?

– Да как что?! Это же модель другая. Новая, усовершенствованная. Фиг знает, как ей управлять.

– Ох, блин...

– Вот и я про тоже!

Они вновь замолчали, обдумывая возникшую ситуацию, пока на глаза Эльмии не попалась весьма интересная надпись.

– «Автопилот», – прочитала она.

– Что? – удивился Мэтт, не сразу вернувшийся к реальности.

– Вот, смотри.

– О, круто! Это ж можно тупо маршрут построить. Супер!

Неожиданно Эльмии положила руку на колено Мэтта и, через непосредственный контакт их молекул, о котором говорил мистер Дейнайт, сделала его невидимым, оставив только зелёные радужки и зрачки. Это выглядело и вправду очень смешно, поэтому Эльмия не сдержалась и громко фыркнула.

– Ч-ч-ч! – шикнул вдруг Мэтт. – Нас не видят, но хорошо слышат.

Эльмия согласно кивнула. Этого, конечно, было невидно, но Мэтт всё понял по движению коричневых кружков.

Основательно всё осмотрев, Мэтт кивнул, дал себе пару секунд, чтобы собраться с силами, и начал подъём. Он оказался прав: слышать их не перестали – звуки лопастей вертолёта были громче, чем хотелось. Эльмия попыталась создать какой-нибудь звуковой барьер, но от накатившего волнения и неопытности не смогла. Впрочем, Мэтт на неё и не надеялся. Он только ускорил свои телодвижения, чудом не промахиваясь невидимыми пальцами по нужным кнопкам, чтобы убраться отсюда, пока кто-нибудь не ворвался на крышу и не грохнулся в обморок от увиденной (или не очень) чертовщины.

Набрав высоту, Мэтт перевёл дыхание. Самое сложное было выполнено, оставалось за малым: он указал координаты (не зря же пятёрка в четверти по географии), и вертолёт сам направился в нужном направлении.

Спустя пару минут они уже вылетели за город. Мэтт наконец нормально вздохнул, у Эльмии отлегло от сердца. Она сделала невидимым и самолёт; ушло много сил, но безопасность превыше всего. Правда, теперь она тряслась от того, что висит в воздухе безо всякой видимо опоры. Конечно, любоваться пейзажами так было гораздо удобнее – можно увидеть абсолютно всё. Но страх случайно выпасть никак её не покидал. И ладно если упадёт она сама – у неё есть способность к левитации. А Мэтт? Пока она заметит, как он вывалился, да выберется из этого сидения, да наберётся храбрости прыгнуть, он уже разобьётся в лепёшку, причём в нескольких метрах от того места, где вертолёт уже будет нести Эльмию.

– Мы слишком далеко зашли, – качая головой, проронила она.

– Да, – не стал отпираться Мэтт, уже представляя, что с ним сделает отец, если обо всём узнает. – Надеюсь, это того стоит.

После этих слов оба замолчали, наслаждаясь красотой пейзажей с высоты птичьего полёта, пока Эльмия не разглядела под собой какой-то городок. Он был примерно одного размера с Либерштадтат, но выглядел, как большая деревня: практически все дома в нём были одно– и двухэтажные, особых достопримечательностей видно не было, да и погодка подкачала – асфальт виднелся только с центральной площади, всё остальное замело снегом, и даже тротуары покрывались льдом.

– Что это за город такой? – поинтересовалась Эльмия, вглядываясь в разноцветные крыши приземистых домиков.

Мэтт обвёл взглядом землю и вновь блеснул своими знаниями в географии:

– Похоже на Гласбург.

– О, кажется, Крис отсюда родом, – обрадовалась она приятному совпадению. – Надо сфоткать и ему показать.

Она зашарила невидимыми руками по невидимым карманам, чтобы достать невидимый телефон и...

– Ой, он упал!

– Кто?

– Телефон!

– С чего ты решила?

– Ну, карман пустой!

– Ты уверена, что ты в карман залезла?

Эльмия пожала плечами, что, конечно, было не видно, и опять завозилась.

– Я вообще не понимаю, ни где мои руки, ни где всё остальное!

– Ты только поменьше маши, а то ещё нажмёшь куда-нибудь! – приструнил её Мэтт.

Эльмия отчаянно вздохнула, и в следующую секунду прямо в воздухе проявились пять маленьких ноготков, а вслед за ними – карман джинсов. От столь странной картины у Мэтта глаза даже расширились. Но вот, ориентируясь благодаря видимым ногтям, Эльмия выудила телефон, сделала несколько снимков, включая панорамный режим, и даже успела записать небольшое видео. Сделав дело, она убрала всё на место и вновь сделала невидимым всё, кроме глаз.

– Может, уже нет смысла таиться? – пожаловалась она. – Я устала так «висеть» в пустоте.

– Ага, чтобы потом нас на границе поймали и арестовали за попытку вторжения? – отчего-то слишком строго ответил Мэтт. – Потерпишь.

Эльмия замолчала, слегка обидевшись, и весь оставшийся путь они провели в гнетущим молчании.

Города сменялись полями, поля – городами, а потом перед ними на несколько километров растянулась водная гладь. И только тогда Мэтт с задоринкой в голосе сказал:

– Теперь точно. Слишкомдалеко зашли.