Ты мне нравишься. Часть 4
Отыскав в шкафу вещи, которые меня более или менее устроили, направляюсь с ними прямиком в ванную комнату и тут же сталкиваюсь с проблемой. Там оказывается темно, словно в погребе. Окон внутри помещения нет. Мрак разбавляет лишь свет из спальни, блекло очерчивающий силуэты предметов. Но не оставлять же мне дверь открытой.
С досадой оборачиваюсь, чтобы все-таки побеспокоить Алана и спросить совета, как вдруг взгляд цепляется за светлое пятно на стене рядом с дверной рамой. Пятно оказывается небольшой квадратной клавишей в обрамлении. Точно! Такой же Алан воспользовался, когда мы вошли в дом!
Нажатие сопровождается клацающим звуком, и умывальня озаряется ярким светом с потолка. Мысленно восхищаюсь устройством освещения и торжествующе прохожу внутрь. Тихонько закрываю за собой дверь, поворачиваю уже знакомую защелку и на всякий случай дергаю ручку, проверяя замок. Только после этого осматриваюсь.
Взгляд сразу падает на полку из металлических прутьев, нагруженную полотенцами, с крючками снизу. Недолго думая, освобождаю руки от одежды, распределяя вещи по крючкам. Затем переключаю внимание на остальное пространство, пытаясь разобраться, как здесь все устроено.
Некоторое время я изучаю емкости с густыми жидкостями, пахнущими словно океан или снежные горы. Выбрав аромат горного воздуха, выдавливаю каплю белого цвета и протираю ее меж пальцев. Субстанция размазывается, оставляя мерцающий след на коже. Прикоснувшись языком к кончику пальца, окончательно убеждаюсь, что имею дело с местным мылом. Что ж, с этим все ясно.
Отставив флакон в сторону, перехожу к следующей части. Нигде в Севриде я не встречала похожих ванных комнат. Идея попросить хозяина дома объяснить мне, как тут все устроено, кажется хорошей в теории и совсем несвоевременной на практике. Впрочем, думаю, что способна разобраться во всем сама.
И не ошибаюсь. Покрутив разные рычажки, я быстро понимаю, как подается вода и регулируется температура. А водопад, хлынувший из широкого диска у потолка, приводит меня в настоящий восторг, и вся эта система кажется невероятной.
«Смотрю, ты прекрасно осваиваешься в новом мире», — вдруг слышу у себя в голове.
По телу пробегает ласковая согревающая волна. Я улыбаюсь.
«Фо! Рада, что ты вернулся!»
«Извини, что не сразу. Потребовалось слишком много сил для твоего восстановления. Не будь такой безрассудной в будущем».
Даже если Фо сейчас вздумает почитать мне нотации, я не против. У меня давно не было возможности насладиться теплом его мыслей, так что пусть ворчит.
«Не вмешайся я, этот птенчик никогда бы уже не расправил своих крыльев, — мягко отвечаю внутреннему собеседнику. — Кроме того, думаю, его кровь тебе здорово помогла, а заодно подтвердила мои догадки!»
«Безусловно помогла. Но тебе не стоило вступать в бой в одиночку. Будь осторожнее, Клеа. Ты не бессмертна», — мысли Фо звучат в моей голове беспристрастно, но все равно заставляют почувствовать себя виноватой.
«Знаю я. Но у меня не было времени на раздумья», — посылаю ему ответ, обволакивая слова теплом.
Фо больше не отчитывает меня, и я с облегчением беру паузу в беседе, вернувшись к своей недавней цели. Снимаю с себя одежду и, оставив ее на полу, забираюсь в ванну.
На самом деле я немного лукавлю. У меня была возможность перевоплотиться в человека, ведь я начала наблюдать за этой парочкой еще до появления литарды. Однако стоило Алану пустить в ход свои силы, и я решила, что он просто непутевый маг. А к ним я симпатии не испытываю, и спасать невезучего колдуна совсем не планировала. Разве могла я предположить, что феникс Бринстока окажется мужчиной, да еще таким беспомощным? И все же засомневалась, когда увидела взгляд, полный огня.
«Видел его глаза? — интересуюсь я, подбирая комфортную температуру воды. — Пустые, как у кролика».
«Возможно искра в нем еще не вспыхнула. Хочешь помочь ему пробудиться?»
Я с удовольствием массирую голову, блаженно прикрывая веки и вдыхая мыльный аромат. Вчера мной двигали своего рода одержимость узнать суть одаренного паренька и личная ненависть к противнику. Но я и правда еще не задумывалась, какой дорогой следовать дальше.
«А знаешь, это может оказаться увлекательным. Тем более, что у нас и так нет никаких планов. Как считаешь?»
«Решать тебе».
Неторопливо смываю пену, обдумывая идею остаться здесь. Когда я шла в Бринсток, моей единственной целью было спастись. Я и подумать не могла, что столкнусь с фениксом, да еще так неожиданно быстро. Но приведет ли решение остаться с ним рядом к чему-то хорошему? Или же я вовсе не назову эту встречу везением в будущем?
Кстати, о везении.
«Фо, та литарда была бесхвостой. Нам так или иначе пришлось бы разбираться с ней, ведь она наверняка шла за мной, но немного сбилась с цели».
«Поэтому и прошу быть осторожнее. Вчера вас удачно перепутали. Но напади она на тебя в открытую, этого разговора могло бы уже не случиться».
В глубокой задумчивости намыливаю и растираю тело. Фо прав, без его поддержки, пришлось бы несладко. Появление Алана дало мне в руки настоящий козырь. В ином случае ищейка не позволила бы так просто вцепиться в свое горло. Литарды быстры и безжалостны, они отличные охотники и практически лишены слабых мест. Идеальное живое оружие. И раз такого зверя отправили за мной, отец был прав — меня боятся и хотят убить.
Я выключаю воду, стягиваю полотенце с полки и выбираюсь из ванны. Надев мягкие брюки, завязываю их на талии и подгибаю слишком длинные штанины. Затем облачаюсь в сорочку, похожую на ту, что сейчас на Алане. Пропахшее одеяние оставляю на одном из крючков и выхожу в комнату. Алан никак не реагирует на звуки двери и моих шагов. Спит. Так и остался лежать на спине, только рука сползла наверх, потянув волосы и открыв лоб. Сейчас его сон кажется спокойным.
Так же безмятежно и ровно вокруг него струятся потоки энергии феникса. Я не могла ощутить и увидеть их будучи волком, но приметила сразу, едва обратилась в человека. Да и как не заметить такую мощную ауру? Прятать силы Алан или не умеет, или не считает нужным и намеренно демонстрирует свой завидный резерв. Как бы то ни было, с прискорбием должна признать: потенциал у этого птенчика куда больше возможностей Фо.
Уныло смотрю на умиротворенный вид парня и вдруг серьезно задумываюсь, а не приютиться ли где-нибудь сбоку? Так хочется укрыться в его ласковой энергии, чтобы хоть как-то приглушить нахлынувшее чувство одиночества.
Вот только Алан наверняка истолкует все неправильно и опошлит мою внезапную тоску по живому теплу. Поэтому я отгоняю прочь свою минутную слабость: нет смысла сожалеть о том, чего уже не исправить. Тихо выхожу из комнаты и медленно окидываю взглядом кухню.
Что же мне делать, пока он спит?
***
Просыпаюсь от звонка мобильного и, разлепив сонные глаза, встречаюсь с полумраком комнаты. Выходит, я проспал весь день. Зато теперь чувствую себя куда лучше, чем после прошлого пробуждения. Телефон продолжает назойливо дребезжать на поверхности стола. Перекатившись на кровати, я тянусь за ним, а затем, прислонив экран к уху, снова откидываюсь на спину.
— Алло.
— Почему так долго? Я уже начала волноваться! — с ходу ворчит Лили. Похоже, она уже пришла в себя.
— Я спал.
— Разбудила, да? — виновато спрашивает подруга.
— Нестрашно. Давно пора было встать, — отвечаю ей, вспоминая про свою гостью, которая больше меня не тревожила. Интересно, Клеа все еще ждет или уже давно покинула мой дом?
— Ты не болен? Может, стоило поехать в больницу? Просто уже вечер, а от тебя нет никаких вестей...
— Лил, все в порядке. Я лег только под утро, вот и проспал весь день, — спешу успокоить девушку. — Ты сама как?
— Мне тоже плохо спалось, кошмары снились, — печально отвечает Лили.
— Понимаю...
Провожу рукой по волосам, сгребая пряди со лба, и держу их так в отстраненной задумчивости. После всего пережитого неудивительно, что Лил одолевали жуткие сны. Я и сам готовился к отдыху, наполненному обрывками минувшего дня. Однако подсознание сочло градус моего душевного накала недостаточно высоким, и после краткого напоминания о монстре, беспощадно погрузило в свой персональный ад.
Вот уже несколько лет мне не дает покоя один и тот же кошмар. Сначала он приходил почти каждую ночь, мучил и истощал меня морально. Теперь мне счастливится не видеть его неделями, а то и целый месяц. Но сон неизбежно возвращается. Яркими красками, звуками, даже запахами и ощущениями он каждый раз безжалостно воссоздает прошлое и бесцеремонно окунает в точно вычерченное во всех деталях воспоминание. Воспоминание, которое я так не хочу помнить, но не имею возможности забыть, — день, когда глава семейства Церрада покинул мир живых...
— Но сейчас уже все хорошо, — бодро заверяет девичий голос в трубке. — Ты знаешь, мы теперь знаменитости.
— В каком смысле? — напрягаюсь я, мгновенно отогнав тягостные мысли.
— По новостным каналам весь день трещат про того зверя. Там фигурируют наши имена, говорят, что ребята, то есть мы, могут считать эту дату вторым днем рождения.
— Вот как...
Новость меня не радует. Не люблю лишнего внимания. Надеюсь, никому в голову не придет брать у меня интервью или что-то вроде того.
— Да, а еще в сети выложили несколько видео, где зверь прыгает на нас, а потом на него вылетает волк и заставляет корчиться эту тварь в конвульсиях. Представляешь, он спрыгнул с крыши прямо над нами. Представляешь, как нам повезло! — воодушевленно тараторит Лили. — В темноте не разобрать деталей, но у нашего спасителя уже целая фан-база собралась. Кто-то даже уверяет, что видел волка в городе. И прозвище ему дали — Сумеречный страж.
— Поня-а-тно, — тяну я, прикидывая насколько Клеа подходит это звание. По мне, так она скорее охотник, чем страж, хотя какая разница. Есть кое-что, что волнует меня немного больше: не попало ли в ролики пламя? Вероятность мала, но сам факт ее существования не дает мне спокойно лежать, и я сажусь.
— По поводу этих видео...
— Не волнуйся. Думаю, никто не знает, — Лили сразу понимает, что именно меня тревожит, ее голос звучит ободряюще. — По крайней мере я не встречала никаких упоминаний о фаер-шоу. Вот если бы ты на крыльце отбиваться начал, точно возникли бы вопросы.
— Да уж, — облегченно потираю рукой затылок, а потом серьезно спрашиваю: — Томас говорил что-нибудь об этой твари?
— Нет. Он не знает, что это за существо, и поэтому немного взволнован, — тон Лили полон тревоги. — Папа считает, что зверь из другой реальности, но не знает, откуда именно. В Ярринсталле таких нет.
Я догадывался, что тварь не из Бринстока. С тех пор как Томас раскрыл мою истинную природу и убедил, что он сам из другого мира, я готов поверить во многое. Появление существа, чуждого этой реальности, беспокоит и меня. Тварь могла прийти не одна, и проход в ее родной мир все еще может быть открытым. Немного жаль, что не в Ярринсталл... Впрочем, отыскать и закрыть портал я все равно не могу.
— Понятно. — Я бросаю быстрый взгляд на вечерний двор в окне и опускаю ноги с постели. — Думаю, стоит обсудить это завтра всем вместе. А пока постарайся ни о чем не переживать. Отдыхай. Ты вчера многого натерпелась.
— Алан... — вдруг робко зовет Лили и замолкает.
Меня напрягает нерешительность в ее голосе.
— Что такое?
— Мне было так страшно вчера, — признается Лили. — Я думала, мы умрем там... в тот момент... — каждое слово дается ей с большим трудом, кажется, еще немного и она расплачется, если уже не в слезах.
— Лил, ты чего? Все уже позади, — тепло подбадриваю ее и мягко улыбаюсь в трубку, пусть даже она этого не видит, но потом тоже решаю признаться: — Знаешь, я ведь чувствовал какую-то угрозу, но не воспринял... Впредь постараюсь быть внимательнее и больше не подвергать тебя опасности. А если не выйдет, сделаю все, чтобы ты была в порядке.
— Даже станешь моим парнем? — шмыгая носом, тихо спрашивает Лили.
Прикрываю глаза в негодовании. Некоторые навязчивые идеи в голове Лил, похоже, не меняются ни при каких обстоятельствах. Когда уже она прекратит доставать меня этим вопросом?! И все же, раз к ней вернулась потребность злить меня этой темой, то Лили действительно приходит в норму.
— Не знаю, как это связано, но если вдруг возникнет жизненная необходимость, то обещаю рассмотреть и такой вариант, — сухо сообщаю я, решив-таки проявить немного учтивости к ее чувствам и ситуации.
— Смотри, тебя никто за язык не тянул, — негромко смеется Лили.
Я добродушно хмыкаю.
— Спасибо, что закрыл меня собой на крыльце, — вновь тихо произносит она. — Я очень ценю это.
— Если честно, это было не лучшее решение, — похоже, пришла моя очередь вспоминать собственную беспомощность.
— И все же, я рада, что ты до последнего оставался рядом.
Слова вылетают из трубки с такой теплой грустью, что я невольно вспоминаю лицо подруги, освещенное окнами коттеджа. Гадкое чувство, мелькнувшее тогда в моей душе, напоминает о себе снова. Но в следующий миг Лил, как и тогда, берет эмоции под контроль и просит обычным голосом:
— Приходи к нам завтра, часов в десять. Папа тоже хотел обсудить с тобой случившееся.
— Хорошо, буду к десяти.
Мы прощаемся и завершаем звонок. Мысли рвутся закружиться беспорядочным хороводом, но я пытаюсь собрать и уложить их в хоть какое-то подобие структуры.
Несомненно, хорошая новость в том, что магия осталась незамеченной. В раскрытии имен я также не вижу ничего ужасного, кроме того, что обо мне родится новая байка среди старых знакомых. Это неприятно и может вылиться в последствия. Но больше всего меня тревожит волнение Томаса. Вероятно, он думает о том же, что и я. Вчера волчица мне не ответила, но подозреваю, что она может что-то знать об этом звере. Обо мне же ей известно.
Кстати, что значило «я уже запомнила твой запах»?
Невольно тяну к носу ткань футболки, вспомнив недавнее недовольство гостьи. Пахнет дымом обычных сигарет и возможно кальяном. Я бы и внимания не обратил на этот шлейф вечеринки, не укажи она на него. А вот на дверь стоило обратить внимание...
Какой же я все-таки болван. Видно, привык жить один. Даже не подумал, что девчонка может ко мне вломиться. И все же не поцеловала. Хотя о правиле феникса ей точно известно, да и возможность была хорошая. Я потому и подумал сразу, что не интересен ей, и успокоился, пока Клеа не начала на грудь свою указывать и про душ говорить. Заставила же понервничать. Сама разлеглась передо мной, а в итоге развратником выставила. Да и ладно, кажется, она мне не угроза.
Понимая, что Клеа наверняка уже устала ждать моего пробуждения, я быстро принимаю душ и надеваю свежую одежду. Напоследок по привычке заглядываю в зеркало — убедиться, что с глазами все в порядке. Стоит мне выйти за дверь, как из гостиной до меня доносятся звуки телевизора и полный отчаяния девичий возглас:
— Что ж ты такая глупая! Не ходи туда!
Напряженная музыка, дает понять, что «ей» действительно не стоит лезть в это «туда». Тихонько миную короткий коридор и двигаюсь к кухне. Девушка не замечает моего появления, поэтому, подперев боком барную стойку, я молча наблюдаю, как та увлеченно смотрит какой-то мрачный фильм, сидя прямо на полу в метре от экрана. Одно колено притянуто к груди и обвито руками, голова выдвинута вперед, а глаза широко раскрыты в ожидании.
В следующий момент под громкий пугающий звук в телевизоре возникает монстр, героиня фильма визжит и бросается в бегство. А Клеа даже не вздрагивает — наоборот, заметно расслабляется, освобождает колено и, вытянув ногу, откидывается назад, упираясь руками в пол.
— Ну, вот. Я же тебе говорила... — произносит девушка разочарованно и вдруг, замечая меня, поворачивает голову:
— О! Ты проснулся!
Я киваю. Сейчас я чувствую себя немного виноватым за то, что заставил ее ждать весь день. Наверное, стоит извиниться.
— Прости, невежливо было с моей стороны... — неловко начинаю я свое раскаяние, но не успеваю закончить фразу.
— Есть хочу! — заявляет волчица, глядя на меня полными надежды глазами.
Я теряюсь от такой внезапности. Сложно будет с ней говорить, если подобная манера вести беседу является обычной. Вчера она тоже меня игнорировала.
— В холодильнике разве ничего не нашлось? — спрашиваю с сомнением, ведь даже близко не представляю его содержимого. В последнее время почти не готовил, предпочитая заказывать еду и перекусывать в городе.
— Ты про этот белый шкаф? — тычет пальцем в холодильник Клеа.
— Ну, да, — удивляюсь я.
— Там была пара фруктов, какие-то бутылки и другие непонятные мне вещи, — девушка отводит глаза в сторону, словно ей некомфортно рассказывать о самовольном обыске моего холодильника. — Фрукты я съела. Но этого мало. Я очень голодна.
В телевизоре вдруг стихают монотонные диалоги героев и под таинственную мелодию начинают идти титры. Волчица оборачивается к экрану и печально произносит:
— И эта пропала...
Ее поведение наталкивает меня на мысль, что Клеа впервые видит телевизор, и не только его. Хмурясь, отправляюсь к холодильнику, продолжая развивать в голове эту идею. Похоже, пора начинать допрос.
— Клеа, скажи, ты же не из этого мира? — спрашиваю я, дергая белую дверцу.
— Да, Бринсток новый для меня мир.
Зависаю у холодильника, изучая невидящим взглядом его содержимое. Я догадывался, что монстр пришел из другой реальности, но почему-то — хотя это кажется вполне логичным — я совсем не ожидал, что и моя гостья окажется чужеземкой. Теперь она видится еще более загадочной, чем прежде.
— И откуда же ты тогда?
— Да какая разница! Накорми меня уже! Я устала ждать.
Волчица явно начинает раздражаться. Если так пойдет и дальше, у меня вряд ли получится разговорить ее.
— Придется подождать еще немного, — заключаю я, захлопывая полупустую камеру холодильника. — Закажем пиццу.
Клеа поднимается с пола и перемещается на диван, где заворачивается в одеяло, словно в кокон, всем своим видом показывая, насколько она недовольна.
— Ты как ребенок, — усмехаюсь я. — Не умрешь за двадцать минут.
Девушка одаривает меня леденящим душу взглядом.
— Не могу того же сказать о тебе, — холодно сообщает она.
Тут же вспоминаю ощущение острых зубов на своей руке. По коже пробегают неприятные мурашки. Не думаю, что Клеа может сожрать меня, но припугнуть у нее вышло.
Предпочтя не будить в собеседнице зверя, усаживаюсь на один из стульев у стойки и быстро заказываю пару пицц в приложении телефона. Дожидаться еды в молчании я не хочу, поэтому с того же телефона переключаю канал на музыкальный и убавляю громкость. Клеа удивленно смотрит в телевизор, не понимая, куда пропал только начавшийся фильм.
— Так удобнее разговаривать, — поясняю ей как можно спокойнее, дав понять, что произошедшее моих рук дело. Однако я не спешу заводить диалог, просто наблюдаю за поведением гостьи.
Девушка сердито вжимается в спинку дивана. Какое-то время она скептически наблюдает за танцорами на экране их молчит. Затем, похоже, теряет к ним всякий интерес и, продолжая следить за картинкой в клипе, сама обращается ко мне:
— Севрид. Мир, из которого я пришла сюда.
— Не слышал о таком раньше, — признаюсь я. — Может у него есть и другое название?
— Нет. Что тебе известно о мирах Земли? — строго спрашивает гостья.
— То, что существует несколько реальностей, которые существенно отличаются друг от друга временными периодами развития и населяются разными видами существ, — вспоминаю рассказы Томаса. — Насколько мне известно, их четыре и Севрида среди них не было.
— А что ты знаешь о разломах реальностей? — продолжает интересоваться Клеа, не отрываясь от экрана. Она расспрашивает в столь требовательной манере, что невольно ощущаю себя студентом на экзамене. Досадно, ведь это я планировал задавать вопросы.
— Немногое, — терпеливо проговариваю я и делаю небольшую паузу, пытаясь остудить свое раздражение. — Они могут возникать сами по себе или создаваться искусственно существами...
— Такими, как ты, феникс Бринстока, — заканчивает за меня Клеа, поворачивая голову.
— Верно.