Путь

Парень с душой змеи изнывал. Он устал идти. Он устал от жары. Он устал от голода. Он устал выживать.

Две тысячи лет до этого его ничто это не беспокоило и вот...

Он шлепнул себя по шее.

Они набрели на это тихое место, покрытое мхом и грибами, абсолютно случайно. Парень слышал, как учащенно забилось сердце Охотника, как расширились зрачки Девочки с белым лицом. Он знал, что после дней и дней пути по белому песку под белым небом это болото показалось смертным кусочком рая, и он готов был с ними согласиться...

Если бы не проклятые комары.

Он шлепнул себя по шее.

Рядом с ним стояла Девочка с белым лицом, но Парень наблюдал, как она запускала пальцы ног в мягкий зеленый мох, как шевелила ими там, как с тихим чавкающим звуком доставала покрытую слизистой грязью ногу, чтобы снова с наслаждением погрузить стопу.

— Похороните меня здесь! — воскликнул Охотник и откинулся на спину, уперевшись своими ледяными глазами в зеленый полог переплетенных ветвей.

— Полежи тут еще чуть-чуть и хоронить будет нечего, — буркнул Парень.

— Потому что я утону?

— Потому что тебя сожрет заживо эта гребаная мошкара!

— У-у-у, — протянул Охотник с наигранным шутовским укором. Он прижал подбородок к груди и хитро подмигнул, — ай-йай-йай такие слова использовать. Вот поэтому ты и стал демоном, знаешь ли.

И, усмехнувшись, Охотник снова откинулся на пружинистый влажный ярко-зеленый мох.

В этом издевательстве над идеей оазиса дурно пахло. Вода в болоте периодически вздымалась огромными пузырями, которые лопались с тихим шипением, выпуская вверх облачко зловонного газа. Парень оглянулся — он все время боялся потерять ту тропинку, что привела их в этот зеленый кусок другого мира.

Он стянул с себя рубашку и вытянул белую длинную руку. В смертном состоянии рука выглядела вполне себе человеческой. Один локоть, одно запястье, десять пальцев. Но под едва пробивающимися сквозь дикую зелень деревьев лучами солнца на его коже блестели перламутром чешуйки.

Парень с душой змеи вздохнул. По контуру каждой чешуйки виднелся бурый, как земля, контур — это его кожа пересохла, покрылась трещинами и кровоточила. Парень подцепил одну чешуйку и потянул, снимая тонкий, почти прозрачный слой. Он начал от плеча и, не торопясь, наматывая кожу на палец второй руки, двинулся вниз.

Это был легкий акт мазохизма. Травмированная кожа зудела, но после оставалось чувство обнаженности и незащищенности, словно когда-то упал с велосипеда, разбил коленку и честно давал ей зажить, и вот не выдержал, снял коросту, а под ней новая розовая младенческая кожа.

Парню с душой змеи никогда не быть таким чистым.

Он слышал тихое пение каких-то невидимых птиц над головой.

К нему подошла Девочка с белым лицом и плюхнулась, чавкнув, на подушку из мха рядом. Она показала ему жестяную банку, и Парень поморщился.

— Кто там? — спросил он, не интересуясь на самом деле. Он снял с худощавой лодыжки Девочки пиявку. Девочка пожала плечами, потерла нос и в конце концов написала на лбу: "Мяу".

— Господь Всемогущий! — воскликнул Парень.

— Следи за языком, – лениво протянул Охотник где-то сбоку.

— Ты сделал гребаную мазь из кошки! — рявкнул Парень с душой змеи и отстранился от Девочки, уже набравшей белесой жижи в свои руки и тянущейся к нему.

— Я поймал дикую кошку, я убил ее быстро и безболезненно, — Охотник резко сел, опустил подбородок на грудь и поймал своим светящимся взглядом исподлобья взгляд Парня, полный отвращения. — Я освежевал ее и снял шкуру, которую потом обменял на новый бурдюк, из кишок я сделал струны и обменял их на пряжу для одеяла — не смей, закрой рот, это одеяло, — печень и сердце ты съел в тот же день, а вяленым мясом мы перекусывали еще неделю. И да. Я вытопил из этой кошки жир. — Охотник вдруг широко улыбнулся. — Под лопатками не пропусти, лапа.

Парень оглянулся и увидел то, что и так знал, Девочка с белым лицом сосредоточенно намазывала ему спину, высунув кончик языка и нахмурив брови.

— Спасибо? — попробовал сгладить ситуацию Парень.

— Засунь свое спасибо знаешь куда? — зевнул Охотник. Он лениво поглаживал мох.

Парень послушно сидел и поднимал то одну руку, то вторую, подставляя Девочке с белым лицом ребра, бока, живот, подмышечные впадины, горло. Его мутило от мысли, чем его мажут, но, чего лукавить, жрал он раньше тварей и похуже, чего уж.

Девочка с белым лицом ковырнула ногтем чешую у него между бровей и потянула кожу, покачивая головой.

— Старик?

— М-м?

— А почему вы нас убиваете? — вдруг спросил Парень с душой змеи.

— Помимо очевидного? — уточнил Охотник. Парень смотрел на него с пустым выражением лица. — Ну, того что вы поедаете людей.

— Грешников.

— Людей, — повторил Охотник.

— Ладно, помимо этого.

— Ваше существование — это боль, — не торопясь, словно рассказывая сказку, начал Охотник. — Вы идете по этой земле и несете смерть и разрушение. Но вы несете тем самым боль в себе. Вы едите гнилую плоть, чтобы выжить. Вы поглощаете грех. Вы приближаетесь к безумию, — Охотник достал свою пряжу и спицы и опустил взгляд. По болоту разбежались световые зайчики. Ускакали. Упорхнули. Как его мысль. Охотник моргнул. — В общем. Вы страдаете. Вы несете очищение. Вы очищаетесь. Все.

— Че? — озадаченно скривился Парень с душой змеи.

— Балда... Господь, ну что за балда, — пробормотал Охотник. — Перед смертью вы принимаете смертное обличье. Мы умерщвляем вашу плоть. Чтобы ваша душа могла переродиться.

Охотник принялся вязать. Девочка с белым лицом утвердительно мотала головой, словно соглашаясь то ли с Охотником, то ли с мыслями Парня.

— Но... но... я... умирал, — неуверенно произнес Парень с душой змеи.

— Умертвить плоть, чтобы переродилась душа, — повторил Охотник.

— Но... я сгорал... Ангелы... Орден...

— Очищение. Боль. Поглощение греха.

— А я?

Охотник не поднимал взгляд. Он бормотал что-то про эгоизм, про петли, про то, что кара Господня на самом деле — это комары. Он вязал.

Девочка с белым лицом пихнула Парня слегка в плечо. Он перевел на нее растерянный взгляд. Она сцепила большие пальцы крестом и сделала мягкое, плавное, волнообразное движение пальцами.

— Птица? — спросил Парень и поднял глаза к кронам деревьев, подслеповато щурясь. Он так и не научился видеть птиц.

Девочка с белым лицом отрицательно качнула головой, приложила сложенные руки Парню между лопаток и повторила жест.

— Ангел, — перевел Охотник, не поднимая глаз.