Черная стрела

Принц Миэль погладил лошадь, что была запряжена в карету, и обернулся. К нему шла сестра, подняв полы подола. Весь ее вид говорил, что Адис разгневана и что принцу всю дорогу придется выслушивать ее злобные речи. Дойдя до брата, принцесса бросила на него испепеляющий взгляд и подала руку, чтобы он помог ей сесть в карету.

- Не смотри на меня так! Не я решил тебя выдать замуж! – проговорил Миэль.

- Замолчи! Если бы не ты - меня вообще замуж бы не пытались выдать! – бросила ему Адис и села на сиденье, подобрав подол.

Принц закатил глаза и залез в экипаж следом. Устроившись напротив сестры, он размышлял, как ее успокоить и возможно ли это.

Экипаж тронулся. Король вышел на балкон и помахал своим детям на прощание, затем быстро удалился. Принцесса отвернулась от окна и достала веер.

- Я покажу этому зазнавшемуся лордишке, какая я на самом деле! Если он не сможет победить меня на мечах, пусть катится и ищет себе старуху под стать! – злобным шепотом выдала Адис.

- Я слышал, что он неплохой воин. Даже наставником некогда был, - заметил Миэль, бросив взгляд на сестру и умолчав, что лорд является главнокомандующим армией Лигрена.

Адис гневно на него посмотрела и снова уставилась в окно, на мелькающие деревья.

- На кону моя жизнь и честь, я не уступлю какому-то старикашке! – взвизгнула принцесса.

Брат тяжело выдохнул, думая, как пройдет их путешествие в Лигрен и как лорду Дайрону удалось уговорить отца на свадьбу с Адис. Принц посмотрел на свою юную взволнованную и рассерженную сестру: худощавая, но крепкая, она выглядела как настоящая леди, но иногда своими манерами могла бы посоперничать с сапожником.

- Миэль, я не хочу замуж, - устало проговорила Адис, внимательно посмотрев на брата. – Я лучше служительницей храма стану. Жрицей Тьмы или Ночи.

- Сестра, отец никогда не позволит стать тебе жрицей. Он считает, что ты обязана выйти замуж за высокопоставленного лорда и нарожать кучу возможных наследников на случай моей смерти, - хмуро произнес брат.

- Тогда женись ты! Почему я должна за тебя отдуваться?! Женись, наделай наследников, и отец оставит меня в покое!

- И на ком же мне жениться? – усмехнулся принц.

Адис задумалась, нахмурив свой лобик, от чего на нем появилась тонкая складочка, но она тут же разгладилась, когда лицо принцессы озарила коварная улыбка.

- Женись на Черной стреле! – засмеялась сестра.

- Другого я от тебя и не ожидал, - закатил глаза принц. – Но если серьезно, то пока не было ни одной кандидатки на роль моей жены. В Лигрене нет принцесс. Помню, отец рассказывал мне, когда я был мальчишкой, что у одного графа родилась дочь, синеглазая, как нимфа, и черноволосая, как Ночь. Но потом пришли вести, что семья графа оказалась предателями и виновными в смерти короля Айвана. За это их казнили – сожгли в собственном замке, вместе с детьми, - задумчиво рассказал Миэль.

- Как жестоко... - округлила глаза принцесса. – Даже детей не пощадили. Лигренцы и правда как звери.

***

Товр поправил охотничью шляпу на голове и направился к столу, за которым уже сидел его друг. Заметив наемника, Кейн коротко кивнул и хмуро уставился на столешницу.

- Дружище, что с тобой? Вид такой, будто ждешь посланников Тьмы, - сел на соседний стул-бочку Товр.

- Думаю, на этот раз Дайрон хочет невозможного, - тяжело выдохнул парень и сделал глоток рома.

Товр приподнял бровь, глядя на друга, а потом кивнул подавальщице, чтобы принесла и ему выпить, и оперся на стол локтями.

- Рассказывай, - потребовал наемник.

- Дайрон хочет, чтобы я убил принца Миэля, - тихо произнес Кейн, по-прежнему не отрывая взгляда от затертой столешницы.

Товр замер, вспоминая слухи, которые обсуждались в каждом уголке Лигрена. Слухи про то, как Черная стрела пыталась убить несчастного наследного принца.

- Но я должен убить его так, чтобы все подозрения пали на Черную стрелу, - продолжил парень.

Наемник промолчал, постукивая пальцами по столу. Подавальщица принесла ром ему, улыбнулась Кейну и ушла на кухню. Товр потер свой кривой нос, некогда сломанный и сросшийся неправильно.

- Судя по выражению твоего лица, это еще не конец, - медленно произнес он.

- Да, - горько усмехнулся Кейн. – На кону моя жизнь.

- Знаешь, я ,конечно, в восторге от этой наемницы, да и говорят, она собой хороша, но тебе придется выполнить приказ лорда. Выбор невелик – или ты, или она, - заключил Товр, скрестив руки на груди.

- Я понимаю, что должен это сделать, но у меня такое нехорошее предчувствие, словно этот приказ противоречит мне самому. Будто в нем какой-то подвох, - произнес Кейн и посмотрел на друга. – Понимаешь, я хотел всегда быть как она – свободным наемником, а не сидеть на посылках у Дайрона. И сейчас, если я ее подставлю, и ее казнят, мне кажется... - запнулся парень, - неважно, - он тряхнул головой, от чего его светлые волосы мелькнули рыжим в полутьме трактира.

Товр вальяжно оперся на стол, внимательно разглядывая друга. Светлые волосы, синие глаза, молодой, крепкий, плечистый, умеет обращаться с мечом и нос ровный, не то, что у него самого. Порой, глядя на друга, наемника охватывали странные чувства; словно Кейн напоминал ему кого-то... и зависть, зависть, что этот мальчишка, будучи даже на посылках, так хорош в бою.

Наемнику пришла в голову отличная мысль. Если Кейн убьет принца и подставит Черную стрелу, то за ее голову будет объявлена награда. Значит, приказ Дайрона очень выгоден.

- Кейн, дружище, - обратился он к понурому другу. – Сколько стоит твоя свобода?

- Что?!

- Свобода твоя! Сколько нужно Эмиру, чтобы он отпустил тебя? – сощурившись, спросил Товр.

- Не знаю... Я даже не думал об этом, - задумчиво произнес Кейн.

- Так узнай! Послушай, если ты сможешь подставить Черную стрелу, то за ее головушку назначат награду! Причем два королевства. Понимаешь, к чему я клоню?

Лицо парня озарила коварная улыбка. Он потер руки, чувствуя, как изменилось положение дел. Нужно было лишь расставить все по местам и выбрать приоритеты.

- Понимаю, - растянуто проговорил Кейн, желая окунуться в свободу от надоедливого лорда.

***

Я растянулась на мягких листьях, что сгребла в кучу и, пожевывая травинку кислицы, смотрела на облака. Меркал медитировал в паре шагов от меня, а ищейка смотрел в костер. Замерз что ли?..

Постепенно действие желтолистника прекращалось, забирая с собой нашу с Рэном связь. Мое тело перестало гореть от смены его настроения и его близости. Мысли начали проясняться и все больше принадлежать мне. На посту по-прежнему никого не пропускали, и оттуда периодически доносились крики вперемешку с руганью. Торговцы негодовали. Некоторые из них везли мясо и молоко, которые на такой жаре начинали портиться. Медленно, но верно в моей голове проскакивала мысль, что Мерку не поздоровится, когда я полностью избавлюсь от действия желтолистника и контроля Рэна. Я даже представила себе, как отпинаю его, и усмехнулась.

Мой короткий смешок привлек внимание ищейки. Он как-то криво ухмыльнулся и обратился к магу:

- Как думаешь, она скоро вернет себе волю?

Алхимик молчал, погруженный в медитацию, хотя я готова поспорить, что он все слышал.

Ищейка не стал повторять дважды, а просто подошел к Мерку и тряхнул его за плечи. Маг резко открыл глаза и с ненавистью уставился на Рэна.

- Нельзя трогать медитирующего мага! – резко бросил он и стряхнул с себя руки ищейки.

- Я задал тебе вопрос. Ты не ответил, и я решил, что ты задремал, - усмехнулся королевский прихвостень.

- Она скоро придет в себя, - встав, произнес Меркал и отвернулся.

Рэн бросил на меня взгляд и улыбнулся.

- Леди, подойди ко мне, - притворно-ласково проговорил ищейка.

Проклятый желтолистник! Мое тело само поднялось и доставило себя прямо к Рэну. Я недовольно уставилась на него, чтобы он понял насколько я возмущена.

- Ближе, леди, - полушепотом выдал Рэн.

Мои ноги сделали два шага к нему, оставив между нами не больше пары дюймов. Я посмотрела на ищейку снизу вверх. Какой же он высокий!

Рэн наклонился к моей щеке и, обдав ее жаром огненных губ, произнес:

- Твоя воля принадлежит тебе, - и щелкнул указательным пальцем по моему носу.

Я резко и глубоко вздохнула, чувствуя полный контроль над собой. Сделала шаг назад, посмотрела на ищейку, затем – на Меркала, и приторно-ласковым голосом проговорила:

- Мои дорогие спутники, - мило начала я, - еще раз будете ставить на мне опыты и проделывать что-то против моей воли – я воткну вам по стреле в глаз и покажу, как я обращаюсь с кинжалом! Вам понравятся ваши потроха на блюде! – выкрикнула я.

Меркал внимательно на меня смотрел, явно напряженный резким возвращением моей воли. А Рэн... Этот проклятый ищейка рассмеялся!

- Что смешного я сказала, королевский пес?!

- Леди, ты такая грозная! – не унимаясь от смеха, выдавил из себя Рэн. – В глаз по стреле! Где ты стрелы-то возьмешь? А вот это: «Вам понравятся ваши потроха на блюде!», - он смеялся до слез, - просто великолепно!

Мои нервы не выдержали насмешек этого типа, обладающего странной силой, и я выхватила кинжал и приставила к его горлу.

- Еще смешно? – сквозь зубы прошипела я.

Смех резко прекратился, но на лице ищейки отразилась надменная ухмылка.

- Давай, - сверкнув янтарными глазами, прошептал он и подался вперед.

Острое лезвие кинжала рассекло кожу на шее Рэна, и, увидев кровь, я отдернула руку с оружием.

- Ты идиот! – взвизгнула я.

- Ну ты же хотела меня убить, и я дал тебе такую возможность. Но это была первая и последняя возможность убить меня! Больше не надейся на снисхождение, леди! – он нахмурился и провел пальцами по ране, оставленной моим кинжалом. Кровь осталась на руке Рэна, а я отвернулась. Я не хотела его ранить или убивать, хотела напугать и отомстить... но что творит этот дурак?

Меркал подошел к ищейке и протянул ему платок.

- Прикрой, пока зараза не попала. Не хочу тебя потом лечить, - как бы безразлично произнес маг.

Ищейка выхватил предложенный платок и приложил к ране, и белая ткань мгновенно пропиталась его ярко-алой кровью.

Алхимик подошел ко мне и, взяв в руки мои ладони, сказал:

- Прости, что дал зелье с желтолистником, просто, чем меньше у тебя воли, тем лучше действует мое отводящее заклинание.

- Идиоты, - бросила я, поочередно глядя то на мага, то на ищейку.

Рэн хмыкнул и зашагал прочь с нашей маленькой полянки. Мы с Мерком проводили его взглядом и сели у костра. Сухие дрова весело потрескивали, превращаясь в угли, а затем в золу. Алхимик смотрел на пламя и молчал. Я прижала к себе колени и положила на них подбородок. Огонь танцевал в моих синих глазах, озаряя их красным, словно гипнотизируя.

- Кейя, - тихо начал Мерк, - скажи, что ты чувствовала?

Я задумалась. А что действительно я чувствовала? В воспоминаниях остались лишь огромные потоки силы ищейки и жар...

- Было горячо и казалось, что я могу свернуть горы одним лишь взглядом, - тихо ответила я, пытаясь вспомнить что-нибудь еще. Но воспоминания ускользали, как песок сквозь пальцы. – И почему он вернул мне волю так поздно? – возмутилась я, сердясь на ищейку.

Меркал усмехнулся.

- Он ничего тебе не возвращал.

Я нахмурилась, пытаясь понять, что имеет в виду маг.

- Он просто подтолкнул тебя своими словами, и ты сама подавила действие желтолистника, - объяснил Мерк.

Сумерки и выступившая на траве роса, заставили меня придвинуться ближе к огню. Ищейка до сих пор не вернулся, что немного настораживало меня. Может ли он предать нас с Меркалом и доложить королю Теогану о нашем местонахождении?..

- Мерк, - тихонько позвала я. – Что ты проводил за ритуал той ночью, когда дал мне кинжал?

Маг помолчал некоторое время, обдумывая ответ, и, наконец, произнес:

- Я хочу возродить богиню. Луна нужна нашему миру.

Резко обернувшись на алхимика, я встретилась с взглядом его золотистых глаз, сверкающих от пламени костра.

- Я бы тоже хотела этого... - проговорила я.

Меркал приподнял одну бровь и улыбнулся, так открыто, что я невольно улыбнулась в ответ.

- Ты можешь помочь мне в этом деле! Вместе у нас обязательно получится! – воодушевленно выпалил маг.

Рэн стоял неподалеку от костра, где сидели Меркал и Кейя. Облокотившись о ствол могучего дерева и, чувствуя затылком всю шероховатость коры, он слушал разговор своих спутников.