Глава 6
Во времена вселенской лжи сказать правду — все равно что совершить революцию.
Джордж Оруэлл
Укрывшись под густыми кронами многолетних деревьев, Лилит и Эйш с облегчением выдохнули. Убедившись, что никто их не заметил и не преследует, они двинулись вглубь леса. Солнечный свет начинал пробиваться сквозь плотный покров зеленых листьев над их головами. Шли с осторожностью, прислушиваясь к окружающим звукам.
— Где-то здесь должна быть тропа, — сказал Эйш. — Там и устроим засаду.
— Ты уверен, что мы их не упустили?
— Нет, но я на это надеюсь, — в его голосе чувствовалось недовольство и невысказанный упрек.
Лилит предпочла сделать вид, что ничего не заметила.
Они уходили все дальше, лес становился гуще, а тропы и в помине не было. Им приходилось все время поглядывать под ноги, корни многих деревьев подорвали грунт, вырвавшись наверх. Покрытые мхом, они напоминали лапы огромных пауков, выгибаясь и переплетаясь между собой. Пахло сыростью и мокрыми листьями.
Через несколько миль чаща начала редеть. Впереди уже можно было разглядеть широкую лесную тропу, вытоптанную на протяжении не одного десятка лет ногами путников и колесами телег. Приблизившись к краю леса, Лилит и Эйш притаились за стволом исполинского дерева. Несмотря на то, что солнце уже давно взошло, его лучи пробивались лишь на дорогу, где кроны не так плотно скрывали небосвод. Где-то неподалеку слышался скрип повозки и фырканье лошадей, чьи ноги с глухим ритмичным звуком опускались на сырую землю лесной дороги.
— Держи, ты с ним лучше управляешься, — прошептал Эйш, протягивая девушке простенький деревянный лук, который он снял с плеча, и колчан с дюжиной стрел.
— Ну, хоть что-то, — вздохнула она. — Спасибо.
Девушка закинула колчан за спину, поправила капюшон и испытывающе натянула тетиву, примеряясь к оружию. Хмыкнув, она с безразличием опустила лук. Восторга он не вызвал, и Лилит с тоской вспомнила свои великолепные кинжалы из многослойной стали.
На тропе показался первый всадник, мужчина неспешно ехал верхом на гнедой лошади и сонно клевал носом. Сразу за ним появилась крытая повозка, возница откровенно храпел, едва не роняя вожжи. Строй замыкали еще двое мужчин, они ехали близко друг к другу и о чем-то увлеченно перешептывались. Все мужчины, кроме возницы, были относительно молодыми. Их тела защищала кольчуга, на поясах висели мечи, а плечи покрывали короткие черные плащи, не сковывающие движений. Лилит разглядела на груди одного из них знакомую брошь с орлом. Это был конвой Гильдии Контроля.
Путники приближались, и Эйш обнажил меч, сжимая его в правой руке.
— Я подберусь сзади, уберем их тихо, чтобы остальные не всполошились раньше времени. Прикрой меня, — с этими словами он двинулся между деревьями, пригнувшись и стараясь ступать как можно тише.
Лилит достала из колчана стрелу и приготовилась. Как только первый всадник и телега проехали мимо, девушка увидела Эйша. Он выскользнул из леса за спинами болтающих мужчин и беззвучно метнулся к одному из них. Парень схватил его за край плаща и с силой дернул, всадник повалился на землю. Когда меч Эйша полоснул его по шее, разрезая голосовые связки и мягкие ткани до самого позвоночника, тот лишь забулькал, хватая руками воздух перед собой. Вокруг него быстро растекалась алая лужа. Его собеседник не успел ни крикнуть, ни достать оружие. В тот момент, когда мужчина с удивленным лицом падал с коня, Лилит отпустила тетиву, и стрела вонзилась второму всаднику аккурат в левый глаз. Тонкая струйка крови потекла по его щеке. Он так и повис с безвольно болтающимися руками на шее своей лошади. Второе животное, лишившись наездника, испуганно заржало и бросилось прочь, устремившись в обратном направлении.
Девушка заметила, как встрепенулся мужчина, ехавший впереди повозки. Не раздумывая, Лилит послала следующую стрелу, и та, со свистом рассекая воздух, устремилась к своей цели. Мастер Гильдии, – а судя по броши – это как раз и был один из них, в момент выстрела развернулся в седле, оглядываясь назад, и стрела угодила ему в шею. Он взвыл, рефлекторно дернув поводья, и его конь встал на дыбы.
Всадник так крепко вцепился в ремень, что, начав падать, утащил жеребца за собой, и несчастное животное повалилось тоже, припечатав своим весом орущего мужчину к земле. Они рухнули прямо под ноги лошадям, запряженным в повозку.
От воя мастера, чьи кости трещали под телом брыкающегося коня, проснулся возница. Спросонья он не понял, что произошло, но, увидев впереди человека, корчащегося от боли, потянул вожжи, останавливая повозку. Лилит выругалась. Поднялась суматоха.
Эйш подскочил к вознице, приставив меч к его горлу, и что-то угрожающее шептал. Вусмерть перепуганный мужичок только кивал головой, скукожившись на козлах. Оставив его там, парень спрыгнул обратно, и подбежал к растянувшемуся на земле мастеру. Его конь уже поднялся и теперь встревожено бил копытом, фыркая неподалеку. Мужчина был еще жив, стрела обломилась при падении, но часть ее так и торчала в шее. Кровь из раны растекалась вокруг, пачкая его щеку и одежду. Эйш застыл над ним с мечом в руке, он смотрел на стонущего человека немигающим взглядом, полным презрения.
— Проклятые выродки, — прохрипел мастер, его лицо исказила гримаса ненависти.
Эйш, будто опомнившись, скривился и вонзил меч ему в грудь. Мужчина издал тихий стон, а затем его тело обмякло навсегда.
Лилит покинула свое укрытие и быстрым шагом направилась к другу, все еще держа лук наготове. Эйш стоял над телом мастера, вытирая лезвие меча о его плащ. Парень снял с него брошь и засунул себе в карман, пробормотав:
— Пригодится.
Уже собравшись уйти, он вдруг заметил что-то еще, склонился к телу и снял с его пояса меч.
— Ему он больше ни к чему, — подмигнул парень, протягивая оружие Лилит.
Нехотя, девушка приняла его и прикрепила к своей перевязи, а лук закинула на плечо.
Возница все также сидел на козлах, сжавшись и закрыв лицо руками, он взахлеб шептал молитвы всем известным ему богам.
Не говоря друг другу ни слова, Эйш и Лилит направились к повозке, огибая ее с двух сторон, разделившись. Когда до двери оставалось несколько шагов, она отворилась изнутри, и девушка застыла на месте. Оттуда вышел широкоплечий лысый мужчина. Лилит сглотнула, когда он выпрямился: роста в нем было больше шести футов, здоровяк смотрел на девушку сверху вниз. На круглом лице злобно блестели глубоко посаженные серые, словно выцветшие глаза, а густая коричневая борода скрывала кривозубую ухмылку. На нем не было кольчуги, как на остальных, вместо нее красовалась простая льняная рубаха, заправленная в просторные шаровары. Его круглое пузо выпирало так сильно, что казалось, будто рубаха вот-вот треснет по швам. Девушка медленно обнажила оружие, не отрывая глаз от мужчины.
— Детки решили порезвиться? — оскалился он, заметив окровавленное тело у Лилит за спиной.
Девушка поджала губы и приняла оборонительную стойку, повернувшись к исполину вполоборота и сжимая меч обеими руками. Она напружинилась, готовясь к его атаке. Меч оказался великоват, и держать его поднятым было не очень удобно, а рукоять плохо лежала в руке. Лилит вновь вспомнила свои кинжалы, мысленно проклиная чертовых стражников и Эйша вместе с ними.
Мужик захлопнул дверцу, рявкнув что-то тому, кто остался внутри. Девушка знала, что ее друг притаился по ту сторону телеги, выжидая подходящий момент. Осознание того, что она не один на один с этим великаном, придавало сил.
— Потанцуем? — улыбнулась она, мягко отступая в сторону и уводя мужчину за собой.
Тот самоуверенно хмыкнул и снял с пояса топор внушительных размеров. Он вел себя так, будто это не с ее легкой руки все остальные охранники обагрили землю своей кровью. Девушка нахмурилась. Мужик с топором не принимал ее всерьез, и это чертовски злило.
Лилит принялась кружить вокруг бородатого великана, дразнить его ложными выпадами, то приближаясь, то отскакивая подальше. Меч мастера ей решительно не нравился, он был плохо сбалансирован, и приходилось держать его двумя руками, прикладывая дополнительные усилия, чтобы удары оставались точными, а тело не уходило за мечом по инерции.
— Мечешься, как блоха, — проговорил лысый.
Мужчина держал топор полуопущенным и следил за каждым движением девушки. Когда она в очередной раз приблизилась к нему, он замахнулся, но Лилит с легкостью увернулась. Она пританцовывала на месте, поддразнивая его и ухмыляясь. Здоровяк сделал еще несколько безуспешных попыток, но лезвие топора рассекало только воздух там, где мгновение назад стояла девушка. Она плясала вокруг мужчины, но близко не подходила. Капюшон соскользнул с головы, и теперь серебристая коса свободно струилась по спине, раскачиваясь в такт ее движениям.
По лицу великана стало заметно, что происходящее больше его не забавляет, он раздраженно пыхтел и кривился. Каждый его удар сопровождался злобным рыком, но цели по-прежнему не достигал. В очередном пируэте Лилит извернулась и, оказавшись у него за спиной, вихрем пронеслась мимо, полоснув мечом ему под коленкой, чудом не задев сухожилие. Лысый и глазом не моргнул, будто не чувствуя боли, и не замечая, как штанина на правой ноге пропитывается кровью. Девушка занервничала. Она вновь закружилась, ударила наотмашь, угодив по плечу. Следующий заход – бедро. Следующий – снова плечо.
Одежда бородатого становилась багровой в тех местах, где Лилит наносила удары. До ее слуха донесся тихий знакомый свист, и она увидела Эйша. Парень высунулся из-за повозки за спиной здоровяка, в руках он держал томеанг и хитро улыбался. Девушка ждала, что лысый начнет терять сознание, но этого не произошло. Вместо того, чтобы упасть, он с яростным рыком бросился вперед. Мужик поднял топор, но не для удара, он просто швырнул им в нее. Это сбило Лилит с толку, и она еле успела увернуться. Оружие пролетело меньше чем в футе от ее головы и вонзилось в дерево, а сам великан сшиб девушку с ног. Навалившись сверху, он своим весом едва не раздавил ее, выбивая весь воздух из легких. В момент падения она разжала руку и выронила меч, который со звоном упал где-то неподалеку. Лилит сдавленно охнула, на несколько мгновений потеряв ориентацию в пространстве. Сильный удар по лицу заставил ее прийти в себя, перед глазами поплыли круги, а левая щека отозвалась болью. Нависший над ней исполин злобно ухмылялся.
— Допрыгалась, блоха? — сказал он, дыхнув на нее зловонием гнилых зубов.
Как ни старалась, девушка не могла пошевелиться. Он плотно прижимал ее, так и норовя раздавить.
«Как блоху», — подумала она.
Вновь послышался свист, за ним еще один, на лице бородатого отразилось недоумение, и он приподнялся оглядываясь. Это дало Лилит возможность высвободить одну руку, и когда он снова повернулся, она вцепилась ногтями в его лицо, а большой палец вогнала в глаз, надавив, что было сил. Мужик взвыл, начал дергаться и колотить наобум, попадая девушке по лицу, голове, рукам. Его удары становились все слабее — дротики начинали действовать.
К ним подбежал Эйш, он попытался оттащить громилу от подруги, но сил ему хватило только на то, чтобы слегка его приподнять. Тогда он попробовал столкнуть его ударом ноги в бок, но и это не помогло. Парень уже поднял меч, как вдруг великан начал крениться в сторону, его движения замедлились, а взгляд потускнел.
К огромному облегчению Лилит, он свалился наземь, и она наконец-то смогла вдохнуть полной грудью. Окончательно высвободившись из-под его обмякшей туши, она поднялась на ноги. Голова слегка кружилась, щека распухла и болела, зато ребра, кажется, остались целы. Девушка осмотрелась и, заметив ненавистный меч в траве, куда он отлетел, пошатываясь, пошла за ним. Даже такой меч лучше, чем никакого.
— Мог бы и поторопиться, — сквозь зубы проговорила Лилит.
Эйш пропустил ее слова мимо ушей и направился к повозке. Осторожно приоткрыв дверь, парень заглянул внутрь. Первым, что он увидел, были большие карие глаза, полные ужаса.
Внутри, вжавшись в угол, сидела замызганная девочка, лет десяти. Она залезла на лавку с ногами и тряслась там, то ли от холода, то ли от страха. Из одежды на ней было только грязно-серое платьице до колен. Лилит подошла к другу и, увидев лицо ребенка, заскрежетала зубами. На ее щеке красовалась ссадина, а на треснувшей и распухшей губе запеклась кровь.
— Привет, — мягко сказал парень. — Меня зовут Эйш, а это – Лилит. Мы пришли помочь.
Девочка хмурилась, переводя взгляд с одного на другого. В ее глазах читался страх и недоверие.
— Давай, мелкая. У нас мало времени, — нетерпеливо сказала девушка, оглядываясь на громилу в беспамятстве.
Она протянула руку, но девочка отпрянула. Лилит устало вздохнула.
— Слушай, если не хочешь идти с нами, оставайся с тем здоровяком. Он скоро проснется и, я уверена, отлично о тебе позаботится.
Глаза ребенка округлились, похоже, такая перспектива ее мало обрадовала.
— Это он с тобой сделал? — спросила Лилит, коротко кивнув на ее лицо.
— Нет... — промямлила та, опустив глаза.
Эйш посмотрел на нее с сочувствием.
— Мы тебя не обидим.
— Кто вы?
— Друзья.
— Я хочу к маме, — в ее глазах заблестели слезы.
За их спинами послышалась возня. Громила все еще был без сознания, но понемногу действие вещества слабело.
— Мы поговорим о твоей маме по пути, ладно? А сейчас нужно убираться отсюда, — девушка вновь протянула руку, и на этот раз ребенок ее принял.
— Ладно, — ее голос дрогнул, но она встала и на негнущихся ногах вышла из повозки. Увидев на земле лысого, который лежал лицом вниз и пускал слюни, она испуганно пискнула. Лилит поспешила прижать девочку к себе, тем самым скрывая от ее глаз два тела позади. Вместе они отошли подальше от места стычки, а Эйш направился к вознице. Парень встал, облокотившись на козлы. Поправляя наплечный мешок, он непринужденно заговорил, обращаясь к дрожащему мужичку. Что именно он ему сказал, девушка не слышала. Похлопав возницу по плечу – от чего тот едва не свалился без чувств – Эйш поднял взгляд на Лилит.
«Нельзя его так оставлять», — мысли Эйша ворвались в ее сознание.
Он как раз склонился над телом здоровяка, который начинал шевелиться и что-то мычать.
«Он видел наши лица, он один из них, а теперь у него, помимо принципов, еще один отличный повод нас преследовать. Когда этот верзила очухается, то наверняка захочет отомстить», — вновь заговорил Эйш в ее голове.
Девушка бросила короткий взгляд на девочку, волнуясь, как бы она не перехватила их мысленный диалог, но та отстранено глядела в сторону леса.
Лилит вновь повернулась к другу и коротко кивнула, поджав губы.
«Я отведу ее подальше, незачем ребенку это видеть. И так дрожит вся», — ответила ему девушка, а затем повела малышку к деревьям.
Та шла, словно в трансе, послушная и едва ли не ватная.
Тем временем Эйш достал из-за пояса короткий кинжал с тонким блестящим лезвием и одним быстрым движением лишил громилу жизни. Он вонзил острие ножа в основание его черепа. Тот даже не вскрикнул, испустив дух почти моментально.
Затем парень воткнул оружие в землю по самую рукоять, стирая с него остатки чужой крови. Выпрямившись, он обернулся к вознице и приложил к палец к губам.
— Чшшш. Помни, о чем мы говорили, друг мой, — проговорил Эйш, подмигнув вознице, который к этому времени едва не лишился рассудка от страха, сковавшего его тело и разум. Мужчина тихонько завывал, втиснувшись в сидение.
Эйш распряг одну из тех лошадей, что были в упряжке, и повел ее к той, что так и стояла с мертвым всадником в седле. Животное нервно трясло головой, и парню пришлось его успокаивать. Он сбросил труп на землю и уволок его подальше, чтобы лишний раз не пугать девочку.
— Давай, Ли, — он окликнул девушку, протягивая ей поводья оседланной лошади.
Она повела ребенка к коню и с легкостью запрыгнула в седло, а затем усадила девочку перед собой.
Пока Эйш возился со своим конем, они устраивались поудобнее. Животное Эйша было без седла и поводьев, но ему это нисколько не мешало.
— Что ты ему сказал? — спросила Лилит.
— Поблагодарил за лошадь.
— Похоже, ты был не очень вежливым, — сказала девушка, с улыбкой оглядываясь на мужичка. — Он до сих пор молится.
— Если золотая монета за старую кобылу – это не вежливость, то я даже не знаю, — засмеялся Эйш.
Они развернули лошадей и рысью отправились прочь от Гааса, мертвых членов Гильдии и испуганного возницы. Впереди их ждал долгий путь домой.
