Глава 8
Поспав часа три от силы, на завтрак будят служанки. Тяжело разлепив веки, что будто налились свинцом, оглядываю комнату, зевая. Обычное утро с новыми пахучими цветами в вазах от короля. Сегодня это белые пионы, их сладковатый аромат стоит на всю комнату.
Умываюсь прохладной водой, следом сменяя сорочку на тёмное платье, ткань которого приятно струится по телу обводя изгибы. На улице становится всё жарче, широкие, расшитые рукава из тончайшей, полупрозрачной ткани как раз кстати.
Грэсия усаживает на мягкий пуфик напротив туалетного столика, приступает к расчесыванию волос. Решаю оставить их без причёски, украшений и золотых диадем, которые дарит Элий, чуть ли не чаще, чем цветы. Тогда Грэсия предлагает использовать хотя бы фероньерку. Соглашаюсь, подбираем с Эльфийкой подходящее к платью украшение. Вскоре на лбу красуется фероньерка из белого золота с тремя лунными фазами. Полная луна по центру, по бокам растущая и убывающая.
Сара по моей просьбе, наносит макияж, ведь ночь без нужного количества сна даёт о себе знать тёмными кругами и слегка покрасневшими глазами. У девушки нервно подрагивают руки, а взгляд и вовсе старается избегать, да и краснеет чаще, чем полагается.
— Грэсия, я вчера в ванной потеряла серёжку, никак не могу найти, может вы посмотрите? — Конечно никакую серёжку я не теряла. Мне просто нужно остаться с Сарой наедине.
— Конечно госпожа.
Остаёмся одни с Сарой, она хотела сбежать за Грэсией, но я вовремя перехватила её, держа за запястье.
— Я сделаю вид, что ничего не видела. Тебе не нужно бояться меня. Грэсии не расскажу. — Говорю шёпотом, смотря серьёзно в испуганный глаза, побледневшей девушки.
— Мне ужасно неловко! Простите госпожа! И спасибо. Могу я что-то сделать для вас? — Тараторит Сара.
— Посмотрим. — Пожимаю плечами. — Сейчас мне ничего от тебя не нужно. Просто перестать тратить нервы на незначительные тревоги. Это того не стоит. — Она мягко улыбается, все ещё прячет глаза — И найдите более укромное место, а не на виду у всех, если бы в библиотеку зашла не я?
— Этого больше не будет! Вам не о чем переживать! — Побледневшее от стресса лицо смертной, в миг заливается румянцем.
— В этом нет ничего такого, просто будь осторожнее.
— Конечно. — Она скромно улыбается, продолжая прятать глаза.
Иду на завтрак с Элием. Но его личный сенешаль, которого большая редкость увидеть бродящим по дворцу без дела, оповещает, что Его Величество срочно вызвали на совет. Скоро и я должна буду присутствовать на всех советах, где обсуждают важные политические моменты.
Завтракаю в безмятежном одиночестве, наслаждаясь бутербродами с маслом и сыром. Несколько видов икры, красная рыба, устрицы, креветки — это только малая часть того, что находится на столе. Беру кусочек томлёной оленины в брусничном соусе. Запиваю вином. Идеальное сочетание.
От незнания куда себя деть, после завтрака иду в библиотеку, осторожно заглядываю, никого нет. Гуляю по этажам, рассматриваю то, что не успела рассмотреть в первый раз. Желания читать нет. Думаю о том, как же не хватает винного погреба. Сейчас бы убить несколько часов за изготовлением вина.
Нахожу кресло, в котором читала раньше. Сижу в раздумьях, пока не засыпаю, всё-таки трехчасовой сон слишком мал, для моего организма.
Просыпаюсь от громких голосов. Точнее от одного громкого голоса.
— Она чуть голову мне с плеч не снесла! — Злобно бросает Пиранья.
— Не нужно было лезть. И все было бы хорошо. — Отвечает ей Журавль, впервые слышу нотки раздражения в его голосе.
— Она первая начала допрашивать меня! Рагфа. Парнокопытное создание!
— У Рагф нет копыт. Ну в очень редких случаях.
— Не умничай!
Встаю с кресла, потянувшись разминаю затекшую спину и шею. Вытирают след от слюны на щеке. Выхожу из своего укрытия, сразу лицезря причину моего пробуждения.
— Так и знала, что это ты снова чем-то недовольна.
— А она что тут забыла? — Хмурится Пиранья.
— Я? Это место почти моя собственность.
— Она спала. — Отвечает Ворон. Ловлю его взгляд, прищурившись. Наблюдал за мной? Он лишь слегка улыбается, опускает взгляд на щеку. Ну нет! Видел, как из моего рта текут слюни? Прекрасно! Веду себя определённо подобающе статусу!
— Что в покоях короля не так хорошо спится? — Выплевывает девушка.
— Жаль, что Остара не вырвала тебе язык.
— О, она пыталась. Хороший у тебя рыцарь, только вот излишне преданная. Разве хозяйка, не должна отвечать за свою охрану? Она ранила меня, хотя я ничего ей не сделала.
— Ещё б ты ей что-то сделала. Думаю, у неё были на то причины. — В Остаре я уверенна даже больше, чем в себе.
— Это безответственно. — Морщится Пиранья.
— Я уже сказала, что знаю её достаточно хорошо, чтобы понимать. У неё была на то причина. Ты что-то ей сказала, возможно угрожала моей персоне, а она рыцарь. Думаю, она пыталась пользоваться словами. Но с тобой это достаточно тяжело.
— Я всего лишь сказала, что желаю перерезать тебе глотку. — Эльфийка впервые улыбается, хоть и с фальшивостью. Видеть на её лице открытую улыбку так непривычно, обычно её эмоции проявляются искривленными губами, отвращением и хмуростью.
— За такое, ей позволено убить. Это прямая угроза королевской персоне.
— Это была шутка. — Фыркает Пиранья закатив глаза.
— Хочешь совет? Не шути с рыцарями, что поклялась своей жизнью защищать госпожу. В особенности если это Рагшасы, Рагфы и Рафтаве.
— Не нуждаюсь в твоих советах.
— Ты поступила глупо. — Холодный голос Ворона заставляет Пиранью открыть рот, закрыть, нахмуриться и снова открыть:
— А ты не имеешь права осуждать меня! Да идите вы все к черту.
Девушка раздражено разворачивается на пятках и стараясь идти быстрым шагом, направилась в глубь библиотеки. Слегка хромая, прижимая левую ладонь к бедру.
— Она сильно ранена? — Поворачиваюсь к Ворону.
— Не особо, ваш рыцарь задела ей бедро.
— Тогда я пришлю лекаря. Пусть осмотрит её.
— Почему? Разве тебя не раздражает Пиранья? — Журавль удивлённо выгибает бровь. Смотрим друг другу в глаза. В моих всплывает картина его оголенной задницы. Прикрываю глаза. Как долго это будет преследовать меня.
— О, очень сильно. Так сильно, что хочется придушить собственными руками. Но тем не менее, я правда должна. Ей больно, она не скажет этого, не попросит помощи, потому что слишком гордая, а рана может загноиться и воспалиться. По себе знаю, как это больно. — Воспоминания подкидывает фантомную боль в плече, на котором красуется неровный шрам, благодаря целебным мазям, рана зажила быстрее, но уродливый шрам остался. Как напоминание о сотне смертях.
— В следующий раз, когда Пиранья встретит тебя и скажет какую-нибудь гадость, знай, что эта гадость будет с благодарностью и призрением. — Журавль улыбается. Подмигивает. Криво улыбаюсь ему в ответ.
— Не говорите ей, что это я прислала лекаря, скажите, что распоряжение короля.
— Почему не хотите сказать правду? — Серьёзный взгляд Ворона, будто проникает в душу, пытаясь понять мои намерения.
— Так ей будет легче принять помощь. — Парень задумчиво кивает. — Пиранья что-то говорила об отце? — Спрашиваю с надеждой, ведь на письма он так и не ответил.
— Она не видела его, передала письмо в руки его охране и вернулась обратно. — Киваю Ворону и направляюсь к лекарю. Тот в своей обычной манере, смотрит так, будто делает великую услугу, соглашаясь осмотреть ранение Эльфийки.
Блуждаю по длинным коридорам, рассматривая многочисленный картины, пока Грэсия не находит меня, сообщая что король, желает пообедать со мной.
Обед проходит в привычном молчании. Элий выглядит усталым, быстро ест, прибывая в глубоких раздумьях. Подготовка к свадьбе, дела совета, управление королевством, он все взвалил на свои плечи, не давая помочь.
— Тиана, я должен извиниться, что сейчас мы проводим крайне мало времени вместе. — Элий резко прерывает молчание. От неожиданности слегка давлюсь вином, откашливаюсь.
— Я понимаю, ты взвалил на себя слишком многое.
— Все нормально. Я создаю наше будущее. Оно будет прекрасным, обещаю. Давай поужинаем сегодня в нашем маленьком саду? Я распоряжусь, чтобы туда принесли стол и стулья, выпьем вина и насладимся лучами уходящего солнца? Как тебе идея? — Король мягко улыбается, медовыми глазами, рассматривает моё лицо.
— Звучит прекрасно. — Не нахожусь что сказать, отвечаю первое, что приходит в голову, фальшиво натягиваю улыбку. Элий в ответ улыбается, только настоящей улыбкой, а взгляд светится.
Насколько можно чувствовать себя ужасно, если перед свадьбой хочется сбежать как можно дальше и дело даже не в женихе. Все это будто... Не то.
После обеда, целенаправленно иду к озеру. Нужно подумать. Нужно побыть одной. Нужно просто перестать чувствовать это беспокойство, что наводят тени. Они всё шепчут, дарят отвращение к королю, оскверняя его образ, говоря про него гадости. Тени понимают, что после связи уз, не получат свободы. Будут заперты.
Сижу под ивой, брожу вдоль озера туда-сюда, наматываю круги вокруг. Заглядываю в него, будто вместо отражения, увижу ответы на бесконечные вопросы. Но вместо этого вижу свое отражение. Слегка усталое, слегка перепуганное, слегка взвинченное. Достаю из ножен глиняный бутылёк и делаю несколько глотков вина. После случая на Священных Проклятых землях, пришлось купить новый.
Резко оборачиваюсь, не успеваю сделать и несколько шагов, больно врезаюсь в чью-то грудь. Не удержав равновесия падаю.
Вскидываю голову, успеваю разглядеть на лице Ворона лёгкое волнение, которое снова переходит в безмятежность. Какой успокоительное он принимает?
— Снова ты! Что ты делал за моей спиной? — Резко бросаю, продолжая сидеть на траве. Потираю ушибленный лоб. Снимаю фероньерку, отбрасываю подальше. Раздражает.
— Я только подошёл, когда вы решили врезаться в меня. — Он склоняет голову вбок, рассматривает, изучает.
— Так это я виновата? Хорошо, в следующий раз, я не только врежусь, но и столкну тебя в это озеро.
— Думаю тогда я утону, ведь не умею плавать. — Ворон слегка улыбается, показывая зубы, подобие ямочек появляется всего на секунду и снова пропадает.
— Да куда там! Тебе это озеро максимум по ключицу будет. Не такое оно и глубокое.
— Оно намного глубже чем может показаться.
Ворон склоняется, протягивая широкую ладонь, обтянутую черной перчаткой. При этом смотрит так невинно, будто не из-за него я сейчас упала. Отказываюсь от помощи, встаю сама, обтряхивая платье. Хорошо, что оно чёрное, не видно следов от грязи и зелени. Грустно смотрю на бутыль, вино разлилось, когда я выронила её из рук.
Направляюсь к иве, целенаправленно игнорируя Ворона. Сажусь, парень останавливается рядом. Меня хватает на минуты две, поднимаю на него взгляд, несколько секунд смотрим друг на друга. Показываю взглядом, что он может сесть рядом и снова возвращаю взор на безмятежную гладь озера и распустившиеся под лучами солнца, золотые цветки лотоса. Ворон опускается рядом, лёгкий ветерок, доносит до меня, его запах. Принюхиваюсь, пахнет просто: мылом и зелёным чаем с цитрусом.
Ворон протягивает левую ладонь, наполненную ягодами малины. Оставляет её, между нами, предлагая. Будто дикий зверь, которого пытаются приручить, осторожно беру спелую ягодку. Недоверчиво поглядывая на него, а вдруг отрава? Но брюнет ест сам, смахивая со лба мешающие пряди волос. Тишину и шелест листьев, разбавляет хруст косточек малины на зубах. Ворон будто своим присутствием дарит покой, что так не доставал мне эти дни. Даже тени, их шёпот стал слабее, смиреннее. Возможно все дело в артефактах, которые он носит с собой?
Раздумываю над тем, чтобы приготовить вино с ягодами малины.
— Я наблюдал за вами, со стороны казалось будто, дикого зверя, что привык к свободе, закрыли в клетке, обещая, что эта клетка будет лучше. Ваши метания и тревога ощущалось издалека.
Смотрю на него. Как точно. Именно так я себя и ощущаю. Замечаю то, на что раньше не обращала внимания, в левой мочке красуется серёжка гвоздик, с черным камнем, что сливается с равными прядями волос. И почему я раньше его не замечала?
— Наверное просто предсвадебный стресс. Незнание того, что будет после, тревожит даже меня. Эльмиенку, что всегда жила одним днем, ведь знала, следующий день будет таким же и переживать незачем. Никогда не задумывалась о будущем. — Говорю не полную правду. Насколько ему можно доверять? И можно ли?
— Просто встретьте перемены с гордо поднятой головой. Вы часто так делаете. Перемены нужны, без них жизнь будет серой, скучной.
— А если эти перемены не ведут ни к чему хорошему? — Хмуро смотрю в его глаза. Все-таки они тёмно-зелёные.
— У медали всегда две стороны. Чёрная полоса не вечная, ночь всегда сменяет день. Перемены могут быть и хорошими, и плохими. Главное не застрять во тьме, а искать выход. Быть создателем этих перемен. Из чего-то плохого, можно вынести хорошее, из хорошего можно вынести плохое.
Смотрю на него по-новому. Его слова по-своему стали ценными для меня. Если даже свадьба пройдёт просто ужасно и мне придётся разбить сердце королю, эта перемена нужна, чтобы получить контроль. Это лишь достижение цели. После я создам другие перемены, что-то будет неподвластно, но другие... мы сами выбираем свое будущее. Главное, начать действовать сейчас.
— Ты правда не умеешь плавать? — Недоверчиво поглядываю на него, никогда бы не подумала, что с таким хорошим телосложением можно не уметь плавать.
— Да.
— Тогда почему не изменишь это?
— Потому что, заходя в воду, я всегда буду видеть её на дне. И стремиться туда. — Ворон отводит взгляд, смотрит на озеро. Поэтому он приходит сюда? Её? У него была возлюбленная? Она утонула... Разговор меняется, становится более сакральным, откровенным.
— Не думаю, что она бы хотела, чтобы ты повторил её судьбу. Её не нужно искать на дне, ведь её больше нет ни в этом мире, не в других. Наверное, ей бы хотелось, чтобы каждый раз, когда ты отказывался под водой, у тебя была возможность всплыть, набрать полные лёгкие воздуха и прожить ещё один день. Ведь она не смогла. Но можешь ты.
Смотрим друг другу в глаза. Зелёная радужка, ярко выраженная при дневном свете, челюсть слегка напряжена. Возможно, он сдерживается чтобы не сказать о том, что я лезу не туда, что не знаю о чем говорю и тому подобное. Но молчит, лишь взгляд выдаёт тоску по девушке, что когда-то существовала в его жизни.
***
Закат окрасил небо в красно-оранжевые цвета с добавлением розового, по которому медленно, безмятежно плывут облака. Чуть ниже, так же медленно по воздуху перемещались летающие островки. На которых обычно любили отдыхать драконы. Но сейчас те пустуют, хороший ли это знак?
Ботанический сад украсили по распоряжению короля. Больше цветов, больше свечей, небольшой столик и два стула, друг на против друга. Неподалёку стоял Элий держа в руках золотую розу, которая изящно сверкала в лучах уходящего солнца, будто правда была сделана из золота. На нём был официальный костюм, чёрного цвета.
Чёрный подходил к его лицу, даже больше, чем белый и золотой. Заметив меня, Элий улыбнулся, взяв мою ладонь в свою, по-обычному обжигающе горячую, поднёс к губам и оставил лёгкий поцелуй на тыльной стороне.
— Хотел подарить тебе её. — Элий выручает розу, что и впрямь сделана из золота или всё же... ?
— Она из золота?
— Она живая, но никогда не увядающая. — Он улыбается, оглаживая костяшки моих пальцев. — Эту розу передавали из поколения в поколения, как и ваши перстни. Хочу, чтобы она была у тебя.
— Благодарю. — Вежливо улыбаюсь, высвобождаю свою руку, что начало трясти.
Элий галантно отодвигает стул, приглашая меня сесть, после садится сам. Летающие Пикси будто по команде, сервируют стол, заполняю её свежеизготовленной едой. Чудесные ароматы заставляют живот тихо заурчать, а рот наполняется вязкой слюной. Жареное мясо, рагу из овощей и кролика, томлёная говядина и различные салаты на выбор. Элий открывает бутылку вина, наполняя бокалы.
— Давай выпьем за процветающее будущее. За перемены, что принесёт наш союз, за освобождение и новые возможности. За новый мир. Наш мир.
Чокаемся бокалами. Звук разносится по саду, вместе с ним внутри что-то разливается, будто яд, разъедающий внутренности. Тени шипят, как и всегда, но в присутствии Солнечного Короля, ничего сделать не могут. Его свет отгоняет их, раздражает.
Элий заводит разговор о небольшом числе гостей, что будут присутствовать на церемонии в храме Светлого Бога.
Стараюсь запомнить все, что может пригодится, о самой церемонии, о этапах её проведения и о клятвах, что нужно будет написать в ночь перед свадьбой. Сам герольд должен одобрить клятвы и, если будет нужно, подкорректировать. Так же, проверить, что обе стороны связывают свои узы без принуждения, только по собственному желанию.
— Ты выглядишь бледней обычной. Что-то не так? — Король разглядывает моё лицо, слегка обеспокоенным взглядом.
— Просто волнение перед свадьбой, не бери в голову. У всех невест такое бывает. — Отмахиваюсь. Делаю несколько глотков вина.
— Тебе не о чем волноваться. Я все решу сам, главное, чтобы ты оставалась на моей стороне до конца. Можешь мне это пообещать? Поклянёшься?
Тени не просто шепчет, они полным голосом приказывают, не слушать его, взять вилку и воткнуть ему в шею.
Киваю ему, натягивая обаятельную улыбку.
— Мы станем почти одним целым, конечно, я буду на твоей стороне.
«Пока это будет выгодно мне.» Добавляю в мыслях, под его облегченную улыбку.
— Хочу показать тебе многогранность своей личности. А не одну.
— Что же тебе мешает это сделать? — Рука рефлекторно сама сжимает вилку покрепче. Что это? Почему страх сковывает тело?
— Ты увидишь, все узнаешь сама, это будет мой сюрприз. После свадьбы я смогу поделиться с тобой всем. Мы в чем-то похожи, я уверен, что тебе понравятся мои планы. Я правда очарован тобой, не думал, что выгодное предложение по объединению двух могущественных королевств, выльется во что-то большее. Ты правда нравишься мне Тиана. — Его глаза сверкают, говоря о чувствах больше, чем простые слова.
Сердце пропускает удары. Я ему нравлюсь.
***
Лежу битый час, путаясь в одеяле, кручусь с бока на бок. Даже принятие горячей ванной с новыми маслами, не помогли успокоить мысли. Что, если он тоже начнёт мне нравится, когда я перестану слышать тени? Вжимаю лицо в подушку и негромко кричу. Нет. Нет, нет, нет. Я не доверяю ему. Что за сюрприз? Почему столько секретов? Зачем все так усложнять? Засыпаю, запутавшись в паутине собственных мыслей.
Вздрагиваю, распахнув глаза. Первое, что вижу во тьме комнаты, силуэт мужчины в магическом плаще. Одной рукой он приставляет нож к горлу, второй, зажал рот рукой, от чего я и проснулась. Сердце бьётся как у зайца, что убегает от голодного волка. Тени на стороже, уже тянут подобие рук к наёмному посланнику. Нельзя. Не тут. Слишком близко полнолуние. Если я воспользуюсь силой сейчас, перебью большую часть дворцовых жителей.
Мы застыли, смотря друг на друга, он в мои глаза, я во тьму, точно знающая куда именно смотреть. Учащенно дышу, чувствуя сталь ножа у горла. Почему-то воспоминания подкидывает образ Пираньи, подумала бы, что это она. Если бы не внушительное телосложение, широкие плечи и крупная ладонь в черной перчатке, закрывающая рот.
Он надавливает на лезвие чуть сильнее, из-за громкого стука сердца, что отдаётся пульсацией в уши не могу разобрать тихий шёпот, срывающийся с его губ. Ищу рукой хоть что-нибудь, нащупываю статуэтку из золота на прикроватный тумбочке. Обхватывая её посильнее, бью наотмашь по рёбрам нападающего. Тот не ожидавший, сгибается, шипит проклятия. Пытаюсь ударить второй раз, целясь в лицо, рука, что держала нож, перехватывает запястье. Кусаю его руку через перчатку, извиваюсь под ним словно змея, желая сбросить. Но мужчина лишь склоняется ближе, придавливая своим телом.
— Сегодня вы не умрёте. Рано. — Хриплый полушепот. Такой знакомый. Такой отчетливый, вот мы сидим у озера и едим малину, беседуя по душам, а теперь он пытается убить меня. Замираю, от осознания и шока. Страшно. Ужасно страшно.
Кусаю ещё раз, по ощущениям прокусываю перчатку. Ворон шипит, на секунду отнимая руку от моего рта. Секунды хватает, чтобы закричать насколько, насколько это возможно. Ворон легко смеётся и текуче сползает с пастели. В комнату врывается стража. Но парень уже скрывается, перепрыгивая через перилла балкона.
Четвертый этаж! Бегу чуть ли не вперед стражи. Смотрю вниз. Никого. Ожидала ли я увидеть его, распластавшись на земле? Или, наоборот, беспокоилась за его жизнь?
Да что с тобой?! Научись уже наконец понимать свои чувства!
Меня всю трясет, тело пробивает крупная дрожь. Спустя мгновения в покои врывается король, с мечом в руке. Вид взволнованный, волосы растрёпаны, Элий находит меня взглядом и выдыхает. Пересекает покои, сжимая в объятиях, от неожиданности ахаю. Сердце, что никак не успокаивается, забилось с новой силой.
— Я так испугался, когда мне сказали, что на тебя напали. Думал... думал, что потерял. — Ярко ощущаю соприкосновения тел. Его пылающее жаром и моё, похолодевшее от испуга. Яркий запах дорогого парфюма. Древесные и пряные ноты смешивается, ударяя в нос, при каждом тяжёлом вздохе.
— Все в порядке. Он не хотел меня убивать, скорее напугать. — Голос дрожит так сильно, что зубы клацают друг о друга.
— Кто это был? — Скорее обращается к страже, чем ко мне, спрашивает король.
— Мы видели лишь высокий силуэт в черном плаще. Такие есть только...
— Он обронил перчатку! — Кричит страж с балкона, показывая чёрную перчатку.
— Тогда найдём его по энергии. Отнесите перчатку королевскому магу! — Он снова обращает на меня взгляд, так и не выпуская из объятий. Становится тяжело дышать. Не от силы его объятий, а от воспоминаний. Прикосновения, кожа к коже. Сжимаю челюсть, борюсь.
— Знаешь ли ты, кто это был? Может узнала?
— Нет. — Вру я. Хочу услышать подтверждение, вдруг голос лишь показался знакомым.
— Хорошо. Теперь все хорошо. Может мне остаться с тобой на ночь? — Его взгляд взволнованно, вновь проходится по моему лицу.
— Не нужно. Будет достаточно, если со мной побудут служанки и принесут вина. — Унимаю дрожь, выдавливаю улыбку. Скулы будто сводит.
— Хорошо. — Наконец высвобождаюсь от удушающих объятий.
Когда же события прошлого смогут отпустить меня?
Остаюсь одна, в прохладной комнате. Сажусь на край кровати, смотря на балкон и звездную ночь. Погружаю руку в волосы. Вздыхаю запах цветов и табака. Табака? Принюхиваюсь, пытаюсь понять откуда этот запах.
Спустя минуты понимаю, что запах исходит от запястья, которое держал нападавший. Правая рука, в которой он держал нож. И до этого, возможно, держал сигарету.
Размышления прерывают служанки. Сара открыто сочувствует, Грэсия более сдержанно, лишь расспрашивает о моем состоянии. Спать определённо больше не хочется.
Ответы. Мне нужны ответы.