Дитя тьмы

Первые два дня прибывания в доме семьи Йенфер выдались напряжёнными, по-большей части только для Ширамон. Она боялась подходить одна к чему-либо, поэтому Колару пришлось позабыть о своих домашних делах и помочь эластору привыкнуть ко всему, что находится в доме. За его пределы парень не хотел выводить гостью, на это были несколько причин. Во-первых, девушка еще не освоилась на новом месте, которое, вероятнее всего, отличалось от ее прежнего дома. А во-вторых, кто знает, как отреагируют на повторное появление Ширамон в городе жители Циррины. Поэтому Колар осторожно помогал ей привыкать к новому, пусть и, скорее всего, временному, дому.

На третий день Колар решил немного прогуляться с Ширамон, сейчас она была уже спокойна. Парень сидел в гостиной, сосредоточенно рисуя на листе бумаги, который лежал на книге. Грифель оставлял на бумаге линии, которые собирались в эскиз какого-то украшения, похожего на брошь в виде птицы. Только, почему-то, полностью чёрной.

Ширамон сидела перед зеркалом в спальне Гретты и Гильтора и наблюдала, как нежные руки хозяйки расчесывают ее прямые волосы. Эластор была в своем черном платье, которое Гретта любезно выстирала. Теперь от него исходил аромат полевых цветов, приятный и мягкий. Но и против людской одежды Ширамон ничего не имела. Пара дней в лёгких платьях непривычно светлых цветов ничего неприятного не принесли. Разве что черные руки сильно выделялись на фоне светлой ткани.

Женщина отложила гребень на столик и разделила волосы на две равные части. Рога немного мешали собрать все волосы, поэтому пару прядей спереди пришлось оставить. Оставленные волосы обрамляли лицо, подчёркивая остроту его черт, и доходили до середины шеи. Одну часть волос Гретта перекинула на плечо, чтобы не мешали, а вторую начала заплетать. Ширамон сидела смирно и спокойно, с интересом смотря на то, как женщина делает из ее обычно распущенных волос две косы. Перетянув их бечевкой на концах, Гретта положила длинные косы на плечи эластора и довольно вздохнула.

- Тебе так идет, - Ширамон только кивнула и улыбнулась уголками губ. - Может, всё-таки подумаешь над тем, чтобы надеть другое платье? Твоё выглядит очень мрачно.

- Я останусь в своём, в нем мне удобнее.

Ширамон поднялась на ноги и, благодарно кивнув хозяйке, покинула комнату. Руки так и тянулись потрогать косы, которые очень понравились, но девушка сдерживалась, чтобы всё не испортить. Она спустилась по лестнице на первый этаж и пришла в гостиную, остановившись на пороге.

Колар, когда услышал шаги босых ног, отложил грифель и поднял взгляд на пришедшую, замерев от восторга и удивления. Новая причёска Ширамон была очень к лицу, отчего Колар захотел сохранить этот облик на бумаге. Но не дома.

Парень подошел к Ширамон и улыбнулся. В руке были листы бумаги, с незаконченным эскизом на одном из них, и грифель. Вторую руку он согнул в локте и предложил девушке взять его под локоть. Что она и сделала, встав рядом.

- Пойдем в лес, прогуляемся, а потом зайдём на ярмарку, - Колар уже шёл к выходу из дома и вёл за собой Ширамон, которая только одобрительно кивнула на предложение.

Всю дорогу каждый прохожий останавливался, оборачиваелся и смотрел в след эластору. Кто бы что не говорил, но естественный страх того, о чем ты почти ничего не знаешь, присутствовал в душах людей. Король явно не хотел распространяться о том, что в мире существуют и другие разумные существа, помимо людей. В таком случае, кто знает, возможно, могут быть и другие. Королевство достаточно огромно, но континент еще больше. Колар не задумывался над этим раньше, но сейчас подобные мысли стали посещать его голову чаще. Может, всему своё время?

Граница деревни была уже близко. Всю дорогу Ширамон, как и Колар, молчала, смотря вперёд. Они пересекли границу леса, и эластор вздохнула с облегчением. Отпустив парня, она пошла вперед, ступая по мягкой и холодной траве, которая приятно щекотала стопы. Демон нашла полянку, озаренную солнечным светом, пробивающимся сквозь ветви крон, и села под одно из деревьев.

Колар усмехнулся и сел напротив, сорвав какой-то жёлтый цветочек. Потом второй, третий, начиная плести венок. К жёлтым цветам добавились белые, зелёные травинки скрепляли их вместе. Посмотрев на голову Ширамон, парень примерно представил, каким по размеру должен быть венок, чтобы хорошо сидел на голове с рогами.

Ширамон следила за движениями рук, за выражением лица Колара, и мягко улыбалась. Вопросительный взгляд зелёных глаз устремился на нее, на что получил только мотание головы.

Венок под цвет глаз эластора оказался на голове девушки. Колар аккуратно надел его, начиная с самых рогов. Опустившись обратно на землю, парень одобрительно кивнул и положил на колени листы бумаги, не отрывая взгляд от Ширамон.

- Цветы подчёркивают красоту твоих необычных глаз, тебе очень идет, - Ширамон только смущенно опустила взгляд, но, когда Колар начал рисовать, посмотрела на него.

Только сейчас она заметила, что парень всегда ходит с одним и тем же хвостом, стянутым на затылке. Короткие, с пол-лица, пряди падали вперед на лицо, а хвост малость ослаб. Тонкая чёрная рука потянулась к лицу парня и убрала пряди пшеничных волос за ухо. Колар смущенно посмотрел на девушку.

- Почему Гретта тебя не делает тебе такие же... - она запнулась, пытаясь вспомнить слово, которое забыла от волнения, - косы, как сделала мне?

Парень усмехнулся и опустил бумагу на колени.

- Я ей сам не даю заплетать меня. Это женское, хотя мне и нравятся мои длинные волосы. Пусть заплетает своих подруг или себя, в крайнем случае тебя. Но я воздержусь и буду ходить с хвостом.

Ширамон только пожала плечами и наклонилась спиной на ствол дерева. Лучи солнца падали прямо на глаза, отчего золотистая радужка передавалась всеми цветами жёлтого. Колар завороженно смотрел на эту игру света, но опомнился и приступил к написанию нового портрета.

Мимо пролетела какая-то бабочка. Ее крылышки пропускали через себя лучики, отчего светились голубым цветом. Ширамон протянула к ней руку, желая, чтобы она села на палец, но насекомое, обогнув руку, село на венок. Колар поднял глаза и улыбнулся. Эластор сидела с недоумением, но смирилась с тем, что про ее руки забыли, и продолжила отдыхать под шелест листвы на ветвях.

Колар старательно прорисовывал каждую деталь облика демона, выводя узоры на лице. Незамеченной не осталась даже бабочка, которая до сих пор сидела на голове Ширамон. Смущенно закусив губу, парень прокашлялся, привлекая к себе внимание, и показал портрет девушке.

Взяв лист в руки, Ширамон внимательно рассматрела портрет, а после затянувшегося молчания тихо засмеялась скорее от счастья, а не из-за самого портрета. Ее смех был чистым, как звон колокольчика, и завораживающим, словно мелодия из музыкальной шкатулки.

- Тебе нравится? - робко спросил Колар.

- Да, мне нравится этот портрет, особенно хорошо получилась бабочка, - Ширамон по-доброму взглянула на парня и хотела уже вернуть портрет, как ее руки остановили на полпути руки Колара.

- Оставь себе, я нарисовал его для тебя.

Ярмарка уже началась; торговцы, приехавшие из других городов, стояли за прилавками и предлагали свой товар. Здесь было всё, начиная от необычного для этих краёв мяса и заканчивая причудливыми изделиями из дерева и металлов. Кузнец Цегор, от нечего делать, тоже занял место в ряду прилавков.

Колар после того, как оставил свои рисунки дома, повел Ширамон на ярмарку. Люди ходили от прилавка к прилавку, смотрели товар, что-то покупали, торговались, спорили - всё, как каждый год.

От одного из прилавков шёл приятный сладкий аромат, на который особо остро отреагировала девушка. Чувствительный нос эластора оповестил о необычном аромате, поэтому Ширамон взяла за руку Колара и потянула к столу.

За прилавком стоял худощавый мужчина с морщинами на лице, а перед ним стоял чан, в котором кипела карамель. Рядом стояла подставка, а в ней на деревянных палочках большие красные яблоки, на которых уже застывала сладкая сахарная корочка.

Торговец не на шутку испугался вида эластора и отшатнулся назад, но сдержал себя в руках, когда заметил рядом Колара. Нервно сглотнув, торговец встал на место и показал натянутую и наигранную улыбку.

- Девушка желает попробовать яблоки в карамели? - его руки тряслись, а голос едва ли не дрожал.

Колар достал мешочек с монетами и подошел к столу, приветливо улыбаясь и стараясь не обращать внимания на страх мужчины. Парень понимал, что нужно быть осторожнее с ним, иначе поднимется ужасная паника, если люди не поймут, что Ширамон не опасна.

- Здравствуйте, нам, пожалуйста, два яблока.

- Два медяка, - Колар отдал деньги, а торговец протянул два яблока, на которых еще не до конца остыла карамель, но уже успела схватиться. - Приятного аппетита и хорошей ярмарки!

Колар отдал одну из палочек со сладостью Ширамон и попрощался с мужчиной. Оба облегчённо выдохнули; Колар был рад, что обошлось без паники и долгих объяснений.

Всё внимание Ширамон было приковано к блестящей в лучах солнца карамели. Яблоко переливалось медью, выглядело ужасно аппетитно, но эластор не могла понять, как удачнее его укусить. Она посмотрела на Колара с надеждой найти помощь.

- Просто кусай, как хочешь, тебе понравится, - с улыбкой сказал он, а сам уже во всю грыз остывшую карамель, дабы добраться до сладкого фрукта.

Девушка кивнула и, поднеся яблоко к губам, впилась в него зубами. Карамель приятно хрустнула, а в местах касания с клыками раскрошилась. Чуть помедлив, Ширамон надавила дальше и откусила яблоко. Оно было полностью спелым, мягким и рассыпчатым, что оттеняла хрустящая и твёрдая карамель.

Золотые глазки засияли от восторга. Съев кусочек, девушка посмотрела на Колара и хотела поделиться своими ощущениями, но лишь получила знак молчать.

- Я знаю, просто ешь, - Колар еще откусил, казалось бы, обычное яблоко в карамели, и Ширамон не отставала от него.

Они медленно шли по улице в направлении дома, хотя домой идти не хотелось. День был слишком хорошим, чтобы проводить его дома. Солнце приятно грело спины, а венок на голове эластора привлекал собой многих бабочек.

Колар смотрел на девушку и поражался, как люди могут бояться ее. Такая безмятежная, спокойная, доедающая яблоко в карамели. Рожки украшал милый венок из лесных цветов, а рядом иногда летали бабочки. Парню было жалко ее, ту, которой пришлось бежать из родных краёв и огня. Он и не заметил, как всю голову заполонили мысли о бедах и ужасах в стране. Отбросив эти мысли, Колар свободной рукой сжал ладонь эластора и с лёгкой улыбкой откусил еще яблока.

***

Карета ехала по каменной дороге уже в границах столицы. Когда до дворцовой площади оставалась одна улица, кучер притормозил лошадей, так что теперь те, цокая копытами по камням, спокойно шли в направлении дворца.

Мужчина выглянул в окно кареты и осмотрелся. Стан-Азайя была светлым городом, дома красивыми и высокими, а люди богато одетыми. Всё кричало о том, что, чем ближе путник к дворцу, тем богаче и солиднее вокруг него город. Некоторые останавливались и смотрели вслед экипажу, но большинство не заостряли внимание - кареты в столице были обычным явлением.

Дворцовая стража преградила путь. Мужчины в форме подошли к кучеру и спросили, зачем те пожаловали.

- У меня встреча с Его Величеством, - сказал пассажир, выглянув из окна.

Гвардеец подошел к окну кареты, но не стал открывать дверь.

- Ваше приглашение, мистер...?

Гость молча показал конверт с королевской печатью - половинками луны и солнца вместе. Гвардеец кивнул своему напарнику, а тот сообщил кучеру, что они могут ехать. Кучер натянул поводья и карета вновь двинулась на дороге, через ворота во внутренний двор дворца.

Дворец сплошь был украшен золотом, в коридорах висели картины от лучших художников королевства, а пол устилали заграничные ковры. Гость в сопровождении слуг короля направлялся как раз к кабинету Его Величества. На его лице красовалась хитрая улыбка, которая не говорила о чем-то хорошем.

Слуга у кабинета открыл тяжёлые двери, похожие скорее ворота, мужчина вошел, а двери за ним закрылись с глухим стуком. Слуги остались снаружи на случай, если что-то понадобится.

Король - на вид лет тридцати - сидел за рабочим столом из дорогого и качественного дерева и читал какую-то толстую книгу, которой на вид можно было дать порядка сотни лет. Каштановые волосы короля едва касались плеч, были аккуратно уложены, глубокие голубые глаза бегали от слова к слову на ветхих страницах, а на лице была двухдневная щетина. Услышав шаги, король поднял голову и, взглянув на пришедшего, закрыл книгу, а резная деревянная закладка показывала место остановки.

Гость почтительно поклонился и поправил пиджак, одернув немного вниз. Король поднялся на ноги и обошёл стол, встав напротив мужчины. Расшитые золотыми нитями и драгоценными камнями одежды сияли в лучах света из больших окон и создавали ощущение волшебства.

- Приношу свои извинения, Ваше Величество король Иллари, за то, что посмел потревожить Вас, - король склонил голову к плечу и заложил руки за спину.

- Я тебя слушаю, Бертольд, какое важное дело привело тебя в самое сердце страны? - Иллари говорил с неохотой, будто уже устал от разговора.

- Вас не порадует эта новость, но она касается нашего плана по освобождению страны от эласторов.