Глава 11
Ночь после доклада Борака выдалась для Элазара тяжёлой.
Он не спал.
Слабость, сковывавшая тело, отступала лишь на короткие мгновения, но разум оставался ясным и холодным. Король сидел у окна, глядя на город, где уже гасли последние огни. Мысли возвращались к одному и тому же: если Анастериан жив, значит, ошибка была допущена не только в тот день — ошибка была в самом расчёте.
Он слишком рано решил, что младший сын исчез навсегда.
А значит, угроза никуда не делась.
— Найдите его... — тихо повторил он сам себе, будто закрепляя приказ, который уже отдал. — Найдите... и на этот раз без ошибок. Я сам не допущу.
Но где-то глубоко, там, куда он не позволял себе заглядывать, шевельнулось другое чувство — не страх, не тревога... а память.
Мальчик с серьёзными глазами, который всегда задавал слишком много вопросов.
Элазар резко поднялся, отгоняя воспоминание, и позвонил в колокольчик.
Вошёл слуга.
— Передай капитану стражи: удвоить ночные патрули в городе. Без объяснений.
— Слушаюсь, ваше величество.
Когда дверь закрылась, король снова остался один. И впервые за долгое время в тишине дворца ему стало по-настоящему холодно.
****
— Ты думаешь слишком громко, — раздался голос Орвеля.
Анастериан не повернулся.
— Я ничего не думаю.
— Неправда, — спокойно сказал старик, садясь рядом. — Тери, когда человек ничего не думает, он спит.
Несколько мгновений они молчали.
— Он ненавидит меня, — наконец произнёс Анастериан.
— Нет.
Юноша поднял голову.
— Он ранен, — ответил Орвель. — А раненые часто кусают тех, кого любят.
Анастериан усмехнулся, но без радости.
— Любят...
— Ты видел его глаза? — спросил старик.
Анастериан замолчал.
Да. Он видел. И именно это не давало покоя.
Там была ярость... и облегчение.
— Он не верил, что ты жив, — продолжил Орвель. — И вдруг ты появился. Это как вернуть человека из могилы. Не каждый способен выдержать такое.
Анастериан провёл рукой по лицу.
— Я всё равно сделал неправильно.
— Возможно. Но иногда неправильный шаг — единственный возможный.
Старик поднялся.
— Сегодня ты отдыхаешь.
— Нет, — сразу ответил Анастериан. — Я хочу тренироваться.
Орвель внимательно посмотрел на него, потом кивнул.
— Хорошо. Тогда начнём с дыхания. Если внутри буря — меч становится слепым.
Тренировка продолжалась долго.
Сначала дыхание, потом стойки, потом бой с тенью.
Анастериан двигался быстро, почти яростно, но постепенно движения становились точнее, спокойнее.
Пот на висках остыл, дыхание выровнялось, и вместе с этим пришла ясность.
Он не может изменить прошлое.
Но может решить, что делать дальше.
Когда солнце поднялось выше, Орвель остановил его.
— Достаточно.
— Я могу ещё.
— Я знаю, — сказал старик. — Но дело не в том, сколько ты можешь. Дело в том, сколько нужно.
Анастериан сел на траву, глядя в сторону города, едва видневшегося за холмами.
— Он сказал, чтобы я не возвращался, — тихо произнёс он.
— И ты послушаешься?
Юноша долго не отвечал.
— Не знаю.
Орвель усмехнулся.
— Это уже ответ.
***
В это же время во дворце Аксель тоже не спал почти всю ночь.
Он стоял в оружейной, глядя на клинки, развешанные вдоль стены.
Факелы отбрасывали на металл тёплый свет, и тени колыхались, словно живые.
Он снова видел лицо брата.
Слишком живое.
Слишком настоящее.
— Почему... — прошептал он, не замечая, что говорит вслух. — Почему ты пришёл именно сейчас...
— Ваше величество?
Аксель резко обернулся.
В дверях стоял капитан стражи.
— Простите, что тревожу. Вы приказали докладывать о любых необычных происшествиях.
Аксель нахмурился.
— Говори.
— Ночью один из патрулей заметил следы у северной стены. Кто-то покидал город. Один человек.
Сердце Акселя на мгновение сжалось.
— Следы свежие?
— Да, ваше величество.
Аксель отвернулся, скрывая выражение лица.
— Не преследовать, — сказал он после паузы.
Капитан удивился, но поклонился.
— Как прикажете.
Когда он ушёл, Аксель медленно опустился на скамью.
Он мог приказать поймать его.
Мог вернуть.
Но... не сделал этого.
— Жив... — тихо сказал он. — И этого достаточно... пока.
Но глубоко внутри он уже знал: это не конец.
Их пути ещё пересекутся.
И в следующий раз всё будет иначе.
Вечером того же дня один из людей Элазара, переодетый торговцем, вышел за ворота города.
Он шёл медленно, не привлекая внимания, но глаза его внимательно изучали дорогу, траву, обочины.
Следы он нашёл быстро.
И улыбнулся.
— Значит, ты жив, принц... — прошептал он.
И, повернувшись, направился обратно к городу, не подозревая, что за ним уже наблюдают из леса.
Анастериан опустил руку, в которой держал камень.
— Он ищет меня, — сказал он.
Орвель кивнул.
— Конечно. Это было лишь вопросом времени.
Юноша посмотрел на город вдалеке, и в его взгляде впервые за долгое время появилась не только боль... но и решимость.
— Тогда пусть ищут, — сказал он тихо. — Я больше не тень.
Анастериан стоял у кромки леса, глядя туда, где среди холмов скрывался город.
Человек, которого он видел, уже давно исчез за воротами, но ощущение тревоги не уходило.
Его нашли.
И первая мысль, которая пришла в голову, была болезненной и тяжёлой:
Аксель ищет его.
Он сжал кулаки.
Значит, слова о том, что ему лучше не возвращаться... были ложью? Или брат передумал? Или...
Или решил довести дело до конца.
Эта мысль обожгла сильнее, чем он ожидал.
— Ты хмуришься уже целый час, — сказал Орвель, подходя ближе. — И это уже начинает пугать даже меня.
— За мной следят, — тихо ответил Анастериан. — Сегодня один человек шёл по моим следам. Он притворялся торговцем, но двигался как солдат.
— И ты решил, что его послал твой брат.
Анастериан не ответил сразу.
— А кто ещё? — наконец произнёс он. — Кто ещё знает, что я жив?
Орвель посмотрел на него внимательно, но ничего не сказал.
Иногда человеку нужно самому прийти к ответу.
— Что ты собираешься делать? — спросил он.
Анастериан долго молчал.
— Не знаю... — честно сказал он. — Я не могу напасть на людей Акселя. Но и позволить им найти себя — тоже не могу.
Старик кивнул.
— Значит, тебе придётся стать ещё осторожнее.
— Я и так осторожен.
— Нет, — спокойно ответил Орвель. — До сих пор ты скрывался. Теперь на тебя охотятся. Это разные вещи.
Костёр погасили, лагерь был погружён в темноту.
Они перенесли стоянку глубже в лес, туда, где скалы образовывали естественное укрытие.
Анастериан не спал.
Он сидел, прислонившись к камню, и слушал лес.
Каждый звук казался подозрительным: треск ветки, шорох травы, крик ночной птицы.
И больше всего его мучила не опасность... а мысль о брате.
«Если это он...»
Он попытался представить, что Аксель действительно приказал найти его.
Лицо брата всплыло в памяти — усталое, злое, но... живое.
Нет.
Анастериан сжал зубы.
Он не мог поверить, что Аксель действительно пожелал ему смерти.
***
Глубокой ночью Орвель внезапно открыл глаза.
— Вставай, — тихо сказал он.
Анастериан уже сидел, рука лежала на рукояти меча.
— Сколько? — прошептал он.
Старик прислушался.
— Трое... нет, четверо. Идут осторожно. Не стража — слишком тихо.
Шаги приближались медленно, почти неслышно.
Люди знали, как двигаться в лесу.
Анастериан почувствовал, как сердце начинает биться быстрее.
Вот оно.
— Уходим? — спросил он.
Орвель покачал головой.
— Поздно. Они уже рядом.
В темноте мелькнул слабый свет — прикрытый фонарь.
Тени двигались между деревьев.
— Живым, — прошептал один из них. — Приказ был взять живым.
Анастериан замер.
Живым.
Не убить.
Сердце болезненно сжалось.
Аксель...
Он хочет увидеть меня снова?
Эта мысль на мгновение сбила его с толку — и именно в этот момент один из людей шагнул ближе, наступив на сухую ветку.
Хруст прозвучал громко, как выстрел.
Анастериан поднялся.
— Назад, — тихо сказал Орвель.
Но было уже поздно.
— Он здесь! — крикнул один из людей, и в тот же миг тишина леса разорвалась.
Двое бросились вперёд, третий поднял арбалет.
Анастериан рванул в сторону, и болт со свистом ударил в камень позади него.
Он выхватил меч, но не атаковал — лишь отбил удар, отступая.
Он не хотел их ранить.
Если это люди Акселя...
Один из нападавших сделал выпад, быстрый и точный.
Анастериан парировал, развернулся и ударил рукоятью в плечо противника, сбивая его с ног.
— Живым! — снова крикнул кто-то.
Эти слова эхом отдавались в голове.
Живым...
Значит, всё-таки брат.
Но затем он услышал другое:
— Король Элазар будет доволен, — сказал один из нападавших, тяжело дыша.
Анастериан замер на долю секунды.
Король.
Не Аксель.
Элазар.
В груди что-то холодно сжалось.
И в этот момент четвёртый человек бросился на него сзади.
Анастериан резко развернулся, и впервые за бой ударил по-настоящему.
Меч выбил оружие из рук нападавшего, и тот упал, задыхаясь.
— Отступаем! — крикнул кто-то в темноте. — Он слишком быстр!
Шаги начали удаляться, растворяясь в лесу.
Тишина вернулась так же внезапно, как исчезла.
Анастериан стоял, тяжело дыша, и смотрел в темноту.
— Значит... не Аксель... — прошептал он.
Орвель подошёл ближе.
— Я говорил тебе: не делай выводов слишком рано.
Анастериан опустил меч.
Внутри смешались облегчение и новая тревога.
Если это не брат...
Значит, отец знает.
— Теперь всё изменится, — тихо сказал Орвель.
Анастериан кивнул.
— Да... — ответил он. — Теперь я действительно в опасности.
И где-то далеко, в тёмных залах дворца, Элазар уже слушал доклад гонца, который опустился перед ним на колено.
— Мы нашли его, ваше величество. И он действительно жив.
Губы короля медленно тронула холодная улыбка.
— Хорошо, — сказал он. — Очень хорошо.
Он поднял взгляд, в котором не осталось ни тени слабости.
— Тогда игра начинается.