Глава 10
Солнце поднималось над городом, освещая величественные башни дворца и блестящие крыши улиц. Площадь перед замком уже была заполнена народом и придворными, все ждали начала церемонии, когда молодой принц впервые возьмёт корону в свои руки.
Аксель стоял в центре зала ожидания, плечи ровные, взгляд холодный и сосредоточенный. Он больше не был мальчиком, которого когда-то пугала тень отца. Теперь перед ним стояло его будущее: власть, ответственность, титул короля. Каждое движение, каждый кивок придворному, каждое слово произносилось с хладнокровием, которому он учился два года.
Среди толпы, скрываясь за колоннами и балюстрадами, сидел Анастериан. Его сердце колотилось сильнее, чем когда-либо, но он знал: ни один взгляд, ни один шёпот не должен выдать его присутствие. Два года скрытности, два года тренировок, и вот он здесь, рядом, но остаётся в тени, наблюдая за братом, которого потерял, а теперь видит впервые после стольких лет.
Толпа зазвучала торжественными песнями, придворные выстроились в строгий порядок, и вот, медленно, на пьедестал был внесён золотой скипетр. Аксель поднял голову, и его глаза обвели зал, не подозревая, что среди этих тысяч глаз есть один тайный наблюдатель.
Анастериан сдерживал дыхание, изучая брата. Он видел ту хладнокровность, с которой Аксель держался, видел уверенность, которую выработал за годы обучения. Он понимал: это его брат, но мир между ними теперь иной.
Орвель лёгким движением поднял руку, напоминая о маскировке.
Церемония шла своим чередом: речи, благословения, поклонения. Анастериан наблюдал за каждым жестом брата, за каждым словом, впитывая в себя всё, что когда-то казалось недосягаемым. Его сердце болело от разлуки, но разум был спокоен.
Когда корона была надета на голову Акселя, его лицо оставалось бесстрастным, но взгляд останавливался на народе.
Анастериан почувствовал лёгкий прилив решимости. Он не вмешается сейчас, но знает: он сможет встретиться с братом лицом к лицу, не опасаясь за свою жизнь. Пока он был лишь тенью.
***
Ночь опустилась на город, и замок погрузился в полумрак. Улицы пустели, окна дворца отражали бледный свет луны, а внутри тишину нарушали лишь редкие шаги сторожей.
Анастериан стоял на краю леса, дожидаясь, когда дворец и город окончательно погрузятся в сон.
— Не попадись, — шепнул Орвель, стоя позади него. — Даже если ты сильнее всех, их взгляды мгновенно узнают чужого.
Старик все же дозволил Анастериану встретиться с братом. Ведь юноша показал себя на коронации. Он как и обещал, был незаметным. Анастериан кивнул и скользнул в сторону одной из боковых башен. Двери были охраняемы, но он видел, что стража отдыхает, не ожидая нападения. Его сердце колотилось, но не от страха — от желания увидеть брата.
Анастериан пробрался в пустые коридоры дворца, каждое движение отдавалось в голове эхо тревоги. Он был тихим, осторожным, боясь, что любой звук может предать его присутствие. Но наконец, скользнув за углом, он увидел его — Акселя.
— Аксель... — выдохнул он, подходя ближе.
Брат резко обернулся. В глазах была смесь шока, отчаяния, ярости но в тот же момент облегчения.
— Ты... — коротко произнёс он. Но голос дрожал.
—Аксель, я так...
— Ты снова мне мерещишься? — продолжил Аксель, шагнув навстречу, так что тень Анастериана подскользнулась назад. — Анастериан, это правда ты?
— Аксель.. — начал Анастериан, но слова вязли в горле.
— Тебя убили на моих глазах.— глаза Акселя загорелись холодом. — Я не смог ничего сделать. Прости меня.
— Аксель, но я жив.
— Тогда почему ты не появился раньше? — чуть настойчиво спросил новоиспеченный король.
— Я... я боялся что меня снова убьют... — опустив глаза ответил Анастериан.
— Убьют? — в голосе Акселя чувствовалось напряжение, которое с каждым словом нарастало— Тери, а ты думал обо мне? Думал о том, что я пережил за все это время? Ты был нужен мне! И вот теперь ты объявился?
—Аксель, прости. Я не должен был... — не успел договорить Анастериан, как брат прервал его.
— Лучше бы ты не появлялся, — сказал Аксель почти шёпотом, с горечью. — Оставался бы тенью, как и всегда. Я бы хоть знал, хоть держал тебя в памяти каким ты был. А теперь... — он отшатнулся, сжимая кулаки. — Ты просто разрушил всё, что я строил за эти два года.
— Аксель, сейчас ты ведешь себя эгоистично! Я не мог прийти. Я не был готов. — но брат снова перебил.
— Анастериан! Ты изгнан из королевства! И тебе лучше тут не появляться! — сказал чуть громче, чем должен был Аксель.
Анастериан ощутил, как его сердце сжалось. Он сделал шаг назад, боль и разочарование обожгли его изнутри. Он думал, что радость от встречи с братом перевесит всё, но вместо этого увидел чужого человека, холодного, закалённого и злого.
Не выдержав взгляда брата, Анастериан тихо повернулся и скрылся в темноте коридора. Сердце болело, а разум кричал от бессилия. Он пришёл, чтобы обнять брата, увидеть его.
Аксель остался у окна, с сжатыми кулаками, дыхание ровное, лицо — бесстрастное. Но внутри горела ярость, смешанная с невыразимой радостью: брат жив.
***
Анастериан вернулся к лагерю на рассвете. Орвель встретил его взглядом, тихого любопытства:
— И как всё прошло? — спросил старик.
Анастериан лишь опустил глаза и ничего не ответил. Он не хотел делиться случившимся. Сердце всё ещё болело от встречи с братом, от того, что вместо радости и объятий он столкнулся с холодом, с обвинениями, с чужим человеком, каким стал Аксель.
— Ты молчишь, — заметил Орвель, слегка нахмурившись. — Это нормально. Иногда слова мешают пониманию.
Анастериан кивнул и сразу же вернулся к тренировкам. Его движения были точны, но теперь каждый удар мечом, каждый прыжок и выпад отражали внутреннюю бурю. Орвель наблюдал за ним в молчании, понимая: пока Анастериан сам не разберётся с эмоциями, говорить о произошедшем бесполезно.
Но самое страшное было впереди. Ведь их встречу с Акселем, все же кое-кто заметил.
***
В тёмных покоях дворца Элазар сидел на троне, склонившись над картами и докладами, его дыхание было прерывистым, слабым. Болезнь давала о себе знать, и каждое движение давалось с трудом. Все его зло, обернулось тяжестью. Но он все же держался крепко. Коронация Акселя прошла быстро, торжественно и бесспорно — именно так, как он хотел: сын теперь занимал место наследника, а младший, которого он считал помехой, был «удалён».
Но вдруг в дверях появился один из старых стражей, человек с доблестным, но встревоженным лицом.
— Ваше величество... — начал он тихо, склоняясь. — Есть сведения... необычные.
— Говори. Быстро, — отрезал Элазар, чувствуя, как слабость сковывает его голос.
— Тело Анастериана... не нашли. Если вы помните, к следующему вечеру, после смерти принца, была отправлена группа для зачистки. И тело не было найдено. Никаких следов гари и пепла. Мы думали его съели звери.
—Ближе к сути, Борак! — Грозно сказал король теребя перстень на пальце.
—Да, ходит слух что его видели в покоях короля Акселя. Прошло два года, это мог быть и простой бродяга.
Элазар поджал губы, глаза сузились. В груди что-то дернулось — смесь недоверия и раздражения.
— Жив?! — едва не прорвалось из него. — Что за глупости? Аксель своими глазами видел, как его тело горело.
Элазар на мгновение замер. Его пальцы сжались на подлокотнике трона, лицо стало бледным, как мрамор. Он почувствовал внезапный холод, который не был связан с болезнью. Сердце, которое радовалось, когда казалось, что младший сын мёртв, теперь колотилось от тревоги.
— Значит, судьба вмешалась, — сказал он тихо, почти шёпотом, — и это чудо... против моей воли.
Страж кивнул, понимая, что лучше не вторгаться в мысли короля. Элазар замолчал, прислушиваясь к собственной слабости, к каждому вдоху.
— Следите за ним, мне нужны доказательства. — наконец произнёс он ровно, с ледяной решимостью. — Но никто не должен знать, что я знаю. Пусть думают, что он мёртв. И вы... — он остановился, сжав кулак — не допускайте ошибок. Он нужен мне живым.