Глава 2.
Ночью Анастериан не спал.
Ветер бился о ставни, в коридорах скрипели доски, а в покоях матери горела всего одна свеча. Её свет дрожал, как дыхание самой королевы.
Он сидел у окна и смотрел вниз, во двор. Стража менялась, слышались короткие команды, звон металла. Всё было как всегда.
И в то же время — не так.
Замок вдруг стал тесным.
Слишком много крика. Слишком много крови на камне. Слишком много страха в глазах матери.
Ему нужно было выйти.
Не как принцу. Не как сыну короля.
Просто как человеку.
⸻
На рассвете, когда башни ещё тонули в тумане, Анастериан накинул тёмный плащ без герба и спустился по узкой лестнице для слуг. Он знал эти ходы с детства — прятался здесь, когда был совсем маленьким, когда отец злился слишком сильно.
Сегодня он не прятался.
Он уходил.
У восточных ворот стоял молодой стражник — один из новобранцев. Он зевал, поёживаясь от холода.
— Мне приказано доставить письмо в город, — тихо сказал Анастериан, стараясь говорить ровно. — От лорда Мейрена.
Имя советника всегда действовало.
Стражник замялся, но не стал спорить. Он видел перед собой худого юношу в простом плаще. Не принца.
Ворота скрипнули.
И Анастериан впервые шагнул за пределы замка один.
⸻
Город Санг-Арден был маленьким, но живым.
Узкие улочки, деревянные дома с покосившимися ставнями, запах хлеба, дыма и рыбы. Люди уже просыпались. Кто-то нёс вёдра к колодцу, кто-то открывал лавки.
Никто не поклонился.
Никто не смотрел с опаской.
На него вообще никто не обращал внимания.
И это было странно... и освобождающе.
Он медленно шёл по главной улице, впитывая всё вокруг. Грязь под сапогами. Крики торговцев. Смех детей, которые гоняли палку вместо меча.
Один мальчишка споткнулся и упал. Другой засмеялся.
— Ты дерёшься хуже моей сестры! — крикнул он.
— Зато я не трус! — ответил упавший и вскочил.
Анастериан замер.
Слово кольнуло.
Не трус.
Он вдруг понял, что не знает, кто он за пределами отцовского взгляда. В замке он был слабым. Ошибкой. Тенью.
А здесь он был просто юношей.
— Эй! Ты чего встал? — окликнула его пожилая женщина с корзиной яблок. — Покупать будешь или дорогу освободи!
Он растерялся.
— Простите... я... просто смотрю.
Она фыркнула:
— Смотреть бесплатно. Стоять — мешает.
И ушла.
Анастериан невольно улыбнулся.
С ним говорили грубо.
Но честно.
⸻
Он вышел к рынку.
Здесь было шумно. Куры в клетках, рыба на льду, пёстрые ткани, кувшины. Люди торговались, спорили, смеялись.
И всё это существовало независимо от замка.
Независимо от его отца.
— Дорого берёшь, — раздался хриплый голос.
Анастериан обернулся.
У прилавка с зерном стоял высокий мужчина с перевязанной рукой. Лицо — в старых шрамах.
— В прошлом году было дешевле, — продолжал он. — Или королю мало налогов?
Торговец оглянулся по сторонам:
— Тише ты!
— А чего тише? — усмехнулся мужчина. — Мы платим. Платим за стены, за солдат, за вино его величества.
У Анастериана похолодело внутри.
Он знал о налогах. Знал о военных сборах.
Но не слышал, как о них говорят.
Так.
Открыто.
С горечью.
— Скажи спасибо, что горцы не спускаются, — буркнул торговец. — Без армии было бы хуже.
— А что толку от армии, если она нас бьёт? — бросил мужчина.
Эти слова ударили сильнее, чем кулак отца.
Армия бьёт нас.
⸻
Он ушёл с рынка и свернул к реке.
Здесь было тише. Прачки полоскали бельё, дети запускали щепки по воде.
Анастериан сел на камень.
Вода текла спокойно. Ей было всё равно, кто король.
— Ты не местный.
Он вздрогнул.
Рядом стояла девочка лет двенадцати. Волосы спутанные, лицо веснушчатое, глаза внимательные.
— Почему ты так решила? — спросил он.
— Ты смотришь, будто всё впервые видишь.
Он усмехнулся.
— Может, так и есть.
Она села рядом без приглашения.
— Я Лира, — сказала она. — Мой отец кузнец.
— Анаст... — он замялся. — Тери.
Она кивнула, принимая.
— У тебя руки не как у рабочих, — заметила она. — Но и не как у солдат.
Он посмотрел на ладони. На следы от тренировочного меча. На синяк у запястья.
— Я... учусь, — сказал он.
— Тогда учись быстрее, — серьёзно сказала Лира. — Говорят, король злой. Нам нужен кто-то другой.
Он замер.
— Почему ты так думаешь?
Она пожала плечами:
— Он не приходит в город. Не смотрит на людей. Только сборщики налогов приходят. И солдаты.
Она наклонилась ближе.
— А ещё говорят, он бьёт своих сыновей.
Сердце Анастериана остановилось.
— Кто говорит?
— Люди, — просто ответила она. — В маленьком королевстве всё слышно.
Он смотрел на реку.
Значит, они знают.
Не всё. Но знают.
И всё равно живут. Всё равно надеются.
— А если бы один из сыновей стал королём? — тихо спросил он.
Лира посмотрела на него внимательно.
— Тогда пусть будет не как он.
Просто.
Без пафоса.
Не как он.
Эти слова оказались тяжелее любой короны.
⸻
К полудню небо потемнело.
С гор потянулись тучи. Ветер усилился.
Люди начали собирать лавки, загонять скот.
Анастериан вдруг понял, что задержался.
Если его хватятся...
Он встал.
— Ты ещё придёшь? — спросила Лира.
Он колебался.
— Возможно.
Она протянула ему маленький камешек — гладкий, с белой прожилкой.
— На память. Чтобы не забыл, что за стенами тоже мир.
Он взял.
Камень был тёплым.
⸻
Когда он возвращался к воротам, в груди было странное ощущение.
Не радость.
Не страх.
Что-то новое.
Он видел, как живут его люди. Слышал, что они думают. Понял, что корона — это не только трон.
Это ответственность за тех, кто стирает бельё у реки.
За детей с палками вместо мечей.
За кузнеца с перевязанной рукой.
И вдруг он ясно осознал: если ничего не изменится, они будут бояться замка.
Так же, как он.
У ворот его уже ждали.
Не новобранец.
Два солдата из личной стражи короля.
— Принц, — холодно сказал один. — Его величество желает знать, куда вы направлялись.
Мир снова сжался.
— В город, — ответил он честно.
— Без разрешения?
Он кивнул.
Солдаты переглянулись.
— Следуйте за нами.
⸻
В большом зале было темно. Факелы горели ярче обычного.
Элазар стоял у трона.
— Ты вышел, — сказал он тихо.
Не крик.
Это было хуже.
— Да, отец.
— Зачем?
Анастериан поднял взгляд.
Он вспомнил Лиру.
Рынок.
Реку.
— Я хотел увидеть, чем живёт королевство.
Тишина стала плотной.
— Королевство живёт тем, что я ему позволяю, — холодно ответил Элазар. — Тебе нечего делать среди грязи.
— Это не грязь, — вырвалось у него.
И он понял, что сказал это вслух.
Глаза короля сузились.
— Повтори.
Сердце билось в горле.
Но он больше не мог притворяться.
— Это наши люди.
В зале будто стало холоднее.
Элазар медленно подошёл ближе.
— Люди существуют, чтобы служить короне.
— Или чтобы корона служила им, — тихо сказал Анастериан.
Удар последовал мгновенно.
Голова откинулась назад. Вкус крови во рту.
Но он не упал.
Не в этот раз.
Элазар смотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.
— Ты слишком много думаешь, — произнёс он. — Это опасно.
— Может, — ответил Анастериан, глядя прямо. — Но я больше не хочу быть тенью.
Где-то у дверей стоял Аксель.
И в его глазах впервые было не только беспокойство.
Гордость.
⸻
Позже, в коридоре, Аксель схватил его за плечи.
— Ты с ума сошёл? Он мог...
— Мог, — перебил Анастериан.
Он вытащил из кармана камешек и сжал его.
— Но я видел город.
Аксель замолчал.
— И что ты увидел?
Анастериан посмотрел на брата.
— Причину стать другим королём.
Ветер за окнами усиливался. В горах гремел далёкий гром.
И впервые горы не казались ему стеной.
Они казались вызовом.