Эрден. Проделки шутника

Тучи заволокли небо и не позволяли осеннему солнцу согреть землю. Но Лиаму было жарко и без солнца. Он взмахнул посохом и обугленное бревно, стоящее в пяти метрах от него, упало, сбитое ветром. Лиам ударил посохом в землю у своих ног - побеги тут же выросли возле поваленного бревна, за мгновенье превратились в гибкие лозы и оплели бревно. Тогда Лиам направил верхушку посоха в том направлении, и пламя охватило бревно, обвитое лозами. Какое-то время Лиам смотрел на результат своих действий, а затем резко опустил посох сверху вниз и водопад обрушился на горящее бревно.
Когда огонь полностью погас, Лиам поставил бревно с помощью человеческого колдовства и начал все заново - ветер, земля, огонь, вода. И так раз за разом. Он тренировал эту комбинацию уже неделю, и все движения отточились до автоматизма. Это освобождало голову и давало возможность подумать.
Почти всегда мысли Лиама были заняты Аскевой. Он вспоминал их знакомство, когда она ухмылялась, перепачканная вареньем и сам невольно улыбался. Он представлял их будущее, когда война закончится. Лиам мечтал, что гномов победят, и они смогут вернуться в Рюнигем, где в качестве гальдира он обеспечит Аскеве хорошую жизнь. Он частенько разговаривал сам с собой, будто бы обращаясь к Аскеве в надежде услышать слова поддержки. Лиам написал ей длинное письмо, рассказав обо всем случившемся и надеялся, что Тальмоир его отправит.
Тальмоир уехал в Сосновую Чащу пополнить припасы и отправить свои письма. Он день за днем вглядывался в Эрден глазами птиц и зарисовывал увиденное. Измененный гномами рельеф Эрдена складывался в гномьи руны, и он хотел сообщить об этом королям.
Рассказ Лиама про гномов неподалеку от хижины и их предположение, что Зогнир заточил богов в Бельферге, не произвел на Тальмоира сильного впечатления. Гальдир сказал, что они останутся здесь, пока не закончат то, зачем приехали. А гномы-пограничники поблизости это только плюс, Лиам сможет потренироваться на реальных врагах.
Мысли об Аскеве всякий раз приводили Лиама к Фраину. Почему его не заточили с другими богами? И почему он отправляет в Бельферг их? Было бы проще и быстрее явиться тому же Тальмоиру. И тут же Лиам понял, почему Фраин выбрал юнцов, а не опытных колдунов и гальдиров. Те просто не поверили бы богу обмана, посчитали бы это какой-то шуткой. Как и сделал дед, когда Лиам рассказал про посланника Фраина и разговор гномов.
Лиам устал и прервал колдовскую комбинацию на лозах. Взглянул на небо, но спрятанное тучами солнце не подсказало время. Лиам проголодался, а Тальмоир еще не вернулся с припасами. Придется обойтись сухой лепешкой, если она еще осталась.
Здесь Лиам остро ощущал одиночество. Он два года жил один в лесной хижине, но там рядом был Келевар и Лиам никогда не чувствовал себя одиноким. Но здесь не было никого и ничего, только тишина. Он никогда не думал, что может так сильно не хватать стрекота насекомых и щебета птиц под окном, способных отвлечь от тоски.
Тальмоир вернулся к вечеру и привез всего одну сумку с едой.
- Почему так мало? - спросил Лиам.
- Завтра уезжаем, - сказал дед. - Рюнигем сдали. По всему Альгедуму беспорядки, потому что беженцы наводнили его. Альгедум последний оплот людей. Короли спорят, крестьяне ругаются, все недовольны, оказавшись в тесноте. Король Капуриан хочет, чтобы я ехал в Нидов, представлять его в совете королей, чтобы решать судьбу Эрдена.
- Ты согласился?
- Это была не просьба, Лиам. И ты поедешь со мной.
- Нет, когда мы вернемся в Делмей, я с Аскевой и Григом отправлюсь в Дверген, я ей обещал.
- Для этого ты мне и нужен. И Аскева тоже. Вы расскажете королям про Фраина.
Тальмоир впервые назвал Аскеву по имени. Интересно, будет ли это веским доводом для нее отправиться в Альгедум вместо Двергена?
Когда все занесли и расседлали Звездочета, сели ужинать.
- Я поспрашивал про твоего разноглазого полукровку, - сказал Тальмоир. - В Сосновой Чаще нет такого юноши и никогда не было.
- Ты уверен? Возможно, он стоял рядом с вами, но вы его не заметили с высоты собственной важности.
- Лиам, ты полгода прожил среди эльфов и уже должен знать, что мы не слепые.
- Но ведете себя именно так. Это смешно.
- Как много внимания ты уделяешь муравью? - спросил Тальмоир. - Они бегают вокруг тебя, но ты не обращаешь на них внимания. К тому же люди слишком любят повоевать. Ты знаешь историю Эрдена?
- Не довелось поучиться в академии, - ответил Лиам. - А дед учил меня практическим навыкам, видимо, историю Эрдена он не считал необходимой для выживания.
- Видимо, - согласился Тальмоир, игнорируя сарказм внука. - Пока Зогнир не начал свой Великий Ход, люди постоянно воевали между собой и с нами. Они нас бояться. Мы бессмертны, мы несем спокойствие, их суетным натурам это чуждо. Это сейчас они бегут в Блатхайм в поисках защиты, но еще пятьдесят лет назад их деды стояли с оружием у наших границ. У нас нет ни единого повода любить людей.
Лиам вспомнил, что Аронтуир рассказывал что-то подобное.
- Но ты же дружишь с людьми! - воскликнул Лиам. - У тебя живет колдун.
- О, всегда находятся достойные люди. Что лишь подчеркивает контраст.
Вечером, когда Лиам и Тальмоир укладывались спать, Лиам услышал треск. Звук был незнакомый и Лиам стал осматриваться, пытаясь определить что это и откуда. Звук шел от двери и Лиам сделал шаг в этом направлении.
- Нет! - Тальмоир остановил его и взял в руки посох. - Колдовство.
Пару мгновений они молча смотрели на дверь, а затем перед ними появился портал. Треск усилился, это звучал портал. С того места, где только что была дверь на них смотрели улыбающиеся Дерек и Аскева, а Григ гордо стоял между ними. Девушка держала на руках хорька, увидев Лиама, она помахала рукой. Рози воспользовалась моментом и спрыгнула на пол, три прыжка и она оказалась в хижине рядом с Лиамом.
- Ой! - воскликнула Аскева и в этот момент портал захлопнулся.