Глава 33
Элис казалось, что время на Ярмарке не просто шло своим ходом, но и проживало жизнь, став отдельным существом. Из вывески «Вечные украшения» осыпались белые жемчужины, разлетаясь по всей улице, а на лавке «Узоры прошлого и сегодня» нити сматывались в клубок, как по волшебству. В последний момент Элис заметила павильон «Игрушки из детства», где весело маршировали деревянные солдатики.
Элисон восхищалась всем, что так напоминало ей сказку. Если бы она попала сюда при иных обстоятельствах, то ни за что бы не поверила в реальность происходящего. Она почувствовала, как время начало перемешиваться, сливаясь в единый поток событий прошлого и настоящего. Маски у «Скоротечного театра» активно общались друг с другом, а возле кофейни «Утро вчерашнего дня» ароматы, казалось, шептали рецепты сладкой выпечки.
Наконец они дошли до нужного салона красоты, с золотым узорчатым фасадом. Элисон тут же почувствовала резкий запах ванили с нотками свежести и прохлады. За небольшой оградой росли полевые цветы в ухоженных клумбах. Дверь имела форму гребня, зубцы которого создавали игру теней и света, отражая картину разноцветных прядей.
— Надеюсь тут не будет клоунов, — сказала Хельга.
— А мне фокусник показался забавным, — ответила Элис, пожав плечами.
— Зачем вообще в здравом уме создавать все это?
Элис задумалась, обернувшись на чудесный, по ее мнению, квартал.
— Может решил сделать то, чего не было в его детстве? — предположила она.
Хельга промолчала, шагнув к двери парикмахерской «Пора перемен».
Открыв дверь, десятки колокольчиков встретили их торжественным звоном. По крайней мере так показалось Элис, прежде чем она услышала пронзительные возгласы.
— Если это ты, хитрый проныра, то я бы посоветовала, как можно скорее покинуть мой салон! — послышался приятный, но явно недовольный, женский голос откуда-то сверху.
Элисон с Хельгой замерли. Интерьер был наполнен элегантностью, и в то же время, домашним уютом. Бархатные кресла напоминали королевские троны с изящным ажуром, а на мягких подушках блестели вышивки изумрудного клевера. Рамы высоких зеркал были усыпаны драгоценностями, а на стенах двигались картины различных шляп, от шелковых цилиндров, до соломенных панам. Роскошная люстра слегка покачивалась, издавая приятный звук капель.
На винтовой лестнице с перилами в виде лиан, и ступенями, покрытыми мягким ковром, показалась женщина. Глаза ассистента были выразительно синими с подчеркнутым глубоким пурпурным макияжем. Стоило мадам только увидеть Элисон и Хельгу, как слова на ее тонких губах застыли, а ровная осанка потеряла очарование.
— Что вы тут делаете? — удивилась дама, и мигом отругала себя за бестактность. — Простите, просто вас не должно быть здесь.
— Вы имеете в виду на Временной Ярмарке, или в салоне? — уточнила Элис.
— И то и другое, — мадам подошла к ним ближе. — Это место было создано профессором для его сына.
Она взмахнула рукой, будто отогнала от себя недосказанность. Элисон заподозрила, что та боялась сказать лишнего, поэтому резко удалилась к одному из зеркал, избегая взгляда. Все ее движения были медленными и плавными, а скользящая походка напоминала танец лебедя.
— Вообще-то мы пришли за одной вещью, — начала Хельга.
— Капсулы у меня нет, — твердо заявила мадам.
— Фокусник попросил нас забрать его сачок, — объяснила Элис.
Мадам резко обернулась, с улыбкой покачав головой.
— Вот же прохвост! — вскрикнула она. — Передайте ему, что он никогда не получит свой мешок!
— Что же он такого сделал? — поинтересовалась Элис.
— А я вам сейчас расскажу, — хохоча, ответила она, будто не могла дождаться момента высказаться. — Присядьте.
Казалось, что мадам настраивалась на долгое повествование. Она развернула два кресла, а сама одернула белый кружевной воротничок на приталенном платье, и отряхнула длинные рукава с узорчатыми манжетами. Пояс из плотного бархата, украшенный бантом, подчеркивал ее неестественно узкую талию. Элисон ее образ был по душе, хоть и напоминал больше фарфоровую куклу.
— Много минут назад, жулик решил показать мне фокус, — начала мадам. — Моя вина, что согласилась. Но он уверил, что это его фирменное шоу, для которого нужен любой предмет. Я предложила бигуди, которые, между прочим, в свое время завивали волосы всех жителей Фортуны, но этот обманщик захотел мою любимую заколку. И я снова доверилась ему!
Она провела рукой по длинным густым волосам, похожим на поток золота. Локоны свободно спадали по спине, создавая плавные волны и играя на свету. Для ассистента, да и для человека, мадам была чересчур эмоциональна. Мимика менялась так быстро, что Элисон едва успевала улавливать ее состояние.
— Затем он достал сачок, — продолжила она возмущаться, — бросил в него мою любимую заколку, а взамен вытащил резиновую уточку. И все бы ничего, но плут продолжал вытягивать всякие колпаки, шоколад, ну и, конечно же, белых кроликов, которые постоянно убегают из его шатра.
— Он так и не вернул вам заколку? — уточнила Элис.
— Нет! Я забрала его мешок, а когда просунула руку, там оказалось пусто!
— А другой у вас нет?
— Это украшение мне очень дорого, — протянула она, подняв подбородок. — Сам профессор присвоил мне ее при создании. Я была первая модель с таким украшением.
Мадам с улыбкой, смахнув вымышленную слезу, точно вспоминая прошлое.
— А сто тысяч секунд назад, жулик вынес все из Сладкой машины времени. И как совести хватает еще отрицать! Покрутил своим посохом, а как ушел, все лакомства испарились, и даже нуга куда-то утекла!
— Да что вы говорите! — внезапно вскрикнула Хельга, покосившись на Элис. — Вот же... чудик!
Мадам довольно покачала головой.
— Вот-вот, — подняла она указательный палец. — Когда прошлое уже закончилось, а будущее еще не наступило, знаете, что он устроил в Часовне секундомеров?
Хельга громко ахнула.
— Даже не могу представить, — взялась она за голову. — Расскажите!
Долго ассистента упрашивать не пришлось. Она уперлась рукой в бок, выразив недовольную позу.
— Запустил все механизмы в обратную сторону, — сказала она тихо, будто это страшный секрет. — Хорошо, что часовщик быстро исправил шалость этого разбойника.
— Какой ужас! — продолжала восклицать Хельга, и Элис взглянула на нее с удивлением. — Мне так жаль. В детстве отец часто повторял мне, что за все надо нести ответственность. И такие выходки не должны оставаться безнаказанными!
Мадам захлопала в ладони, но без должной радости.
— Но мне уже не воротить заколку, — она тяжело вздохнула. — А ведь второй такой не получить.
— А я уверена, что она там! — твердо заявила Хельга. — Надо просто заставить его вернуть ее, даже если фокусник весь день будет вытаскивать из мешка белых кроликов. Что думаешь, Элисон?
Элис замялась, а потом подхватила игру Хельги, нахмурив брови.
— Точно, — подыграла она, но получилось у нее это не очень правдоподобно. — Не бездонный же этот мешок.
Ассистент скептически задумалась, а Хельга подбежала к ней, обняв за талию.
— Клянусь честью отца, что верну вашу драгоценную и самую любимую вещь, — уверила она ее, и та тут же расслабилась.
— Ох! — растрогалась она. — Отец должен гордиться вами.
Еще некоторое время Хельга, улыбаясь плела ложь, увлекая ее вымыслами о благородном поступке. Вскоре речь окончательно заворожила мадам, и та погрузилась в мечтания о заколке. Элисон показалось это не совсем правильным, но, с другой стороны, вся эта история о фокуснике и его шалостях не казалась ей чем-то серьезным. Словно они действительно попали в мир кукол, а теперь участвуют в их вымышленных проблемах. Поэтому Элисон не сильно переживала за ловко наведенный туман на ее разум.
Как только Хельга закончила игру слов и воображения, глаза робота внезапно замерцали белым, а сама она замерла на несколько секунд.
— Знаете, я передумала, — внезапно сказала та. Голос ее стал монотонным и без прежней выразительности.
Хельга остолбенела, а Элис заподозрила что-то неладное. Она сообразила, что роботу подали сигнал, или изменили программу. Пробыв на Фортуне несколько дней, Элис начала замечать детали, о каких раньше упоминал Садлер. Движения ассистента стали более резкими, а слова четкими и вкрадчивыми.
— Если желаете получить сачок, то придется отдать мне кое-что взамен, — продолжила она.
— И что же? — тут же спросила Элис.
Мадам ухмыльнулась.
— Каждая из вас подарит мне по маленькой пряди волос.
— Ну уж нет! — протянула Хельга. — Один чудик уже вырвал у меня парочку. С такими темпами мне придется носить парик.
— Значит мешок останется у меня, — ответила мадам, и Хельга раздраженно вздохнула.
Для Элисон пожертвовать одной прядью не было проблемой, но соглашаться она не спешила. Если в данный момент ассистентом действительно кто-то управляет, значит волосы для чего-то нужны и, возможно, самому профессору. Элис предполагала, что Халлингс мог бы использовать образцы в целях исследований в области медицины. Но для чего конкретно, она не знала, от того и сомневалась в подобной сделке.
— Меня это тоже не радует, — обратилась Хельга, видимо, разглядев в лице Элис опасение. — Но у нас нет выбора.
И она права. Элисон понимала, что убеждать ассистента теперь бесполезно, а, попасть к Хранителю, где, возможно, будет и Гидеон, необходимо.
Недолго думая, они согласились, и ассистент охотно усадила их на кресла, отрегулировав удобную высоту. Затем она взяла маленькие ножницы с рукояткой, украшенной фиолетовыми камнями, и заметно прищурилась, осматривая волосы Элис. Едва лезвия раскрылись, как между ними появился мягкий свет, словно сияющий луч. Легким касанием, она щелкнула инструментом, и вытянула тоненькую каштановую прядь. Ту же самую процедуру пережила и Хельга, ежесекундно выражая беспокойство.
Мадам довольно уложила срезанные волосы в стеклянные баночки, и аккуратно поставила их на полку как трофеи.
Через несколько минут, она принесла черный сачок с вышивками в виде звезд и лунных полумесяцев, и отдала его Хельге. Элисон и раньше сталкивалась с уличными фокусами, но сейчас ей не казалось, что в столь маленьком реквизите мог уместиться кролик. К тому же мешок был пуст, без скрытого дна и прочих хитростей. Поэтому Элис была уверена, что заколка, скорее всего, у фокусника, а все это было построенным представлением. Хельга прикусила нижнюю губу, видимо, осознав, что попытки обхитрить увенчались провалом, и, кроме того, только что обману была подвержена она сама.
Возвращались они молча, а Элис казалось, что вся Ярмарка тихо посмеивалась, и даже ухмылялась. Неразборчивые шепоты, будто шли за ней по пятам, а воздух насыщался своеобразным коктейлем разочарования и неопределенности. Но среди этой фантазии, Элис внезапно ощутила знакомый запах. Смолистый кедр с легкими нотками табака и цитруса. Аромат Гидеона! Она вдруг остановилась, и сердце мгновенно забилось чаще. Элисон, словно чувствовала его рядом, и с полной уверенностью искала глазами силуэт Гидеона.
— Что с тобой? — спросила Хельга, заметив ее суету.
— Гидеон где-то рядом! Я знаю!
Но Хельга даже не думала останавливаться.
— Значит он в безопасности, — равнодушно отреагировала она. — Идем, мы и так потеряли много времени.
— Нет, — притормозила ее Элис. — Надо сначала отыскать его, он близко, я чувствую.
Хельга закатила глаза, даже не пытаясь скрыть неприязнь.
— Ладно, — лениво согласилась она. — Тогда давай разделимся, чтобы быстрее уже отыскать твоего Гидеона.
Элисон покачала головой, уделяя внимание лишь улице и домикам поблизости.
— Встретимся здесь, — указала она на вывеску пошивочной фабрики «Шелковое время», но Хельга даже не посмотрела в ее сторону. Она стремительно отдалялась, редко поглядывая в окна цветных зданий.
Элисон продолжала искать, бегая от одной двери к другой, но Гидеона нигде не было. Аромат его, как призрак, то рассеивался, то вновь возвращался, играя с ее чувствами. Но в какой-то момент она уловила его голос, тихий, будто принесенный ветром.
Мчавшись вдоль улицы, Элисон прислушивалась к каждому шороху. Звук казался таким близким. Внезапно, когда в увлеченном порыве Элис всего на секунду оглянулась, она неожиданно врезалась в чье-то тело, с криком рухнув на землю. Открыв глаза, Элисон поморщилась от боли, взглянув на ладонь. Из неглубоких царапин сочилась кровь, а позади послышался мужской голос:
— Куда ты так спешишь?! Время решила обогнать?