Глава 16
Внезапно Элисон вспомнила о драке Гидеона с ассистентом Садлера. По их словам, было ясно, что Гидеону не понравились вопросы, которые задавал Кастор, и Элис подумала, что быть может дело не в содержании слов ассистента, а в количестве. Это она и решила проверить. Так Элисон смогла бы выбить любую информацию из Гидеона, и, возможно, получить более ценные знания, которые помогут ей отыскать подсказку. И может для неё это было чревато, но иных задумок, к сожалению, не было.
Гидеон в спешке вышел из лавки, и Элисон тут же отправилась за ним по пятам. На этот раз она не хотела оставаться незамеченной, напротив, было важно, чтобы её присутствие Гидеон чувствовал постоянно.
К её удаче долго бродить за ним не пришлось.
— Ну и что ты увязалась за мной? — резко обернулся он.
— Хочу задать вопрос.
— Нет, — твёрдо ответил Гидеон, и направился дальше по площади.
— Тогда я буду ходить за тобой весь день.
Гидеон промолчал. Он продолжал торопливо двигаться вдоль жутких торговых лавок. Звук его шагов был бойким и уверенным, словно он прекрасно знал куда идёт. А Элисон лишь пыталась не упускать его из вида, при этом стараясь не оборачиваться на жуткие шорохи и скрипы.
— Ладно, — сдался он. — Задавай свой вопрос и оставь меня в покое.
Он обернулся, посмотрев на неё сверху вниз, и Элис показалось, что взгляд его растерянный. Он постоянно поглядывал куда-то вдаль, точно что-то искал, или же от кого-то скрывался.
— Хочу знать, что ты ищешь на Рынке чувств, — сказала Элис первое, что пришло ей в голову.
Гидеон самодовольно хмыкнул.
— Серьёзно? — он недовольно вздохнул, показав всем своим видом, что Элис напрасно тратит его время. — Я ищу подсказку от профессора. В прочем, уверен, что ты тоже, а значит не занимайся ерундой, и делай то, что должна.
Он равнодушно развернулся и направился дальше по своему пути. Но Элисон последовала за ним, хоть в душе у неё зародилось сомнение насчёт своего плана. Что если Гидеон действительно не скажет ей ничего весомого, и она зря уделяет ему столько внимания?
— Ну что еще? — он снова обернулся, на этот раз показав растущее недовольство.
— Что за уговор у тебя с Идженом?
— Значит солгала, что не слышала. И вообще ты сказала, что вопрос будет один.
— Я не говорила, что ничего не слышала. Также, как и не было слов об одном вопросе.
Ответ Гидеона развеселил. Он был словно доволен хитрой проницательностью, но при этом явно раскусил её уловку.
— Тебя не касаются мои личные дела, — произнёс он, выделяя каждое слово.
— Тогда я хочу знать, о чём вы переговаривались на Арене в тот вечер с Чарли и Хельгой. И зачем ты украл часы Чарли? А еще для чего тебе Капсула и действительно ли ты работаешь в паре с Хельгой?
Элисон продолжала задавать любые вопросы, какие посещали её голову. Некоторые из них были настолько глупыми, что ей с трудом удавалось скрывать улыбку.
— С чего ты взяла, что я работаю с Хельгой? — не сдержал смех Гидеон.
В ответ Элисон гордо подняла подбородок, пытаясь показать ему, что у неё также имеются источники информации. Но Гидеона такая реакция лишь сильнее рассмешила.
— И неужели ты ей поверила? — догадался он, не прекращая смеяться.
Но Элисон было не до веселья. Она обиженно взглянула на него, скрестив руки на груди.
— Ладно, ладно, — пытался он успокоиться. — На вопросы я всё же не отвечу, но можешь пойти со мной. Не знаю, что ты тут ищешь, но, как я вижу, сдаваться не собираешься. Да и бродить в одиночку небезопасно.
Он снова оглянулся по сторонам, оценив обстановку. Лёгкое мерцание тусклых фонарей пронизывал густой туман, а воздух наполнялся электрическим запахом. Бесшумные тени пробегали возле Элисон, словно неуловимые существа. Порой они исчезали в тумане, а затем возвращались снова, как незримые призраки. Зыбкая атмосфера продолжала оставлять холодные мурашки на коже, и, если бы не Гидеон, который был рядом, она бы неприметно сошла с ума от этого места.
Поэтому Элисон решила рассказать Гидеону о своей награде, которую получила от профессора в Сердце Разума. Конечно, она не доверяла самоуверенному наглецу, но и силы свои оценивала здраво. Она понимала, что в одиночку попросту затеряется среди тумана и жутких лавок, а то и вовсе не найдёт выход из Рынка чувств. От одной этой мысли её желудок скручивался в тугой узел, а дрожь поражала кончики пальцев.
Она показала ему пустое письмо, а он тем временем внимательно разглядывал бумагу под жёлтым светом уличного фонаря. Гидеон несколько раз согнул край записки, и даже попытался порвать её пополам.
— Что ты делаешь? — воскликнула Элис. — Отдай сейчас же!
— Да не кричи ты, — поморщился он. — Смотри, на бумаге не остаётся следов сгиба, и она не рвётся.
Он демонстративно крепко сжал записку, а затем расправил, и на бумаге действительно не было никаких повреждений. Лист оставался чистым, без единого разлома и царапины, кроме того, что разделял надпись: «Награда для Элисон» и пустое место.
— И как это поможет мне отыскать подсказку? — подумала Элисон вслух.
— Пока не знаю, но вот здесь, — он тыкнул пальцем на место под буквами, — есть какая-то выпуклость, будто на бумаге лежало что-то ещё.
Элисон задумалась, а всё ли она забрала из пасти дракона, который ей выдал это письмо? Она так спешила, что могла бы и упустить какую-нибудь деталь. К тому же её отвлёк крик Садлера, а значит вполне возможно, что нечто важное незаметно выпало, и Элисон не обратила на это внимание.
И пока Гидеон пытался отыскать другие следы на бумаге, Элисон утопала в собственных размышлениях. Она совсем не заметила, как из лавки с названием «Огненная ревность», вышел ассистент. Он молча стоял за спиной, а затем резко навалился на неё, мёртвой хваткой схватив одной рукой за плечо, крепче сжимая хрупкие ключицы.
Элисон закричала, да так сильно, что вопль эхом раздался по всей площади. Она попыталась вырваться от неизвестного, но тот, словно не чувствуя её сопротивления, продолжал тащить за собой. Гидеон тут же ринулся ей на помощь, отбросив ассистента на каменную кладку. Он обеспокоено осматривал лицо Элис, будто искал ранения, но на сомкнутых губах его читалась неистовая злость.
— Ты в порядке? — встревоженно спросил он, и Элис утвердительно кивнула. В ответ Гидеон что-то прорычал, резко встав с колен. Он направился прямо к ассистенту, пока тот молча сидел без движений. Лишь голова его билась в конвульсиях, а в глазах отражалось явное безумие.
— Гидеон, стой! — крикнула ему вслед Элис.
Но тот её не слышал, или же не желал отступать. Он схватил ассистента за горло, слегка приподняв над землёй.
— Не надо! — продолжала Элис, и Гидеон внезапно остановил замах кулака. — Посмотри на его глаза! Это не он! Модуль! В нём модуль! — из последних сил кричала она.
Ассистент и вправду не понимал, что с ним происходит. Казалось, что программа давно сломана, а сам он вышел из строя, не отдавая отчёт действиям. По спутанным волосам когда-то это была девушка, но частями разбитое лицо твердило о падшем роботе. Элисон уже встречала такого, в первые минуты пребывания на Рынке чувств. Из груди этого также были вырваны некоторые компоненты, впрочем, как и отсутствовала правая рука.
Гидеон небрежно бросил ассистента, презрительно оценив её разломанное тело.
— Как ты? Можешь идти? — обратился он к Элис, тяжело дыша.
— Да. Я в порядке.
Но Гидеона такой ответ не устроил. Элисон продолжала держаться за плечо, ощущая, как болевые импульсы отдавали в область грудной клетки.
— Идём, тебе надо отдохнуть. Тут недалеко.
Он аккуратно взял Элисон под руку, и они медленно шагали сквозь густой туман где-то между торговых лавок. Конечно, Элисон была уверена, что не уйдёт отсюда с пустыми руками, но на самом деле, ей хотелось сесть и расплакаться. И дело вовсе не в боли и далеко не в испуге. Элисон прокручивала в голове образ того ассистента у входа, будто снова слышала умоляющие стоны среди темноты. И безумные глаза той девушки, в которых была не только одержимость, но и безнадёжное отчаяние. Элисон было больно смотреть на страдания, хоть она и прекрасно понимала, что подобные чувства роботам чужды.
Но зрение не обманешь. Она никак не могла понять зачем профессору создавать столь жестокое и холодное место? Зачем губить собственные творения? А главное, какая заключается её роль во всей этой экспериментальной науке?
Они зашли в лавку под названием «Экстракт правды». Элисон с трудом верилось, что это место находилось посреди Рынка чувств, ведь крохотный магазинчик сильно отличался от тех, что она видела ранее. При входе в лавку плавно путешествовали ароматы свежих цветов и сушёных трав. Внутри царила тёплая и уютная обстановка, словно Элисон попала в гостеприимный дом у сказочного колдуна. Мягкий свет свечей и неоновая подсветка переходили от яркого к тусклому, а музыкальное сопровождение было подобрано так, что сам воздух пропитывался целительной магией и глубокими тайнами.
Витрины были усыпаны чарующими артефактами, а на стенах висели ткани в алхимических узорах. Но изюминкой этого места был небольшой фонтан, установленный по центру. Элисон сразу заметила, что фонтан испускал не воду, а свет, который менял оттенки под такт музыки, отражая колебания своего собственного внутреннего мира.
Гидеон помог Элис присесть за большой стол в углу комнаты, на котором были хаотично разбросаны письменные принадлежности. А сам отошёл к стойке, усыпанной множеством полудрагоценных камней.
Вернулся к Элис он не один. Рядом стоял преклонного возраста ассистент, одетый в потрёпанную мантию из разных лоскутов. Длинная седая борода и глубокие морщины, словно скрывали множество тайн и мудрости. Ассистент представился Альваром, но по его же словам имя ему никто не присваивал, от того он и выдумал его сам.
— Позволишь мне осмотреть твоё плечо? — спросил он, сняв с правой руки белую печатку.
Элисон насторожилась, взглянув на Гидеона. Тот, скрестив руки на груди, кивнул в её сторону, будто уверял в безопасности. Да и разного оттенка голубые глаза ассистента вызывали у неё доверие, уж слишком много в них было понимания и сочувствия. По крайней мере, Элисон так казалось.
С трудом оголив больное плечо, Альвар приложил мозолистую ладонь и Элисон тут же почувствовала неестественное тепло, которое импульсом отдавало по всем органам.
— Не бойся. Когда-то я был разработан для облегчения болей и ускорения реабилитации, — объяснился он. — Магнитные стимуляции не навредят, лишь слегка воздействует на нервные окончания, чтобы уменьшить болевой сигнал. Серьёзных травм нет, можете не беспокоиться.
Через несколько минут Альвар закончил процедуру, и на удивление, Элисон больше не чувствовала боли. Прежнее тепло, будто поселилось в её груди, импульсы вскоре прекратились, а плечо буквально восстановилось за считанные секунды.
Благодарность его не интересовала, также ассистент ничего не попросил взамен. А вот на вопросы Элисон с удовольствием ответил.
Оказалось, что Альвар — доктор, поэтому ему был присвоен лишь серийный номер. Профессор вложил в него передовые датчики, искусственный интеллект и магнитные конечности, способные точно регистрировать показатели организма пациента. С помощью специальных сенсоров он производит сканирование, определяет область воспаления и моментально принимает меры. Вот только как он оказался на Рынке чувств, и почему профессор отказался от этой модели - Альвар рассказывать не хотел. Элисон даже показалось, что ассистент вовсе не помнит этой информации, или же ему запрещено распространять её гостям.
— Альвар, знаешь ли ты что-нибудь об этой бумаге? — Гидеон достал из кармана письмо и протянул ассистенту.
Тот внимательно осмотрел лист со всей сторон и тут же узнал его состав.
— Обычная бумага, какая используется на острове, — сказал он. — Профессор не мог позволить вырубать ценные деревья для производства бумаги, считая эти методы кощунством. Так что эта создана из переработанных материалов. Их волокна делают состав прочным, защищая от повреждений, химические соединения обеспечивают устойчивость к огню, а различные добавки делают её гибкой.
— Разве такой материал вредит планете меньше, чему вырубка лесов? — заметила Элисон.
— Вредит больше, но, когда бумага теряет свою ценность, она также может быть переработана в чистый материал и снова использоваться на производстве. Это процесс цикличный. Нужное сохраняется на долгие века, а лишнему даётся второй шанс.
Элисон никогда не была ярой защитницей природы, но и вредить ей себе не позволяла. От того и задумка Халлингса о сохранности лесов показалась ей очень нужной для мира. Она даже восхитилась насколько продуманы, казалось бы, незначительные вещи, но столь важные для планеты.
— Альвар, скажите, может ли такая бумага хранить в себе что-то, что невозможно увидеть невооружённым глазом? — уточнила Элис, бросив взгляд на Гидеона.
— Всё что угодно может таить в себе секреты, — хмуро ответил он. — С этим я вам не помощник, но мог бы просканировать вашу бумагу. Быть может материал отреагирует на магнитные лучи.
В глазах Элисон загорелась трепетная надежда. Альвар приложил руку к листку, и Гидеон слегка склонился перед ним в ожидании ответа. К большой удаче, Альвар оказался прав, и бумага действительно отреагировала на сканирование ассистента. Под словами «Награда для Элисон», словно по волшебству появился сверкающая картинка клевера. Четыре лепестка подсвечивались переливом золота, а вскоре, внутри символа заискрила надпись:
«Притяни свою удачу»
Элисон совсем не понимала, что это могло значить и как символ Фортуны связан с её подсказкой. Но вот Гидеон тут же сменился в лице. Его губы вытянулись в тонкую нить, а сам он заметно побледнел. Он смотрел на Элис растерянным взором, словно только что узнал небывалую тайну. Он медленно достал из кармана небольшой значок, похожий на золотистый талисман. Амулет по форме был точностью того клевера, какой отобразился на письме Элисон, и даже слова были те же самые.
Теперь сомнений не оставалось. Элисон была убеждена, что их с Гидеоном задания связаны, а может и вовсе имеют одну разгадку.