Капсула Фортуны | 16+

День второй

Элисон часто вспоминала детство, но время постепенно забирало всё больше моментов из памяти, стирая их, точно дождь смывал яркие картинки, нарисованные мелом на асфальте. Её мама никогда не рассказывала ей об отце, упоминая лишь конец истории.

Едва Элисон исполнилось год, как он принял решение покинуть семью, и с тех пор Грета его не видела. Причину подобного поступка она также умалчивала, а порой и вовсе говорила, что молодость всегда внушает сомнения, зарождая страх и покорность к бегству от ответственности. Но детство Элисон прошло счастливо, по крайней мере, для благополучия ей достаточно было хорошо учиться, иметь лучшего друга и поддержку мамы, которая воспитывала её достойным манерам и ценностям жизни.

Но отец играет важную роль в жизни каждого дитя, а тем более девочки. Порой маленькой Элис так не хватало той силы и храбрости какие мог бы вселить в неё отец. Именно отсутствие этих качеств и препятствовало ей на Фортуне, но жалеть себя Элисон не собиралась. Ведь там, на большой земле, её ждёт самый родной человек, который верит в неё всем сердцем.

Именно с таким настроем Элисон поспешно сделала все утренние ритуалы и напоследок внимательно всмотрелась в отражение в зеркале. Последние нескольких месяцев она видела лишь отпечаток усталости на потускневшей коже и усиленной пигментации вокруг глаз, но сейчас, будто таинственное сияние загорелось на её румяных щеках. Подобную бодрость Элисон не испытывала уже давно. Может это магическое влияние Фортуны, или же, хранящиеся в сердце надежды придавали Элис духовную силу и невозмутимую уверенность.

В спешке Элисон выбежала из комнаты и едва устояла на ногах. За порогом она столкнулась с Айрис, а та, видимо, как раз хотела постучать в дверь. Уронив небольшую коробку на пол, девушка невольно ахнула, отругав себя за оплошность, а затем с улыбкой вручила подарок Элисон.

— Это тебе от профессора, — воскликнула она с присущей ей радостью.

Айрис выглядела прекрасно, впрочем, как и в день встречи, заметила Элис. Белокурые волосы благородно сияли, словно золотые волны, придавая её нежному лицу романтический шарм. Объёмный венец из пышных красных роз красовался на её голове, являясь дополнением к ярко алому платью.

Коробка от Халлингса была весьма увесистая и излучала приятное тепло, хотя Элис сочла это ощущение своей разыгравшиеся фантазией, которое сопровождалось желанием скорее заглянуть внутрь. Распустив, наконец, крупный бант ядовито зелёного оттенка, Элис первым делом заметила записку. Видимо, профессору нравилось подобное общение с гостями.

Безупречным округлым почерком было сказано:

«Выбери цвет, что станет путеводной звездой,
И аромат укутает в минувшее забвение,
А, если путь твой станет затяжной,
То вспомни время – оно рассеет любое сомнение»

Отложив записку, Элисон достала из коробки нежное атласное платье с мелкими контрастными пуговицами, прилегающим лифом и сборками на груди. Оно выполнено из приятной на ощупь струящейся ткани, даже несмотря на то, что всюду виднелись швы, а на широких рукавах отпечатались мятые изгибы.

Противиться подобному подарку Элисон не стала. Но платье смотрелось, как незаконченное изделие. Широкие манжеты, расклешенная юбка и разрез спереди придавали ощущение бледности и безжизненности. Едва Элис успела подумать снять одеяние, как заметила в коробке нечто похожее на пульт управления. Как только она коснулась прибора, как на экране появилась знакомая эмблема изумрудного клевера, сменившимся круглой цветовой палитрой.

Не раздумывая, Элисон нажала на обилие оттенков, попав в гранатовый тон, как в эту же секунду платье на ней заиграло яркими бликами. Швов больше не было видно, рукава вытянулись, а цвет в точности отобразил окрас на палитре. Элисон коснулась ткани, пощупав её гладкость, и не нашла логическое объяснение подобному чуду. В её руках лежал пульт управления не только колоритом её платья, но и ароматом.

Она ощутила дразнящий, слегка терпкий запах цитруса с винными нотками. Ей непременно хотелось поиграть с платьем, и зеркальный интерьер стен лишь подогревал её интерес. Спустя несколько минут, Элисон заметила, что оранжевый - букет пряных специй и восточной выпечки, голубой - запах дикого морского побережья и желанной прохлады, а фиолетовый укутал комнату сочным шлейфом тёмной сливы. Этот цвет и выбрала Элис. Именно фиолетовое платье пахло для неё тёплой весной и первыми нежными чувствами.

— Ты выглядишь прекрасно, — ободряюще улыбнулась Айрис, любуясь струящимся по фигуре платьем.

Но Элис всё же посещали сомнения, ведь кажется, что от этого платья зависело нечто большее, чем просто настроение. Халлингс ясно дал понять, что цвет и аромат имеют весомое значение на её пути, но вот какое именно Элисон должна была понять самостоятельно.

— Как ты думаешь, Айрис, какой цвет помог бы мне найти Капсулу? — осмелилась спросить Элис, хоть и вряд ли девушка раскрыла бы задумку профессора, даже будучи зная ответ.

— К сожалению, такой информации нет в моей базе, — бросила та виноватый взгляд, — но, уверена, что только ты сможешь правильно ответить на этот вопрос.

Элисон такие рассуждения приободрили, и, отбросив прочую неуверенность, она оставила пульт на кровати, дабы уберечь себя от соблазна менять колорит платья каждую минуту.

За завтраком она искала глазами Садлера, за что мысленно себя отругала. Но в зале из гостей блуждала лишь Хельга, которая, увидев Элисон за одним из столов, решила составить ей компанию, без лишних правил вежливости.

— Неплохо выглядишь, — сказала она, едва приоткрыв губы.

Но Элисон с улыбкой одарила девушку взаимным комплиментом, хоть и, на удивление, на Хельге не было подобного платья. Это могло значить лишь то, что профессор действительно заготовил для каждого из гостей разные пути. С одной стороны, это весьма нечестно, но вряд ли Халлингс решил этим платьем дать Элисон особую подсказку. Подобный подарок можно получить разве что от искреннего желания, или же за значительные заслуги. Ни в то и ни в другое Элисон поверить не могла.

Но вот Хельга, видимо, считала иначе.

— Слышала, что ты решила работать в паре с нашим детективом, — линия её губ вытянулась под стать лукавому взгляду.

— Даже если и так, — ответила Элис, — может в этом и есть истинный смысл, или же мы просто нашли общий язык.

Хельга визгливо захихикала.

— Общий язык? Ты, как тот Чарли. Всюду ищешь хорошее. А ведь профессор, каким бы умным там не был, всё равно так и останется безумным стариком. Сидеть на острове десятилетиями, создавая хоть кого-то, с кем можно поговорить – скорее безысходность, а не гениальность. Всё просто. Поэтому, чтобы обойти его старческий маразм, нужно не строить из себя заумного сыщика с десятками вариаций событий, а просто брать и делать. Для этого отлично подходит Гидеон. Дерзкий, амбициозный и красавчик, ко всему прочему. Ну, это так, маленький бонус.

— Я думала, что ты решила работать в паре с Чарли.

— Думала, но парень оказался таким занудой, что через десять минут утомительного разговора, мне ужасно захотелось спать, — кисло улыбнулась Хельга.

— Думаю, вряд ли профессор не продумал наши сильные и слабые стороны.

— Поверь мне, тебе не стоит и минуты тратить на Чарли. Сильных сторон там и быть не может. Мне кажется, он ещё безумнее Халлингса. Вечно задаёт странные вопросы, а потом сам же на них и отвечает. Да и парень помешан на магии, ему всё кажется мистикой какой-то... — девушка старательно сморщила лоб и потёрла пальцем у виска, — что ж, желаю удачи с мистером «длинный нос», хотя... есть в нём особая манящая изюминка таинства.

Хельга поправила розовые волосы, придав им обманчивую лёгкость и, выпрямив осанку, направилась к выходу.

Разговор с Хельгой оставил у Элис мерзкий осадок на душе. Она никак не могла признаться, что ей нравится профессор и всё, что он создал на Фортуне. В его личности Элисон видела уникальную натуру, и по истине живой интеллект, пропитанный творчеством и неистощимой изобретательностью. Возможно, он пренебрёг личными отношениями, созданием семьи и прочим важными ценностями, не говоря уже о мелочах, которые ему неинтересны, ведь он мыслит куда более глобально. Но зато Корман Халлингс – выдающейся учёный инженер, который создал цивилизованный мир посреди океана, укрытый громадным куполом. Элисон мысленно восхищалась им, но открыто признаться в этом никак не могла, от того и узелки смутного беспокойства лишь сильнее стягивали её чуткую душу.

Дойдя до Квартала необдуманных мыслей, Элисон думала о той нелепости, какую предположила Хельга, касаемо их с Садлером взаимоотношениях. С одной стороны, Элис не соврала, но и не опровергла слух о выборе напарника. Она всячески отгоняла мысли, которые так упорно внедрялись в её разум, но противиться чарам Квартала было невозможно.

Как там чувствует себя мама и как дела у Юстаса? Что подумает Садлер, если узнает о той иллюзии Хельги? Неужели Гидеон действительно ищет с ней Капсулу? Что, если Чарли прав и на Фортуне зародилась магия? А тот ли она выбрала цвет платья?

Поток беспорядочных мыслей запирал сознание Элис в глубокую темницу. Внезапно её взор пал на маленькое здание, словно вырезанного из детской сказки. Оно выполнено в стиле старинной готической архитектуры, но с добавлением современных элементов. Рядом возвышались три высокие колонны, точно стражники, охраняющие что-то ценное. И если бы Элис попросили описать слияние фантазии и технологии, то она бы непременно указала на это строение. Стены и крыша покрыты кованными схемами, на фасаде красовались детали, изображающие роботов, а высокий арочный козырёк украшен мозаикой из ярких стеклянных панелей.

Десятки ассистентов приветливо улыбались друг другу, и у каждого в руке красовался бокал, наполненный красной жидкостью. Именно этот напиток разливали в этом необычном здании.

— Элисон, — послышался томный голос позади, — что вы тут делаете?

Мужчина лет тридцати, а то и старше, смотрел на Элис так, будто та совершила нечто ужасное. Его длинные волосы, цвета вороньего крыла связаны в тугой хвост, открывая свежее, грозное лицо. Длинные ресницы обрамляли большие круглые глаза разного оттенка жёлтого.

— Ничего, — опешила Элис, — решила прогуляться, произнесла она точно по слогам.

— Кажется, вас искал Садлер в южной части острова.

— Садлер? — удивилась Элис, — но зачем ему искать меня?

— Откуда мне знать, — пожал он плечами, сделав глоток красного напитка, — я бы предложил вам выпить, но, боюсь, организм неправильно воспримет некоторые компоненты.

— Простите, если не секрет, а зачем вам нужен этот напиток?

— В основном это охлаждающий материал, используемый для обслуживания, снижения трения и предотвращение износа. Но я... чувствую себя с ним более энергичным, — он слегка поджал нижнюю губу, будто пытался лучше распробовать вкус.

— Но, почему она красная? — нахмурилась Элис.

Ассистент снова пожал плечами.

— Могу предположить, — продолжил он, — что тут есть некая ирония. По вашим венам течёт алая кровь – важнейшая составляющая внутренней среды организма, вот и это, — он аккуратно взболтнул напиток, — продление нашей жизни.

Незнакомец внезапно прервался, услышав протяжный звон колокола. Элис помнила, что это знак, который знаменовал полдень на часах.

— Идите назад, пока не увидите высокую интерактивную статую, на ней вы увидите карту с отметкой места. Там и найдёте Садлера.

Элис уже было поспешила вернуться, как внезапно обернулась, окликнув ассистента напоследок.

— А как вас зовут?

— Кáстор, тот самый из созвездия Близнецы, — крикнул он, одарив Элис загадочной улыбкой