Глава 7
Спустившись в таверну, Элисон по-прежнему мысленно внушала себе успокоиться и наконец прекратить судорожную дрожь, которая поражала кончики её пальцев. Она сразу почувствовала значительные изменения в обстановке. Подняв глаза, Элис заметила, как нежно пританцовывали изумрудные искры по кирпичным стенам, создавая динамичный вальс под инструментальную музыку, которую по-прежнему исполняли ассистенты острова. Трое из них были одеты в стильные комбинезоны цвета майской зелени, а головы их полностью покрывали широкие капюшоны. Но вот четвертый ассистент носил комбинезон более тёмного оттенка, ближе к душистой хвое, и лицо его не было спрятано. С полным погружением в ритмичную мелодию он стоял с высоко поднятой головой, но Элис не могла определить мужского он пола или женского. Он предстал, как белый пластик в человеческом обличии и глаза его светились разными цветами ярче, чем у Айрис или других ассистентов. Движения робота были полны чувств, будто сама душа инструмента управляла его искусственными руками.
— Так, хорошо. А что, если... нет, совершенно не годится, — послышался шёпот где-то поблизости, — ну же, думай, думай!
Элис заметила, как низкорослый мальчик что-то суетливо разглядывал у сцены, где несколько часов назад крутилась сфера с голограммой профессора. Он неуверенно прихрамывал на одну ногу, пытаясь дотянуться до чего-то узенькой линейкой. Недолго думая, Элис решила помочь ему, тот явно испытывал дискомфорт из-за перебинтованной лодыжки.
— Простите, — обратилась она к нему из-за спины, — могу ли я вам помочь?
Он резко обернулся на её голос с немым испугом, направив на Элис линейку, как орудие самозащиты.
— Что? Ох, прости, ты напугала меня, — произнёс он, потирая ладонь о карман широких брюк.
— Думаю, что этим вряд ли можно отбиться, — улыбнулась Элис, коснувшись указательным пальцем по измерительному инструменту.
— Да, да, извини. Я - Чарли, — протянул он руку и Элис представилась в ответ, сомкнув его влажную ладонь в рукопожатии.
Чарли оказался не мальчиком, а просто пухлым парнем, который выглядел весьма забавно, и вёл себя слишком суетливо для ассистента. Видимо, он тот самый Чарли, о котором упоминал Садлер, и Элис сразу же поняла почему он описывал его, как славного парня. Оранжевая клетчатая рубашка на нём смотрелась слишком забавно, да и круглые очки с широкой оправой не вызывали у Элис беспокойства. Она бы сказала, он выглядел весьма мило, несмотря на то что Чарли пытался вооружиться линейкой из тонкого пластика.
— Ты что-то измерял?
— Да. Я... — он нервно теребил воротник, застёгнутый у самого горла, — время.
Чарли сделал несколько неуверенных шагов в сторону и перед Элис засияли прозрачные часы, парящие в воздухе. Очередная голограмма от Халлингса переливалась всеми цветами радуги и окрашивала за собой ближайшее пространство. Часы плавно двигались, точно плыли по волнам открытого океана, а широкие стрелки двигались в обратную сторону. Кроме того, они указывали не только на цифры, но и на отсчёт суток, где сверкало слово: «Семь». Элисон разглядывала часы, будто те её заворожили магическим тиканьем. Она следила за каждой секундой, которую теряла, утопая во власти мерцающего гипноза.
Но только дрожащая рука коснулась её плеча, как тут же Элис смогла моргнуть и сбить чары пленительного механизма.
— Элисон, эти часы не просто показывают время, но и забирают его у тебя.
— Что? Что это значит? — рискнула спросить она.
— Идём.
Чарли медленно поковылял до ближайшего столика, куда тут же ассистенты принесли аппетитные филе лосося, приготовленные с яркими специями и свежей зеленью, а также две порции овощного салата, оригинально украшенными цветочными потоками. Необычная посуда в виде алмазных тарелок с закруглёнными краями вызывали ощущение изящной церемонии. Приятный аромат приманивал растущий голод, и в животе у Элис сразу образовалось лёгкое урчание.
— Чарли, что ты имел в виду, когда говорил о времени? — вновь поинтересовалась Элис, приступив к трапезе.
— Сказал, что оно забирает его у тебя. Халлингс часто упоминал значение времени одного и того же промежутка. Там я пытался выяснить, что спрятано за образом часов. Думаю, что профессор управляет временем на Фортуне.
— Управляет временем? — уточнила Элис, — как можно иметь власть над природным явлением?
— Фортуна явно место чудес, а не просто научная лаборатория. Тут создаются не только роботы, но и сотни других технологий. К примеру, это место, — Чарли покрутил пальцем по сторонам, — люстры парят в воздухе, часы витают в пространстве, звук не выходит за пределы стен, а музыка... музыка доносится из неоткуда, хоть и ассистенты создают впечатление, будто исполняют её.
— Для меня это всё кажется чем-то невозможным, волшебным, я бы сказала. Но перед приездом на остров мой друг напомнил, что всё на Фортуне, лишь наука. И я пытаюсь найти логичное объяснение всему этому...
— Наука следует за воображением, Элисон. Тут явно замешана магия.
Последнее Чарли произнёс, словно пытался зачаровать маленькую девочку, зачитывая детскую сказку. Его голос был томным, но чувствовались в нём слащавые нотки предвкушения. Казалось, что парня вовсе не интересует Капсула, ему интересен лишь сам остров и его составляющее. Но не только изменение в голосе заметила Элис, но и взгляд Чарли. При ярком свете мерцающих с купола огоньков она уловила отблески зелёного оттенка левой радужки глаза, в то время как правый был тёмно-карий без прочих особенностей. Возможно, это очки так искажали чуткое восприятие Элис, но она не могла позволить себе долго разглядывать окраску глаз Чарли, ибо подобное поведение являлось дурным тоном.
— Эй, лисёнок! — послышалась протяжная интонация, словно кто-то зовёт её поиграть в игру, — я смотрю у тебя новый друг.
Гидеон быстро подошёл к столу, задорно щёлкая пальцами. В прошлую их встречу он выглядел более спокойным и равнодушным ко всему, что происходило вокруг, но слова Садлера никак не выходили у Элис из головы. Она поймала себя на мысли, что сейчас она находится в запертом пространстве как минимум с двумя преступниками. От вынужденного признания Садлера её до сих пор бросало в дрожь, и если верить его особой внимательности, то Гидеон тоже в рядах злодеев. Элис боялась и предположить кем он мог бы являться на самом деле. Вполне вероятно, Гидеон не только мелкий воришка, но и куда хуже - подлый мошенник, опытный шантажист или даже опасный бандит.
— Ну и как дела с таинственной загадкой нашего любимого профессора? — он искусственно улыбнулся, смерив глазами так, будто насмехался над всеми в радиусе острова.
Не пренебрегая застольным этикетом, Элисон мысленно возмутилась поведению Гидеона и решила сначала представить его Чарли, прежде чем ответить на вопрос.
— Чарли, это Гидеон, и он очень любит делать вид невыносимого человека.
— Как любезно с твоей стороны, Элисон, что ты так точно подметила мою сильную сторону, — вновь усмехнулся Гидеон, продолжая смотреть ей в глаза, будто Чарли и вовсе не существует.
— Какой же ты грубиян, — выругалась Элис, напрочь потеряв аппетит.
— Ладно, лисёнок, ради тебя я готов отложить образ невыносимого человека. Но не привыкай, — широко улыбаясь, он повернулся к Чарли, который чувствовал себя заметно неуютно, — как поживаешь?
— Хорошо, — заволновался смущённый парень, теребя пуговицы рубашки.
— Как мило, — Гидеон склонил голову набок и тут же переключился на Элис, — этого достаточно?
Элисон глубоко вздохнула. Она понимала, что пока Гидеон не получит желаемое, ей придётся и дальше терпеть его общество.
— С загадкой всё... отлично. Я работаю над решением.
В ответ Гидеон сморщил нос, скептично хмыкнув на её ложь.
— Ну раз всё так отлично, значит я зря подумал, что мог бы тебе помочь.
— С чего бы тебе помогать нам? — спросила Элис.
— Вам? Мы здесь разве не вдвоём? — обвёл глазами таверну Гидеон, а затем громко рассмеялся, — ладно, лисёнок, не злись. На самом деле я не жадный, могу поделиться разгадкой.
— Но ты хочешь что-то взамен? — вдруг произнёс Чарли, смотря в тарелку.
— Какого смышлёного друга ты себе нашла, лисёнок, — сказал он так, будто упомянул домашнего питомца, — я разгадал загадку Халлингса, спустя две минуты после стука в дверь. Признаюсь, я удивлён, как тот юный сыщик не смог найти ответ к ребусу. Видимо это ты дурно влияешь на его гениальность, — продолжал он насмехаться.
— Значит ты знаком с Садлером?
В ответ Гидеон подмигнул, сложив руки домиком. Внезапно на лестнице послышалось торопливое цоканье каблуков.
— Чарли! — крикнула Хельга, остановившись на первой ступеньке, — можно тебя на минутку? — она игриво подчеркнула вопрос ласковой интонацией.
— Элис, ты не против...
— Нет, конечно, нет, — качнула головой Элис, пытаясь выразить натянутую улыбку.
Чарли в спешке аккуратно составил тарелки на столе в знак завершение трапезы, и так же быстро покинул своё место. Элис даже заметила, как Хельга пару раз закатила глаза в ожидании, пока тот поднимался по лестнице, крепко хватаясь за перила. Затем она мягко взяла его под руку и что-то тихо говоря, увела из виду.
Не то, что бы Элис удивилась знакомству Хельги с Чарли, скорее его необычное поведение поразило её. Конечно, они были знакомы не больше часа, и всё же ей было достаточно времени, чтобы оценить Чарли, как простодушного, порой даже неуклюжего и совершенно застенчивого парня. Видимо дело было в Хельге. Её уникальная способность располагать к себе мужчин, и исключительная жажда отыскать Капсулу любыми способами, вероятней и были причиной этого спектакля.
— Кажется, мы снова остались одни, — не переставал улыбаться Гидеон. Его же эта ситуация вовсе не впечатлила.
— Ну так что ты хочешь взамен?
— Ничего, — пожал он плечами, — ну разве что маленькое одолжение.
— Ну конечно, как я сразу не догадалась.
— Я дам тебе подсказку к решению загадки, а ты поможешь мне с маленьким делом, но позже.
— Позже? То есть ты хочешь оставить за мной долг, не говоря какой именно? — Элис скрестила руки на груди.
— Ну что ты, лисёнок. Ничего такого, что противится твоим манерам и желаниям, — он прижал ладонь к области сердца, будто искренне давал клятву о приличии.
Элисон закружили смутные сомнения, а её эмоции в миг оказались хрупкими и уязвимыми. С одной стороны - она, как никто другой, желала отыскать Капсулу, ради матери, но с другой - уж слишком она не доверяла Гидеону, особенно после слов Садлера. Будь Элис способна стать опрометчивой и позволить себе подобную фривольность, то она бы незамедлительно приняла риск и согласилась на его предложение. Но, что, если это единственный шанс спасти маму из цепких лап тяжкой болезни? Может Фортуна действительно и проявляет скрытое везение в каждом из гостей и удача Элис - сделка с Гидеоном? Она хотела так думать, внушая вздорные мысли, а затем взглянула на Гидеона, и кивнула в знак согласия.
Но плотно сжатые губы наглеца наводили лишь страх в глазах Элис. И несмотря на то, что первая разгаданная тайна Фортуны практически была у неё в руках, всё же она не чувствовала себя радостно. Элис думала о долге, который обязана была выплатить Гидеону, и неведение всё сильнее наводило предчувствие неотвратимой опасности.
— Ну что, лисёнок, поздравляю. Теперь ты в рядах победителей. А теперь иди в свою комнату и расскажи тому, кто окажется перед тобой, свою самую сокровенную тайну. И не забудь запереть дверь.
— Я уже пыталась рассказать её...
— Садлеру? — он с хохотом рассмеялся, — разве ты видишь в его глазах необъятные океаны, или может душа его и таит бескрайнюю Вселенную? Не смеши, лисёнок. Ты можешь рассмотреть подобное лишь в одном человеке, кого знаешь лучше всех на этом острове.
Последнее он сказал едва слышно, и в глазах его не было иронии. В один миг окружающее пространство стало исполнено беглыми мыслями, которые Элис не могла так просто игнорировать. Бесцветный голос Гидеона словно заиграл для неё сами пламенными оттенками, разжигая в её душе озаряющий свет.
Забыв попрощаться и вовсе оставив прочие манеры, Элис стремительно побежала в свои покои, дабы скорее разгадать послание Халлингса. Она точно знала, что ей надо было делать, и благодаря Гидеону, уверенность на этот раз не рушилась пустыми сомнениями. Элисон уверенно встала напротив двери, приподняв подбородок, и как только послышался тихий щелчок, она мигом забежала внутрь.
Пахло свежей вишней с нотками горького шоколада. Такой запах Элисон впервые почувствовала, когда встретилась с Садлером, но сейчас её интересовали лишь отражения. Она с уверенностью встала напротив зеркальной стены, глубоко вздохнула и даже попыталась расслабиться.
— Я виню себя за то, что моя мама попала в больницу. Она самый дорогой мне человек, и я боюсь, что не смогу помочь ей победить болезнь. Если бы... ох, если бы я тщательней следила за её здравием и больше заботилась, то сейчас мне не пришлось бы стоять здесь и думать лишь о том, что могу не успеть... не успеть спасти её или... — по щекам Элис вновь потекли горячие слёзы, — или попрощаться.
Она не могла поверить собственным мыслям, что подобные рассуждения пришли ей в голову. Видимо где-то глубоко в душе Элисон осознавала, что чудо редко случается в этом мире, и будь оно даже на виду, его бы всё равно не хватило на всех.
Она пыталась смахнуть поток слёз, который запирал её сломленное дыхание, но вдруг зеркало перед ней преобразилось в сверкающее стекло цвета тёмного сапфира. Его переливы оттенков завораживали. От голубой бирюзы, до лилового отблеска ночного звёздного неба оно держало взор Элис, будто храня в себе магический портал.
Элисон вытянула руку, почувствовав лёгкий импульс, который исходил от неведомого стекла, но как только её пальцы коснулись свечения, как тут же это место вернулось в облик обычного зеркала. Она неотрывно смотрела на него, но взирала лишь своё отражение, пока внезапно сладковатый аромат не заставил её чихнуть. Элис никак не могла понять, что за манящий запах поселился в её покоях, уж слишком он был разнообразным. Порой она чувствовала ванильные капли воздуха на языке, а иногда её лёгкие наполнялись свежестью, как после летнего дождя. Элис пыталась дышать чаще, и с каждым вдохом её пронизывало новыми восприятиями. Она не знала, что ей делать с подобной наградой от Халлингса, но одно понимала точно - это следующая загадка профессора.