Глава 5
У входа в большой открытый манеж, над которым сияла серебристая вывеска: «Арена Фортуны», собралась небольшая толпа, глазеющих на нешуточную драку. Молодой парень, одетый в коричневый жилет из потертой кожи, грубо ударил ногой в живот одного из ассистентов так сильно, что тот, напрочь потеряв равновесие, с грохотом упал на каменную кладку.
— Что? Не хочешь снова переспросить? — не раздумывая парень добавил по коленке. — Ну давай же!
Он тут же навис над роботом, пока тот пытался вырваться из его крепкой хватки. Сила и опыт были явно неравными. Парень сверху засучил рукава белой рубашки, обнажив кожаные перчатки. Не задумываясь, он нанес удар кулаком, затем еще один и еще. Ассистент даже не пытался парировать его атаки. Он молча лежал на земле, словно беззащитный щенок, испуганно глядя в темные глаза противника.
— Гидеон, прошу, прекрати, — лениво протянула высокая девушка, облокотившись плечом о колонну у входа на Арену. — Он же просто задал вопрос.
— Нет, Хельга, он не просто задал вопрос! — парень упорно сгибал и разгибал руку робота, видимо в попытке найти хоть какие-нибудь крепления. — Этот манекен уже одолел меня расспросами!
— Прошу вас, я чувствую себя нездорово, — едва разборчиво шептал пострадавший.
— Нездорово? — Гидеон наконец отвлекся от руки, схватив ассистента за горло. — Вот сейчас я тебе башку откручу и тогда посмотрим, как ты будешь себя чувствовать!
— Гидеон, ну хватит уже, — тяжело вздохнула девушка, закатив глаза.
Озлобленный парень продолжал игнорировать ее просьбы.
— Слушай меня, кусок металла, если еще хоть на метр ко мне подойдешь, превращу тебя в ржавую груду деталей. Понял?
— Я вас понял. Простите, — быстро пробормотал ассистент.
Парень слез неохотно. Отряхнув пыльные штаны, он бросил на Элис оценивающий взгляд. Его темные глаза, пропитанные пеленой любопытства и одновременно равнодушия, сопровождались сияющей улыбкой — слишком доброжелательной, чтобы казаться искренней. И все же он не сказал ни слова, а молча развернулся и направился к Арене.
Элис чувствовала, как в ней росло отвращение, которое она пыталась побороть. Напряжение в плечах не унималось, а дыхание напрочь позабыло о спокойствии. С одной стороны, она наблюдала за уязвимым роботом, который вряд ли сделал что-то серьезное, чтобы оправдать возмутительный поступок некоего Гидеона. С другой, он явно знал, что вступает в драку с бесчувственной машиной, а значит все увечья - совершенно безболезненны. Но ни то, и ни другое Элисон не могла приписать к честности и мужеству. Тут же задумалась, а верно ли она рассуждает о бессердечности ассистента, ведь, если Айрис испытывает разного рода эмоции, то, возможно, они вполне способны чувствовать и боль.
— Какой ужас! — воскликнула Айрис, наблюдая, как толпа ассистентов помогает встать пострадавшему. — Элисон, ты не против, если я отведу Кастора в лабораторию? Ему, непременно, нужно сканирование! — сказала она столь встревоженно, будто роботу срочно нужен лекарь.
— Конечно, Айрис. Делай то, что должна, а я пока осмотрюсь.
— Уже скоро начнется выступление профессора. Ступай на Арену и займи удобное место, я буду, как только закончу дела.
Элис снова взглянула на вывеску, укрытую свисающей лозой. Арена Фортуны видимо являлась центральным местом, где должны собраться приглашенные гости. Внешне это место походило на широкий манеж с высокими стенами из темно-зеленого кирпича гармонирующими с бронзовыми опорами, которые представляли собой изогнутую арку. Крыши не было, хотя зачем она, подумала Элис, если вся Фортуна накрыта стеклянным куполом?
Зайдя внутрь, она поняла, что Арена — типичная таверна, какие бывают в любом городе большой земли. Пахло ароматными закусками и опасными приключениями. Большой электрический камин располагался в центре зала, рядом с вытянутой сценой. Элисон показалось странным, что, находясь за пределами Арены, она не слышала ни единого звука, исходящего отсюда. Даже инструментальная музыка, которую исполняли ассистенты, не поддавалась открытому пространству. Элис взглянула наверх, в попытках снова разглядеть цифровую защиту, какую она видела, проходя по Кварталу необдуманных мыслей, но не заметила ничего, что напоминало бы прозрачную крышу. Ее удивляли громадные люстры с десятками зажженных свечей, свет от которых излучали золотые ореолы, танцевавшие по массивным столам. Канделябров было три, и каждый из них словно парил в воздухе. Элисон решила, что непременно должна найти подобному чуду логичное объяснение, но чем дольше она осматривалась, тем сильнее у нее кружилась голова, точно пьянящий воздух снова окутывал сознание.
— Эй, — послышался задорный свист, — ты тоже приехала на «охоту»?
Обернувшись на звук, Элисон увидела парня, который устроил драку на улице. Он расслабленно сидел за одним из столов, закинув локти на спинку скамейки. Рядом с ним была молодая девушка, та самая, что пыталась успокоить Гидеона. Благодаря идеально прямым розовым волосам, ее сложно не заметить в толпе, да и каре ей подходило столь безупречно, что и без того утонченные черты лица казались еще более кукольными. Эта девушка явно любила броские макияжи и такие же яркие наряды.
— Может она немая? — язвительно засмеялась она, приподнимая хрустальный бокал с насыщенно красной жидкостью.
— Вряд ли я здесь ради «охоты», — решительно ответила Элис, подойдя ближе.
— Странно. Очень странно, — усмехнулся Гидеон. — Я врунишек за версту чую, хотя тебе бы простил подобное лукавство.
— Значит нюх тебя подвел, — резко парировала Элис, и щеки ее мгновенно полыхнули жаром.
Гидеон снова усмехнулся, но на этот раз более простодушно.
— Если бы он хоть раз меня подвел, то вряд бы я сегодня сидел здесь, попивая этот кислый эль, — он показательно приподнял полупустой стакан, а затем наклоном головы указал на место по другую сторону стола. — Присоединишься?
Особого желания у Элис не возникло, но она четко понимала, что сейчас ей не помешали бы новые знакомства. Как-никак Гидеон и его спутница — первые кого она встретила из людей. Их не особо завлекала вся здешняя обстановка. Возможно, они что-то знают о том, как найти способ связи с родными, или о Капсуле Фортуны. И та и другая информация для Элис была бы не лишней.
— Меня зовут Гидеон, а это Хельга. А ты, как я понимаю, Элисон.
— Откуда ты знаешь ?
— Заметил на двери твоей комнаты в другой части Арены, — пояснил Гидеон. — Свою спальню я уже изучил, в покои Хельги тоже заглядывал. — С нахальной улыбкой он взглянул на девушку рядом.
— То есть нас всего трое?
— Нет. Просто подумал, вряд ли тебя зовут Садлер или Чарли.
— Значит пятеро, — вдумчиво произнесла Элис, — и где они?
— Не переживай, лисенок. Они ведь, как и мы, везунчики, а значит не пропустят это увлекательное приключение в мир болтов и шурупов, — произнес он так, будто видел в этом злую иронию.
— Почему ты так относишься к ним? — возмутилась Элис. — По-моему они совсем безобидные.
— Пока безобидные, — поправил Гидеон. — И если ты еще не заметила, нас заточили в стеклянную бутылку, из которой уже нет выхода. Эти бесчувственные машины следуют приказу Халлингса, а значит, как только ему в голову взбредет от нас избавиться, то не думаю, что эти железки радушно проводят нас до ворот.
В глазах Хельги Элис увидела явное напряжение, да и сама заметно насторожилась. Она не могла признаться, что в словах Гидеона есть доля правды: они находились в закрытом пространстве, откуда выбраться так просто невозможно, даже будь шанс перейти ворота. И все же ее интересовало, что именно заставило Гидеона думать о роботах в таком ключе. Ему явно неизвестны истинные намерения Халлингса, ведь будь это правдой, то едва ли они спокойно сидели, попивая холодные напитки. Да и зачем гениальному профессору совершать подобное со своими гостями? Элисон вспомнила слова Юстаса, что все на острове — лишь наука, а значит Халлингс действительно годами создавал нечто новое, что решил наконец показать миру. Им повезло, что колесо Фортуны предоставило столь невообразимый шанс быть одними из первых, кто увидит созданное чудо.
Конечно, Элис могла предположить, что никакой Капсулы и вовсе не существует, но тогда зачем Халлингсу так открыто заявлять о своем творении? Если бы его интересовала слава, то он с большим успехом мог бы ее получить и другими, куда более простыми способами. Достаточно лишь чаще появляться на экранах или показать миру одного из ассистентов. Но предположение о жажде денег звучало бы еще более абсурдным, ведь все на этом острове кричит, что Халлингсу сполна хватает финансов для создания огромного города посреди океана. Нет, она была уверена, что Капсула существует и находится где-то на Фортуне. Элис видела ее своими глазами! Осталось лишь найти ее за одну неделю, вернуться домой и вылечить маму. Ее желание было неоспоримым, и ничто не могло потушить пламя ее надежды.
— Знаете, раз уж мы все здесь заперты на неделю, то может познакомиться поближе? — девушка с розовыми волосами плавно сложила руки на стол, демонстрируя ярко-красный маникюр.
— Вряд ли это уместно, Хельга, — ровным тоном ответил Гидеон. Звучало это весьма пренебрежительно. Элисон оценила это за показную грубость, а вот Хельга сделала вид, что не заметила никакой бестактности.
— Как ты знаешь меня зовут Хельга, должна была слышать обо мне, ну или видеть на больших экранах, — она провела пальцами по волосам, поправляя ровную укладку. — Я - актриса.
— Будущая актриса, — добавил Гидеон, скучающе смотря куда-то вдаль.
В глазах Хельги мелькнуло резкое осуждение, а вот Гидеон, будто прочитал ее мысли, показав еще большее равнодушие.
— Да, верно. Я успела сняться пока только в одном фильме...
— Пару секунд и без слов, — снова хмыкнул Гидеон.
— Со дня на день я жду результат кастинга на главную роль бунтарки с творческими амбициями. Я заметила, как жадно режиссер смотрел на меня, поэтому нет сомнений, что вскоре я стану звездой этого года.
— Ты уверена, что его взгляд означал именно это? — бросил смешок Гидеон. — И раз уж ты так смело говоришь в том, что получила роль мечты, то почему тогда здесь?
Сообразив шутку Гидеона, Элисон нахмурила брови, наблюдая, как Хельга старательно пыталась не поддаваться на подобные провокации. Но несмотря на чрезмерное тщеславие рассказчицы, Элис сочла юмор Гидеона слишком циничным. От того и решила поддержать Хельгу, дабы успокоить язвительный пыл наглеца.
— Думаю у тебя все получится. В любом случае это ведь не первая, а значит и не последняя роль. — мягко улыбнулась Элис и тут же пожалела о сказанном.
Скулы Хельги резко напряглись, и закусив нижнюю губу, она заметно повела подбородком, выражая угрюмое недовольство.
— Послушай, Элисон, или как тебя там, я здесь лишь ради одного. И, как заметил Гидеон, я возможно не уверена в будущей роли, зато точно знаю, что получу желаемое здесь, на Фортуне. Чего бы мне это не стоило.
Выпрямив спину, и откинув слегка голову вбок, Хельга сжала пальцы в кулаки, по-прежнему не убирая руки со стола. Элисон даже заметила, как острая форма ее ногтей медленно впилась в ладони, оставляя белые следы. Она сразу поняла истинную реакцию Хельги, да и характер ее был вполне ясен. Девушка явно прибыла на Фортуну из-за Капсулы, доходчиво объяснив, что ради нее готова на любые нарушения, будь это правила самого Халлингса или простые человеческие морали. И хоть Элис не одобряла насмешки Гидеона, все же парень знал о чем говорил. Если бы у Хельги была столь прекрасная жизнь в кинематографе, то зачем ей приезжать на Фортуну и охотиться на Капсулу будущего?
Но вот чего на самом деле Элисон не понимала, так это их тесные отношения. Со стороны все выглядело, будто Гидеон и Хельга знакомы уже весьма давно, да и смутные намеки парня подтверждали их близкую связь, которая спустя несколько минут беседы превратилась в конкурентную вражду. Может дело в их несносных характерах, или же в самой награде Фортуны, ведь насколько было известно — Капсула всего одна.
Элисон не хотела участвовать в спорах и в их охоте. Она никогда не была сильна в конфликтах, и тем более не поддавалась злым умыслам, ради достижения цели. Но глядя на собеседников напротив, она со вздохом приняла тот факт, что за Капсулу действительно придется побороться. И может Элисон не сильна в коварстве, зато она была уверена, что доброта и честность — истинный путь задуманный Халлингсом, иначе зачем несколько раз упоминать, что он выступает за безопасный мир и борется лишь за дружелюбные качества?
Благодаря матери, Элисон унаследовала благородные нравы: чистую доброту, пропитанную вежливостью и бескорыстностью, щедрую отзывчивость, а главное честность, которая никогда не переходила тонкую грань в наглость и бесцеремонность. Элис всегда знала, что никогда не смогла бы обидеть человека, будь он даже не прав в своих действиях. Ей не властна роль вспыльчивого человека, но и назваться застенчивой также не могла. Кроме того, Элис порой, и сама не понимала до конца свой темперамент. Даже сейчас, начав беседу с Гидеоном колкостью, для Элис оказалось неожиданным, и в иной ситуации, она бы явно почувствовала себя неловко и виновато...
— Лисенок? — привлек внимание Гидеон, щелкая пальцами. — Не мысли так сильно, а то я начинаю беспокоиться, что не смогу расколоть твой план.
— У меня его нет, — нахмурилась Элис. Уж сильно ей не нравилось новое прозвище.
— Только не говори, что ты сюда на курорт приехала, а не ради Капсулы. Ну уж нет, еще одной лжи я не потерплю, — он игриво улыбнулся, не отрывая взгляд. — Каждый из нас недоволен жизнью, от того и ищем чуда, в попытках что-то изменить. Даже не думай уверять меня в обратном.
— Да, ты прав. Во-первых, я действительно хочу получить Капсулу, но, — Элис подняла указательный палец прежде, чем Гидеон снова начнет довольствоваться своим попаданием, — я здесь не только ради нее. Для меня это большая возможность побывать на Фортуне, и великая честь познакомиться с профессором Халлингсом.
Голос Элис был тверд и решителен. Она понимала, что обязана узнать побольше о Халлингсе, хотя бы ради Юстаса. Он мечтал побывать здесь с самого детства, и Элис надеялась, что в итоге сможет рассказать профессору о его поклоннике. Может он разрешит ее другу побывать на острове. Но вот в рассуждении того, ради чего она действительно здесь, Элис сомневалась, хоть и не подала виду. Ведь она не горела истинным желанием попасть на Фортуну, и даже готова была отдать счастливый билет, пока Юстас не убедил ее отыскать Капсулу ради матери. Почему-то в подобном признании Элис видела лишь плохие черты, будто само намерение отыскать награду было жадной эгоистичностью и лицемерием.
Но, судя по довольной улыбке, Гидеон принял ответ за кристальную честность, и перевел внимание на Хельгу, которая поспешно устроилась за барную стойку, где один из ассистентов тут же начал предлагать очередную выпивку.
У входа резко послышался задорный смех, и Элис тут же поняла, что прибыли остальные гости профессора. Как только она обернулась, внезапно заиграла торжественная музыка и все свечи мгновенно погасли, оставляя всех в кромешной тьме.