Глава 2
Элисон почувствовала нежное прикосновение мягкого шелка, которое пробежало мурашками по ее бледной коже. Рулетка продолжала крутиться. Для Элисон момент безмолвного ожидания казался бесконечным. Ее воображение услужливо выдавало мерцающие блики по всему экрану, словно Фортуна желала заполучить ее трезвый разум. И вот колесо наконец сбавило обороты, а изогнутый указатель остановился на одном из пустых секторов.
Взгляд Юстаса оставался прикованным к Элис, будто он пытался увидеть вращение судьбы в отражении ее темных глаз.
— Не может быть! — громко воскликнул бариста позади Элисон. — Ты... ты выиграла билет на остров!
И вправду! Элисон не доверяла собственному зрению, и кажется, что даже сам Юстас не поверил сказанному. На экране показался объемный билет, сверкающий всеми оттенками синего: от ясно-лазурного, как теплая морская волна, до цвета грядущей бури по загнутым краям. Тут же билет распался на тысячи шестеренок, которые составили четыре заветных слова:
«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ФОРТУНУ!»
Элисон не кривила душой, говоря, что ей частично интересна Фортуна, но последние события сильно подкосили ее желание туда попасть. Будь этот шанс несколько месяцев назад, или же мать была бы сейчас здорова и полна сил, то Элис непременно бы обрадовалась подобному везению. Но сейчас удивленный блеск глазах резко сменился заметным разочарованием.
— Элисон, это невероятно, — неспешно прошептал Юстас, осматривая экран с разных сторон. Но буквы внезапно рассеялись багровой дымкой, оставив за собой лиловый шлейф из танцующих звезд. Юстас удивленно ахнул, и с явным восхищением прильнул к экрану. Элисон сдержанно напряглась, и даже бариста рядом позабыл о стаканчике с кофе.
Темный экран охватили шумовые помехи, и перед ними снова явился образ Халлингса.
— «Элисон, приветствую тебя и сердечно поздравляю с победой над колесом удачи! — профессор говорил с той же легкой улыбкой, что и в предыдущем обращении. — Только что ты на шаг приблизилась к Фортуне, а значит в твоих руках лежит возможность обрести Капсулу будущего. Ты наверняка задаешься вопросом, что же делать дальше? У тебя есть ровно сутки, чтобы обдумать свою судьбу, и в случае неодолимого подсознательного желания за тобой приедет мой ассистент. Все необходимые вещи, потрясающие впечатления, бесконечные потоки знаний будут ждать тебя на острове, а новые знакомства предстанут к твоим услугам на целых семь дней. Но помни: наш разум имеет свойство исполнять желания, а значит реальность всегда следует за воображением!»
Он сделал небольшую паузу, чтобы Элисон смогла осознать всё сказанное.
— «Элисон, ты готова отправиться в мир будущего?»
Голос профессора звучал спокойно и повелительно одновременно, как шум ветра в пустыне, предвещавший песчаную бурю. Как только Корман закончил странное приветствие, на экране появись две зеркальные кнопки. Одна наполнялась маслянистыми разводами ярко изумрудного оттенка и значилась, как положительный ответ, а вторая — точно отражение первой, но краски искажались на кроваво алые, что знаменовало отказ.
Элис застыла. Тело словно окаменело. Она не думала над ответом, ее поразило, и скорее даже напугало то, что Корман Халлингс только что назвал ее имя. Неужели профессор, как только увидел, что она выиграла счастливый билет, тут же записал обращение? Подобные мысли Элис удивляли, но она также представляла, что речь Кормана — прямое включение, а значит и сейчас он, возможно, их слышит. Ощущая, как по спине бегут мурашки, Элисон вообразила, как Халлингс наблюдает за ними с экрана, видит каждый шаг, рассматривает мимику, изучает взгляды. Такой исход, будь он чистой правдой, приводил Элисон в страх, да так, что трепет в груди не унимался.
— Юстас, ты должен поехать вместо меня, — благоразумно заявила Элис. С самого начала она крутила колесо ради друга, пытаясь утешить его невезение. Да и к тому же сейчас она не готова оставить маму на целых семь дней. Это слишком большой срок для прогрессирующей болезни.
— Но ты должна! Неужели ты не понимаешь? — прошипел Юстас, сжав кулаки, а затем, резко сменив тон, взял ее руку. — Ты обязана отправиться на Фортуну, Элисон, забрать Капсулу. Поверь, в другой день я бы обнял тебя, преисполненный благодарности, и поспешил бы домой, предвкушая утро, но сейчас... сейчас тебе это нужно больше, чем кому-либо.
Его голос, прежде мягкий и бархатистый, теперь стал резче, словно он пытался успокоить не себя, а ее:
— Ты заберешь то, что создал Халлингс, и вылечишь свою мать, слышишь меня? — продолжал он, и в его глазах зажглась не только тревога, но и надежда. — Он предлагает таблетку чуда. Это лучше, чем это самое чудо сидеть и ждать!
— Ты прав, — неожиданно, даже для себя, согласилась Элисон, — но ведь ты...
— Да. Я хотел на Фортуну, — перебил Юстас, не скрывая грусти, — но на кону стоит жизнь. Ты для меня дороже, чем остров.
Элисон едва уловила его улыбку – робкую, неуверенную, но полную надежды. И в тот же миг, словно по щелчку, по лицу потекли слезы. Горячие, обильные, как будто ей хотели вымыть изнутри всю боль и сомнения. Юстас прижал Элисон к себе, и она уткнулась лицом в его плечо, вдыхая знакомый запах. И вместе со сжатыми кулаками она мысленно собирала все силы, которые готова отдать ради таблетки чуда.
Как только Элис справилась с нахлынувшими эмоциями, она почувствовала прилив спокойствия. Ее взор устремился к темным деревянным столикам и глубоким креслам, окутанным мягким светом. Аромат кофе смешивался с легким запахом старой уютной мебели. Кофейня была пуста, и это ей всегда нравилось. Но сейчас Элис особенно ценила эту тишину.
Юстас и бариста с бейджем «Лукас» устроились напротив. Лукас был невысоким, но широкоплечим, с темными, как ночь, волосами и проницательным взглядом.
— На днях я слышал, как несколько девчонок говорили, что Халлингс воссоздал летающих драконов на своем острове. Кажется, их чешуя меняет цвет от настроения, и служит материалом для драгоценных украшений, — шепеляво отозвался Лукас.
— Вот же чушь! — рассмеялся Юстас. — Халлингс ученый, а не маг, и уж тем более не повелитель драконов. Это все глупые мифы.
— А как же путешественник, который побывал на Фортуне? Он не был внутри купола, зато обошел остров за его пределами. Его разоблачение крутили по всем новостям.
— Ты про того шарлатана, который на зеленом фоне сделал маленький островок в виде черепа?
— При нем произошло извержение вулкана! — продолжил настаивать Лукас, но Юстаса его рассказы лишь веселили.
— Ладно, Юстас, ты знаешь о Фортуне больше любого путешественника. Я без понятия, что меня ждет, да и что делать там буду тоже не представляю, — на секунду в мыслях Элис поселилось безнадежное уныние. Ведь ее друг знал куда больше, от того и шансов найти Капсулу у него в достатке. Предвкушение неизвестного не доставляло Элисон такого озорства, как Юстасу, кроме того, она явно там будет не одна, а значит кто-то, у кого больше знаний и смелости, сможет отыскать трофей раньше нее.
— Элисон, тебе нечего переживать, — Юстас будто прочитал ее мысли. — Халлингс занимался наукой с раннего детства. Кажется, он всегда был затворником, не любил общаться с ровесниками, поэтому создал говорящее существо. Тот был как сказочный лепрекон. Небольшой робот с зеленой кожей, красными волосами и бородой, который умел двигаться и повторять звуки. Халлингс часто упоминал его в загадках. Поговаривают, что профессор сохранил создание, а значит все, что он разрабатывал десятилетиями находится внутри Фортуны.
— Мне придется встретиться со всеми безумными выдумками, которые Халлингс воплощал в жизнь? — Элисон содрогнулась от собственных слов.
— Вроде того. Корман не просто профессор, он гениальный ученый.
— Это ты так думаешь, или это одаренность хоть где-то задокументирована?
— Элисон, вот твоя первая ошибка. Ты все еще не веришь Корману и видишь в нем обманщика. Не знаю, что именно тебя ждет на острове, но точно уверен: все, что ты там найдешь — лишь наука. Никаких сказок, мифических существ и волшебства. Только экспериментальная наука!
— Мой дядя тоже был ученым, — гордо произнес Лукас. — Правда к сорока годам он попал в лечебницу для душевнобольных.
Элис чуть заметила, как брови Юстаса сдвинулись вместе.
— Чего вы так смотрите? — продолжил бариста. — Он был очень умным, многое знал, историю вот изучал, просто... его больше ничего не интересовало.
Юстас глубоко вздохнул. Ему явно показалось заявление Лукаса неуместным, но Элисон увидела в его словах нечто важное, некий крепкий фундамент, на котором могла бы стоять и личность Халлингса. Она вспомнила детство, как она часами рассматривала картинки в старых журналах с изображениями Фортуны - загадочного острова, окутанного легендами. Некоторые утверждали, что это просто скала, потерявшаяся в океане, но были и те, кто считал ее райским островом, обителью мистических существ и тайных знаний.
Если дядя Лукаса сошел с ума от науки, находясь в обществе, то что стало с Халлингсом, который изолировал себя от мира на десятки лет?
Выслушав еще несколько теорий о Фортуне, Элис почувствовала, как ее наивные ожидания рассыпаются в пыль. От призрачного замка, который возможно увидеть лишь при свете яркой луны и священного леса с деревьями гигантами, до популярных предположений, что остров находится глубоко под водой, поэтому и укрыт куполом, и даже о земле парящей высоко в облаках, куда возможно попасть лишь пройдя по радуге. Все эти теории казались ей абсурдными, но в то же время она не могла представить Фортуну по-другому. Ее фантазия рисовала странные, невозможные образы, внушая чувство беспомощности и потерянности, от того Элисон приняла решение прекратить терзать воображение, и вернуться в больницу.
Заглянув в палату, Элисон не поверила глазам и, затаив дыхание, потеряла все мысли. Впервые за несколько дней ее мама стоит у окна, без помощи врачей и не держась за опорную трость. Элис непременно должна была громко обрадоваться, но, боясь напугать маму, она едва слышно постучала в дверь.
— Ох, Элисон, это ты. Проходи, дорогая, — обернувшись, Грета лучезарно улыбнулась и медленными шагами направилась к кровати.
— Давай я помогу! — растерялась Элис.
Она уже и забыла столь бодрую улыбку матери, и сейчас будто сама болезнь протянула ей руки с надеждой, что та готова отступить.
Подложив матери подушку под спину, Элисон взяла ее за руки. Она знала, что мама почувствует затаенное волнение дочери, поэтому та немедля рассказала все, что произошло в кофейне. Элис могла поделиться с ней чем угодно, и никогда не развивала мысль о лжи, но в этот раз она намеренно утаила истинную причину заветного рвения на остров профессора. Грета была лишь рада, что дочь наконец отдохнет в столь чудесном месте, но вот о Капсуле ей было неизвестно. Элисон утешала себя мыслью, что не рассказала о ней во благо, дабы та не переживала и уж тем более не считала Фортуну чем-то опасным.
Она еще долго не могла попрощаться с матерью, но время не щадит моменты. Солнце почти опустилось за горизонт, а небо наполнилось яркими оттенками, создающими неповторимое настроение подступи прекрасного будущего. Бойкая речь Юстаса, ласковая улыбка матери и даже пылающий закат вдохновили Элис найти заветную Капсулу, и наконец подарить самому родному человеку шанс на вторую жизнь.