moonchild (like before) » neteyam [rus]

— Как прошёл разговор с твоим отцом? — спросила Эрихе. Наступил следующий день — вчера вечером, когда Нетейам вернулся после извинений перед Ао'нунгом, было уже слишком поздно для разговора.

Всё было бы намного запутаннее, если бы там не было родителей Ао'нунга. Нетейам знал, что парень не простил его, но он сказал, что простил, так что ему было всё равно.

Нетейам повернулся, чтобы посмотреть на Эрихе.

— Что?

Эрихе подняла на него бровь.

— Разве тебя не отчитали?

— Ах, это, — сказал Нетейам. Он был параноиком и боялся, что она узнала о том, о чём они говорили. — Да, я наказан.

— Ну, этого следовало ожидать, — пожала плечами Эрихе. Она старалась казаться беспечной, но её глаза поднялись, чтобы встретиться с его взглядом. Нетейам мог видеть выражение беспокойства на её лице. — Он не... Сильно кричал на тебя? — осторожно спросила она.

Возможно, Эрихе и Нетейам давно были не в хороших отношениях, но она знала, как на Нетейама действовали выговоры его отца. Ему всегда было грустно после того, как на него накричали, так как все, чего он хотел, — это оправдать ожидания своего отца.

Нетейам слегка улыбнулся.

— Он немного покричал, — сказал он. Может быть, это было ужасно, но ему нравилось видеть, как её брови хмурились в знак беспокойства за него.

Это показало ему, что ей не все равно.

— Всё будет хорошо, — заверила его Эрихе.

Нетейам кивнул и улыбнулся.

Утро выдалось на редкость пасмурным, и каждый мог сказать, что в ближайшее время начнётся дождь. На самом деле дождь начался в ту минуту, когда Эрихе посмотрела на небо.

Смеясь и прикрывая головы от дождевых капель, подростки бежали по скользкой дорожке, хихикая всякий раз, когда кто-нибудь чуть не поскользнулся. Это случалось довольно часто, так что в результате они взялись за руки, чтобы при необходимости поддержать друг друга.

Внезапно Эрихе чуть не заскользила прямо в воду, и Нетейаму пришлось резко притянуть её к себе. Она врезалась прямо ему в грудь.

Смеясь, она отстранилась и увидела, что он смотрит на неё сверху вниз с такой же улыбкой. В тот момент Эрихе хотелось верить, что она ему нравится. Одного того, как его глаза впились в неё, было достаточно, чтобы заставить её задуматься об этих бредовых мыслях.

По правде говоря, Нетейам и не пытался скрывать, что у него действительно есть к ней чувства.

Поговорив со своим отцом, он решил быть смелее — дать понять, что она ему нравится. Он надеялся, что она поймет намёк.

Он посмотрел на неё со всем чувством, которое испытывал к ней, желая, чтобы она просто знала. Тогда ему не нужно было бы набираться мужества и говорить ей всё самому.

Он знал, что ведёт себя как трус, но таким он и был. Он боялся, что его отвергнут.

Эрихе усмехнулась и оттолкнулась от его груди — её рука всё ещё держалась за его руку, и она потянула его за собой, снова направляясь вниз по тропинке.

— Нам пора идти, — улыбнулась она, оглянувшись на него через плечо.

Глаза Нетейама следили за их переплетёнными пальцами, и он улыбнулся.

— Да, — согласился он, — пойдём.

Когда они подошли к хижине, их настроение было подорвано, когда они услышали голоса с другой стороны.

Эрихе приложила палец к губам, приказывая Нетейаму замолчать, и потянула его за собой. Они вдвоём спрятались за стенкой, прислушиваясь к разговору, происходящему с другой стороны.

Тоновари и Джейк стояли сразу за маруи, достаточно далеко, чтобы не видеть Эрихе и Нетейама, спрятавшихся на другой стороне.

— Что случилось? — спросил Джейк у вождя. Всего несколько мгновений назад было слышно, как они с Нейтири смеялись, но теперь его голос звучал серьёзно и обеспокоенно.

Эрихе отступила назад, увидев, как Нейтири выходит из дома. Она врезалась в спину Нетейама, но он только обнял её за талию, чтобы удержать на ногах. Она тут же почувствовала, как её сердце забилось быстрее, но ей пришлось не обращать на это внимания.

— Небесные люди, — серьёзно сказал Тоновари. — Они ищут тебя, Джейк Сулли.

Глаза Эрихе расширились от ужаса, когда она повернула голову в сторону, чтобы посмотреть на реакцию Нетейама. Его тело напряглось, а челюсти сжались — он нахмурился, сосредоточившись на прослушивании разговора.

— На юге, — продолжал Оло'эйктан, — у них есть человеческий мальчик, который говорит на На'ви.

Паук.

Дыхание Эрихе участилось, когда она поняла, что не хочет ничего этого слышать. Она предпочла бы оставаться невежественной и наивной, чем жить с осознанием того, что небесный народ знает об их местонахождении.

Салли никак не могли передохнуть.

— Они кого-нибудь убили? — спросил Джейк после минутного молчания, в течение которого всё, что они могли слышать, — это шум падающего дождя.

— Пока нет, — сказал Оло'эйктан. То, как он это сказал, звучало так, словно они были близки к тому, чтобы кого-то убить — и что они сделают это в ближайшее время. — Они угрожали, но у нас никто не скажет, где вы находитесь, — заверил их Тоновари, — по моему приказу.

Это было всё, что пришлось услышать Нетейаму. Его хватка на талии Эрихе ослабла, и вместо того, чтобы крепко удерживать её, теперь его рука лишь зависла над её бедром — кончики пальцев скользили по коже.

Заметив перемену в его поведении, Эрихе резко обернулась.

— Нетейам... — прошептала она, но он уже повернулся и пошёл вниз по тропинке.

Это было ужасно — знать, что за твоей семьей охотится то самое существо, которое выгнало их из собственного дома. Эрихе поняла реакцию Нетейама и побежала за ним.

Она шла в нескольких шагах позади него, не произнося ни единого слова, пока он внезапно не остановился на пляже. Дождь всё ещё лил, и Эрихе было трудно разглядеть выражение его лица, поскольку она была вынуждена постоянно моргать, чтобы смыть воду с глаз.

— Нетейам... — повторила она свои предыдущие слова и шагнула ближе к нему, протянув руку, чтобы положить её ему на плечо.

Нетейам отошёл в сторону, чтобы быть вне пределов её досягаемости, и посмотрел вниз, изо всех сил стараясь не испугаться у неё на глазах.

— Это нечестно, — тихо сказал он. — Почему они следуют за нами сюда?

Эрихе печально покачала головой и пожала плечами. Она почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза.

— Я не знаю, — её голос дрогнул.

— По крайней мере, тебе не о чем беспокоиться, — Нетейам прикрыл глаза рукой, поймав несколько случайных слезинок, которые он не хотел, чтобы она видела.

— Неправда, — тихо возразила Эрихе. Она действительно не могла понять, почему он так сказал — даже если бы ей не нужно было беспокоиться за себя, она все равно всегда беспокоилась бы за них. Они были ей как семья. — Мне есть о чём беспокоиться.

— О, правда? — Нетейам посмотрел на небо, глубоко вздохнув и сдерживая слёзы. — Нет. Не твою семью выслеживают с намерением убить.

На лице Эрихе появилось выражение замешательства.

— Как ты мог такое сказать?

Нетейам понимал, насколько неразумным он был. Но он был очень эмоционален — он не только ненавидел этот факт, но и не мог его контролировать. Его печаль и огорчение были слишком сильны в той ситуации.

— Это не что иное, кроме правды.

— Возможно, я не родилась в твоей семье, — сказала Эрихе, и в её глазах застыло свирепое выражение. Хмурый взгляд Нетейама на мгновение почти исчез. — Но я очень волнуюсь о твоих сёстрах и брате, я забочусь о твоих родителях, о тебе. Неужели ты думаешь, что я осталась бы равнодушной, если бы что-то случилось с одним из вас?

Нетейам знал, что это повлияет на неё. Он знал, что если с членом его семьи случится что-то плохое, ей будет так же больно, как если бы это случилось с кем-то из членов её собственной семьи. Затем он понял, насколько бесчувственным было его заявление.

Он не только недооценил её любовь к своей семье — он непреднамеренно упомянул тот факт, что у неё нет семьи.

Таковы были его мысли — казалось, у его рта был свой собственный разум.

— Это просто не одно и то же.

Эрихе недоверчиво усмехнулась. Она оторвала от него взгляд и покачала головой — все мысли о том, чтобы утешить его, были выброшены в окно.

— Ты невыносимый — ты знаешь это, не так ли? Каждый раз, когда я хотя бы упоминаю, что забочусь о твоей семье, ты выходишь из себя. Как будто это оскорбительно или что-то в этом роде, — Нетейам не мог говорить, так как всё это выплеснулось у неё из груди. Она ещё не закончила. — Как будто из-за того, что у меня нет собственной семьи, я никогда не смогу познать любовь или чувство заботы о ком-то подобном — как будто я не имею права так глубоко заботиться о ком-либо. Как будто я должна просто остаться одна на всю оставшуюся жизнь.

— Это не то, что я хотел сказать...

— Именно так это и звучит, — оборвала его Эрихе. Ей до смерти надоело всегда сохранять спокойствие, когда он сердился по пустякам. Даже сейчас — её единственным преступлением была забота. — Ты ведёшь себя так каждый раз. Как будто мне не позволено любить твою семью.

— Ты-...

— Я знаю это, — процедила Эрихе сквозь зубы, — но тебе лучше начать вести себя соответсвенно, — с этими словами она развернулась на носках и умчалась прочь.

Нетейам остался стоять в полном одиночестве. Он всё испортил — он чувствовал себя так, как раньше.