Глава 19
Я смотрел в потолок. Уже несколько часов лихорадка не покидала меня, иногда становилось тяжело дышать.
«Какая длинная ночь...» — подумалось мне тогда, по ощущениям уже давно должно было светать.
Аллонса хотела остаться, но я прогнал ее, как и Джаварди, который изготовил противоядие. Я их ненавидел, потому что ненавидел сейчас всех вокруг, и им лучше было оставить меня в покое. Почему они все не могут просто оставить меня в покое? И все-таки... Меня не оставлял вопрос — насколько сильным было приворотное зелье? Судя по всему очень сильным. Видно, морская ведьма знала свое дело. Я подумал о ней и содрогнулся.
Мне вдруг на мгновение захотелось вернуться в ледяное царство, ощутить обжигающий холод, услышать хруст снега, увидеть радужный блеск снежинок в мерцании звезд и северного сияния — одним словом, все то, от чего я ушел когда-то. Только сейчас мне пришло в голову, что, может быть, ее ошибка была и в этом тоже. Она почему-то решила, что разговоры о моем родном мире поспособствуют нашей дружбе. И не только дружбе...
Чем больше я вспоминал события прошедших дней, тем сильнее во мне закипала злость. Все было не так, и она все делала не так!
Все началось, когда Аллонса сказала мне про морскую владычицу первый раз. Она никогда не принимала приглашения владыки и для всех стало большой неожиданностью ее желание посетить нас на Стихиаль. Про нее было многое известно, но я знал довольно мало. Королева своего народа, связанного с морем и водной стихией. Владычица одного из девяти Великих миров. По рассказам, она была красивой, с утонченными чертами лица, с глазами ундины и чарующим голосом. Колдунья, конечно же. Еще говорили, что она умная и мудрая. Была ли она доброй — этого я не знал. Тогда. Но так или иначе, она прибыла во дворец вместе с другими высокопоставленными гостями, окруженная свитой в причудливых одеждах, в шелках голубого цвета, коронах, украшенных зелеными самоцветами.
Всю церемонию она держалась чуть поодаль от остальных гостей, прикрыв лицо прозрачной голубой вуалью. Иногда она поглядывала на меня, но большей частью говорила только с владыкой.
Когда мистерия закончилась, начался настоящий праздник уже в привычном понимании: музыка, танцы, общение и яства.
В какой-то момент морская владычица оказалась рядом со мной. Она приветливо улыбнулась, хотя во взгляде было такое величественное снисхождение, будто я встретил вторую Фириду. Настало время приглашения на танцы. Аллонса, как и всегда, оказалась рядом. Она была особенно красива в эту минуту, в волосы вплела живые цветы и радужные перья.
— Ну что, братец? Обещанный танец?
Она только сейчас заметила гостью, прекрасное лицо которой исказило недоброе выражение. Но стоило Аллонсе улыбнуться, поклониться, задать пару вежливых участливых вопросов, сделать пару искренних хотя и несколько льстивых комплиментов, как та повеселела. Аллонса всегда умела располагать к себе.
— Она тобой заинтересовалась, — шепнула мне Аллонса, когда темп танца стал располагающим к разговору. — Потому и приехала. Я слышала, о чем они говорили с владыкой.
— И о чем же?
— О том, что это был бы выгодный союз.
— Что?
— Да. Ты все правильно понял. Владыка видит, что ты мучаешься, все мы... Мы хотим помочь. Но ничего не будет без твоего желания, таково слово владыки. Так что... Будь внимателен. Помни, о чем я тебе говорила. И присмотрись. Может быть, это твоя судьба, и ты будешь счастлив с ней. Она тоже, может быть... Душа зари?
Я ничего не ответил. Не так редки были случаи, когда приходилось спасаться от подобных ситуаций, и кроме раздражения они ничего не вызывали. Но я еще не знал, что этот раз будет особенным. Худшим из всех.
— Нет. Она совсем не похожа на Душу зари.
— Ну... Нужно быть реалистами, понимаешь? Твоя волшебная возлюбленная, о которой ты говорил... Ее, может быть, вообще не существует. А морская гостья тоже прекрасна...
— Да как ты можешь такое вообще говорить! Она не идет с ней ни в какое сравнение! И вообще... Ты же всегда мне верила!
— Да, конечно... Но магия коварна. Может быть, она хочет свести тебя с ума! И у нее, впрочем, это неплохо получается, судя по всему. Сущность, о природе которой ты и понятия не имеешь, но принимающая облик того, кого ты хочешь...
— Как скажешь... Мне все равно.
Она разозлилась, хотя это случалось не так часто. За весь танец больше не сказала ни слова, поджав губы и сверкая глазами. Почему-то именно теперь она была ослепительна, и особенно похожа на девушку своего народа. Впрочем, мне не стоило с ней ссориться, но понял я об этом уже, к сожалению, после. Аллонса ушла, оставив меня одного.
Морская царевна подкралась незаметно, и я вздрогнул, когда она появилась совсем рядом. Она успела снять вуаль. Какой она была тогда?
Дева из рода ундин была одета в платье из мерцающего шелка, похожего на море, украшенного изумрудами и жемчугом. Волны ее волос — белые, как и ее кожа, словно из перламутра, и были украшены морскими ракушками и тоже жемчугом.
Голову украшали две драгоценные заколки, крепившиеся за уши, с острыми уголками. Вероятно, она надела их неспроста, в попытках выказать уважение моему... происхождению? Вернее, еще одному мифу. Но как же это было нелепо! Она не была похожа ни на эльфа, ни на фею с ними! Нет, не была...
Может быть, я и мог бы когда-нибудь ее полюбить, но ее глаза... Эти голубые, как самое чистое морское дно, глаза смотрели так, что пробегали мурашки по телу. Я очень хорошо чувствовал, что эта женщина — не человек, или не совсем человек, а такая же как и я, и что за этой красотой скрывается что-то темное и опасное.
В остальном, она была просто красива, и я мог понять, почему все мужчины на балу были так очарованы ею, но мне была нужна совсем не она.
Душа зари тоже была красива, но ее красота была иная. От нее исходили свет и тепло, она была хрупкой, как все мимолетные создания мимолетных миров. Доброй... И хотя мы никогда и не виделись, мне казалось, я многое о ней знаю. В то время как морская царица была обычной, даже если и очень привлекательной как женщина.
Обменявшись вежливыми фразами, которые требовал обычный этикет, она вдруг заговорила про ледяное королевство. Про лед, снега, про белокрылых грифонов, которые рассекали темные небеса. Она признавалась в любви вечным снегам и ледяному королевству... Я молчал. Я терпел. Но это не могло продолжаться вечно.
Я попытался скрыть свою неприязнь, однако не мог отделаться от чувства, что мне нужно уйти от нее как можно скорее. Я не мог тогда объяснить, почему, но чувствовал, что так нужно. И не мог. Ноги меня не слушались, и я понял, что попал под действие каких-то чар. Но разум все-таки оставался ясным пока что.
— Я многое о вас знаю, — сказала она проникновенным голосом. Затем предложила пройтись к зимнему саду, хотя выглядело это так, будто это... я ее пригласил? Ведьма...
Как и прежде там было по-волшебному прекрасно. Олеандры и бугенвиллии цвели, их цветки падали в воду тихого фонтана и кружились в танце. Это было местом откровений, и мне нравилось приходить сюда раньше.
— Я уже давно не подпускала никого близко к своему сердцу. Одиночество гложет его...
Лишь позже, когда я пересказал все это Аллонсе, я понял, что это было признание... Наверное, я слишком буквальный человек, но тогда я и вправду не понимал о чем она говорит.
— Меня тоже.
— И вас? И вас... Тогда позвольте мне обо всем рассказать вам. Только вам, потому что лишь вы поймете... Я люблю вас. И я буду той, кто сделает вас счастливым... Пожалуйста, выслушайте...
Она говорила тихо и искренне, о вещах, о которых обычно говорить не принято. И уж тем более тем, кого видишь впервые в жизни. Сорваться со скалы и прыгнуть, уже ни на что не надеясь — вот, что это было.
И я искренне поверил ей.
Она была бы прекрасной женой, и она была здесь, рядом. Она смущалась смотреть на меня слишком долго, и уже не казалась мне холодной и смотрящей на всех свысока. На мгновение мне будто приоткрылась завеса будущего — с ней вместе, рука об руку, величественные и непобедимые, молодые и прекрасные, о любви которых слагают легенды... Но мне было не нужно такое будущее, а в голове все звучали слова Аллонсы... Я и сам знал, что не стоит видениями пытаться заменить реальный мир. Но сейчас эта мысль уничтожала меня. И мне снова хотелось побыть одному...
Она нежно тронула меня за руку.
— Скажите хоть что-нибудь.
В ее глазах была покорность и надежда, и блики солнца на поверхности всех теплых и холодных морей.
Не дождавшись моего ответа, она улыбнулась и достала кольцо с ярко-желтым блестящим камнем, которое дрожащими пальцами протянула мне.
— Это — упавшая звезда. Таких очень мало во всех Великих мирах, и я хочу подарить ее вам. Чтобы служила напоминанием. Обо мне...
Она лукавила, и я это знал. Такие перстни преподносятся морским владыкам, когда владычица решает отойти от традиции и выбрать себе избранника жизни самостоятельно. Такой надевать не стоит ни в коем случае! А лучше и не брать вообще в руки...
Зная это, я, конечно, не мог его взять. Или не хотел? И тогда она, заметив это, сама захотела было взять меня за руку и вложить в нее реликвию, но я вовремя догадался спрятать их за спину, вежливо улыбнувшись. Странный холод пробежался по моему телу, стоило мне это сделать, но я не обратил на это должного внимание. Она немного удивилась, но спрятала это за улыбкой, все еще держа страшную вещь в своих нежных пальчиках.
Наступило неловкое молчание. Где же была Аллонса, когда она так нужна?!
Тем временем, морская царевна ждала моего ответа, и я снова не мог вымолвить и слова. Что-то происходило со мной, что-то не давало противиться ей и сказать то, что нужно. Смутные подозрения закрались ко мне... Поэтому я лишь откланялся, и поспешил к выходу из зала, сославшись на желание подышать свежим воздухом. Она ничего не заподозрила и сказала, что будет ждать меня у фонтана.
На самом деле я не желал больше оставаться с ней наедине. Мою волю подавляли, и я не мог поверить, что это возможно. Только здесь, я мог отдышаться и немного передохнуть. Я закрыл глаза и вдохнул свежий воздух ночи, ощущая тяжесть своих мыслей.
«Подавляли, или я сам поддавался?» — этот вопрос не давал мне покоя.
Я стоял на балконе, обрамленном арками из мрамора. Внизу открывался вид на величественный город, залитый лунным светом, но мое внимание не было обращено на это. Мой взгляд был устремлен в небо, где уже начинали появляться первые признаки рассвета.
Я достал кольцо, которая подарила мне Она, во время одного из видений, и всмотрелся в него. Я, кажется, только что предал ее, или почти предал... Меня будто ударило хлыстом.
Может быть, Аллонса и права была, когда сказала, что я сошел с ума. Что ж, тогда она прозорливее, чем кажется.
Я мечтал о встрече с этой девушкой, и я все бы отдал, чтобы только оказаться ненадолго рядом с ней. И вот, вместо этого на бал прибывает морская владычица, которая не идет ни в какое сравнение. Неужели мир может только это мне предложить?
Нет, мне нужно было ее увидеть, здесь и сейчас. Я поспешно покинул балкон и отправился на поиски зала, где надеялся бы найти уединение. Вскоре я нашел такой, освещенный лишь светом луны, проникающим сквозь высокие окна. Я закрыл глаза и сосредоточился. Слова сами срывались тихим шепотом, их ритм заставлял забывать обо всем.
Золотые струны тянули из меня жизнь, но я не обращал внимания на боль. Казалось, время замедлилось, а все вокруг затихло.
Я надеялся, что получится. Не могло не получиться! Стихиаль сближает все миры, Великие и мимолетные, прошлое и будущее. Я выдумал ее и смогу призвать ее, где бы она ни находилась...
Прошло какое-то время. Несколько бесконечно долгих и мучительных минут, прежде чем я почувствовал, что больше не один здесь. Я открыл глаза и увидел, что она стоит передо мной — Душа зари.
Она была такой, какой я ее себе и представлял: с мягкими чертами лица, каштановыми волосами, которые переливались разными оттенками золота и меди, и яркими изумрудно-зелеными глазами, которые сверкали, как драгоценные камни. И, конечно, в платье цвета зари, вышитым золотыми звездами.
Я хотел сказать ей, чувствуя, что времени мало, как она прекрасна, но она будто и так все знала. Да, так и было — я не сомневался в этом. Она не боялась, ни меня, ни что здесь вдруг оказалась.
Она подошла ближе, и я почувствовал нежное прикосновение ее пальцев к своим щекам.
— Не теряй надежды, даже если все будет казаться безысходным, — прошептала она, голос ее был нежным и заботливым. Я увидел, как в ее глазах зажглись слезы, и замер, не в силах видеть ее страдания, но и не в силах отвести от нее взгляд.
— Почему ты так говоришь? — спросил я, прикоснувшись к ее руке. Но она молчала.
— И как тебя зовут? — продолжил я настойчиво.
Она посмотрела мне прямо в глаза и шепнула с грустной улыбкой.
— Ты не хочешь знать свое будущее.
Я почувствовал, как страх охватывает тело. Что она имела в виду? Я вдруг осознал, что эти слова были моими же словами, которые я произнес несколько дней назад. Но как она могла знать об этом?
Я смотрел на нее с недоумением, но она уже отвернулась и вновь тихо прошептала: «Не теряй надежду».
Я протянул руку, чтобы коснуться ее лица, но пальцы прошли сквозь нее. И она исчезла, растворилась в воздухе золотой пылью, оставив меня в одиночестве в пустой зале. Но я знал, что она останется со мной навеки, и пообещал себе, что найду ее снова, что смогу вновь ее вскоре увидеть.
Я открыл глаза и увидел лишь пустоту вокруг себя. Я так и остался сидеть на холодном мраморном полу пустого зала, где только что происходило нечто волшебное и необъяснимое, а теперь я был один, лишь со своими мыслями и воспоминаниями о ней.
Я знал, что отныне не смогу жить без нее.
Не знаю, сколько времени прошло, когда я смог наконец собраться с духом, чтобы выйти из зала. Тяжелые мысли навалились на меня сразу же, стоило мне покинуть его. Я знал, что магия способна создавать иллюзии, и боялся, что эта встреча могла быть лишь плодом моего собственного воображения. Эта мысль была такой болезненной, что я почувствовал, что начинаю задыхаться. Я должен был доверять своей интуиции, но как же это было непросто...
Я вновь вышел на балкон и глянул на ночное небо, полное звезд. Внутри все еще бушевала буря эмоций и чувств, и я не мог понять, что происходит со мной, но знал одно — я уже не смогу забыть ее глаза...
Я вздрогнул, когда почувствовал, что кто-то коснулся моего плеча, и обернулся, чтобы увидеть Аллонсу, которая стояла рядом. Она улыбнулась и взяла меня за руку.
— Корзиночки с пряной лавандой просто великолепны, — сказала она, протягивая целое блюдо. — Хоть я и обижена, но ты должен это попробовать!
Я медленно повернулся к ней, и ее выражение лица быстро переменилось. Она обеспокоенно взяла меня за руку, позабыв обо всех обидах.
— Где ты был? Что случилось?
Она посмотрела мне прямо в глаза, с беспокойством и тревогой и, кажется, поняла все без слов.
— Я видел ее...
— И она говорила что-нибудь? — мгновенно спросила Аллонса.
— Почти нет. Я увидел ее, но она была не здесь... И не сейчас. И она была так грустна...
Я пересказал ей вкратце, как это произошло. Она внимательно выслушала, а потом сказала очень серьезно:
— Твоя судьба еще не определена. Ты найдешь ее. Я знаю.
Но я заметил на ее глазах слезы. Мы оба знали, что означал мой выбор.
Я взглянул на танцующих гостей и ощутил внезапное чувство отчаяния... и раздражения. Но мне все еще нужно было вернуться к фонтану, где ждала владычица. Она и вправду ждала, задумчиво глядя в воду. Но, заслышав звуки моих шагов, подняла на меня глаза, улыбнулась.
Она как будто хотела что-то сказать, но передумала. Она снова протянула мне перстень.
— Пока вас не было, я смогла рассмотреть этот сад. Скажите, это вашими стараниями было создано подобное великолепие?
— А вам нравится?
— Вне всякого сомнения, я в восхищении... И мне бы хотелось вновь вернуться сюда. И возвращаться впредь...
— Пусть так и будет, — улыбнулся я ей, и бросил в воду драгоценный перстень. Она не успела и слова сказать, а на лице ее изобразилось непонимание и растерянность. Быть может, впервые в жизни.
Позже она узнала, что всех хранителей отучали от страсти к богатству и осознала свою ошибку. Но теперь ушла глубоко пораженная и оскорбленная. Я остался сидеть в саду, зная, что скоро мир для меня изменится. Можно считать, что тогда это и случилось. Ее губы еще не прошептали слова, которые станут для меня роковыми, но для меня уже было все кончено.
Отныне я — василиск...