социум

Денис лежит, боясь встать. Вчера он уснул не быстро – всё тело ломило и волнами проносилась острая боль. До глубокой ночи смотрел в потолок, а мысли метались одна к другой.

С самого вечера не вставал. Ариша пыталась дозвониться – в школе ведь не появился. Но не только Денис, как оказалось.

Около девяти утра, Илья аккуратно приоткрыл дверь, впуская сквозняк в квартиру – со вчера ведь так и не закрыл.

Денис рефлекторно повернул голову на звук и увидел Корякова, неуверенно перебиравшего подол своей кофты.

–Ты прогулял школу, –Илья лишь хмыкнул, думая, что Ден в своём репертуаре.

–Ты тоже, –Улыбнулся, оглядывая: лежит так же, как и вчера, глаза покрасневшие и дышит ртом, –Ты вообще вставал?

–Нет, –Хмурится и видит, как тот подходит ближе, присаживаясь на край кровати, –Можешь помочь? В ванную надо.

Тот без слов придерживает поперёк тела, и Денис с шипением и скулежом кое-как поднимается.

–Ай, аккуратнее, –Ден огрызается, еле передвигая ногами и морщится от каждого шага, матерясь под нос, хнычет, –Ай!

Илья не выдерживает и спустя пару шагов – они даже из комнаты не вышли, берёт его на руки. Денис вскрикивает – Коряков ненароком задевает пару ссадин на ребрах.

–Я бы и сам дошел.

–Да помолчи ты.

Оставляя Дениса у раковины, бредёт на кухню. Ему думается, что тот ничего не ел, возможно, со вчерашнего утра. Но была лишь одна проблема – Илья понятия не имел, как готовить еду. Съедобную, желательно.

Осторожно перебирая холодильник, он понимает, что Денис то ли готовит на один раз, то ли вообще не ест.

Денис волочится до кухни наполовину согнутый, кряхтит от боли и наблюдает, как Илья стоит с непонимающим лицом перед кухонным шкафчиком.

–Тебе надо поесть, –Заключает, пока Денис усаживается с горем пополам, –Я сварю суп, если расскажешь, что делать.

–Ты не знаешь, как сварить суп? –поднимает брови, насмешливо улыбаясь.

–Ты можешь просто объяснить? –Вот-вот и выбесится.

–Чисть картошку, –Только ухмыляется, пока Илья выполняет все его поручения.

Он чистит картошку, режет мясо и делает зажарку. Это капец как сложно и, кажется, что Дениса вся эта ситуация забавляет. Ещё бы не забавляла – Илья сейчас как собака, покорно выполняющая команды.

–Ешь, –Ставит тарелку на стол, оглядывая довольное лицо.

Денис принимается за суп и даже закрывает глаза после первой ложки – вкусно.

И наблюдая за довольным Денисом, который улыбается, Илья чувствует тепло где-то в районе грудной клетки. Хочется улыбнуться, но он только одергивает себя, мол, ничего такого.

–Полегче?

–Да, –Денис смотрит, не скрывая грусти, –Спасибо.

–Давай, –Взмахом руки показывает на комнату, –Нужно тебя осмотреть.

А сам нервничает так, что руки сейчас дрожать будут.

–Можешь не возиться со мной, если не хочешь, –Денис замечает, как тот замешкался и опустил взгляд в пол.

Про себя думает, что Илья боится его, как огня.

–Это мои кенты тебя отпиздили, –Всё-таки, признает, –Просто хочу помочь.

–Сам Илья Коряков хочет помочь мне, –хмыкает, встречаясь с Ильей взглядами: один насмешливый, другой провинившийся, –Обведу этот день красным в календаре.

–Не начинай, пожалуйста, –Первое пожалуйста, к слову, –И перестань выставлять меня монстром.

Запускает руку в волосы, кусает губы и грустно усмехается.

–Ты сам сделал из себя монстра и хочешь, чтобы все так тебя и видели, –Денис становится серьезней, а голос тише, –Не моя вина.

–Я просто не хочу, чтобы об меня вытирали ноги, –Обрывает фразу, прикусывая язык.

–Как об меня? –Денис видит его насквозь: улыбается, замечая неуверенный кивок в ответ и только больше веселится.

–Почему мне начинает казаться, что тебе нравиться ходить побитым?

–Я просто не люблю тратить время на разборки с маргиналами, –Колет в ответ, упиваясь своей стойкостью.

–Зато, они любят, –Илья желает перевести тему – его начинает это раздражать. Денис умеет вывести его на эмоции, и самое печальное, что Илья за это ему, в какой-то мере, благодарен.

Бесится, злится и хочет спорить – всё лучше, чем ничего не испытывать. Моментами ему кажется, что если бы не Денис, он бы и не способен был что-то чувствовать.

–Может, ты и прав, –Опускает голову, разглядывая плитку на полу, –Но я мишень вне зависимости от того, как выгляжу. Мать постаралась. Я хуею с ваших взглядов на жизнь, –Снова приписывает Илью к «ним». От этого Коряков морщится, но проглатывает – права сейчас возражать не имеет.

Илья только согласно кивает и вздыхает. Об этом он никогда не думал. Да и совесть начинает потихоньку заполнять грудную клетку – ощущается болезненно.

–Они не правы, что из-за матери тебя пиздят, –Смотрит в глаза, наконец, и в них только глубокая печаль.

–Илья, –Денис лишь вздыхает, переводя дух, –Бить кого-то в целом – это неправильно. Ты это понимаешь?

–Понимаю, –Устало смотрит и трет лицо руками, –Я уже живу в мире, где пиздят за любое лишнее движение, и не могу быть таким белым и пушистым, как ты.

–А ты не боишься, что однажды и сам станешь отбросом? –Денис раздражается.

–Ты о чем? –Илья знает, о чём. Он напрягается всем телом, злостно это выплевывая, мол, ещё одно слово и взорвётся окончательно.

–Сам знаешь, –Скалится, оставляя страх позади – сейчас, когда Коряков такой открытый, хочется, наконец, посмотреть на реакцию, –Не я тебя поцеловал.

–Завались, –Сжимает кулаки и считает пульс, который доходит до мозга и пробирает кости, –Я был пьяный.

–Что у трезвого на уме, как говорится.

И Илье хочется его добить; он старательно отвлекал себя от этого. Не думал и не вспоминал. Но когда Денис смотрит так, с вызовом – становится по-настоящему страшно. Его сейчас, кажется, вырвет от перенапряжения.

–Денис, ты, –Тянет слова, смотря исподлобья, –Доведёшь меня сейчас.

–Если тебе так сложно принять что-то в себе, это не моя проблема.

–Ты такой умный, просто обосраться, –сейчас, кажется, заплачет. Острый ком, подступающий к горлу, душит, и голос дрожит, –Напридумывал себе какой-то хуйни.

Ненависть пробирается по телу – прямо к сердцу. У обоих.

Илья твердо знает – он не такой. И быть таким не может. Только скалится, в глазах гнев, внутренности сейчас скрутит.

–Все совершают ошибки.

И Денис понимает, что тот имел в виду. Целовать его было ошибкой? Прекрасно.

–Ну так иди и бухай со своими кентами, –выплевывает, восторженно выпячивая глаза, –И пизди всех подряд, раз тебе так хочется. Ты даже не можешь признать, что целовал меня.

–Потому что это ебанная болезнь, блять! –Денис шарахается от крика. Он бьёт по барабанным перепонкам, и он дергается, застывая: Илья крупно плачет.

–Это тебе так всю жизнь говорили? –Денис утихает немного. Видит, что довел, и становится немного стыдно.

–Да! –Кричит, бьёт кулаком по столу, и в слезах запинается, –Ты думаешь, мне заебись? Да я блять ненавижу себя за это. Мне тошно, сука, пиздец как, –заглядывает прямо в душу, –Ты услышал, что хотел?

–Этого услышать не хотел.

Денис судорожно пытается высмотреть чужую истерику. Илья только лицо в руках прячет и потихоньку успокаивается. Обстановка не то, что напряженная – в воздухе разносится ненависть.

–Я, блять, рад, что тебе похуй, что думают люди, –Уже говорит тихо, делая вид, что не плакал пару секунд назад, –А я так не могу, ясно?

Денис не находит слов. Он только устало вздыхает, выдавливая из себя последние силы не зареветь от ситуации.

Молчит пару минут, перебирая пальцы.

–Дело же не в окружающих, –Денис не произносит, что дело в нем, но Илья это и без слов способен прочесть в глазах, –Ты так боишься себя, что пиздишь всех вокруг.

–Я не буду перед тобой оправдываться, –злится; снова. Откидывается на спинку стула и считает вдохи-выдохи, в надежде прийти в себя, –Я и без тебя, блять, догадался о своих проблемах.

–У тебя только одна проблема.

И не успевает договорить. Вихрем в квартиру залетает ураган, в спешке распахивая дверь.

–Вы, –Тычет пальцем в воздух, переводя дыхание после бега, запинается, –Два еблана. Сука, кто-то учил брать трубку, блять? –Ариша злится, а потом замечает внешний вид Дениса и состояние Ильи, –Господи, что с вами? Вы попиздились, что-ли?

–Нет, –Илья вздыхает, дрожа, прикрывая лицо рукой, –Долгая история.

–Блять, я перепугалась. Я думала, вы сдохли.

Те лишь грустно переглядываются.

Ариша хозяйничает: наливает себе чай, достает конфеты и жалуется, что сбежала со второго урока. Денис рассказывает, что его побили. История выходит занимательная – упуская причину драки и закрывая глаза на то, что если б не Илья, то Денис бы валялся в больнице. Коряков благодарно кивает, видимо, его триггерит упоминание их взаимодействий – от этого Денис только расстраивается ещё больше.

Ариша, как и всегда, обстановку разряжает. Шутит много и приказывает не разводить тут сопли. И Илья даже улыбается пару раз. Разговор с Денисом его довёл.

Ариша уходит в час дня, говоря, что ей нужно встретиться с Ксюшей. И неловкость возвращается.

–Тебе надо лечь, –Илья подает руку, а гнетущая атмосфера и мрачная тишина заставляют его опустить голову.

Денис аккуратно приподнимается – уже значительно легче. Цепляется за ладонь, и Илья берёт его под локоть.

–Я принесу мазь, –Он уходит, оставляя Дениса сидеть на кровати. Кухонные часы громко тикают, отбивая ритм, и Денис от чего-то боится. То ли Ильи, то ли его гнева, который появляется из ниоткуда.

Илья молча, будто и сказать-то нечего, протягивает мазь, даже не смотря.

Боится.

И Денис понимает, что похоронил их хорошие отношения окончательно.

***

К вечеру становится значительно легче – Денис может сам ходить. Ссадины болят не так сильно, да и двигаться можно, поэтому, он идет в душ, тихо выдыхая. И даже планирует завтра потопать в школу – потому что одиночество его душит. И он снова вспоминает Корякова, который проводил с ним всё свободное время.

Появляясь на следующий день в кабинете алгебры, слышит удивление Ариши и говорит, что всё в порядке.

Вечером вписка у Вовы – Денис закатывает глаза, но Ариша говорит, что без него не пойдёт. А Илья, подкравшись, слушает, и когда Ариша поворачивает голову, то говорит не пить. Тот лишь кивает.

Собираются они, по старой традиции, сначала у Дениса, а после идут неспеша. Ариша давно заметила напряжение между этими двумя, но и слова не сказала. Они знакомы раньше, быть может, у них свои проблемы.

Денис решил попросту больше не пытаться. Он устал. Если Илья хочет себя губить – пусть губит. Это больше не его проблемы.

Заходя в уже знакомую квартиру, они окидывают взглядом помещение.

–А где Ксюша? –Как бы невзначай интересуется Денис.

–Она не может. Стрим, –Ариша тяжко вздыхает и Ден хлопает её по плечу.

Арина глазами ищет алкоголь, и подходит к столику, рассматривая напитки. Илья понимает, что пообещал не пить, а обещания он выполняет. Поэтому только смотрит и понимает, что трезвым ему здесь делать-то и нечего.

Денис чисто физически танцевать не может – любое движение отдает болью. Поэтому, он тихонько садится на диван, наблюдая, как Ариша отжигает в центре комнаты. И на душе приятно – всё почти хорошо.

–Эй, давайте все играть в правду или действие. –Вова, в общем-то, как и всегда.

И соглашаются все – даже Илья, для которого правда или действие в прошлый раз закончилась не очень.

–Так, ну, мы все знаем, что Корякову нельзя задавать, –Ребята лишь по-доброму смеются и Илья вместе с ними. Головой понимает, что они его боятся, но думает, что это к лучшему.

В кругу собирается десять человек, ещё несколько разбрелись по другим комнатам.

Бутылка из-под дешёвого мартини крутится – Вова, принявшийся начать, судорожно смотрит на свою жертву.

–Неля, правда или действие? –Шатенка, сидящая ровно на коленках, думает пару секунд.

–Правда, –Ухмыляется, ожидая вопроса.

–Кого в этой комнате бы трахнула? –Неля на пару секунд тушуется, обдумывая ответ – неловко.

–Никого, –Зато честно. И все заходятся в недовольном гуле, говоря, что так не интересно.

Неля раскручивает следующей. Бутылка попадает точно на Дениса – сомнений ни у кого нет. Тот под нос матерится, но радует, что это Неля, а не кто-либо ещё.

Выбирая правду, расслабляется – он спокоен.

–С кем у тебя был первый поцелуй? –И тут же напрягается вновь. Воспоминания накатывают с новой силой, волной окутывает раздражение. И Денис хмыкает.

Коряков напрягается – ему настолько интересно, что хочется выть. Но не показывает волнения – только смотрит неотрывно.

–А его не было, –Говорит, растягивая фразу, и даже не смотрит на него, только ухмыляется.

Вот же блядство. Коряков начинает понимать, но осознание приходит медленно, когда бутылка крутится вновь.

А Денис скрывает дрожащие руки. Потому что, раз Илья так хочет, Денис об этом забудет. Разве он не этого добивался?

Все в комнате снова гудят, но никто не удивлен. Кто-то кидает «это же Денис» и вопросов не возникает.

И Илья физически больно. Потому что он ненавидит ухмылку Дениса, его похуизм и злорадство. И если Илья украл у него первый поцелуй – он себе не простит.

Игра идёт своим чередом, и когда бутылка указывает на Аришу – Коля шепчет Лере, чтобы та спросила нужный ему вопрос.

–Кто тебе нравится? –Тонким девичьим голосом задает вопрос одноклассница, и Ариша пожимает плечами.

Она в достаточной мере выпила, чтобы быть вполне веселой и еще более коммуникабельной, чем обычно.

–Точно никто из вас, –Отрезает, слыша в ответ смех, и смеется сама. Но отнекивается от прямого ответа, и Денис её понимает – им знать не стоит.