Cünzey - 5 лет спустя.

За окном сияло яркое полнолуние, раскрашивая темноту ночи мягким, волшебным светом. Лунные лучи пробивались сквозь окна, наполняя комнату таинственным сиянием. Два влюблённых, погружённые в мир друг друга, кружились в танце, как будто сами стали частью этого великолепного волшебства - танца поцелуя.

Оторвавшись от губ любимой, Джунейд прислонился лбом к её лбу, нежно удерживая её маленькое личико руками. Его дыхание было глубоким и тяжёлым, он смотрел ей в глаза, в которых, казалось, пряталась целая бездна эмоций - таинственных, манящих и полных жизни. Их губы дрожали, а по телам разливались мурашки от нежности и волнения.

Рука Джунейда опустилась к её талии, протянув её чуть к себе. Одной рукой он обнял её, а другой бережно убрал волосы с её плеч, открывая нежную шею и крохотные ключицы. В этот миг Зейнеп ощутила, как будто её охватило током. Она почувствовала его губы на своей коже - сначала на шее, затем ниже, оставляя следы алых губ на её ключицах и плечах, будто рисуя на её теле картины любви.

Словно очарованный, Джунейд бросил взгляд на завязку её платья. Его рука потянулась к ней, а глубокие вздохи заполнили пространство, словно в их мире перестали существовать слова. Дыхание Зейнеп становилось всё тяжелее. Джунейд, подняв взгляд, встретил её глаза - в них читалось безмолвное желание, просьба о разрешении. Лёгкий кивок Зейнеп стал достаточным знаком.

Развязав шнурок, его руки, как ласковый божий ветер, скользнули по её плечам, медленно спускаясь вместе с платьем, которое мягко падало на пол. Они не отрывали взгляда друг от друга, их глаза были полны доверия и нежности, пока платье Зейнеп не оказалось на полу, оставив её в только что распустившемся цветке красоты.

Не в силах устоять, её руки невольно потянулись к пуговицам на его рубашке. Она потянула одну, вторую, а затем Джунейд, продолжил оставшиеся. снял рубашку, её ткань упала к её платью на пол. Руки Зейнеп обхватили его спину, они прижались друг к другу так, что их голые груди соприкоснулись, излучая тепло и нежность, и обретая ту самую близость, о которой так долго мечтали.

Они продолжали смотреть в глаза друг другу, не отворачиваясь, пока Зейнеп, не выдержав волнения, потянулась к нему. Снова они закружились в глубоком, страстном поцелуе, где каждый из них находил утешение и страсть, оживляя их сердца.

Не отрываясь от поцелуя, они, будто танцуя, медленно передвигались по комнате, полному лунного света, в объятиях друг друга, направляясь к кровати. Джунейд осторожно отпустил Зейнеп на белоснежную постель, словно она была хрустальной куклой, которую хотелось беречь и защищать.

Наклонившись над ней, его губы снова начали скользить по её белоснежной шее, а её рука перебирала его волосы, оставляя за собой шлейф нежности и любви. В эту волшебную летнюю ночь, при свете луны, два сердца продолжали плыть навстречу своему счастью, словно рыбы в водах бесконечного океана нежности и доверия.

Первые, ещё нежные, но уже настойчивые лучи восходящего солнца прокрались в маленькую комнату, омывая её золотистым светом. За окном, словно приветствуя новый день, заливались на все лады птицы, их весёлое щебетание было чистым и беззаботным. Один из этих солнечных зайчиков, просочившись сквозь едва приоткрытые ставни, игриво упал на ресницы Зейнеп. Она почувствовала этот яркий, тёплый блик и медленно открыла глаза, словно пробуждаясь от долгого, сладкого сна.

Её взгляд первым делом упал на залитое солнцем окно, за которым буйствовала жизнь нового дня. Она обернулась, ожидая увидеть рядом Джунейда, но его место было пустым. Лишь лёгкая вмятина на подушке и едва уловимый, почти фантомный аромат его кожи напоминали о прошедшей ночи.

Приняв освежающий душ, Зейнеп совершила утреннюю молитву, её сердце было наполнено тихой благодарностью и каким-то новым, ещё не до конца осознанным трепетом. Сменив постельное бельё и аккуратно заправив кровать, она вышла из комнаты, следуя на манящий, аппетитный запах, доносившийся с кухни.

Там, у плиты, колдовал Джунейд. Он выглядел немного непривычно в этой домашней роли, но было в его сосредоточенности что-то трогательное. - Доброе утро, - прошептала Зейнеп, её голос был едва слышен, а щеки залились лёгким румянцем от воспоминаний о «ночи любви». Она невольно опустила глаза, чувствуя себя немного неловко, но в то же время невероятно счастливой.

Джунейд обернулся, и на его лице мелькнула едва заметная, тёплая улыбка. - Доброе утро. Проснулась? - Угу, - кивнула она. - Ты ведь не разбудил меня. - Прости, - он виновато сказал- Я один раз пытался, но ты не проснулась. А потом... потом мне стало жалко тебя будить. Ты... так сладко спала. В его голосе прозвучали игривые нотки, и Зейнеп, в своей обычной сдержанной манере, с трудом подавила рвущуюся наружу улыбку.

- Садись, - он указал на скромно накрытый стол. - Я приготовил менемен и заварил чай. Больше, увы, ничего готовить не умею. - Спасибо, - её голос смягчился. - Здоровья твоим рукам. Они сели за стол, и воздух между ними наполнился той особой, немного смущённой тишиной, которая бывает после первой совместной ночи. Их взгляды то и дело встречались и тут же смущённо отводились. Им всё ещё было немного неловко, но в этой неловкости было что-то невероятно милое и интимное.

Они ели молча, каждый погружённый в свои мысли и ощущения. Вдруг Джунейд нарушил тишину, его голос был полон непривычной для него робости: - Зейнеп, ты... ты в порядке? Я ведь не обидел тебя? Может, сделал что-то не так? Скажи честно, чтобы я знал. Может... может, сделал больно? Его вопрос был таким искренним и немного неуклюжим, что Зейнеп от неожиданности поперхнулась. - Ты в порядке? - он тут же встревожился. - Нет-нет, конечно, Джунейд, - быстро проговорила она, откашлявшись. - Ничего такого. Я в полном порядке. Тебе не о чем беспокоиться. Ты был... ты был очень внимателен и нежен. Она снова опустила глаза, чувствуя, как её щеки снова начинают гореть.

- Хорошо, - он с облегчением выдохнул. - Зейнеп, после завтрака мы вернёмся в город. У меня есть кое-какие дела в больнице, и ещё... у меня есть для тебя сюрприз. - Что за сюрприз? - её глаза тут же загорелись любопытством. - Если скажу, это перестанет быть сюрпризом, - он лукаво улыбнулся. - Ладно, - Зейнеп тоже улыбнулась, и эта улыбка, казалось, растопила последние остатки утренней неловкости. Она продолжила завтрак, и напряжение между ними начало таять, уступая место тёплой, доверительной атмосфере.

Вернувшись в город, они сразу направились в больницу. Едва войдя в знакомый кабинет, Зейнеп тут же бросилась к аквариуму, её глаза светились нежностью. - Мои хорошие! Вас тут, надеюсь, не обижали? - ворковала она, постукивая пальчиком по стеклу. - Не волнуйся, - успокоил её Джунейд, - здесь за ними хорошо смотрят, пока меня нет. В дверь постучали. - Войдите. В кабинет вошла молодая медсестра. - Джунейд Эфенди! Вы наконец-то вернулись! - воскликнула она с нескрываемой радостью, её взгляд, полный восхищения, был устремлён исключительно на Джунейда. Джунейд, не поднимая взгляда, сухо ответил: - Спасибо. Но я пришёл, чтобы провести терапию, и скоро уйду. Пока моя жена здесь, я буду снаружи. - А это... ваша жена? - медсестра смерила Зейнеп откровенно недовольным взглядом, её голос мгновенно похолодел. Зейнеп это, разумеется, не понравилось. Она тут же выпрямилась и посмотрела на девушку с таким же нескрываемым недоброжелательством. - Верно. Меня зовут Зейнеп, - твёрдо произнесла она. - Я пойду, - бросила медсестра и, фыркнув, удалилась из комнаты.

Зейнеп проводила её уничтожающим взглядом, в котором отчётливо читались нотки ревности. Джунейд, конечно же, это заметил. - Госпожа Зейнеп, - окликнул он её, и в его голосе слышались смешинки. - Что? - она резко обернулась. - Перестань сверлить дверь взглядом, она уже ушла. - Что? Ничего такого... С отрицанием сказала она.
Но секунду погодя - Она что, не знает, что ты женат? Или ты кольцо не носишь? - она надула губки, её голос дрожал от обиды. - Ничего такого значит? С ухмылкой смотрел на неё. - Зейнеп, успокойся, - мягко сказал Джунейд. - Знает она или нет, мне, честно говоря, всё равно. И тебе не стоит об этом думать. Не ревнуй на пустом месте. - Я и не ревновала во-вообще-то! - запротестовала она, хотя её голос звучал не слишком убедительно. - Просто... это... - Вот как? - Джунейд подошёл к ней ближе, его глаза игриво блестели. Он смотрел на неё так пристально, так нежно, что она в тот же миг забыла, о чём только что говорила. Обхватив её за талию, он притянул её к себе и легонько поцеловал в раскрасневшуюся щеку. - На меня не очень хорошо действует, когда ты так себя ведёшь, Зейнеп, - прошептал он. - Что это значит? В смысле, не хорошо? - она непонимающе нахмурилась. - Ну... знаешь ли... - он наклонился к её уху и что-то быстро прошептал, а затем многозначительно кивнул в сторону кровати- Джунейд! - Зейнеп оттолкнула его, её глаза расширились от изумления. - Ты с ума сошёл?! Это же больница! Джунейд тихо рассмеялся, его смех был искренним и заразительным. - Ладно-ладно, успокойся. Я пошутил, - он посмотрел на неё своим фирменным «щенячьим» взглядом, от которого у неё всегда таяло сердце. Зейнеп густо покраснела и начала теребить край своего шарфа у шеи. - Тебе жарко? - невинно поинтересовался он. - Джунейд! - её голос был полон укора, но в нём уже не было прежней строгости. - Я иду на терапию, - он снова стал серьёзным. - Ты оставайся здесь. Потом мы пойдём кое-куда. - Хорошо, - кивнула она, всё ещё чувствуя, как пылают её щеки.

Давайте придадим этому отрывку больше поэтичности, тепла и лёгкого флирта.

--------

После больницы Джунейд решил отвезти Зейнеп к тому самому, долгожданному сюрпризу. Они сели в такси, и мерный шум двигателя, убаюканный тёплым плечом Джунейда, быстро сморил Зейнеп. Она задремала, прижавшись к нему, чувствуя себя в абсолютной безопасности и покое.

- Зейнеп... Зейнеп?

Нежный шёпот Джунейда коснулся её слуха, просачиваясь сквозь дрёму. Она чуть слышно простонала, пытаясь выбраться из объятий сна.

- Сл-слушаю... - пробормотала она сонно.
- Давай, Зейнеп, просыпайся, - его голос был мягким и ласковым. - Мы приехали.

Выйдя из машины, Зейнеп всё ещё пребывала в полусне, не до конца понимая, где они находятся. Лёгкий ветерок слегка освежил её, но взгляд оставался затуманенным.

Джунейд посмотрел на неё. Его взгляд был пронзительным, полным нежности и глубокого чувства, от которого у Зейнеп перехватило дыхание. Он нежно взял её за руку, его пальцы слегка сжали её ладонь.

- Это и есть... наш сюрприз, - прозвучал его голос, низкий и тёплый, обещая что-то невероятное.

Увидев то, что перед собой, её сердце замерло. То, что она увидела, было настолько прекрасным, настолько родным, что она не могла поверить своим глазам.

- Джунейд? - её голос дрогнул от удивления и неверия. Она повернулась к нему, на лице застыл вопрос. - Что это, Джунейд? Ты... ты серьёзно?
- Наше гнёздышко, - сказал он, не способный сдержать широкую, счастливую улыбку.
- Наш дом... наш старый дом, Джунейд! - осознание накатило волной, и её глаза наполнились слезами радости. - Но... как ты? Ты ведь говорил...
- Знаю, знаю, ты сказала, что сейчас это слишком затратно. Но я встретился с владельцем ещё раньше, - Что поделаешь? Он хотел продать дом другим. Я просто не мог упустить его снова, когда появился шанс.
- То есть... ты купил его? - Зейнеп вдруг забеспокоилась. - Ты влез в долги, Джунейд?
- Не совсем так, - он мягко погладил её по руке. - Есть же загородный дом, где мы были?
- Угу, - кивнула она, вспоминая уютный домик и проведённое там время.
- Он остался от дедушки. Он был очень дорог мне, как память. Но что поделать? Наш дом... наш дом, Зейнеп, важнее, - он наклонился ближе, его взгляд стал ещё нежнее.
Зейнеп не могла сдержать нахлынувшую радость и восхищение. Она смотрела на него взглядом, полным безграничной благодарности и любви, понимая всю глубину его поступка.
- То есть... мы больше не сможем поехать в тот домик в лесу? - спросила она чуть разочарованно.
- Как ты понимаешь, нет, - он улыбнулся, и в его глазах мелькнули озорные огоньки. - Но... обещаю, Ин Шаа Аллах, в будущем я построю для тебя такой же. Тебе ведь, кажется, там понравилось?
- Нет, не нужно, - она покачала головой, на губах играла мягкая улыбка. - Нам и нашего дома хватит.
- В таком случае, - Джунейд снова взял её за руку, - пойдём внутрь.

Взявшись за руки, бок о бок, они перешагнули ворота, ступая на путь к своему общему счастью, к своему умиротворению в этом родном, но немного забытом месте.

- Здесь немного изменили некоторые вещи, - заметил Джунейд, оглядываясь.
- Ничего страшного, - её голос был полон теплоты. - Мы потихоньку... всё обустроим. Сделаем его нашим.

Зейнеп оглянулась, и взгляд её был полон такой теплоты, такой любви... Она, не раздумывая, бросилась к нему, обнимая крепко-крепко, словно пытаясь вместить в эти объятия всю свою благодарность, всю свою радость и всю свою любовь.

- Только вот, - пробормотал Джунейд, обнимая её в ответ, - думаю, нужно будет изменить комнату библиотеки... сделать её самой большой.
Зейнеп рассмеялась, уткнувшись ему в грудь.
- И зачем ещё больше, Джунейд? Разве этого не хватит? - она показала глазами на комнату, которая уже казалась довольно просторной.
- Нет. Явно не хватит, - его глаза озорно блеснули. - Сама подумай: мы оба любим книги, и я уверен, наши дети будут от них зависимы ничуть не меньше. Нам нужно место для всей этой мудрости... и для наших будущих приключений на страницах!

- Дети?.. - чуть замявшись, прошептала Зейнеп, её голос прозвучал совсем неловко. - А что, госпожа Зейнеп? - Джунейд медленно шагнул к ней, его глаза не отрывались от её лица. Обхватил руками её тонкую талию, осторожно притягивая к себе. - Разве мы всю жизнь будем одни?

По телу Зейнеп будто пробежал электрический разряд от его прикосновения и этих слов. Она почувствовала, как краска приливает к щекам, и прежнее смущение вновь охватило её.

- Нет... Что ты! Конечно, не будем, - пробормотала она, пытаясь собраться с мыслями. - Просто... Джунейд, пока... из-за того, что мы в разных странах... и всего прочего... я... - Я понял, Зейнеп, - его голос стал мягче, а руки чуть крепче обняли её. - Конечно, так будет правильней. Сейчас. - Верно.

На мгновение повисла тишина, прерываемая лишь их дыханием и тихим шумом старого дома вокруг. Джунейд наклонился ближе, его губы почти коснулись её уха.

- Зейнеп? - Что? - её сердце снова забилось быстрее. - Что мы тут делаем? - прошептал он, и в его голосе прозвучал новый, интригующий тон. - Где? В доме? Ты же сам меня привёл... - она не понимала его намёка. - Нет, - его руки на её талии не отпускали. Взгляд, устремлённый ей в глаза, казался тёмным и глубоким, полным скрытого огня. - Что мы делаем здесь, в библиотеке? Мне кажется... нам сейчас следовало бы быть в совсем другой комнате.

От этих слов щеки Зейнеп вспыхнули ярче утренней зари. Не смотря на всю близость прошедшей ночи, даже такой лёгкий, но прямой намёк от него всё ещё мог заставить её смутиться до корней волос.

- Джунейд! - выдохнула она, пытаясь отстраниться. - Как ты можешь? Сейчас же день! - Разве есть строгие правила, запрещающие... близость в дневное время, госпожа Зейнеп? - в его голосе прозвучала ехидная, дразнящая нотка. Он с трудом сдерживал улыбку. - Нет... Не знаю... - пробормотала она, отводя взгляд. Видя её смущение, Джунейд с трудом сдерживал смех;
- Почему ты смеёшься? - простонала Зейнеп, надув губы. - Не смейся!
- Разве это нормально, когда супруги так стесняются друг друга, а, Зейнеп? - он поддразнивал её с явным удовольствием. - Вчера ты говорила иначе! Неужели дело в темноте ночи и свете дня? - Джунейд, перестань! - в её голосе сквозила не только неловкость, но и тень улыбки.

Смеясь, он шагнул ближе и крепко прижал её к себе, обхватывая руками. Уткнулся лицом в изгиб её шеи, вдыхая её сладкий, головокружительный аромат.

- Когда ты успел стать таким... невыносимым? - прошептала Зейнеп, прижимаясь к нему.

Он чуть отстранился, но рук не убрал, его взгляд оставался тёплым и озорным.

- Ладно, ладно, - сказал он, его улыбка стала шире. - Что ж... раз у нас сейчас ДЕНЬ, - он выделил это слово с нарочитым намёком, - может, тогда прогуляемся немного? - Нет, пока не хочу... - ответила она, не поднимая глаз. - И что же мы будем делать тогда? - в его голосе звучало искреннее, но и немного лукавое любопытство.

Зейнеп подняла на него свои удивительные глаза и перебирая свои пальцы. Сказала.

- Что... что ты хотел пару минут назад? - прошептала она, и в её голосе мелькнула такая игривость, что у Джунейда перехватило дыхание.

Улыбка дрогнула в уголке его губ, перерастая в нечто большее. Его взгляд, направленный на неё, стал ещё более интенсивным, одновременно трепетным и страстным, словно хищник, застигнутый врасплох дерзостью своей добычи. А "лань", бросив этот вызов, тут же отвела взгляд, делая вид, что вовсе не имела в виду ничего такого.

Не выдержав, Джунейд резко подхватил её на руки.

- Джунейд! - ахнула она, цепляясь за него. - Что ты делаешь?!

Он крепко держал её, глядя в её изумлённые глаза с безграничной любовью.

- С этого момента, - сказал он, его голос был полон торжественности и нежности, - с этого дня, в этом доме... пусть наше счастье длится вечно, зеница моего ока. Пусть Всевышний укрепит наши узы. Я хочу и в старости вот так же... вот так же носить тебя на руках... шутить, смеяться, радоваться каждому дню... вместе читать, любить... только с тобой, Зейнеп. - Ин Шаа Аллах, Джунейд, - прошептала она в ответ, прижимаясь ближе, глядя в его глаза с безмерной любовью и пониманием.

Так и прошли их пять лет.