5. Волосы.
Побеги принца нужно было пресечь. Советник наложил заклинание на покои Его Высочества, и теперь тот не мог выходить из них. Даже если нараспашку открыть двери и окна, принц не сможет подойти к ним ближе, чем на несколько шагов. Вместе с тем покои внутри и снаружи дворца охранялись стражей.
Советник, на самом деле, не был бессердечным. Он лишь выполнял приказы государя, но и того нельзя назвать деспотом: сказы о его доброте и справедливости переходили из уст в уста, а дела только подтверждали эти слова. Родившись под звездой одиночества, Хун обрёк себя на бесконечную удачу, а людей вокруг - на беды и несчастья. Он представлял огромную опасность для всей страны, но всего лишь был заточен. Но вот незадача - принц узнал о нем и, более того, каждый день проводил в лесу.
...Столько времени пробыв в компании Его Высочества, Хун теперь ждал с нетерпением каждое утро, лишь бы поскорее увидеться с ним. Но проходил день, другой, и вот уже юноша наблюдал за третьим рассветом, а принц все никак не показывался даже на горизонте. В очередной раз осматривая поляну перед башней, Хун чувствовал тревогу. Когда принц спускался от юноши в последний раз, внизу точно кто-то звал его, но с высоты башни. Самые страшные мысли одолевали Хуна, а тот все смотрел вниз. Волосы его были растрепаны, несколько прядей так и норовились закрыть обзор. Юношу вдруг осенило. Волосы! Хун подбежал к столу и схватил нож.
Кто сказал, что по ним могут забираться и слезать только другие люди? Хун точно так не думал. Он отрезал пряди одна за другой, пока его волосы не стали длиной выше плеча. Легкость, которую он почувствовал, на миг показалась божественным даром... Юноша наскоро сплел из обрезанных прядей подобие каната, привязал его к тяжелому сундуку и, накинув какой-то темный плащ, подошел к окну.
Спускаться было трудно и долго. Хун слишком не осторожничал, но и не пытался лететь вниз. Волос не хватило совсем немного, и ему пришлось спрыгнуть. Впервые за столько лет Хун снова ступил на землю. Странное чувство в его груди только распалялось, и юноша побежал прямо в заросли, где виднелась узкая тропинка и старые следы от лошадиных копыт.