2 глава
Повсюду темнота. Пустая, холодная, всепоглощающая тьма. Даже сам лорд Волан-де-Морт, владеющий тёмной магией в совершенстве, не был готов к такому. Он будто бы с закрытыми глазами слепо шёл вперёд, держа палочку наготове. Что происходит и кто ответственен за это, он не знал. Как и не знал о том, откуда доносился этот звук, похожий на жалобное рыдание и вопли грудного ребёнка.
— Том... — сквозь окружающее "ничто" донёсся чей-то голос.
Волан-де-Морт быстро огляделся по сторонам. Не зная, откуда доносится голос, маг пошёл дальше по прямой дороге, не останавливаясь ни на секунду.
Плач младенца его ничуть не смущал и не пугал, лишь настораживал.
— Том, пожалуйста... — голос вновь повторился, и волшебник точно определил, что он принадлежит женщине.
Расслышав, с какой стороны доносится рыдание, Тёмный Лорд развернулся и направился туда. Маг прошёл не меньше сотни метров, а плач не умолкал. Это начало раздражать великого колдуна.
Когда вопли стали невыносимо громкими, Тёмный лорд остановился и напрягся. Это чёрт знает что! Кто и как это делает? Какая магия способна так манипулировать окружающим пространством? Эти вопросы он не мог оставить без ответа, чародей хотел узнать, как он сюда попал и кто за всем этим стоит. Неужели трюки Дамблдора? Нет, старик хоть и силён, и отрицать это будет глупостью, но на такое даже он не способен.
После минутных раздумий, Тёмный пригляделся и обнаружил, что не одинок в этой чёрной бездне. Где-то далеко проявилось очертание женщины, одетой в старое пальто с платком на голове. Она стояла спиной к Волан-де-Морту в паре десятков метров от него и жалобно хныкала, как и находящийся неизвестно где ребёнок.
Маг в развевающемся чёрном плаще сразу двинулся к ней, и пока шёл, неожиданно вступил босой ногой во что-то мокрое. Чуть приподняв бледную костлявую стопу, он узрел, что она измазана в алой крови. А затем, взглянул на пол, и увидел валяющееся мёртвое тело с раскинутыми руками, погружённое в лужу крови. Стеклянно-красные глаза трупа были закатаны вверх, почти безгубый рот приоткрыт, свободная чёрная одежда, похожая на мантию, изорвана и покрыта смесью грязи и крови, а на бледном безносом змееподобном лице - полное отсутствие какого-либо выражения.
Тонкие зрачки Волан-де-Мортовских глаз расширились, белая как мел кожа стала ещё белее. Он не мог поверить, он не хотел это видеть... Видеть собственный труп, у своих ног, для Тёмного Лорда оказалась непостижимая задача. Ведь именно это — его боггарт, его самый потаённый страх.
— Нет... Этого никогда не случится, — пятясь назад, прошептал он самому себе под плоский нос, и секунду спустя лежащее на полу тело растворилось в темноте, не оставив после себя и праха.
Немного напуганный тёмный волшебник фыркнул сквозь тонкие ноздри и, развернувшись в обратную сторону, увидел, как по чёрному полу пролегло несколько кровавых дорожек, образуя целый ручей. И его исток находится там же, где стоит та самая плачущая женщина.
Волан-де-Морт нахмурился от нарастающего гнева, виной которому было нежелание терпеть все эти иллюзии, или что бы это ни было. Если кто-то, по своей дурости, решил попытаться испугать Тёмного Лорда – пусть пеняет на себя.
Ступая по кровавым лужам, маг подошёл прямо к хнычущей женщине, стоящей к нему спиной, и обратился к ней:
— Обернись... — прошипел он сквозь зубы.
Женщина закончила рыдать и ответила тихим шёпотом:
— Мне так жаль, Томми, я не думала, что так всё выйдет.
— Я сказал – обернись! — повторил злой чародей и, схватив женщину за плечо, грубо развернул лицом к себе.
Увиденное заставило дыхание волшебника сократиться, а его и без того щелевидные зрачки глаз сузиться ещё больше. Последние капли самообладания покинули Тёмного Лорда, и тот импульсивно выставил палочку перед собой.
Перед ним стояла худощавая женщина. Хоть он её никогда не видел, но всеми фибрами своей искалеченной души чувствовал, кто перед ним. Как? Ответить на этот вопрос невозможно.
Вид у женщины оказался не самый лучший. Голова была замотана рваным платком серого цвета, с выглядывающими из него потускневшими, русыми волосами, а также не особо красивым, бледным, болезненным лицом с грубыми чертами и мешками под тёмно-карими глазами. Тело её покрывало такое же старое и обветшавшее, как платок, коричневое пальто. А на слабых руках лежал свёрток из тряпок с заплатками, внутри которого что-то шевелилось. И именно из этого свёртка беспрерывно изливалась кровь, окропляя одежду женщины и образуя длинную дорожку на чёрном полу.
Смотря на незнакомку с приоткрытым ртом, Волан-де-Морт нацелил палочку прямо на неё и готовился в любую секунду применить убийственное заклятие. В это же время из иссохших женских губ донёсся всё такой же печальный голос:
— Сынок, мне так жаль. Я не хотела оставить тебя одного, Не хотела лишить матери. Но судьба решила иначе.
Маг подозрительно оглядел эту женщину, не опуская волшебной палочки. Он всё ещё не мог понять, как, после стольких лет, он может видеть свою мёртвую мать, и, самое главное, откуда знает, что это действительно его мать? Ведь чародей никогда не знал её внешне, от прошлого женщины не осталось даже фотографий.
— Ты не можешь быть моей матерью! Она мертва! — яростно прокричал колдун.
— Да... Мертва. Но мой дух всегда был рядом с тобой, надеясь, что ты обретёшь счастье, — так же тихо пролепетала Меропа Мракс, и потихоньку начала развёртывать свёрток, продолжая с грустью изрекать: — Но я ошибалась. Я никогда не думала, что твоё рождение принесёт в мир столько зла. Если бы я только знала...
Чем больше она говорила, тем злее становился Тёмный Лорд. Все эти пустые, ненужные слова вызвали один лишь гнев. На данный момент Лорд Волан-де-Морт, он же Том Реддл, совершенно позабыл, где находится, и все его мысли сосредоточились на принятии того факта, что его матушка перед ним:
— Ты ошиблась лишь тогда, когда позволила себе лечь под мерзкого, ничтожного маггла, который обрюхатил тебя и оставил ни с чем! — холодным тоном напомнил он.
— Всё именно так, — покорно ответила Меропа, помотав головой, — Я виновна в гибели тысячи людей. Их кровь на моих руках, — добавила она и, наконец, развернула свёрток, показав сыну его содержимое.
Волан-де-Морт с отвращением сделал шаг назад. На руках давно умершей колдуньи лежало омерзительное существо, похожее на голого младенца с ободранной окровавленной кожей, отчасти похожее на самого Тёмного Лорда, когда тот лишился тела и вынужден был жить в этом чахлом образе. Его ручки и ножки были тонкими как соломинки, а торчащие из груди рёбра придавали ему ещё более отвратительный облик. Его безносое и красноглазое лицо, омытое кровавой жижей, было практически аналогично тому, каким являлся сам лорд Волан-де-Морт, только в гораздо усугублённом и болезненном виде. Хлипкое тельце опутывали варикозные вены, а в самом центре груди проходила трещина, из которой лился нескончаемый поток крови.
И самое невыносимое, это то, что на животе омерзительного ребёнка, имелась пуповина, которая тянулась вниз, между ног женщины.
— Я породила монстра, но я не хочу быть частью твоих злодеяний, — заявила она, и отрезала пуповину с помощью неожиданно выросшего стального когтя на её указательном пальце.
Жуткий младенец снова зарыдал и упал в лужу крови, затрясся костлявыми тонкими конечностями. Не обращая на него никакого внимания, ведьма более пристально взглянула на великого чародея и сказала:
— И теперь, я заберу тебя с собой, сынок.
— Убирайся! — без тени сомнений, рявкнул Тёмный Лорд, наставив волшебную палочку на угрожающую ему женщину.
Меропа же, совсем без страха, медленным шагом пошла вперёд и наставила на сына правую руку, на которой была надета кожаная перчатка с металлическими фалангами на пальцах, из кончиков которых торчали длинные, похожие на когти, ножи.
— Не сопротивляйся, сыночек, иначе будет только хуже, — прошептала она.
— Авада Кедавра!
Чёрную пустоту мгновенно озарила вспышка зелёного света, вырвавшаяся из его волшебной палочки, и с громким свистом угодила прямо в грудь женщины. Та глухо вздохнула и бездыханная рухнула на пол прямо в лужу крови, в которой до сих пор визжал уродливый младенец.
Волшебник с презрением глядел на тело своей матери. Он даже не думал о том, как смог убить уже мёртвого, главное, что не отказался бы сделать это и во второй раз.
Эта женщина ничуть не вызвала у него сочувствия. Он относился к ней лишь чуточку мягче, чем к отцу, которого ненавидел так сильно, что подобной ненавистью можно было сжечь целые города. К матери же он испытывал скорее отвращение, граничащее с презрением. Он не мог её простить за то, что та сошлась с его недостойным магловским папашей, а потом позволила себе умереть и оставить своего сына жить на попечении других, таких же, как и отец — ублюдских маглов. Но эта женщина являлась волшебницей и подарила ему жизнь, поэтому он относился к ней более терпимо, чем к отцу... Хотя этот факт не помешал Тёмному Лорду убить её несколько мгновений назад.
Хладнокровно осмотрев труп, он развернулся и пошёл в обратную сторону в надежде найти выход.
— Ты меня очень разочаровал, сынок... – раздался хрипловатый голос, услышав который Волан-де-Морт замер. Меропа внезапно ожила, распластала руки по обе стороны и поднялась над полом.
Лидер Пожирателей смерти обернулся и, вытаращив алые очи, увидел мать. Её унылая и грустная физиономия заметно изменилась после повторного воскрешения. На худом женском лице появилась злорадная улыбка с нечеловечески-острыми гнилыми зубами и смуглой кожей с небольшими засохшими ожогами. Кроме того, белок в её глазах налился кровью, а радужка приняла огненно-янтарный оттенок.
— Это было так грубо с твоей стороны, Томми. Похоже, мой мальчик не знает своего места... — с ядовитой ухмылкой произнесла женщина и, подняв ногу, с силой наступила на вопящего костлявого младенца.
Послышался хруст и вопль. Нога женщины вдавливала безобразное существо в пол, залитый литрами крови. Рёбра кричащего от непереносимой боли ребёнка полностью сломались, превратившись в труху, как и все его внутренние органы, и вылезли наружу через трещину в груди. Вскоре под натиском ноги он полностью провалился куда-то вглубь кровавой лужи, где окончательно затих.
Такого повтора Волан-де-Морт явно не ожидал. Это было ужасно. Даже он, будучи величайшим тёмным магом, никогда не вытворял со своими врагами ничего подобного. Вся эта кровавая вакханалия вызывала у него крайнее отвращение. В который раз, сжав зубы от злости, он направил палочку на существо, явно не являющееся его матерью, и прошипел:
— Кто ты, и как смеешь мне угрожать?
В ответ Меропа прищурила хищные глаза и рассмеялась громким зловещим хохотом, пронёсшимся сквозь всю темноту бездны, в которой они находились... Причём её низкий демонический смех принадлежал уж точно не женщине.
— Давай поиграем, сучёныш... — с хрипотой сказала она и, указав стальным когтем в сторону колдуна, издевательски затрясла высунутым языком.
Волан-де-Морт больше не в силах терпеть эту наглость, взмахнул палочкой:
— Экспульсо!
Вырвавшийся из палочки голубой пучок света, молниеносно пронёсся по воздуху и, коснувшись женщины, во вспышке пламени разорвал её тело на куски.
К сожалению для Тёмного Лорда, всё это месиво попало на него. В отвращении он принялся отряхивать руками свою чёрную мантию от прилипших зловонных кусков гнилой плоти, по которым ползали омерзительные кольчатые черви вместе с трупными личинками, а также от горячей маслянисто-зелёной крови, что обжигала бледную кожу волшебника подобно кислоте.
Наконец избавившись от этой гадости, Волан-де-Морт собрался с мыслями и, всмотревшись в абсолютно чёрное ничто, неожиданно для себя возопил, вознеся руки вверх:
— Кто ответственен за всё это?!
Со всех сторон бескрайней бездны послышался уже знакомый морозящий душу мужской смех.
Волан-де-Морт не знал, что предпринять. Он осознал: кто-то с ним играет и видит каждое его действие. Сначала трюк с его собственным трупом, затем мамочка с уродцем на руках... Но как? Каким образом? Кто может быть настолько могущественен в магии? Если это, конечно магия, или... Что?
Тёмный Лорд начал тяжело дышать и медленным шагом идти вперёд, держа палочку наготове.
Его взгляд целился точно вперёд, и по этой причине он не заметил жуткого человека, стоящего позади него. Тёмный Волшебник спокойно шёл, и вдруг кто-то, со спины схватил его за шею, и больно заломил держащую волшебную палочку руку.
Почувствовав боль, Волан-де-Морт скривился и согнулся под чьим-то натиском. Отведя щелевидные зрачки красных глаз в сторону, он увидел скрытого в тени мужчину с фетровой шляпой на голове.
— Нужно было слушаться мамочку! — злорадно произнёс человек в шляпе и, удерживая Тёмного Лорда руками, оторвал его от земли, бросив куда-то вдаль тёмной бездны, издевательски смеясь вдогонку.
***
Не успел Волан-де-Морт и вскрикнуть от неожиданности, как упал на твёрдую землю. Было больно. Голова раскалывалась, а удар о пол сильно ушиб волшебника и ободрал ему колени и локти.
Кроме того, чёрная мантия полностью промокла, оказавшись в луже горячей воды, что омывала тот самый пол. Открыв алые глаза, волшебник понял, что покинул чёрную бездну, и уже находится в ином месте.
Тёмный Лорд приподнялся и осмотрел местность. Здесь, в отличие от бескрайних тёмных пустот, наполненных холодом, было очень душно и жарко, настоящее пекло. Маг находился в огромном помещении, по обе стороны его окружали громадные ржавые котлы, трубы и клапаны. Из трещин старых потёртых труб, помимо струек горячей воды, вырывались обжигающие потоки раскалённого пара.
Волан-де-Морт практически не бывал в подобных местах, ибо они рассчитаны на маглов. Однако из своего детства в приюте он помнил, как однажды спустился в подвал и оказался в похожем месте, отвечавшем за отопление дома.
Знакомый зловещий смех снова огласил котельную, как и скрежет ножей по металлу. Впрочем, они пронеслись так же быстро, как потом и затихли.
— Я не боюсь тебя... Кто ты ни был, — тихо прошипел Тёмный Лорд и, взглянув в один из проходов, наполненных горячим красным паром, откуда, как ему показалось, исходили эти звуки, он направился туда, сжимая в руке волшебную палочку.