Chapter ten
Пак Чимин лежит на полу свернувшись клубочком около ножки дивана в гостиной старост. Он выглядит неживым, потерянным. Его словно смачно засосал дементор и он вот-вот покинет этот мир.
Глаза красные, кожу лица неприятно стягивает от пролитых в истерике слез. Ему холодно. Холод пробирается под рубашку, будто обнимая его. В груди все ещё горит, горло будто стискивают чьи-то когтистые лапы.
Юнги бросил его.
Этот заносчивый грубый хорёк бросил его ради бывшего.
Нос снова начинает предательски щипать. Гриффиндорец сильнее прижимает к себе ноги, чувствуя приближающуюся волну истерики.
Юнги застывает перед портретом. Он не знает, как объяснить то, что произошло и не знает, хочет ли Чимин его видеть. Ему страшно, что он услышит отрицательный ответ.
— Юноша, вы собираетесь заходить или я должен ждать от вас пароль вечность? — недовольно пробурчал портрет.
"Блять, вот твоих вяканий тут только не хватало."
Слизеринец входит внутрь и сразу же щурится, пытаясь привыкнуть к полной темноте.
Ничего не изменилось. Всё было так же, как и утром, когда они уходили отсюда вместе.
Пройдя чуть дальше он, наконец, заметил лежащего на полу Пака. Его светлые волосы было видно отчетливо. Только вот тот не подавал признаков жизни, заставив Мина поседеть от страха.
— Привет?.. — присаживаясь около Чимина, тихо проговорил Юнги. Ответа не последовало. Гриффиндорец, кажется, не слышит его, находясь в прострации.
Шуге ничего не оставалось, кроме как тяжело выдохнуть, подумав, что Чимин просто не хочет разговаривать с ним.
— Послушай... я знаю, что не должен был так с тобой поступать. Но я обязан был что-то сделать. От Китнисс и Питера можно ожидать чего угодно, ты пробыл с ней весь день, ты хоть понимаешь что она могла с тобой сделать? Я даже думать об этом не хочу! И... что? — остановился Мин, поймав ошалевший взгляд Чимина.
Тот поднялся, сел и ахуевал, пока Шуга толкал речь.
— Что ты так на меня смотришь? — спросил Юнги, его голос дрогнул на последнем слове. Вдруг он где-то не оттер кровь?
Пак словно язык проглотил часто моргая и пытаясь стереть образ слизеринца.
— Не хочешь говорить? Ну хочешь, я извинюсь? Могу на колени встать, — уже отчаялся Мин в попытках выжать из блондина хоть слово.
— Ты до сих пор привязан к Питеру, ведь так? — осипшим голосом утвердил, нежели спросил блондин.
Шуге будто дали пощёчину и он пошатнулся.
В голове не укладывается, что у Минни всплывают такие мысли. Пит — самое настоящее зло и любить такого человека — самый настоящий садомазохизм.
— Ч.. Чего? — Юнги сглотнул вязкий комок, когда Чимин с неким презрением и пустотой посмотрел на него.
— Чим, что ты такое несёшь?.. — Мин опустился на колени рядом с Паком, пытаясь взять его теплые ладошки в свои закоченевшие, но гриффиндорец отдернул руки, резко встав.
— Что я несу? — возмущённо спрашивает Пак. — Пока ты там развлекался с этой Китнисс, я места себе не находил, — тяжёлыми шагами ходит по гостинной из угла в угол, собираясь с мыслями. Какие ужасы только Чимин не напридумывал. Если бы убили Юнги, да и вообще кто-либо пострадал?
Мин резко поднялся, схватил Чимина за плечи и прижал к себе, так что их лбы соприкасались.
Оба дышат как загнанные зверьки.
Медовые растерянные глаза совершенно не считались убийственным взглядом тёмных глаз.
У Юнги чесались руки хорошенько встряхнуть Пака, чтобы привести в чувство.
— Послушай меня! — Юнги сорвался на крик.
— ЭТО ТЫ МЕНЯ ПОСЛУШАЙ, МИН ЮНГИ! — тоже не сдержавшись, прикрикнул блондин. Его это все заебало. Он помнил тот момент как Мин задумался над предложением Китнисс вернуться к Питеру. Шуга бы вернулся, Пак в этом не сомневался.
Юнги опешил с того что его Чимин в первый раз крикнул. Тихий, спокойный, добрый человек превратился в невротика по его вине.
"Заебись..."
— Пока ты отводил душу с бывшей "знакомой" — обида так и лилась из уст гриффиндорца, — я многое что осознал и понял.
Мин хотел вновь начать говорить, но Пак продолжил свою речь.
— Отношения с тобой напоминает игру в Русскую рулетку, если выживешь, ты счастливчик. Не было еще ни одного человека, который бы находился рядом с тобой оставался "паинькой". Если только его не закололи до смерти, — понижает голос до шёпота. Все тело пробила дрожь и когтистая лапа истерики вновь начала душить.
"Он прав. Пиздецки прав."
Мы чувствуем тепло солнышка, его ласку и нежность, и нам радостно, потому что каждый солнечный лучик обнимает нас и приятно щекочет. Так же чувствовал Мин. Тепло касаний Пака, лучезарная улыбка направленная в его адрес.
И сейчас он все теряет.
Минни убрал руки Юнги со своих плеч, сделал шаг назад.
— Ты пожиратель смерти, — со словами Чимина за окном раздался гром.
— Чимин, пожалуйста... — жалостливо выдавил из себя Юнги.
Пак мотнул головой и отвел взгляд. Он принял решение.
— Я не могу находиться с человеком, за которым по пятам ходит смерть. Да ты сам по себе убийца, Юнги!
Шуга протянул руку к его лицу, но Чимин ударил по ней, не желая чувствовать холод.
Между ними выстроилась глухая скальная стена, сквозь которую не пробивалось ни единого лучика солнечного света.
Мин сжал руки в кулаки, из под челки наблюдая за разбитым парнем.
— Все кончено, — Пак нервно облизал губы, отвел взгляд и почувствовал как в его душе карточный домик обрушился.
Ни сказав больше ничего, гриффиндорец покинул башню старост.
А Юнги стоял в оглушающей тишине сопровождающейся тиканьем часов.
Блондин направился в место, где ему всегда рады, никто не обидит и не заставит чувствовать себя дерьмово.
Назвав пароль Полной Даме, он вошел в круглое уютное помещение, оформленное в красно-золотых тонах.
Чимин дома и может вдохнуть домашний, родной запах.
В гостинной, на кожаном диване сидел Джин, расписывая у себя в тетради схему матча, задумчиво высунув кончик языка. Тэхен сидел на пуфике и что-то записывал в личный дневник.
— Хэй, ребят... — Пак мнется у порога, взлохмачивая в смущении волосы.
Тэхен завидев друга, чуть не упал с пуфика, но успел схватиться за стол.
Джин оторвавшись от писанины приветливо улыбнулся и махнул другу.
— Сколько лет, сколько зим, Минни, — шутливо дразня, спросил Ким-старший, стискивая в своих отцовских объятиях хрупкую фигурку гриффиндорца.
Тэхен подошел сзади, удивленно рассматривая друга.
— Все хорошо? Неважно выглядишь.
Чим, еще не отойдя от ситуации произошедшей пару минут назад, прикусил нижнюю губу и растерянно кивнул.
Джин выпустил из объятия блондина, посадил того на диванчик, внимательно рассмотрев.
— Так, — приложил палец к подбородку, как врач на осмотре, — синяки под глазами, заёбанный вид, потрепанная причёска. Диагноз очевиден: у тебя что-то произошло хуёвое. Так что мы ждем, — Джин сложил руки на груди, смотря тем самым взглядом когда родители отчитывают дитя, — выкладывай.
— Что-то случилось с хор..Юнги? — предположил Тэхён.
От упоминания парня Чимин вздрогнул.
"Так ясно. Кто-то из них двоих проебался"
— Да...ну, то есть... эм... — от эмоций Минни икнул.
— Расстаться было моей инициативой, по понятной причине. Он пожиратель смерти.
— А я говорил, что слизеринцы это полная хуйта! —воскликнул Тэхен, сидя на полу у камина. Получив укоризненный взгляд от Джина, заткнулся.
Спрятав лицо в ладошках, Чимин откинулся на спинку дивана.
— И что делать прикажите дальше?
— Ты его любишь? — взгляд метнулся на Тэхена, который в свою очередь что-то вычитывал в дневнике.
— Люблю, но... разве любовь должна причинять столько ...боли?
— Даже не знаю что сказать, Минни, — Тэхен поднял взгляд, встретившись с полным чего-то взглядом Кима-старшего, вопросительно посмотрел.
— М? — протянул Тэ.
— Давайте устроим вечеринку, — предложил Джин, весело хлопая в ладоши.
— В... вечеринку? — приподнявшись спросил Чимин. Он помнит что случилось в прошлый раз на вечеринке и ничего хорошего не вышло.
— Ну да, почему бы и нет! — хлопнул по коленке друга Джин.
— Пригласим наших, попьем сливочного пива и ляжем спать ровно в десять, генерал Пак Чимин!
— тоном хорошего ученика прорекламировал свои услуги тамады,Джин.
— Я за!!! — воскликнул Тэ, тюкнув ахуевшего Пак Чимина в коленку.
Чим закатил глаза, но задумался над предложением: будут только гриффиндорцы, в гостинной гриффиндора, почти без алкоголя. Безопасность обеспечена.
— Хм, хорошо.
Тэ, услышав согласие Чимина, экспрессивно подпрыгнул, кружась по всей гостинной.
— Я могу и отказаться.
— Минни, мы сделаем все в лучшем виде, не переживай. Лучше иди на вверх, поспи, — Джин мягко улыбнулся и отправил в его комнату блондина.
— Итак, кого пригласим... — Тэхен залез в список контактов, накручивая одну прядь волос на кончик пальца.
— Юнги, потому что их нужно очевидно мирить, — встав с мягкого местечка, Ким-старший налил из чайника травяной чай.
Тэ, услышав имя хорька поморщился.
— Джин, мы не должны этого делать. Он плохо поступил с Минни, нашим, между прочим как ты мог заметить лучшим другом! Ты видел что с ним сделал этот хорёк. Из солнышка в метеорит! — плевался ядом Тэ.
Джин спокойно потягивал чай, скептически смотря на Тэхена.
— Успокойся для начала и дай закончить, — спокойно попросил Джин. Истеричное поведение Тэхена очень ему не нравилось. Пиздецки как.
Тэ замолчал, возмущенно засопев.
— Так вот. Чимин влюблен. Это заметили мы все и не думай отрицать, — тяжелым взглядом прошелся по Тэ, — мы его, как ты мог заметить, лучшие друзья, обязаны сделать его счастливым вновь.
— Пф, ладно, тебе виднее, — согласился Тэ.
— Только Юнги? Подозрительно не будет?
Отпив еще чая, Джин кивнул.
— Верно, поэтому позову Намджуна.
— НАМДЖУНА?! — вновь возмутился Тэ.
— Мы играем вместе в квиддич, пусть тоже отдохнет от тренировок.
— И что? Чимин с ним не дружит, я его знать не знаю и вообще....
— Я сказал что приглашу Намджуна. Это не обсуждается, — сощурив глаза, Ким-Старший прожигает дыру в гриффиндорце.
— Может еще и Чонгук придет. Ты против него тоже , м?
Тэ сглотнул, чувствуя как внутри закрутился механизм "Чон Чонгук", обдавая все тело жаром.
— Тэхен? —нахмурился Джин, следя за младшим.
— Э.. приглашай кого хочешь, тебе же все равно на мое мнение! — выпалил Тэ и направился на вверх.
Джин написал служебную записку с приглашением на вечеринку.
Такие записки выглядят как маггловские бумажные самолетики, только они сами знают куда лететь
Получив приглашение Намджун был приятно удивлен. Здорово, что они могут общаться, хотя бы не как друзья, а как хорошие знакомые, несмотря на сраную войну факультетов.
— Хэй, малыш, тут Джин приглашает на вечеринку. Пойдем? — подойдя со спины к Гуку, Нам обнял младшего, уложив подбородок на плечо своего малыша, пока Гук кушал мороженное у холодильника.
— М.. — Гук развернулся в руках старшего. Все личико Чона было измазано мятно-шоколадным мороженым.
Ким не смог сдержать смешка.
— Малыш, ты испачкался.
— Что? Где? — Чон хотел проверить свое лицо, но Намджун чмокнул в нос младшего, где осталась шоколадная крошка.
— Прямо тут... — теплая улыбка и полный любви взгляд Кима, заставили кончики ушей Гука покраснеть.
— Кхм, что там по поводу вечеринки? — переборов смущение спросил слизеринец.
— Точно. Джин позвал в их гостинную бухнуть. Мы пойдем? — он не хотел идти куда-то без своей драгоценности.
— Конечно, хён. Позовем Хосок-хёна и Дженни-Нуну? — Про Юнги он даже не спросил, ибо если это будет в гостинной гриффиндора, то Чимин будет там. А Юнги и Чимин как слипшиеся пельмешки, ни шага друг от друга не сделают.
Намджун написал Хосоку, на что Чон ответил что они с Дженни КУДА-ТО уехали.
"Все ясно. У кого-то начался конфетно-букетный период."
***
После ухода Чимина, рухнув на пол, в голове эхом отдавались слова "все кончено", "по пятам ходит смерть", "ты убийца". Не мог привести Юнги в чувство мощный стук в дверь и "ХЁЁНЫЫ!!" — Чонгука.
Дверь можно было бы и не открывать, ибо под напором гиперактивного монстрика она смогла бы слететь с петель.
— Че надо? — на пороге стоял возбужденный Чонгук и спокойный, с бухлом в руках, Нам.
Гук смотрел, будто побитого жизнью и камнями, Юнги, его запал почти сразу исчез.
— Хэй, Шуга, что с тобой? Ваши ролевые игры с Паком приняли новый оборот? — пустил смешок Нам, но убийственный взгляд Юнги заткнул его.
— Ахуеть, как смешно.
— Дак... вечеринка, бухло, ты как? — тряхнув бутылками спросил Нам.
— Я пас.
Закрыть дверь не дал Гук, который посмотрел на него "тем самым взглядом".
— Не смотри так. Не поведусь, — щенячьи глазки Гука всегда что-то растапливали в душе Юнги.
— Шуга-хён, пожалуйста,— выпятив нижнюю губу просил Чон.
— Да, Шуга-хён, пожалуйста, нажритесь с нами, — повторив "тот самый взгляд" попросил Джун.
Приняв свое поражение, закатив глаза, Юнги пропустил парочку внутрь гостинной.
Джун и Гук устроились на диванчике, а сам Шуга пошел в ванную, чтобы привести себя в какой никакой порядок.
— А где собственно любовь всей твоей жизни, хён? — поинтересовался Ким, осматривая ничего себе такие апартаменты.
— Да, где Чимин-хён?
— В душе не ебу, — вытираясь полотенцем из ванной вышел Мин. Главное сделать вид что тебе похуй.
НамГуки между собой переглянулись, но спрашивать не стали. Если Шуга захочет, то он сам расскажет.
Поднимаясь по лестнице на седьмой этаж, Мин почувствовал что-то странное.
— А куда это мы? — нахмурился. Он думал бухаловка будет в подземельях, как обычно. А не..
"Стоп. Какого хуя мы у башни гриффиндора?"
— Хён, ты не получил приглашение? — взволнованно спросил Гук.
— Приглашение? Какое? — недоумевал Юнги.
Догадки НамГуков подтвердились, что-то произошло у Шуги с Чимином.
Обнажив ямочки, Джун и Чон взяли под руки Юнги, чтобы тот не вздумал сбежать.
— Эээ, вы чего, реб...
Не успев договорить, они оказались у портрета Полной Дамы.
Вселенная решила сыграть с ними в Русскую рулетку.
***
Расставив бутылки текилы, огненного виски и сливочного пива, Тэ разжег камин, а Джин тем временем по-феншую разложил закуски и прочие вкусности. Из колонок доносился Дрэйк и Чарли Пут.
Услышав ритмичный стук в дверь, Ким-младший метнулся открывать, а Джин будить спящего блондина.
Джей Кей, барабанил по поверхности одной рукой, а второй держал за руку сопротивляющегося Юнги.
— Да не дергайся ты, не в рабство же сдаем, — пытался успокоить Намджун.
— Нет?! А очень даже, блядь похоже на то, — прошипел Мин.
— Да иду, иду.
"Пиздос, кто этот гиперактивный гость?"
Не успел слизеринец занести кулак и постучать еще раз десять, как дверь открылась, а занесенная рука Джей Кея остается в воздухе.
На Тэхена чуть не упал Чонгук, который, не подумав, облокотился о дверь.
Его обычно прямые волосы сейчас слегка волнистые, Тэ смотрел на Гука, как заворожённый, потеряв дар речи. А парень в свою очередь в полном ахуе смотрел на Кима.
— Да-да, спасибо что разрешил войти, Тэхен, — недовольно проговорил Намджун, пододвигая Тэ в сторону и заходя в гостинную с ребятами.
Очнувшись от "транса", гриффиндорец захлопнул дверь.
— Давно не виделись, Джуни, — с корявой ухмылкой поприветствовал Ким.
Намджун ответил оскалом, поставив алкоголь к другим спиртным напиткам и наливая полный стакан огненных виски Юнги.
— Чонгук, — кивнул в знак приветствия.
— Тэхен, — кивнул в ответ.
А Юнги было похуй, если есть алкоголь, то ему все равно, где он.
— А Джин? — поднося к губам стакан виски, спросил Намджун.
— Джин пошел будить Чимина.
При упоминании гриффиндорца, Юнги подавился жгучим напитком, некрасиво закашлявшись.
Тэ поморщился.
"Заебись. Этот человек претендует на Минни, пора посетить мадам Помфри."
***
Чимин услышав грохот, разлепил веки. Лицо блондина опухло, от укладки остались только воспоминания. Потянувшись и выходя из комнаты, Пак наткнулся на Джина.
— М? Что такое? — зевнул.
— Вечеринка началась, — мягко улыбнулся Джин, заботливо поправив лохмы друга.
— Уже? — удивился Чим.
Джин кивнул, приобняв за плечи гриффиндорца, повел в низ к торжеству. А Чим, словно слепой котёнок, следовал за хёном.
***
— Я телефон оставил, пойду обратно, — пытаясь найти отмазку, Юнги выбрал самую обычную.
"Ну, не будут же они меня тут силой держать. Купидоны хреновы."
— Нет. Сиди и пей, — в руки Шуги втюхнули какое-то высокоградусное пойло.
Подойдя к лестнице, Чим все еще клевал носом, а увидев мятную макушку ахуел на всю жизнь, проснувшись окончательно.
— Что...
— Минни, вы должны поговорить, ты же знаешь это? — Джин беспокоился за их отношения, больше чем за свои, а зря...
— Н-нет.. — икнул от эмоций.
Чонгук заметив на лестнице хёнов, отложил закуски, замахал.
— ХЁНЫ! — в глазах Гука было ребячество.
Тэхен в похуистичном состоянии закинулся текилой.
— Йо, Джин, Чимин, давайте к нам! — улыбка-ямочки и матерый Шуга рядом — залог чего-то интересного.
Джин с энтузиазмом, приобнимая блондина повел вниз.
Чим в ахуе, посмотрел на Тэ, как на предателя, а Ким-младший лишь пожал плечами. Это не его идея, а Джина и если все пойдет по пизде, то по вине старшего.
— Я.. эм... — красными ото сна глазами, Пак не мог понять что делать, что сказать.
Юнги уставился в стакан с пойлом. Это было ахереть как неловко. Все наблюдали за ними, как за какой-то дорамой.
Без слов Чимин убежал наверх, в какой-то чулан, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение, потирая ладошки, покрывшиеся холодным потом.
— Это нервное. Переутомился, — вставил свои пять копеек Тэхен, натянуто улыбнувшись Джину, как бы говоря: "А я предупреждал".
В гостинной повисла тишина, Намджун предложил бухло, чтобы отвлечься и все поддержали эту идею.
Нам и Джин, обменялись рукопожатиями, втянулись в разговор о предстоящем матче.
Шуга и Гук пиздели о своём, а Тэхен уставился на языки пламени, распивая виски.
***
Как Чимин пришел немного в себя, решил спустится вниз. Это ситуация его вовсе не задела. Просто была... слегка неожиданной.
Почти все бутылки были опустошены и запах перегара заполнял все помещение, так же как и смех на шутки Сок Джина.
— Ой, блядь... — в нетрезвом состоянии Юнги столкнулся с Чимином, смотря на блондина, словно тот сделан из золота, — Чимин, я люблю тебя, — почти без запинок признался Мин, мутным взглядом смотря вперёд. Даже в таком состоянии Мин видит в Чимине котика, личное солнце.
Паку больно слышать такие слова, от чего закрывает глаза.
— Ты пьян, — факт.
— Чимин. Я серьёзно, — подошел ближе,почти вплотную, но парень сделал шаг назад, — не отталкивай, прошу... — с надеждой в глазах смотрит на него.
— Я тоже был серьезен когда говорил, что все кончено, — сглотнул комок в горле.
— Ты говорил, что любишь меня, — твердо напомнил Мин.
Чимин прячет взгляд в скрепленных пальцах. Все сложно.
— Все кончено и прекрати преследовать меня! — с отчаянием попросил Пак. Ему и так нелегко, а Мин давит на него.
Не прощаясь, Чимин идет к выходу.
— Минни? — позвал Джин друга, но тот уже скрылся за дверью.
"Твою мать.", — ругнулся парень
"Я так и знал, что ничего хорошего не выйдет.", — с усмешкой подумал Тэхен, смотря в сторону двери.
Джин хотел побежать за другом, но теплая ладонь на бедре остановила порыв.
— Джин, тут Трюк написала, что сейчас тренировка, — кто состоит в команде по квиддичу, будьте готовы к тренировкам в любое время дня и ночи.
"Пиздец."
— Черт... — разочарованно выдохнул старший. Деваться некуда, иначе Трюк засунет метла во все места.
— Уходишь? — Тэ расстроен. Его парень уходит хуй знает куда в ИХ вечер.
— Я с вами, — Юнги опрокинул в себя еще пару рюмок.
— Да, Тэ. Приберешься здесь, ладно?
— Угу, без проблем.
— А где Чонгук? — спросил Нам, осматриваясь по сторонам.
— В туалете, — пожал плечами Тэ. Сталкерство беспалевное же не странно? — ну, наверное.
— А. Ну ты передай, что я на тренировку пошел, лады?
— Да, Джуни, как скажешь, — натянуто улыбнулся Тэ.
Как дверь за парнями закрылась, Тэ решил послать нахуй идею с уборкой. Все завтра, спешка не к чему.
— Ээ, где все? — из туалета вышел Джей Кей.
Тэ принял расслабленную позу, разведя ноги в стороны, играя с виски в стакане.
— Ушли на тренировку по квиддичу, оставив уборку на мне, — Ким перевел взгляд на Чонгука, пройдясь глазами по подтянутой фигуре.
"Скажем годом все лучше и лучше."
— Не хочешь... помочь с этим? — осматривая парня, Ким остановил взгляд на губах. Родинка. Под. Губой.
— С.. уборкой? — Чону стало как-то не по себе, от атмосферы давящей на него. От напряжения его кадык дёрнулся, что не осталось без внимания Кима.
— Хочешь еще себе работу найти? — медленно растягивая слова, предложил Тэ.
Они одни.
Без Джина и Джуна.
"Весь мой.", — понимание этого фейерверками взорвалось в голове Тэхена.
Не оценив "шутку-минутку", Чонгук принялся собирать пустые бутылки.
— Хуле ты расселся? — обратился Гук к Тэ.
Тэхен завис на Чонгуке. Ничего необычного, сверхъестественного.
— Малыш, следи за языком, — встав с кресла, Тэхен изображал вид деятельности.
"Блять, бесит!"
Подойдя к Тэхену со спины, Гук не ожидал что тот повернется и содержимое рюмки в руках Чонгука окажется на шелковой рубашке Кима.
— В чем твоя проблема, Ким Хуюнг, м? — алкоголь берет свое дело. Глаза налитые кровью уставились на Тэ.
— У меня нет проблем, Чон Чонгук, — с ухмылкой Тэ нагло толкнул младшего, от чего бутылка из его рук упала.
Чонгук дышит так, будто пробежал все этажи Хогвартса. Его заебали эти взгляды, как Тэхен думает незаметные, двусмысленные слова и лицемерие.
— Пиздабол.
Тэхену от этого смешно. Гуки, малыш, осуждает его? Интересно...
— Мне нечего скрывать, Чонгуки, — разводит руки в стороны, мол смотри, я как открытая книга.
Чон в два шага преодолел расстояние между ними, вцепившись в воротник рубашки.
— Никто тебе не верит, Тэхен-ши. Кого ты пытаешься обмануть, а? — его бесило что Тэхен совершенно спокоен, продолжает пялиться на Гука, в то время как Чонгука разрывает от всей этой поеботни, которой нет названия.
Встряхивает, желая получить объяснения.
— И что с того? — его ничего не волновало. Только здесь и сейчас. Сейчас с ним Чонгук, а остальное может подождать, — И что с того, Чонгуки? Переживаешь? Смешно, — вновь усмешка.
— Мне плевать, — рубит с плеча Гук.
— Знаю, — гулко сглатывает.
Ким поднимает на младшего глаза, буквально проваливаясь в бездну напротив. Радужки почти не видно, зрачок полностью затопил ее, и Гук нервно дергается, пытаясь отойти, но сзади бутылка, он спотыкается об неё, и не падает только благодаря Тэхену, который ловко хватается за его руку и тянет на себя.
Гук чувствует жар, приливающий к щекам от нервного накала, что накатывает бесконечными потоками, и думает о том, что жить совсем непросто.
Лицо Чонгука так близко к Тэ, что слизеринец невольно зависает, рассматривая чужие красивые губы. Он не знает, какие они на ощупь, но уверен, что мягкие и пружинят.
— Не будь таким, — говорит Чонгук, снова смотря в глаза парня.
— Почему? — Тэхен знает ответ, но хочет услышать. Ему нужно знать, что он не один, кто чувствует эту бурю эмоций, потому что чувства уже есть.
— Убери руки, — просит он, но Ким слишком занят своими мыслями, чтобы услышать.
Чонгуку страшно, потому что у него есть Намджун. И "что за херня сейчас происходит". Это не правильно.
А для Тэхена все просто. Он с правилами и чужим мнением не считается. Сейчас им овладели собственные желания, чувства, которые приходиться сдерживать через силу.
— Почему? — повторяет Тэхен, понятия не имея, какое представление его зрачки, уставившиеся на Чона, устроили. А слизеринец все это видит и налюбоваться не может, потому что цвет глаз Тэхёна абсолютно прекрасный. Самый красивый оттенок коричневого.
Чонгук устал, он это прекрасно знает, чувствует, что еще немного и его тело навсегда покинут силы. Тэхен — человек в его жизни важный и далеко не последний. Он, каким-то невероятным образом, влился в его повседневность, став чуть ли не ее центром.
И именно в этот момент, совсем не к месту, эта мысль снова загорелась в голове.
Тэхен уверен, что пожалеет, потому что у них с Чонгуком все решено. У них другая история, совсем не любви и верности. Но с собственным сердцем иногда бесполезно бороться, и Ким делает именно то, что хочет сделать, зная, что потом возненавидит себя. Он ведь старше, он должен думать головой, для этого она и нужна. Но она у гриффиндорца часто в нужный момент не срабатывает.
Он на вопрос Чонгука решает ответить по-другому, по-своему.
Скорее всего, его просто убьют. На месте. И это будет заслуженно.
Тэхен закрывает глаза, чтобы даже представления не иметь, насколько злым будет Чонгук. И просто касается своими губами его.
Это легкое прикосновение пускает разряд тока через обоих. У Чонгука вспыхивает лицо, мгновенно идет пятнами шея и начинает бешено колотиться сердце. Он в мгновенье убеждается в том, что губы у Тэхёна мягкие, и они, в самом деле, пружинят. Только думает он совсем не об этом, у него перед глазами белый лист, ведь ничего более будоражащего и волнительного он никогда в жизни еще не испытывал. Ни один секс не может сравниться с этим поцелуем, который и поцелуем-то назвать крайне сложно.
Ким же не чувствует вообще ничего, он будто в открытом космосе, в свободном пространстве, где нет ни звуков, ни притяжения, да и он сам на атомы распадается.
Чонгук не знает, что делать. Паника полностью охватывает его разум, когда проходит несколько секунд и способность мыслить возвращается.
Он должен обнять?
Должен оттолкнуть?
Должен ответить на поцелуй?
Что, черт возьми, делать в такой ситуации? На уроках Защиты От Темных Искусств такому явно не учат, а это важно. Ким Тэхен, целующий Чон Чонгука, это опасно. Это самое опасное, что может быть на свете.
У Чонгука ноги тяжелеют, ему кажется, что вот-вот он упадет без сил, но, когда Ким резко отстраняется, словно ничего не было, Чон не думая, тянет его назад за голову, впиваясь своими губами в его. Превращая жалкую попытку Тэ в настоящий поцелуй, склоняя его голову набок, углубляя, заставляя гриффиндорца от такого напора вцепиться в свои руки, которыми Чонгук держит его голову.
У младшего стальная хватка, и целуется он жестко, заставляя все тело Тэхена гореть в адовом пламени. Он пытается отстраниться не потому, что хочет, а потому, что есть вероятность потерять сознание. Ему жарко, ему плохо, ему нечем дышать. Ему хочется простоять так всю жизнь, и умереть так тоже хочется.
Отныне невидимые цепи, что до этого их сдерживали, сорваны.
Чонгук вообще не думает. Он дорвался. Он сам себе не признавался, но хотел этого. Постоянно рассматривал Тэхена, находил в нем прекрасное, которое было в каждой мелочи, и хотел его. И сейчас, проще просто не думать о последствиях, у Чонгука и так голова не работает. Полностью выключен свет.
Рядом с Тэхеном у него все тело в секунду превращается в эрогенную зону. Особенно горячо, когда старший закидывает руки ему на плечи, непроизвольно прижимаясь крепче.
Не отрываясь от вишневых губ, Гук пытался расстегнуть рубашку, но все пошло по одному месту и в итоге он вообще её порвал и пуговицы разлетелись во все стороны.
Тэхену доставляло это наслаждение. Это он довел Чонгука до такого состояния.
Оторвались лишь на пару секунд, чтобы стянуть с Чона не аккуратными движениями толстовку и набрать порцию воздуху.
С безымянного пальца младшего соскользнуло кольцо с гравировкой "K. N.", которое укатилось под кресло. Это никого не волновало.
Обнаженные грудные клетки столкнулись друг с другом, а их сердца дуэтом отплясывали фламэнко.
Особо не думая, Гук утянул Тэхена за собой на пол.
Через несколько секунд Чонгук почувствовал прикосновения на своих бёдрах и то, как с него стягивают штаны вместе с боксёрами.
— Ты что творишь? — воскликнул шатен.
Не ответив на очевидный вопрос, Ким полностью стянул бельё с Гука и начал поглаживать его член.
Тэхен наслаждается слабым стоном, вылетевшим из приоткрытых губ. Им он уделяет особое внимание, сжимает свободной рукой тонкую шею и большим пальцем проходится по пухлой нижней губе. Ким слегка надавливает на нежную кожу и с удовольствием наблюдает, как только-только зажившие ранки лопаются. Гук не сдерживает болезненного стона и приоткрывает рот, чем старший с радостью пользуется, просовывая внутрь два пальца, прижимая юркий язык к нижнему небу. Чон в долгу не остаётся — смыкает челюсть и прикусывает острыми зубами чужие длинные пальцы.
— Кусаешься? — усмехается Ким и даже не вздрагивает, когда Гук прокусывает ему до крови кожу. — Плохой мальчик.
У слизеринца с подбородка стекает собственная слюна с примесью крови Тэхена, а во рту стоит неприятный привкус железа. Он чувствует себя кроликом, павшим в западню к удаву и выбраться он теперь не сможет. А самое ужасное, что эта ситуация его возбуждает, когда Ким грубо прижимает его к полу, обманчиво нежно касается молочного плеча губами, чтобы потом вцепиться в него зубами. Он втягивает нежную кожу, ощутимо кусает и оставляет багровый засос. Тэхен довольно улыбается, когда младший не сдерживает ещё одного сладкого стона, выпускает изо рта мокрые пальцы, и пытается урвать хотя бы немного воздуха. Гук откидывает голову, а Тэхен только этого и ждал, впивается зубами в открытые участки кожи, лижет, оттягивает, грызет — дикий, голодный зверь, не иначе. На утро вся шея Чона будет покрыта кроваво-красными бутонами. Ему чертовски нравится то, что он видит прямо сейчас перед собой. Его отметины на красивой шее Гука смотрятся просто восхитительно, неделю сходить будут, как минимум. И от осознания того, что Тэ его наконец пометил, что в его руках прямо сейчас извивается возбуждённый Гуки, который бесстыдно стонет и подставляет шею под поцелуи, руки в неверии дрожат.
Не церемонясь, Тэхен начал растягивать Гука тремя пальцами. Совсем недолго. Ждать не было сил и собственное возбуждение напоминало о себе.
Это было не нормально. Абсолютно и по-больному ненормально — но что в мире вообще было нормальным? Убийства? Кражи? Сиротство? Рабство? Взяточничество, продажность, распутство и классовое неравенство? Разве всё это было нормальным?
Чонгук знал, что по сравнению с этим прикосновения ледяных пальцев Тэхёна к его плечам, к бёдрам, скользящие изнутри и сжимающие их, словно куски мяса, и к животу — давящие, словно желающие проникнуть внутрь, разорвав Чону пупок, были почти законы.
— Скажи же, ты скучаешь по этому своему... как его... муженьку?
Наверное, Тэхен выбрал наименее подходящий момент для этого вопроса: его член был глубоко внутри Чонгука, а сам Гук, упираясь коленями в его острые рёбра, только и мог, что бессмысленно бормотать, да хвататься пальцами за блондинистые волосы.
— Я... М-м-м, — промычал он.
Тэ был без чувства такта наедине с Чоном. Срывало крышу, лучше десяти банок текилы. Но, с другой стороны, если бы он таким не был, он бы явно не рискнул сейчас размеренно иметь Чон Чонгука, словно тот был какой-то секс-игрушкой.
— Твой парень тебя здесь не найдёт.
— Разве... — рвано выдохнул он от резкого толчка, и Тэ, замерев, навалился на него всем весом, проталкиваясь так сильно, как никогда прежде. Гук закусил губу и задышал часто-часто; его пальцы отпустили светлые лохмы и попытались расцарапали грудь Кима. — Разве...
"Разве не в этом смысл?"
Кончили одновременно, Тэхен не спрашивая излился прямо внутрь Гука и лег на пол, тяжело дыша.
— Что это было? — глубоко дыша спросил Гук, пытаясь отойти от оргазма. Он сам не знает что за хуйта только что произошла.
— Ммм, сон на яву... — с закрытыми глазами прошептал Тэ.
Через пару минут дверь закрывается, а рядом не чувствуется тепла.
***
На следующий день Тэхен проснулся в кровати с похмельем, тело болит, горло разодрано. А что было вчера? Ким лишь раскрыл душу Чону, а тот ушёл, оставив после себя нотки шоколадных шариков, будто для него это пустяк. Тэ надоело страдать, мучаться в догадках, писать в никуда письма с признаниями. Зачем ему гнаться за человеком которому ему на него похрен, если счастье прямо перед ним, все эти года.
"Что сделано, то сделано."
— Джиин! — кричит Тэ, рукой ощупывая противоположную сторону кровати. Холодная. Он же пришел ночью?
Когда никто не отозвался, Ким-младший понял, что тот опять на своих тренировках.
Потянувшись за мобильником, открыв диалоговое окно, Тэхен решил, что самое оптимальное это сообщение.
«Джинн-и, я так облажался, прости меня.»
Вытираясь полотенцем на скамейке для отдыха, Ким-Старший знатно охуел. С чего бы Тэхену это писать?
«Эм... что с тобой? За что ты извиняешься?» — Джин был готов к любому исходу.
Ким-младший еле сдержался, чтобы не дать себе по ебалу. Сок Джин же не знает.
«В последние дни вел себя как капризный ребёнок . Я не должен был, ты этого не заслуживаешь. Дашь мне еще один шанс?» — быстро напечатав ответ, в нервном состоянии прикусил кончик большого пальца.
«Тэ... это я должен извиняться. Я замотался на тренировках и почти не уделял тебе время.», — сглотнув комок в горле, ответил Джин.
Тэ облегченно улыбнулся.
«Значит мы типа... опять парочка?💞» — счастью гриффиндорца не было предела.
«Эм.. ну да...» — хочешь чтобы было по твоему, Тэхенн-и? Получай. Чаша терпения у хёна переполнена до краев и скоро даст трещину.
«Окей, я безумно рад! Ну, иди на тренировку. Люблю тебя, птенчик.», — и куча приторных эмоджи.
Перерыв подошел к концу, а Джин в полном оцепенении смотрел в телефон.
— Слыш, тебе пригрозить тем, что я засуну тебе в задницу весь инвентарь или ты сейчас поднимешься и начнёшь тренироваться? — уже с воздуха крикнул Намджун.
— Блять... — отложив гаджет, матюкнулся Ким-старший, смотря вперед.
Выйдя из душа, Тэ решил обрадовать такой новостью своего лучшего друга — Чимина.
Он, тем временем, поздно вернулся из библиотеки и сразу рухнул спать в своей спальне, а телефон благополучно забыл на столике в гостинной, где с похмелья, на диване, свесив одну ногу посапывал Мин Юнги.
— Ебаный рот... — охрипшим от сна голосом, проворчал Юнги.
Думая что он у себя в спальне и телефон его, потянул руку к гаджету, разблокировав. Без пароля. Хм, странно.
«ЧИМИН, Я РЕШИЛ ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ В ЭТОЙ ЖИЗНИ!» — гласило в сообщении на ярком дисплее, от которого Мин сощурился и готов был убивать.
«И что же?»
«По-настоящему начну встречаться с Джином. Круто, скажи, да?» — перебирая шмотки в шкафу ответил Ким.
Обычно спокойное лицо слизеринца вытянулось от удивления.
"Блять, меня нельзя назвать гением, но что-то тут не чисто. Какого хуя? "По-настоящему встречаться". А до этого как было? Понарошку? Сука, мне же те взгляды на Чонгука не привиделись от недосыпа! Какого хуя они всем голову морочат?"
Хочешь что-то узнать — узнай это сам.
Шуга в агрессивном состоянии, аля "пизда тебе, где моя швабра", набрал номер Тэхена.
— Чимми! — сладко прощебетал Тэ, застегивая рубашку.
— ТЫ, БЛЯТЬ, СУКА СЕЙЧАС СЕРЬЕЗНО?! — Юнги привстал с дивана, а зря. Вчерашние приключения дали о себе знать головной болью. В глазах потемнело, а голова казалось вот-вот расколется на две части.
— Шуга-Хён? — сказать что Ким в шоке это не сказать ничего.
"Они что, вновь вместе? Только не это..."
— ХУЁН, БЛЯТЬ!! Ты вообще понял что щас спизданул? Хочешь сделать вид будто у вас с Чонгуком ничего не происходит и дальше продолжать играть роль хорошего парня для Джина!? Ты че бля, думаешь, что я в здравом уме позволю вам обоим делать такую дичь? ДА ХУЙ ТАМ ПЛАВАЛ!
— Юнги.. Я могу объяснить..—
— Мне нахуй не нужны твои объяснения, понял? Вы оба сейчас же идете за ручку и расхлебываете кашу которую заварили, иначе я с вас обоих закопаю в одной могиле!
– Я не боюсь тебя, Юнги, – сказал Тэ на автомате, хотя голос слизеринца звучал угрожающе.
Шуга набрал побольше воздуха в легкие.
— Тэхён, ебанный свет вы оба заигрались, как малолетки! Вам обоим далеко не четырнадцать, вы должны понимать что делаете больно Намджуну и Джину, сука. Я плохо знаю Джина, но зато ахуенно знаю Джуна. Чонгук для него всё, я не знаю что с ним будет когда он узнает о происходящем. Я не осуждаю вас за то, что вы чувствуете, но уебошу об стену головой за то, что оба лицемерите.
Тэхён сглотнул, закатывая глаза на словах "Чонгук для него всё"
— Для него я ничего не значу, он не может расстаться с Намджуном, а я должен страдать? Вчера он использовал моё состояние и мой член, а после съебал. Если я ему так важен, то пусть не прячет голову в песок и скажет все напрямую! — начинает злиться Тэ.
— Думаешь он бы стал ебаться с тобой, если бы ничего не чувствовал ХУЕВ ТЫ ДЕГЕНЕРАТ!!— скрепя зубами, прикрикнул Мин.
"О Мерлин, у кого там была ночка... стоп. Тэхен? Откуда у Юнги номер Тэхена?" — пытался догадаться Пак.
— В любом случае он проебал все что можно. И если бы он меня любил, — заикнулся Ким, — то расстался бы с Намджуном и все! А натуру свою отдать мы все можем! Так что... пока- пока, хён и передавай привет Чимину! — натянуто улыбнулся и сбросил.
Кима-младшего не переубедить.
— В пизду, заебали. Пусть сами решают, — кинув телефон куда-то в кресло, Мин откинулся на диван закрывая руками лицо.
***
Всю тренировку из головы гриффиндорца не выходили те сообщения, лицемерное поведение Тэхёна.
Не закончив до конца, Джин на изящной метле «Лунный луч» приземлился на поле.
Возмущенно выдохнул, снял перчатки откинув в сторону.
Джун обеспокоенно проследил за парнем и спустился следом. Что-то идёт не так. Намджун следил за Кимом всю тренировку и тот был не сосредоточенным, а это шло вразрез с его обычным состоянием.
— Все нормально? Выглядишь неважно, — хлопнул по плечу Джина.
— Нет, не нормально, — закрыл глаза, пытаясь успокоиться.
— Ты нервничаешь по поводу матча? Или по другой причине? — Ким пытался разглядеть в лице Гриффиндорца хоть что-то.
Джин открыл глаза, поворачиваясь к Намджуну.
— Я заебался притворяться хорошим и слепым парнем, Джун, — с отчаянием признался Джин.
— Расскажешь? — не убирая руки с плеча Джина для поддержки, взволновано спросил Джун.
— Как будто ты блять не знаешь, — со злыми нотками начал Джин, надеясь что до Кима дойдёт, ибо все и так на блюдечке. Не нужно быть Нострадамусом, чтобы понимать такую очевидную вещь, но Джун выглядел таким растерянным, что у гриффиндорца почти началась истерика, — камон, Джун, — движением плеча скинул руку Джуна, — Тэхен и Чонгук, я устал от этого!
— Что... Джин, ты брешешь, — нахмурился Намджун. Что подразумевает Джин под "Тэхен И Чонгук"?
Кривовато улыбнувшись, Джин подошёл к спортивной сумке, достав из кармашка серебряное кольцо.
Подойдя к ничего не понимающему парню, гриффиндорец подкинул кольцо вверх и слизеринец, узнав вещицу, которую сам же подарил Гуку, поймал в воздухе.
— Спроси у Чонгука сам, Джун. Посмотрим что он ответит.
Джин направился в раздевалку, разворачиваясь.
"Хватит с меня: записи в дневнике, кольцо под диваном... сколько еще это можно терпеть?"
«Тэхен, нам нужно поговорить. В башне Когтеврана. Прямо сейчас.»
Джун стоит посреди поля, держа кольцо в руках и не может понять что за хуйта. Разве Тэ не ненавидит их факультет? Разве он и Чонгук не планировали светлое будущее? И в тот же момент всплывают в памяти взгляды Тэхена на его малыша, с нихуя появившиеся стычки этих двоих... Состояние у него было растерянное и разбитое
Недолго думая, Намджун написал сообщение о том чтобы Гук пришел СРОЧНО в башню Когтеврана.
Чонгук же всю ночь не спал, сидя на полу в комнате, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей с помощью рисования. Но все идет не так. Идей ноль, карандаши плохо поточены, бумага не подходит. Слизеринец прочитал сообщение от Джуна и ему стало еще хуже. Он изменил своему парню. Гук боялся показаться на глаза Киму-старшему, так как младший не умеет скрывать свои эмоции, чувства и для Джуна как открытая книга.
***
Тэхен был удивлен, что Джин пригласил его к синим. Но сейчас у них прорицание, может, он решил обсудить их воссоединение в более интимной обстановке?
В кокетливом настроении, Тэ ответив на вопрос портрета, вошёл в гостинную. Но тут же его запал пропал, ибо в кресле восседал Чон Чонгук.
"Какого хрена?"
— Кхм, Чонгук? — Тэ не может сделать шаг вперед, иначе он в буквальном смысле помрёт от внимательного прищура слизеринца, —Ты что здесь делаешь? — щурится в ответ, нихуя не понимая.
— Тот же вопрос, — сжал подлокотники.
"Это не к добру."
Тэхен избегая взгляда, сел на диван.
— Меня сюда Джин позвал, а тебя?.. — имя слизеринца крутилось на кончике языка.
— Намджун, — уставился на дверь.
Чуть не сшибая дверь с петель, врывается Джин.
— Отлично, вы оба тут, — оглядев парней сказал гриффиндорец, готовясь разъебать все по фактам.
Нам заходит следом, смеряя Чонгука и Тэхёна грозным взглядом. Встаёт наравне с Джином, скрещивая руки на груди.
— Ну, приветики, — натянуто улыбается, встаёт наравне с Джином, скрещивая руки на груди.
— Эм, парни? Вы чего? — удивленно посмотрел на озлобленных Кимов.
— Ничего не хотите нам сказать? — голос гриффиндорца звучал спокойно, но в глазах плескалась ярость.
— Да что не так? — не понимал Ким-младший.
Джин продолжает ястребиным взглядом прожигать дыру в обоих парнях.
— У вас что-то было? — стальным тоном скорее утвердил, нежели спросил, — мне тут птичка нащебетала, что кое-кто очень влюблен, — врезался уничтожающим взором в бледнеющего Тэхена.
Ким-младший, встал и сделал шаг в сторону Джина.
— Джинн-и, ты же знаешь, что я тебя люблю, только тебя, — дрогнувшим голосом заверил парня.
Чонгук клацнув зубами, злобно посмотрел на Тэхёна, не верив своим ушам.
— Да? Правда? — рыкнул Чон.
— Гуки, тебе есть что сказать? — с притворной нежностью в голосе обратился к Чону Намджун.
— Да. Мне есть, что сказать, определенно, — поднял глаза, рывком вставая с кресла.
— Так скажи, давай, не стесняйся! — воскликнул Джин, чувствуя усталость из-за того, что правду приходится вытягивать.
— Я никогда не врал тебе, Намджун. Я люблю тебя, но... это не та любовь. Всякое в жизни бывает. Я БЛЯТЬ ОСТЫЛ К ТЕБЕ! — нервно облизывается, пытаясь собраться с мыслями. — А ты, — указывает на смотрящего вниз Тэхена, — ты ужасен, Тэхен. И самое ужасное в тебе то, что я тебя люблю.
Сокджин как псих улыбается, качая головой.
Джун же чувствует, как подступают слезы к глазам.
— Гук, почему... почему я упустил тебя? — сделал шаг вперед. Он не может поверить.
Чонгук отступил.
— Прости, прошу прости меня, Намджун... — шепчет Чон.
У Джина дрожат руки, ему хочется сброситься с обрыва и вернуться на тот гребаный бал, с которого все и началось.
— Тэ?
— Джин, — спрятал руки в карманы, потеряно смотря на старшего, — я тебе благодарен за все, что ты сделал для меня, и уверен, что сделаешь. Без тебя не было бы того Ким Тэхена который есть сейчас, — шмыгает носом, — Джин, ты мне очень дорог. Я не хотел тебя ранить, никогда не хотел и не буду хотеть... ты для меня всё, — губы и голос дрожат, —просто, так получилось... я не мог быть один, и пришел ты... — вытирает рукавом мокрые дорожки, — ты был так добр, я думал что люблю.... я люблю, но.... э-это не та любовь, понимаешь...
Джин отвернулся, стараясь унять дрожь уже во всем теле.
— Можешь оставаться в нашей комнате, я найду где жить, — уже спокойно, без эмоций, он давно был к этому готов, пошел на выход.
Тэ закрывает глаза, слезы текут ручьем.
— Джун?— подал голос младший, пытаясь поймать взгляд слизеринца.
— Надеюсь ты будешь счастлив... если что-то случится... хорошо подумай, прежде чем звонить мне, — ответил Намджун и вышел, громко хлопнув дверью.
Чонгук сел на ступеньки лестницы, нервно запуская пальцы в волосы.
Гриффиндорцу вовсе не больно, скорее... как от сердца отлегло.
—Л-любишь?— посмотрел на профиль Гука.
Чон ничего не ответил, смотрел вперед, не моргая.
— Не хочешь говорить? Ну-ну, я то думал ты посмелее будешь, — едко усмехается Ким.
— "Джин, я люблю только тебя", — безэмоционально произнёс парень слова гриффиндорца, — мило. Не думал, что ты способен на ложь в такой ситуации.
—Задело? — хмыкнул Ким, — Теперь знаешь, какого мне было, когда я видел тебя и Намджуна каждый день, зажимающихся в каком-нибудь углу...
— Ты еще оказывается и жестокий. Еще скажешь пару ласковых? Тебе мало? — тело Чонгука пробила дрожь, с глаз покатились слезы.
— Мне достаточно, а тебе как?
Гук вытер щеку тыльной стороной ладони и встал.
Хватит с него на сегодня.
Он лишился всего и ради чего?
— Чонгук, не оставляй меня, — посмотрел вперед Тэ, — мне тоже больно.
Чон развернулся к гриффиндорцу. Его трясло.
— Больно? Вау... с чего бы? Мне больно. Я ранил человека, который практически вырастил меня. А что ты? "ДЖИН, Я ЛЮБЛЮ ТОЛЬКО ТЕБЯ!!" ТЫ ТАК ЖЕ ЛГАЛ ЕМУ?! ТАК ЖЕ БУДЕШЬ ЛГАТЬ И МНЕ?! — не выдержал и сорвался на крик. Ярость вспыхнула огнем вместе с желанием ударить того, на кого она была направлена.
— Винишь меня, а? — Тэ прищурился и сделал шаг вперед, — Я, БЛЯДЬ, ТОЖЕ ВСЕ ПОТЕРЯЛ, РАДИ ТЕБЯ, МАЛЕНЬКИЙ ЗАСРАНЕЦ, — толкнул того в грудь, — Я, БЛЯДЬ, ВСЕ ШЕСТЬ ЛЕТ СТРАДАЛ И ДУМАЛ О ТОМ, ЧТОБЫ НАМДЖУН КИНУЛ ТЕБЯ, — сдунул челку со лба, — И МНЕ НЕ СТЫДНО ЗА СВОИ МЫСЛИ, Я В ОТЧАЯНИИ КАЖДЫЙ БЛЯДЬ ДЕНЬ, А ТЕБЯ ЕБЕТ И ПРОДОЛЖАЕТ ЕБАТЬ ЭТОТ НАМДЖУН И ВСЯ ЭТА ХУЙНЯ! КАК БУДТО МНЕ МАЛО ДОСТАЛОСЬ, ЧОНГУК!
— Да, меня ебут люди вокруг меня, представь себе! Я не могу так! Я не могу лгать в глаза, я не могу думать только о себе, не могу просто плюнуть на то, сколько боли кому-то причиняют мои решения. Я, БЛЯТЬ, ТАКОЙ!
— Давай решим это раз и навсегда, — потер переносицу Тэхен, почувствовав усталость, — Мы вместе или нет? — прищурился, ожидая ответа, — Слово скажи — так и будет. Я не хочу тешить себя ебучими надеждами, осознавая факт того что тебе глубоко насрать!
— Серьезно? Ты, блять, говоришь мне о любви и тут же называешь меня ебучей подстилкой... — Гук сжал руки в кулаки, — мне не нужен не он, и не ты. Вы оба идёте нахуй.
Тэхен подзавис.
"Чт-то он только что сказал?"
Чонгук оттолкнул его от себя.
— Я сказал. Вон.
Развернувшись, Чон пошел в башню старост, в комнату Шуги. Лег на кровать Хёна, закрыв глаза.
"Хёны..."
Ким-младший пошел обратно к себе в спальню. Теперь он будет здесь один. Всегда.
Нужно расслабиться и забыть как можно скорее тот кошмар, что произошёл пару минут назад. Тэ пошел теперь к себе, в спальню. Подошел к его личному большому дубовому шкафу, который заперт заклинанием и назвал пароль, рука чуть дрогнув открыла железный сундук с запрещенными веществами : алкоголь, легкие и тяжёлые наркотики, шприцы, сигареты.
Этого делать нельзя, но "нельзя" для Тэхёна не существует. Тэ достал крошечный пакетик с амфетамином. Не то, чтобы он употреблял, но иногда они с Джином баловались на вечеринках.
Ким словно хищный лис облизывается, предвкушая вкус и эффект от таблеток, идет в туалет. Достает три таблетки, кладет на тумбочку, прижимает их бутылкой шампуня, чтобы превратить в порошок, затем волшебной палочкой делит на дорожки, следом из заднего кармана джинс достаёт сто баксовую купюру, скручивает в трубочку и закрывает одну ноздрю-вдыхает. Так же с другой ноздрей.
Вкус — горький, напоминает либо какие-то лекарства, таблетки, либо тоже хлорку и другие бытовые химические средства.
"П о х у й."
Теперь он чувствует себя гораздо лучше.
Прибирает за собой и направляется в большой зал довольный, с улыбкой с уха до уха.
***
Пак Чимин задумчиво жует булочку за столом гриффиндорцев, уперевшись взглядом в стол.
"О чем Тэхен и Юнги разговаривали?"
Мысли прерывает возбужденный Тэхен, хлопнувший его по плечам. От такого поступка, Пак чуть не подавился.
— Чимми, глотни, — с квадратной улыбкой протягивает другу бокал с тыквенным соком.
Чимин сделал жадный глоток сока, а ржущий Ким погладил того по спине.
Шуга пивший кофе с похмелья, с печалью уставился на стол красных.
"Киса...."
— Так, — допив сок, облизнувшись, Чимин в непонятках глянул на странного Тэхёна.
Нет, не подумайте, он всегда странный, просто... сегодня по-особенному, — с утра я услышал как Мин орет на тебя. Я жду объяснений, Ким Тэхен. — измерив того взглядом, Пак поправил съехавшие очки.
Тэхен махнул рукой, вгрызаясь в яблоко и в ту же минуту заржав.
Чимину стало как-то неловко. Смутившись, Пак отвернулся от друга к тарелке с омлетом.
— Что я такого смешного сказал, — дернул он носиком.
— ЧОН ЧОНГУК ИСПОЛЬЗОВАЛ МОЙ ЧЛЕН И БРОСИЛ МЕНЯ! — заразился смехом Тэ, падая головой об стол.
Юнги на другом конце зала мысленно отпиздил Тэхёна и Чонгука заодно.
Чимин в ахуе икнул, обратно повернувшись к другу.
— Тэ... — блондин хотел как-то успокоить Кима.
— Хах, неважно, а знаешь, ты такой милашка, Чимми, — широко улыбнувшись, Тэ тюкнул по плечу Минни.
И только сейчас Чимин заметил.
"Твою мать, зрачки..."
— Ты... Под чем-то? — нахмурился гриффиндорец.
— А? — Тэ уже развезло нормально так.
— Ну и зачем?
Тэхен продолжает кривляться, вращая яблоко в руке.
— Я хочу бегать, — твердо решил Ким, снимая с себя обувь с носочками.
— Тэ, не думаю, что это хорошая идея, — произнес Пак с каждой секундой все больше переживая за состояние друга.
Как тут...
Тэ подхватил его на руки и выбежал из большого зала с дикими криками.
Все факультеты в ахуе смотрели им вслед, но потом забили, вернувшись к завтраку.
"Чего бля... КУДА НАХУЙ?!"
Не думая, Шуга рванул следом.
— БЕГАААТЬ! — Тэ бежит на поле для квиддича, а Чимин ахуевает, не понимая, как жизнь превратилась в такой дурдом.
Ким поставил его на ноги. Чимин чуть пошатнулся. Это похлеще трансгрессии будет.
— Чим, засекай спидометр, или время, ну, наверное, — Тэ делает растяжку, — Ну, в общем штуку со стрелочкой и.... а в прочем, не важно... — махнул рукой, хрустнув пальцами.
Отжавшись, Ким приступил к бегу.
Пак в ахуе сел на траву.
Юнги кое-как догнал Ким Тэхена.
— Его штырит, пиздец... — с отдышкой прохрипел.
По телу Чимина пробежали мурашки, стоило услышать голос слизеринца.
Тэ бежит уже третий километр, ему заебись. Воздух такой.... сладкий... он чувствует запах попкорна из парка аттракционов.
— Думаешь? — фыркнул Минни, смотря на ебнутого дружка.
Шуга сел на траву рядом с ним.
— Часа два или три нужно ждать. Заебись, не надо идти на пары, — подставляет лицо солнышку.
— Я извиняюсь, — повернулся Чим к ахеревшему Юнги, — но это не твои заботы. Он мой друг, сам справлюсь, а тебя волновать это не должно! — строго отчеканил Пак.
Юнги уже заебался играть во "врагов".
Мин приоткрывает один глаз смотря как пшеничные волосы Чимина светятся в солнечных бликах.
"Не, ну, точно ангел. Не иначе."
— Чонгук мой друг и любовь всей жизни Тэхена, — прикрыл глаза, — я пригляжу за ним, а ты иди на пары.
Чимин почувствовал, что закипает: кончики ушей покраснели, носик задергался.
Но он еще и староста, а старосты не должны прогуливать.
Пак обречённо выдохнул.
— Ладно, — согласился, вставая с травы.
Юнги глянул на гриффиндорца снизу вверх.
— Проследи за ним, чтобы никуда не пропал, не ударился, не покалечил кого-нибудь... — выпячив нижнюю губу, перечислил блондин.
— Хорошо, кис, — легко улыбнулся Мин.
Проморгавшись, Чим кинул последний взгляд на Тэхёна, который делает стойку руках. Кивнув, он пошел выяснять все у Чонгука. Хочешь что-то сделать, то сделай это сам.
Чимин увидел Чона у кабинета трансфигурации.
Благо, никого больше не было и никто не увидел как разъяренный блондин в красном галстуке толкнул в плечо крепкого слизеринца.
Чон в ахуевшем состоянии посмотрел на него, а у Пака уже повалил пар из ушей и ручки в кулаки сжались.
— И почему вы не вместе?Ты вообще понимаешь, что сейчас этот дегенерат делает? —размахивая руками, крикнул Чимин.
Гук заламывает брови в немом вопросе, складывая руки на груди, делает шажок к блондину.
— Прости конечно, Хён, но, тебя это ебать не должно, — буравит того взглядом.
Чимина будто ударили под дых.
"КАК ОН МОЖЕТ ГОВОРИТЬ ТАКОЕ?"
Пак зеркалит позу Чонгука. Он его ни капли не боится.
— Ну-ну, тебе плевать даже если он сейчас под наркотой упоротый? — прищурил глаза.
"Он что?" — Чон не сразу понимает сказанное.
— Что с ним? Где он взял наркоту!? — взволнованно спросил. Его глаза забегали по холлу, рука в нервном жесте зарылась в волосы.
"Ну и кого он пытается обмануть? Ему не похуй, а строит тут чайку золотую."
— Да вот пришел недавно в Большой зал, упоротый каким-то наркотиком китайским. Сейчас он как бешенный на поле для квиддича развлекается. А где взял без понятия, у него свои дилеры. — внимательно следит за бледнеющим Чонгуком.
Через пару минут Чон уже вышагивает на поле для Квиддича. Видит, как Тэ гоняет гусей.
— Ты труп, КИМ, ХУЕВ БЕССМЕРТНЫЙ, ТЭХЕН!! — орет через всё поле.
"Ох, блять.", —подумал Шуга когда разглядел пиздецки злого Чонгука. Отношение Чонгука к наркотикам отрицательное от слова совсем.
Киму показалось, что это птица гаркнула.
— Это..... ворона? — задумался о червях, сидя на травушке.
Гук с каждым шагом становится всё злее. Скидывает лямку рюкзака с плеча.
Гриффиндорец лег на траву звездочкой. В глазах созвездия.
— Хён, почему ты замолчал? Сейчас же поле чудес начнется, - смотрел на небо, думая что это большой экран телевизора.
Тэхен либо труп, либо труп.
Юнги подорвался к Гуку.
— Чонгук, тихо, погоди! Давай поговорим, — выставил руки вперед.
Глаза младшего давно истерзали тощую тушку гриффиндорца.
"Уйди, блять с моей дороги. Я набью морду этому пидору сегодня или спрыгну с астрономической башни."
— Хен, просто отойди. Я набью ему морду и успокоюсь. — тяжело дыша, произнес Чон.
— Опять ворона. Сегодня перелет? — хихикает Тэ.
Шуга легонько придержал друга за плечи.
— Чонгук, он не в себе, давай позже. Остался всего час, — пытается переубедить его.
— Час до перелета? — задумался Тэ, — а почему вороны тогда уже перелетают? Разве сейчас не сезон ласточек? — поджал губы.
"Орнитолог хуев."
— Какой к хуям час!? Я убью его ПРЯМО СЕЙЧАС, БЛЯТЬ, КАКОГО ХУЯ ТЭХЕН!? НАРКОТИКИ!? ТЫ БЛЯТЬ ПРИКАЛЫВАЕШЬСЯ!? — орет Джей Кей и хочет убить себя вместе с ним.
— Чонгук, прошу, хоть ты будь адекватен, — еще одна попытка достучаться до разума слизеринца.
— Я не могу.. Я больше так не могу.. Хен.. Я не могу, — гулко сглотнул парень.
— Давай убьем эту любовь! — делает из рук автомат и стреляет в небо.
— ЗАКРОЙСЯ, БЛЯТЬ! — Юнги смерил Тэ взглядом, но это не помогло, конечно же.
"Хорошо. Убьем эту любовь. Хорошо."
С такими мыслями Чонгук развернулся, пошел от сюда на кстрономическую Башню.
"Что?" — не мог переварить Юнги.
"Он так просто сдался?.. Нет.. Не может быть. Что за пустота во взгляде была у младшего..."
— Блять... — сматернулся Мин, доставая из джинс мобильник.Набирал номер Чимина.
— Кхм, что такое? Что случилось? — обеспокоенно спросил Чимин, выходя из кабинета старухи.
"Неужели опять что-то с Тэхеном?"
—Чонгук. Он ушел. Чимин найди его, найди его срочно! — в панике протараторил Мин.
"Приплыли, блять..."
***
"Воздух слишком кислым стал."
Тэ поморщился и пошел в сторону школы.
"А Хён где? Наверное улетел к воронам.... да, я тоже хочу! Почему он меня не дождался?! Хочу к воронам и перелететь на юг!" — улыбается своей мысли идет высоко0высоко в небо.
Чонгука достал. Достал этот мир, этот Тэхен с его тараканами. Чувство вины съедало каждую клеточку тела.
"Сдохну и всем станет легче. Убью эту любовь."
Гук поднимался по ступенькам вверх.
А Шуга оглянул поле, но следов гриффиндорца нет.
— ТЭХЕЕЕН?!
"Ебучий случай..."
***
Тэ что-то напевает, идет высоко к райским вратам.
"Как они выглядят? Думаю, сердце подскажет...."
Спустя три минуты он нашел самый высокий этаж и ангельские врата! Сразу же распахнул их.
— ВАААААААУУУУ!! — в шоке от красоты сразу проходит к центру, оглядывается и видит небо. Пищит словно школьница. Направляется к большому окну встает на подоконье. Расставляет руки в разные стороны. Ветер такой чистый и сладкий, не как внизу — кислый и токсичный.
— Два лебедя, три... — ходит туда сюда. Скоро у него появятся крылья.
Чонгук добрался до Башни, обреченно выдохнул.
Желание сигануть вниз никуда не делось.
Зашел внутрь и замер.
— Тэ?...
— Крылья... крылья.... хён улетел без меня, — напевает песенку, ходит, шатаясь у края, совсем не замечая Гука.
Гука пробила дрожь.
— Т...Тэхен, — сиплым безжизненным голосом.
Сделал шаг вперед.
Ким смеется, ибо ветер забавно пошутил.
— Ворона? — задумался, помотал головой и продолжил ходить.
Чон в панике, его потряхивает словно у него лихорадка.
— Тэ... — шепчет и делает аккуратные шаги навстречу, чтобы не спугнуть.
Тэ смеётся и оборачивается к "вороне".
— Дак.
Вот ты... ты мне мешала... — истерично посмеивается, — ворона.... — облизывается и продолжает ходить.
Слизеринец в полном ужасе и шоке. Молча продолжает делать медленные шаги навстречу. Перед глазами прошла вся жизнь. Он не разу в своей жизни не был в таком ужасе.
Гук не чувствует ног, рук, тела, сознания.
Киму кажется, что он на сцене с огромной публикой. Все смотрят на него!
— Я так хочу летать, — вскидывает руки вверх, — почему ты не летаешь, ворона? — хихикает, — глупая... — улыбается и смотрит в небо.
"Нет."
"Пожалуйста нет. Только не это!"
"Я не могу потерять и его, пожалуйста!"
"Я прошу..."
Гук вытянул руки. Он почти рядом, он почти тут...
— Я.. хочешь научу летать? Спустись вниз, и я научу тебя...
Еще шаг.Всего шаг.
Тэ фыркает.
— Я НЕ ДОВЕРЯЮ ВОРОНАМ! — кричит.
— Но! Мы можем полететь вместе! —посмеиваясь, Тэ повернулся к небу спиной, расставил руки.
— Смотри, - шепнул, оттолкнулся, готовый полететь вниз, но крылья вырастут и он полетит к Хёну!
У Чонгука вдох потерялся в глотке.
Делает резкий шаг вперед и хватает за свитер, потянув на себя.
Ким задыхается от эмоций.
— НЕТ! ОТПУСТИ! Я ХОЧУ ЛЕТАТЬ! - кричит, хуяря руками в грудину Слизеринца.
Чонгук притянул к себе крепко обнимая.
Его трясет так, что челка дёргается на лбу.
"Держу. Я держу."
Ким со всей силы отталкивает. Слезы текут, вытирает их рукавом.
— НЕТ! НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! ТЫ ПЛОХОЙ! ТЫ МНЕ БОЛЬ ПРИЧИНЯЕШЬ! Я ЧУВСТВУЮ СЕБЯ ПЛОХО! — наркотики уже не действуют. Мир обретает свои серые краски и реальность обрушивается вновь.
— Прости.... Прости я не... извини, — тяжело дышит, смотря сквозь слезы.
— ПОЧЕМУ МНЕ ТЕПЕРЬ НЕ ТАК ВЕСЕЛО? ПОЧЕМУ.. ЗАЧЕМ.. ТЫ ПРИШЕЛ, И ВСЕ! — Ким оседает на пол, дрожащими руками закрывает лицо.
— Прости, прошу... я знаю, виноват. Я знаю, Тэ. Прости... — съезжает по стене вниз.
— Ты все испортил... ты портишь..все! — задыхается, смотрит перед собой, — блядь, как же так..... - шмыгает носом, — ненавижу просто, ненавижу...
— Я знаю.. я знаю.. прости.. — закрывает глаза.
— За что? — смотрит красными глазищами на Гука.
— За что ты извиняешься?! Ты же все, блядь. идеально делаешь, а я хуйня полная! — утыкается лицом в колени, раскачиваясь.
— Это не так. Это я всё проебал. Я, понимаешь? И мне... мне стыдно перед тобой за это.. мне очень жаль, Тэхен....
Видя как Тэ стоит тут, и думая, что он мог не успеть, он понял. Понял, что он проебал. Проебал все.
— За всё... за каждое слово....
"Сигануть вниз становится не такой глупой идеей."
— Заебись. Большего я и не хотел, — поднимается и идет на выход, — заебало! — хлопает дверью.
"Заслужил, да. Но, кажется, это конец."
Это должно быть концом. Он знал что так будет и винил только себя.
***