Chapter nine
Гриффиндорец Пак Чимин сладко спит, видя во сне порно с участием пони и певицы Хёны.
— аПчИ, — чихает в полудрёме от переизбытка эмоций.
Мин Шуга проснулся уже давно, но решил не спешить и полежать в кроватке. Услышав чих, он улыбнулся, кидая взгляд на растрепанного ангелочка.
— Кооотик,— шепчет Мин, не удержавшись. Ему очень хотелось пожмякать эти щечки, они были похожи на розовенькие рисовые пирожочки. Но он сдерживался, боясь разбудить Чим-Чима. Спящий снова чихает, бурча что-то о сахарной вате и ахуенных ногах Хёны. Юнги услышав такое сдавленно рассмеялся.
— Ноги Хёны и сладкая вата? Ну ты извращенец Пак Чимин, — шепчет себе под нос Мин.
Парень цепляется за остатки сна и в этом порыве закидывает ногу на бедро Юнги.
"Ну нихуя себе..." — думает Шуга и проводит по ножке рукой.
Губы Чимина растягиваются в блаженной улыбке. И Юнги кажется, что он всё делает правильно. Поэтому он поднимается вверх по голени на бедро. И когда рука слизеринца была почти у хорошенькой задницы Чимина, послышался голос ее обладателя.
— Мистер Пони, что ты делаешь... ладно, продолжай... — мямлит в сне Пак.
Шуга закатывает глаза и скидывает с себя его ногу, что тот даже просыпается, вскочив на кровати.
— Ащ... Хён, зачем ты меня разбудил? — недовольно мычит Чимин, потирая глаза.
— Хотел подольше побыть с "Мистером Пони"?— хмуро съязвил Мин, скрестив руки на груди.
Чимин громко смеется падая обратно на кровать.
— Мистер Пони был очень нежен, — возвращая ногу обратно на бедро Юнги, говорит Чимин.
— Почему бы тебе не закидывать свои ноги на Мистера Пони?— зло пробормотал Парень.
Чимин улыбается, сильнее к нему прижимаясь, и целует в щечку.
— Мистер Мин, не дуйся. Я же не виноват, что моё подсознание думает, что ты Пони! А еще чего ты такой красивый по утрам? — хмурится, действительно не понимая.
— Да вроде обычный, — говорит Шуга, на что Чимин закатывает глаза.
— Ну конечно, из-за тебя у меня кое-что поднимается, — тихо проворчал Чимин.
Слух слизеринца никогда его не подводит. Самодовольно ухмыляется, пытаясь увидеть лицо гриффиндорца, но тот зарылся моськой в его плечо.
— Что там у тебя поднимается, а?— говорит Юнги, улыбаясь. Пак поднимает лицо с плеча, толкнув слизеринца.
Подгадав момент, старший подается вперед, накрывая губы Чимина своими.
Пак отвечает на поцелуй, обвив шею Мина руками.
— Что ты делаешь, Юнги?— шепчет Чимин, вынужденно отстраняясь от Чимина, чтобы сделать глоток воздуха.
Шуга хмыкает проводя рукой по ноге к бедру.
— Выебать хочу, что-то против имеешь?— правдиво отвечает.
Пак поднимает вверх брови, не сдерживая улыбки.
— Я, конечно, не против, но думаю сейчас не удачное время, — произносит.
Шуга давит на плечи парня и тот валится на спину. Слизеринец нависает сверху, вовлекая в еще один поцелуй. На этот раз он был более страстным и чувственным. Чимин отвечает более сдержанно, хотя он уже на грани фантастики. Мин отрывается от сладких губ, переходя к подбородку и спускаясь вниз.
— Юнги, бля, давай не сейчас! Я не готов, — с придыханием говорит Пак, сдерживая вырывающиеся наружу стоны.
Мин тем временем сжимает его бедра в руках, на что Чим дёргается.
— Кто такой Юнги? Не знаю такого, — шепчет слизеринец,
выцеловывая шею.
Чимин стонет, но пытается сопротивляться напористому парню.
— Ах... Шуга... пожалуйста, — закусывает губу, пытаясь оттолкнуть.
Юнги отстраняется от шеи, снова припадая к губам.
— Вот его знаю, но он сейчас занят и на молитвы не отвечает— ухмыляется, как бы "случайно" трется животом о стояк Пака.
Выдержка гриффиндорца не так крепка, ведь он совсем недавно начал задумываться о размножении людей, не в контексте биологии. Он стонет надрывно, выгибаясь в спине.
Шуга кусает его за плечо, сильнее толкаясь животом в стояк Пака.
Чего Мин хотел добиться? Он и сам не знал, но ему нравилось доводить Чимина. Хотя ему и самому было от этого хреново.
Комната Юнги заполняется мелодичными стонами гриффиндорца.
— Блять... — сматерился Пак, уже толкаясь в ответ.
Слизеринец тянет футболку Пака наверх, оглаживая торс.
— Акхм...Шуга, п-пожалуйста — стонет, облизывается, не зная, куда себя деть. Он уже не хочет чтобы тот останавливался. Он хочет, чтобы он продолжал, но не может это произнести.
— Мм? Что-что? — недопонял Мин, а вернее сделал вид.
Чимин закусывает щеку изнутри, чувствуя привкус крови на языке.
— Ш-Шуга... блять, — молит, заглядывая в глаза напротив, — п..пожалуйста, сделай это, — нервно облизывает пересохшие губы.
Это был запрещенный прием: смотреть в душу, закидывая туда огромный крючок и вырывая всё нутро одним рывком. Глаза слизеринца застелила пелена. Он уже во власти Чимина и не помнит, как сорвал трусы с него и себя, на задворках сознания понимая, что сейчас творится, но не осознавая в этого полной мере. Как в руках оказалась смазка он тоже не помнит. Помнит запах клубники. Намджун и Чонгук последний раз оставили. Ебались прямо на кровати Шуги, пока тот был на парах и оставили её в тумбочке, видимо подталкивая Мина к действиям. Он очнулся только тогда, когда уже был по самое не хочу в Чимине. Разум прояснился и он понял, что... вот
"Я в Чимине.
В узком, горячем, пахнувшим клубничкой смазкой Чимине.
Что?"
Старший так и застыл с открытыми глазами смотря на гриффиндорца, который, кажется, забыл, как правильно нужно дышать, хватая ртом воздух, словно утопающий.
Пак знал, что будет неприятно, но чтобы настолько. Он был удивлён, но дороги назад уже нет. Поэтому парень решил абстрагироваться от неприятных ощущений внизу.
Получалось пока не очень.
— Бля... — выдохнул гриффиндорец глубоко дыша куда-то в шею Мину.
"Что я творю!? — проносится в голове Юнги. Мин прикрыл глаза на секунду, переводя дух, — сука, нет, я не должен был!!"
Сдерживая порыв ударится головой об деревянную поверхность кровати, Шуга прислоняется лбом к подушке около уха Чимина, тяжело дыша.
"Так, не паникуй. Главное без паники.", — успокаивает себя, но разум тут же услужливо подкидывает тот факт, что Чимин девственник, а у него хуй не такой уж и маленький. От слова СОВСЕМ. Старший сглотнул вязкую слюну, лихорадочно думая, как разгребать это дерьмо.
"Всехорошовсехорошо!"
Лучший выход из данной ситуации — это не двигаться, давая к себе привыкнуть.
"Всеплоховсеплохо."
Пак приходит в себя, насколько это вообще возможно и, заметив напряженного Юнги, успокаивающе гладит ему спину.
— Просто... медленно, хорошо? — шепчет гриффиндорец, сглатывая.
Вдох-выдох- сдох.
Мин чуть кивает, пытаясь успокоится.
"Чувак, ты проебался, но все не так плохо, просто... попытайся быть нежным.
Нежным? ОКЕЙ!?"
Старший глубоко вдыхает, пробуя осторожно податься назад .
"БЛЯТЬ!
Хватит уже меня так сжимать, камон я же не доживу!
Можно сдохнуть от оргазма?"
Слишком много вопросов в голове Юнги.
Чимин сжимается, нервно вдыхая горячий воздух. Внизу полыхает пожар, и пока что Пак не понимает в чем собственно прикол секса.
Отойдя от шока Мин принимается целовать везде где достаёт, как бы отвлекая от того что внизу.
Сам уже вообще не уверен, что жив.
Спустя пару минут, показавшихся Чимину вечностью, боль начала отступать. На её место пришло приятное покалывание и медленно накатывающая эйфория. Старший нашел удачный угол, и с более глубоким толчком вырвался первый стон. Не от боли. Гриффиндорец с присущей ему храбростью сам толкнулся навстречу, чтобы вновь испытать это.
Мин почувствовав свободу действий начал наращивать темп, на что Чимин отозвался более откровенными и громкими стонами.
— Ю-нги... — в бреду шепчет имя, гладит по волосам, задыхается в очередных стонах. Ему никогда не было так хорошо. Юнги явно лучше чем рука.
Шуга мажет поцелуем по губам уже окончательно слетая с предохранителя. Рвано толкается в податливое тело.
Старинная изящная кровать серебристо-зеленого цвета жалобно скрипит. С полога над кроватью падает пыль, которую домовые эльфы, живущие в замке, не успели убрать со вчерашнего дня. Комната заполняется последним полувсхлипом блондина и глухим рычанием слизеринца.
Тяжело дыша, старший сгребает младшего в объятия и целует в плечо.
— Ты как? — спустя минут двадцать морального и физического отдыха спросил Мин. Чимин зашевелился, подняв голову с подушки.
— Жить буду, — сипит Пак, кажется с голосом всё же есть проблемы.
— Сегодня выходной. Можем вообще не вставать, — говорит слизеринец, с радостью готовый провести в кровати с этим маленьким комочком. Чимин удовлетворенно мурлычет, не имея желания куда-либо идти.
— Я только за, — улыбается гриффиндорец и тут же, как по командне, слышит свой урчащий желудок.
— У нас проблемы. Я хочу кушать, но встать не смогу и ходить думаю, тоже — бурчит Пак, чуть краснея.
Слизеринец задумался прикидывая, что можно сделать в этой ситуации.
— Я могу понести тебя на руках в большой зал, там завтрак в самом разгаре, — говорит Мин, кидая взгляд на Парня.
— Ты меня понесёшь? На руках? Я СОГЛАСЕН, — говорит гриффиндорец, возбужденно кивая головой.
— Окей, тогда я принесу тебе чистую одежду? — кивает Шуга в ответ, вставая с кровати.
СПУСТЯ ПОЛ ЧАСА.
Парень из Пуффендуя толкает в бок свою подругу и кивает на парадные двери большого зала. Гриффиндорец Пак Чимин на руках слизеринца Мин Юнги появляется в дверях. Оба о чём-то мило беседуют. Чимин смеётся с шутки Шуги, кладя голову ему на плечо и прикрывая рот свободной рукой, пока другая покоится на его шее.
Студенты Хогвартса видели многое, но этого они никак не ожидали. Они бы и глазом не моргнули, если бы в зал залетел дракон и начал плеваться огнём. Это привычно, но улыбающийся слизеринец и гриффиндорец на его руках... это уже что-то из рядя вон выходящее.
Джин, сидящий рядом с Тэ, поглощал апельсиновый сок, как вдруг заметил движение к их столу.
— Че за...? — повис вопрос Джина в воздухе.
Хосок плохо спал этой ночью и поэтому постоянно зевал. И в вот в эту секунду ему приспичило снова зевнуть, но кинув взгляд на вошедших он задохнулся и начал кашлять. Дженни, сидящая в это время рядом с Хо подавилась соком и этой жизнью.
Тэ поднял голову и громко фыркнул. Он не удивлен, все к этому шло.
Приблизившись к столу гриффиндорцев Шуга кивнул Тэхену и Джину в знак приветствия. Бережно посадил Пака рядом с Джином, не упуская возможности чмокнуть его в сахарные губки.
— Кушай хорошо, киса. Я слежу за тобой, — подмигнул Юнги Чимину и пошел к своим.
Тот улыбнулся, поворачиваясь к ребятам.
— Что? — спрашивает Пак, заметив ахуевший взгляд Джина и злой взгляд Тэхёна.
— Ничего... — зло протянул Тэ. Чимин закатил глаза.
— Шуга кивнул нам... он поздоровался и он... улыбался... — в шоке говорит Джин, на что Чимин пожал плечами, чуть улыбнувшись.
Хоби, не выдержав, закричал во весь голос.
— БОЖЕ МИЛОСТИВЫЙ!
— МЫ ХОТИМ ЗНАТЬ ВСЕ ПОДРОБНОСТИ!! — как только Юнги подошел к столу слизеринцев Дженни накинулась на него и потянула за рукав толстовки, заставив сесть между ней и Хоби. Чон в свою очередь пододвинулся к Шуге и обнял его, хлюпая носом.
— Хо.. ты чего..? — опасливо спросил Мин.
— Ты даришь мне эстетическое счастье... шиппер счастлив— шепчет Хоби, вновь чувствуя подступающие слезы.
— Я обведу этот день в календаре у себя над кроватью, — шепчет Дженни тоже обнимая Юнги.
Шуга молча хуеет, поглаживая обоих по плечам в попытке успокоить.
— Я.. ну.. не думаю, что вам стоит так переживать... — пытается успокоить Юнги.
Дженни вдруг поднимает голову, закрывая рот лапкой.
— У вас была... — тихо шепчет. — Связь?
Мин вскинул брови, но выдержать взгляд Дженни полный надежды очень трудно.
— Ну как бы да, но я чет не догоняю, вы ч...
Хосок начинает громко рыдать в плечо друга, что замечает весь стол слизерина и не только.
— ХОСОК, МАТЬ ТВОЮ, ЧТО ТЫ РЕВЕШЬ ТО, Я НЕ ПОНИМАЮ!! — взрывается Мин Шуга в панике, но в ответ слышит лишь всхлипывания Хосока и Дженни.
Девушка смахивает слезу, достает салфетку для Хо, протягивает ее.
— Мы дожили... я думала, это увидят только наши дети, — говорит Дженни, шмыгая носом. Чон берет салфетку, отстраняясь от Юнги.
— Я... счастлив, — кивает, утирая слезы.
Юнги прикрывает лицо рукой.
— С кем я дружу, боже мой...
В зал заходит Намджун, а Чонгук, смеясь над очередной шуткой Джуна, болтает ножками на его спине.
— Хены и Нуна, утречко, — радостно улыбается Чонгуки.
Губы Юнги растягиваются в удивленной улыбке.
— Гуки... ты.. чёрный.. волосы.. чёрные, — мямлит Мин.
"Боже мой это правда Чонгук?"
Чонгук спрыгивает со спины Намджуна, по-доброму закатывая глаза.
— Да ты что? Правда? — чуть язвит, садясь за стол.
Хосок, который успел прийти в себя, смотря на Чонгука, немного покраснел. Дженни, не заметив этого, широко улыбнулась.
— Чонгук, тебе очень идет. Ты выглядишь шикарно, — кивает девушка.
Нам сел рядом с Гуком, притягивая его к себе за талию. Младший улыбнулся Нуне, поглаживая руки на своей талии.
Хосок, продолжая чуть хмурится, сглатывает и переглядывается с Шугой и Намджуном. Те в свою очередь заметив взгляд Хо, так же нахмурились, поняв что означает этот взгляд.
— Я помню эту темную макушку и брекеты. Ты был очень милым... — говорит Юнги, смотря куда-то в стол.
— Был? А сейчас? — притворно дует губки Чонгук.
— Сейчас ты вырос. Теперь ты красивый... и взрослый... — подает голос Хосок, пытаясь натянуть улыбку. Для Чонгука. Опять отсрочить момент и дать ему забыть обо всём, что его ждёт. Шуга гулко сглатывает, а Намджун сильнее прижимает к себе Чонгука.
Все трое чувствуют это.
Беспомощность.
Они не властны над временем и Тёмным Лордом. Рано или поздно им придётся сделать выбор. Либо сражаться и умереть либо подчинится и дать Чонгуку получить это клеймо.
— Я думаю, нам стоит взбодрится. Мы не на похоронах, — кивает Намджун.
Чонгук почувствовав это напряжение затих.
— Джуни прав! — кивнул младший, чуть хмурясь. Хосок, заметив злую моську Чонгуки, улыбнулся.
— Джуни, ты прав? — спросил Хо, спародировав голос Чонгука. Ему это не понравилось, он еще сильнее надулся.
— Шуга-хен, он дразнится! — пожаловался Гук.
Шуга сразу среагировал и дал подзатыльник Хосоку. Все заржали, включая самого Хоби.
— Ребят, это всё, конечно, круто, но... Юнмины, — готовит Дженни.
"Да сука!" — мысленно матерится Мин, напрасно надеявшийся, что о них забыли.
Хосок вспомнив Юнминов незамедлительно ударяется головой о стол.
***
Девушка с черными длинными волосами поправила юбку и галстук своего факультета, смотря на себя в зеркало в женском туалете. Внимательно осматривая своё лицо, она достала туш для ресниц и пару раз прошлась по ним кисточкой. Убрав туш обратно в милый розовый рюкзачок, от которого её тошнит, чуть взлохматив волосы и закатив глаза, вышла из туалета.
Чуть кашлянув, она уверенной походкой направилась в большой зал, зайдя внутрь окинула взглядом стол гриффиндора.
"Вот он! Хм... а он не плох.", — подумала девушка, ухмыляясь.
Направляется прямо к нему, стуча каблуками и нацепив милую лучезарную улыбку.
Тэ, оторвав взгляд от своей тарелки, поднимает бровь.
— Кхм, Чимин... — говорит Ким, пытаясь привлечь внимание Пака, который читал учебник трансфигурации.
— Что такое, Тэ? —поднимает взгляд, немного отрешенный. Не смотря на то, что Тэхён после того инцидента в коридоре подошёл и извинился за своё поведение, Чимин всё еще немного зол на него.
Прежде чем Ким успевает предупредить друга, его плеча касается девушка.
— Хэй, прости, я не помешаю?— доносится сверху. Пуффендуйка обворожительно улыбается, чуть склоняя голову вбок.
Шуга, повернув голову в сторону гриффиндорцев, нахмурился.
"Что. За. Шмара. ТРОГАЕТ МОЕГО КОТЮ СВОИМИ МЕРЗКИМИ РУКАМИ БЛЯТЬ!?" — проносится в его голове.
Чимин поворачивает голову в сторону девушки, удивленно моргая.
— Эм, мы знакомы? — спрашивает, неловко улыбаясь.
Девушка улыбается в ответ, присаживаясь рядом и закидывая ногу на ногу.
— Меня зовут Китнисс Эвердин, — протягивая руку, отвечает пуффендуйка.
Джин, наблюдавший эту картину, в ахуе палит на ее чересчур короткую блядскую юбку.
Гриффиндорец кивает, пожимая руку девушке.
— Пак Чимин. Это Тэхён и Джин, — представляется парень. Остальные просто вежливо кивают.
— Приятно с вами познакомится. Чимин, слушай, я к тебе по делу, — смущенно улыбается девушка.
Пак кивает, серьезно смотря на Китнисс. Та наклоняется ближе, чуть прогибаясь в спине.
Джин подмечает её синий кружевной лифчик и раздраженно фыркает, явно разглядев подделку известного бренда.
А Юнги, наблюдающий за этим через два стола, уже начинает скалиться.
Пуффендуйка томно и печально вздыхает, не зная с чего начать.
— У меня такие проблемы... ты не представляешь... — все же начинает она.
Чимин неловко посмеивается, почувствовав некий дискомфорт.
— И для их решения тебе понадобился я? — интересуется.
Китнисс еле сдерживается, чтобы не закатить глаза.
— Трансфигурация — зло. Я совершенно ничего не понимаю! Учитель посоветовал обратится к тебе, как к лучшему ученику на всем 7 курсе, — излагает пуффендуйка, хлопая глазками.
А у Джина пересыхает в горле.
"Это что, подделка на шанель? ФУ БЛЯТЬ, ОНА ЧТО, ЕЁ НА РЫНКЕ КУПИЛА?! ЗАЧЕМ!?"
Он переглядывается с Тэ и они оба чуть отодвигаются. Им тяжело дышать этим удушающим запахом, но они держатся.
Чимин удивленно улыбается.
"Лучший ученик на 7 курсе?"
— Ну, мне это льстит, — кашляет, аллергия на девушек походу, — тебя нужно подтянуть? До какого уровня?
"Блять, какой же ты тупой..." — мысленно произносит Китнисс.
— До среднего балла, большего не смею просить, — пожимает плечами.
— Ну хорошо, я помогу тебе. Скажи только время и место, — кивает Пак.
— Эм... сейчас? — улыбается девушка.
Если бы Джин не держал Тэ, то он бы убил ее на глазах у всех. До смерти заколол зубочисткой.
— Я... мы с ребятами собирались посмотреть фильм, — неловко чешет затылок парень, вспоминая, как обещал друзьям провести с ними время.
Тэ с Джином победно улыбаются.
— Я не займу много времени, правда. Мне очень нужна твоя помощь, без тебя я не справлюсь, — молит девушка схватив Пака за плечо.
Повисла неловкая пауза. Чимин находился между двух огней, но решил, что нужно помогать девушкам, которые оказались в беде.
— Ладно, пойдем. Позанимаемся до ужина, а после я уйду к ребятам, — сдается гриффиндорец.
Девушка радостно хлопает в ладоши.
— Спасибочки, большое спасибо, Чимми!!
Чимин смотрит на парней типа: "Извините, но долг зовет.", — встает, поправляя рубашку.
Намджун проследив за взглядом Юнги, чуть ухмыльнулся.
— Шуга, походу твоего муженька уводят, — прыскает в кулак со смеху. Юнги на это сильнее щурится.
— Я его к ноге не привязываю. Если хочет с кем-то общаться, пусть. Меня другое волнует... она кажется мне знакомой... — говорит парень, пытаясь разглядеть лицо пуффендуйки.
— У тебя паранойя, Хен, — хмыкает Хосок. Джун тоже пытается разглядеть лицо, но не узнает в ней никого.
— Знакомой? Ты уверен? — спрашивает Намджун. Шуга пожимает плечами, решив что ему правда показалось. Тем временем Пак уже ушел вместе с девушкой в неизвестном направлении.
Чонгук кинул взгляд в сторону гриффиндорцев во время обсуждение Пака и неизвестной девушки. Но взгляд его зацепился за черную шелковую рубашку, которая идеально сидела на подтянутом теле, но сильно не облегала. Было не удивительно, что принадлежала она Ким Тэхёну.
Блядскому Ким Тэхёну.
— Что мы будем сегодня делать? — выпалил вопрос Чонгук, резко развернувшись к Наму, который читал.
"Я бы поебался. Срочно. Прямо щяс. И не потому, что блядский Тэхен в этой блядской черной шелковой рубашке, нет."
Нам отрывается от книги откладывая её.
— У меня сейчас тренировка приходи, посмотришь, — улыбается Ким.
"Я. ХОЧУ. СЕКСА. ПРЯМО СЕЙЧАС! ЧУВАК, НУ КАМОН..."
— Я, наверное, пропущу. Нужно сходить и узнать насчет теста, который я пересдавал, — быстро придумал отговорку Чонгук, виновато нахмурившись и поджав губы.
Не любит он врать, но ему скучно на тренировках, а Намджуна расстраивать не хочется.
— Ладно тогда я пойду. Напишешь мне каковы результаты?— Гук кивает и Ким, обняв его, идет в сторону выхода.
По дороге к полю Намджун встретил Джина.
— Хэй, Джин! — крикнул Нам, увидев фигуру гриффиндорца неподалеку.
Джин обернулся, улыбнувшись.
—Намджун! Привет. Сегодня я тебя сделаю.
— Ким Сокджин, я капитан команды слизерина, а ты только защитник. Жизнь уже тебя сделала, — говорит слизеринец, похлопав противника по плечу.
Джин закатил глаза, ударив его кулаком в плечо, чем вызвал смех.
— Джун, я кстати хотел спросить Трюк о переводе в ловцы. Думаешь, она не будет против?— спрашивает Джин.
Намджун задумался, кинув взгляд на потолок и поправляя лямку рюкзака.
— Думаю, что нет. Ваш ловец полное хуйло, мне иногда кажется, что его стошнит прямо на поле, — откровенно изрекает своё мнение Джун, на что Джин хмурится. — Вашей команде нужен ловкий и крепкий ловец, поэтому попытай удачу. Но ты уверен, что готов потягаться с Шугой? Он хоть и не всегда посещает тренировки в виду своей лени, но он профессионал своего дела,
— Более чем. Думаю я смогу, как ты выразился "попытать удачу" с Шугой на поле. Боишься, что я выиграю? — притворно щурится Джин, на что Нам пожимает плечами и улыбается.
На самом деле здоровая конкуренция — это хорошо. И Джину с Намджуном нравится то, что они не собачатся. Это уже заебало. Они переросли это.
— Я не боюсь, будет весело проиграть хоть разок. Впервые за мою карьеру капитана, — хмыкает Джун.
— ХВАСТУН, — упрекает его Сокджин.
***
Чимин и Китнисс зашли в библиотеку. Лучшего места для занятий нет: тишина, прохлада и запах книг. Всё это действует мотивационно.
Они сели за столик, Пак сходил за нужными книгами и, обложившись ими, решил для начала понять корень проблемы.
— Какие заклинания тебе даются с трудом?— спрашивает гриффиндорец.
Эвердин задумалась. Вернее сделала вид.
— Знаешь, самые основные. Беда с ними просто, — озвучивает первое, что пришло в голову.
Чимин понимающе кивает, находит нужную страницу учебника по трансфигурации за первый курс и воодушевляющее хлопает в ладоши.
— Ну, начнем с самого простого, — улыбнулся гриффиндорец. — Colorum + требуемый цвет (на латинском) — изменяет цвет предмета,— ну, например, — берет свою книгу с Твайс и палочку, — Colorum flavus(желтый), — через пару секунд книга приобрела желтый цвет. — Видишь? Все просто
— Ваааууу, крууто. Это, кажется, просто, — кивает девушка, пытаясь всё запомнить.
— Попробуй повторить. Какой твой любимый цвет?
— Красный, — не задумываясь выдает.
Цвет крови.
— Возьми свою палочку и произнеси: "Colorum ruber" — говорит парень, пододвинув книгу ближе к пуффендуйке.
Китнисс достает палочку из розового рюкзака, прочистив горло.
— Colorum ruber! — решительно произносит.
Книга из желтого окрасилась в красный.
Девушка радостно взвизгнула.
"Хах, блять, еще бы экспелярмусу научил, додик блять.", — мысленно усмехается Китнисс, сдерживая порыв произнести это вслух.
— Ну вот, все просто, видишь? — довольно улыбается гриффиндорец. — Ты большая молодец.
Девушка смущенно кивает.
— Следующее заклинание тоже легкое, но не менее важное особенно в обыденной жизни
"Tergeo" — убирает грязь и пыль. Я немного неряшлив, так что частенько использую его.
Пак встаёт со стула, подходит к стеллажам. На учебниках по прорицанию, которые обычно никто не берет, есть пыль, показывает.
"По тебе видно..." — язвит Эвердин.
— Ва... хорошо эм... Tergeo, — она встает с места, подходя к книгам и, выставив палочку произносит заклинание, специально чуть скосив, из-за чего заклинание не получилось.
Чимин неловко трёт шею.
— Ты должна сконцентрироваться. Попробуй еще раз, — складывает руки на груди, чуть переживательно хмурясь.
Китнисс внутри начинала вскипать, по этому резко выпалила заклинание с уверенностью в голосе.
Чимин удовлетворенно кивает.
— Тебе точно нужна помощь? По мне так ты отлично справляешься.
Девушка притворно замялась, опустив палочку.
— Пхх, это только благодаря тебе, Чимин.
Пак рассмеялся, принимая заслуженную похвалу.
— Так, "Ricus" — превращение одного предмета в другой.
Достаточно просто вообразить предмет у себя в голове, смотри, — берет свой пенал и, произнося заклинание, превращает его в бежевый берет. Как у Тэхёна, — теперь преврати его обратно, — кладет берет на стол, отойдя в сторону.
Эвердин повторила за Чимином, но берет всё еще не изменил свою форму.
— Сконцентрируйся. Думай о пенале, все получится.
Пару сотен заклинаний спустя.
— Думаю на сегодня достаточно. Ох, уже пол шестого вечера, — оглядывается вокруг Чимин. Библиотека пустует.
Эвердин выдыхает с облегчением. Что-то они увлеклись.
— Да, думаю да. Давай я провожу тебя, в благодарность за помощь.
Пак проводит рукой по волосам, он устал. Быть учителем тяжко, но ему понравилось.
— Мне в башню старост, это далековато от башни пуффендуя. Ты иди лучше к себе, а то поздно, — собирает вещи в рюкзак.
Китнисс уже на грани того, чтобы взорваться.
— Мне не сложно. Ты заслужил, мой учитель, — внешне её раздражение не видно. И только руки, которыми они сжимает ремешки рюкзака, выдают.
— Ну ладно, пойдем, — кивает парень, сдаваясь. Он придерживает двери в библиотеку пропуская девушку вперед и выходит следом.
Шуга стоит оперевшись о стену в трех метрах от них. Заметив движение склонил голову, щурясь.
Эвердин и не сомневалась, что он уже ждет их. Она призывно ухмыльнулась и взяла того за плечо.
Чимин простой смертный не заметивший пиздец в виде Юнги, ахуел от неожиданных прикосновений девушки.
— Ты чего?— спрашивает он, пялясь на неё, но девушке было не до него.
Шуга отходит от стены, сложив руки в карманы. Он старается выглядеть спокойным, хотя его опасный блеск в глазах его выдает.
Пак всё же заметил идущего на них Юнги. И факт что девушка все еще цепляется за его плечо ему не нравился. Мин может подумать всё, что угодно.
Пак остановился, как вкопанный.
Юнги дойдя до парочки резко остановился, волосы хлестнули по лицу. Кинув взгляд на руку Эвердин на плече Чимина, Мин ухмыльнулся. Не так тепло, как он ухмыляется Чимину, а как он ухмылялся до.
Паку показалось, что его просто окатили ядом Мина с ведра.
— Познакомить нас не хочешь?— интересуется Мин
кивая на девушку.
Гриффиндорец сглотнул не зная, толи ему убрать руку Девушки, что было бы очень грубо. Толи ему представить её. Толи бежать подальше от Слизеринца и его не доброго взгляда.
— Это Китнисс, мы занимались трансфигурацией..— говорит Чимин, чуть отстраняясь от девушки.
Китнисс сглатывает, не отрывая взгляд от слизеринца.
"Он вырос... возмужал... уже нет того, Юнни, что был раньше."
— А Китнисс у нас глухонемая? — спрашивает Юнги, переводя взгляд на Эвердин.
— Юнги, что с тобой? — не понимает Чимин.
Девушка попятилась назад.
— Я пойду, — бросает, повернувшись спиной.
Юнги хватает палочку в кармане и направляет на нее.
— Стоять на месте, — рычит слизеринец.
Чимин шагнул вперед, выставляя руки перед собой.
— Юнги, ты что блядь творишь?
"Че за хуйня? Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?"
Эвердин достала из рюкзака палочку после чего кинула его на пол, на губах заиграла улыбка. Она до последнего думала, что он не узнает.
— Разве можно так рявкать на свою Нуну, а? Юнни? — говорит девушка, стоя спиной к слизеринцу.
— Чимин, иди ко мне, — проигнорировал Мин.
Пак вздрагивает, но быстро подходит к Юнги, всё еще не понимая, что тут происходит. Мин закрывает гриффиндорца собой, продолжая держать Эвердин под прицелом.
Китнисс оборачивается и смотрит на Шугу.
— И что теперь? — интересуется девушка.
— Что тебе нужно, Китнисс? Давай быстрее и разойдемся уже, — говорит Мин. Не смотря на обстоятельства он выглядит спокойным. В отличии от Чимина, который уже начинает догадываться, что девушка явно не студентка.
Эвердин громко смеется.
— Что мне нужно? Как давно ты смог опять нормально реагировать на прикосновения, а?— лукаво улыбается, показав палочкой, что Чимин держит Юнги за свободную руку.
Чимин смотрит на Китнисс в недоумении.
"Они знакомы?"
— Что ты имеешь в виду?— полный холода голос Пака.
Слизеринец сглотнул, понимая о чём сейчас пойдет речь.
Китнисс не обращает внимания на Чимина.
— Интересно, что думает о твоих новых отношениях Питер... — задумывается она, продолжая ехидно улыбаться.
Мин прикрывает на секунду глаза, собираясь с мыслями, а Чимин, поняв о ком идёт речь сильнее сжимает его руку.
— Поверь мне, Юнги похуй на педофила по имени Питер, можешь не переживать на этот счет, — щурится Пак.
— Ты думаешь, что Юнги все тебе рассказал? Я сомневаюсь, — говорит девушка, делая шаг вперёд.
Чимин достает свою палочку и тоже направляет ее на Китнисс.
— Мы друг другу все рассказываем, милочка, можешь успокоиться и валить отсюда подальше, — рявкнул.
Эвердин, поймав растерянный взгляд Юнги, рассмеялась.
— Он знает? — немного тише спрашивает.
— Заткнись, — отвечает Мин.
— Питер и Юнги, как хозяин и его верная псинка, Чимин. Стоит только Питу свиснуть и Юнги тут же побежит к нему, как верный пёсик. Братец выдрессировал его, — изрекает с удовольствием девушка.
Чимин мотает головой из стороны в сторону, отказываясь верить в этот бред.
— Что за хуйню ты несешь? Это... не может быть правдой.
— То есть, если я скажу, что я тут из-за того, что Питер его зовет, то он не пойдет со мной?
"Что?" — проносится в голове Шуги.
— Что... зачем Юнги этому ублюдку?!
— Он соскучился по тебе, Юнни. Четыре года — большой срок для вас, — говорит Китнисс, смотря в глаза Юнги.
Гриффиндорец злится. Ему становится трудно дышать и хочется выпалить какое-нибудь заклинание в эту шмару.
— Юнги, не молчи! Скажи ей! — молит Пак. Его вытянутая рука с палочкой начинает дрожать.
Чимин ждет, что Юнги пошлет на хуй эту лицемерную суку и они вместе пойдут в башню старост. Но вместо этого Юнги опускает палочку, на что Китнисс победно ухмыляется.
— Чимин, иди к себе, — говорит Юнги, смотря перед собой.
Гриффиндорец не может это поверить.
"Это что, блять, шутка такая?"
— Я не оставлю тебя! — упрямо твердит Пак, сильнее сжимая палочку в руке.
Юнги оборачивается, поймав его взгляд, в котором смешались боль, злость и непонимание.
— Уходи, сейчас же, — повторяет Мин с непроницаемым лицом.
Чимин шумно вдохнул, сдерживая всхлип. Взгляд Юнги совершенно ничего не выражающий, пустой. Ему вдруг резко захотелось почувствовать на себе любой его взгляд. Даже взгляд полный ненависти он был бы рад лицезреть, но не безразличия.
Это могло означать только одно.
Юнги сделал свой выбор.
И он не выбрал Чимина.
Гриффиндорец бежит. В легких горит пламя, становится очень трудно дышать. Он продолжает бежать с той же дикой скоростью. Спотыкается, падая и больно ударяясь коленками о ступеньки, встает, продолжая бежать. Останавливается около портрета и рявкает пароль, на что волшебник из портрета смотрит на него с осуждением, но Чимину плевать. Он распахивает двери и входит внутрь, тяжело дыша, уже буквально задыхаясь, кашляя.
Слезы стекают по шее за ворот рубашки.
Рубашки, что ему принес Юнги.
Пак врезается в стену спиной, оседая по ней вниз. Цепляется пальцами за волосы, ощутимо их оттягивая.
Он не может в это поверить.
Этого не могло произойти.
Чимин зажмуривается, сильно сжимая зубы.
Треск поленьев в камине, что грел общую гостиную старост слизеринца и гриффиндорца заглушает крик последнего. Крик полный отчаяния и обиды.
***
— Он правда... звал... меня?— подает голос Юнги, смотря себе под ноги.
Каждое слово давалось ему с трудом. Перед глазами до сих пор мелькает выражение лица Чимина и слезы в его глазах.
Китнисс кивает, опуская палочку.
— Да... он долго боролся с тем, чтобы прийти самому. Но до него дошли слухи, что у тебя появился кто-то и он не выдержал, послал меня за тобой.
Услышав это, Мин задержал дыхание и прикрыл глаза.
В голове промелькали картинки.
Вот он знакомится с Питером на вечеринке узкого круга влиятельных людей. В который безусловно входили его семья и семьи его друзей.
Тут он заливает подушку слезами, осознав, что влюбился в парня и является позором своей семьи.
Здесь он, спустя долгое время переживаний и саморазрушения, принимает себя и ХАХ, о чудо, Питер отвечаем ему взаимностью.
Но кто же, сука знал, что Питер окажется садистом, который достигает оргазма только при виде крови? Правильно, никто.
А отступать было поздно. Подросток Юнги будучи уверенным, что он никому не нужен кроме Питера терпел всё. Абсолютно всё. Все издевательства, унижения и физическое насилие.
А потом он привык. Привык настолько, что сам стал походить на Питера. Он стал язвительным и холодным в проявлении эмоций, но стоило ему почувствовать касание к себе, как у него вмиг кончался в легких воздух и кожу нестерпимо жгло. Воспоминания заполняли черепную коробку и он поспешно отодвигался закрывшись в себе.
Возможно у вас возник вопрос где всё это время были друзья Юнги?
А я вам скажу, что Мин искусный лжец. И никто из ребят не знал, что творится в отношениях их лучшего друга.
Пока Юнги не надоел Питеру. И тот его выбросил, как поломанную, истасканную, израненную, грязную игрушку, не способную дышать без её хозяина.
Резко распахнув глаза, Шуга выдыхает. Его губы растягиваются в оскале. Диком, в какой-то степени безумном. Он поднимает взгляд на Китнисс.
Жестокий взгляд, полный ненависти и злобы.
Девушка застывает. Паника подкашивает ей ноги, она дрожит, часто моргая.
— Ю-Юнги..?
Тот делает шаг вперед. Эвердин вздрагивает, увидев знакомую походку.
Так шагает её брат к своей жертве.
— Он постал тебя за мной? Как мило... я бы даже растрогался. Если бы умел чувствовать к твоему брату что-то кроме ненависти и желания вырвать его сердце своими собственными руками, — его голос заставляет девушку сжаться.
Китнисс делает шаг назад, выставляя руку с палочкой вперед, но слизеринец сразу же рассек своей палочкой воздух. И Эвердин осталась безоружна.
— Юнги... нет, — выдавливает она из себя, продолжая пятится назад.
— Помнишь, как вы любили развлекаться на твоё день рождение, КисКис? Ты пытала меня заклинанием Круциатус, а Питер в сторонке наблюдал, как я корчусь от боли, — начинает Шуга и девушка безумно мотает головой из стороны в сторону. Так её назвал только брат, — это могло продолжаться очень долго. Ты была еще хуже твоего брата, в тебе нет сострадания. Ты не умеешь останавливаться. Ты намного более жестока, чем он... знаешь, я даже рад встрече с тобой.
Китнисс принимает попытку бежать, хотя это было бессмысленно, ведь Юнги уже прошептал заветное непростительное заклинание.
Бетонные колоны содрогнулись от девичьего крика. Благо Юнги предусмотрителен, он не может позволить, чтобы ему помешали вершить месть.
Его хватило на пару мгновений. Чтобы шепнуть контр заклятие. И разочароваться в себе. Не смотря на то, что его мучали этим заклятием часами он не в состоянии выносить крики боли.
— Ты права... — шепчет Юнги, смотря на то, как отчаянно Китнисс ловит ртом воздух.
— Я был псом. Верной сторожевой собакой... — парень подкидывает палочку вверх, и вот ему руку уже холодит металлический охотничий нож. Слизеринец обводит нож взглядом,— и теперь эта собака загрызет вас обоих.
Эвердин, услышав щелчок раскрытого ножа, собирает все свои силы и начинает отползать.
— Очень жаль, что ты не сможешь лично передать ему мои слова. Но думаю он разберет мой подчерк—
Он хмыкнул, сильнее сжимая в руке нож.
***
Он очистил мрамор от крови, но запах всё равно витает в воздухе. И это совершенно не удивительно, ведь руки слизеринца по локоть в крови. В крови его футболка, его джинсы и даже кроссовки. Он не удивится, если его волосы тоже в крови.
Он потерялся в себе и не ведал, что творил. Сколько это продолжалось, сказать он не сможет.
Трансгрессировать мертвое тело (вернее то, что от него осталось) в комнату Питера было жестоко, но Юнги гордится собой. Он и его сестра заслуживали кары большей, чем смерть, но Мин не настолько ужасен.
Например можно гордится и тем фактом, что он обошел ловушки шизика Дамблдора.
"Не одна трансгрессия не пройдет незаметно мимо директора!"
"Трансгрессировать в замке нельзя, и глупо пытаться."
Шуга не сдержавшись, облизнулся, как довольный кот. Но он сдерживает порыв поднять два средних пальца вверх и заорать: "ГЛОТАЙ ПЫЛЬ МАРАЗМАТИК!".
Благо заклинание вакуума, в котором он развлекался с Эвердин уже снято им же.
Иногда слизеринцу кажется, что в этом замке можно сделать всё что угодно, если ты достаточно хорошо владеешь магией. И это пугает его.
"Дамблдор великий волшебник всех времен!"
Но допускает, чтобы в замке происходили убийства.
Интересно, сколько таких же школьников убили в этом замке? И Дамблдор всё еще думает, что он контролирует ситуацию? Он ничего не контролирует.
Мин не понимает откуда эта злость. Ему должно было быть легче, но почему-то легче не становится.
Шуга поднимается с колен, сжимая в руках палочку. Запах крови удушает его. Кажется, будто он въелся в кожу.
"Нужно в душ, никто не должен видеть меня таким."
Он не нашел места лучше, чем женский заброшенный туалет с той самой Плаксой Миртл. Которая уже давно съебала из этого туалета, но никто до сих пор сюда не ходит. Легенды о Тайной Комнате до сих пор будоражат всех.
Естественно, кроме слизеринца Мин Юнги. Ему было бы плевать даже если бы он встретил там живого василиска. Он бы попросил у него пару минут на что чтобы умыться и после сказал где в какой стороне кабинет Дамблдора. Он бы даже благословил его в путь-дорогу.
Голова после трансгрессии ватная и ноги совсем не слушаются. Стоя посреди туалета в полумраке, Шуга покачивается, пытаясь найти связь с миром.
Когда глаза понемногу привыкли к не очень хорошему освещению он двинулся к раковинам попутно снимая с себя футболку.
Он старается не дышать, чтобы не чувствовать этот запах. Но дышать нужно всем, к горлу подступает тошнота.
Оперевшись о раковину он поспешно открутил вентиль и опустил руки под воду.
Мыла здесь естественно нет, как и полотенца. Мину бы лучше воспользоваться магией, но он уже не может остановится, пытаясь оттереть руки от крови, как будто он в дешевом фильме про копов, которые случайно убили невиновного.
И чувствует он себя так же.
— Черт... какого хрена.. — тихо говорит Юнги, мотая головой.
Она это заслужила. Юнги был не единственным, кто пострадал от её руки. Стоит ли говорить, что она и её брат были любимыми шестерками Темного Лорда. И всю свою жизнь они хотели лишь метки, но её не дают за заслуги. Её дают за громкую фамилию и чистую кровь.
Такую как у Юнги например.
Поэтому им так нравилось видеть кровь Мина. Особенно Питеру.
Сглотнув, слизеринец прикрывает глаза, пытаясь выровнять дыхание, которое вдруг стало учащенным.
"Прошло слишком много времени. Он причинил слишком много боли. Ты нужен Чимину, а он нужен тебе."
Вспомнив о гриффиндорце, Мин открывает глаза и всматривается в своё отражение.
"Какой же я долбаёб..."
***