Глава 6
— Сама-знаешь-кто дал ее на хранение Беллатрисе Лейстрендж.
Драко видел, как расширились зрачки карих глаз Гермионы, при упоминании этого имени.
Воспоминания еще слишком свежие.
— Мы… мы все равно пока ничего не можем сделать, - хриплым голосом пробормотала она. — Я пойду, с твоего позволения.
Не дождавшись его ответа, она скрылась за дверью в спальню. Скатившись по ней спиной, Гермиона осела на пол. Поджала колени и обхватила их руками. Спрятала лицо.
*FalshBack*
— Говори, где твой дружок, - елейным голоском спросила Беллатриса, любовно поворачивая тонкими пальцами волшебную палочку, безумные глаза женщины задумчиво задержались где-то в районе живота девушки. — Ты ведь не хочешь, чтобы я запачкала грязной кровью любимую комнату Повелителя?
— Пошла ты, - прошипела сквозь зубы Гермиона.
— Cruciatus! - противным тонким голоском взвизгнула Беллатриса, коротко взмахнув в ее сторону палочкой.
Гермиона закричала, срывая голос и извиваясь в воздухе, беспомощно пытаясь ухватиться за что-нибудь. От внутренних органов будто медленно, с удовольствием отрезали по кусочку, смакуя сладостную пытку, наслаждаясь криками жертвы. А для Лейстрендж это действительно была сладостная пытка. Пытка ненавистной грязнокровки, столь щедро отданной ей лордом Волдемортом.
Вдруг, пытка прекратилась. Гермиона, тяжело дыша, безвольно повисла в воздухе, словно тряпичная кукла.
— Грязнокровная девчонка, - презрительно выплюнула Беллатриса, с отвращением смотря на жертву.
Гермиона кинула исподлобья полный бессильной ярости взгляд. Пожирательница Смерти лишь усмехнулась, показав желтые зубы.
— Ну что, расскажешь, где скрывается твой обожаемый Поттер, - ласково пропела Лейстрендж, чуть склонив вбок голову с сальными вьющимися волосами.
— Повторяю: Иди к черту! .
И вновь противный визг. Душераздирающий крик. Боль.
И голос. Шипящий, леденящий кровь, голос Волдеморта:
— Когда Белла закончит с грязнокровкой, ты убьешь ее. Люциус и Нарцисса проследят.
— Да, Повелитель, - спокойный, холодный, такой знакомый и такой ненавистный голос.
— Я проверю. Нагайна, за мной, - вслед за Волдемортом комнату вдруг покинула и частичка холода.
*Драко… Пожалуйста, Драко…*
*Конец FlashBack*
Гермиона вдруг вскинула голову. Вновь покрасневшие глаза удивленно уставились в потолок. — Нагайна
Драко снова лег на кровать прямо в одежде. Кого вообще сейчас волнует, помятая у тебя рубашка или нет? Наверное, разве что Винки, которая так усердно каждый раз ее гладит, и Гермиону, считающую, что для Малфоя преступление выглядеть не идеально. Раньше, пожалуй, так и было. До курса третьего.
Но что важнее – как Драко и Гермионе удастся украсть чашу Пенелопы Пуффендуй буквально из-под носа Беллатрисы, из ее хранилища в банке Гринготтс.
Точнее, как им вообще удастся украсть что-либо из банка Гринготтс. Малфой хорошо помнил табличку, которую увидел, в первый раз посетив это пристанище гоблинов:
«Входи, незнакомец, но не забудь,
Что у жадности грешная суть,
Кто не любит работать, но любит брать,
Дорого платит – и это надо знать.
Если пришел за чужим ты сюда,
Отсюда тебе не уйти никогда!»
Тогда эта табличка буквально пробирала до костей, а злобные взгляды черных глаз-бусинок работающих там эльфов, будто читали твои мысли; анализировали, врешь ты, или нет; ждали, когда ты попробуешь что-то украсть, ждали, чтобы поймать тебя с поличным.
Тем более, если они наткнутся на Беллатрису, когда все-таки решатся украсть у нее чашу – он даже представить не мог, что будет с Гермионой. Только при одном лишь упоминании об этой персоне, в ее глазах начинал плескаться животный ужас. И это не то, что пройдет со временем.
За этими, отнюдь, невеселыми мыслями, Драко даже и не заметил, как окунулся с головой в царство Морфея.
***
Солнце любопытно заглянуло в окно спальни. На большой – даже огромной, - кровати лежал парень.
Он лежал прямо в одежде, не укрывшись одеялом. Права рука лежала на глазах, закрывая их от солнечного любопытства, другая рука крепко сжимала волшебную палочку.
Подле кровати нерешительно переминалась домашний эльф. То и дело поглядывая в сторону хозяина, она изредка открывала рот, наконец решившись издать хоть звук, но тут же пристыженно его захлопывала. Длинные уши уныло повисли, тонкие ручки мяли кусок грязной простыни, в которую была одет домовик.
За окном громко крикнула какая-то птица, заставив маленькое существо вздрогнуть. Восприняв этот крик за сигнал к действию, она, наконец, набрала в грудь побольше воздуха, и негромко сказала:
— Хозяин Драко.
И в комнате вновь повисла тишина.
Вряд ли вообще кого-нибудь можно разбудить столь тихим призывом, не то что уставшего юношу, спавшего, по своим меркам, уже непозволительно долго.
— Хозяин, уже поздно, – чуть громче, чуть настойчивее произнесла домовик, даже сделав крохотный шажочек к кровати.
От подобной дерзости она лишь сильнее застыдилась, смотря на парня исподлобья черными глазками, похожими на лакричные конфетки в кабинете директора Дамблдора.
Драко тихо простонал, переворачиваясь на бок. Голос эльфа как сквозь вату доносился из пелены беспокойного сна.
— Хозяин, - Винки позволила себе аккуратно, почти невесомо дотронуться до его плеча, тут же отдернув руку и прижав к груди, будто докоснулась о раскаленный камень.
— Встаю, встаю, - проворчал Драко, нахмурив лоб и приоткрыв один глаз. На лице домовика расцвела улыбка, а глаза вновь заблестели радостным возбуждением. — Можешь быть свободна.
— Да, хозяин, - бодро кивнула Винки, растворяясь в воздухе.
— Че-ерт, - хриплым ото сна голосом протянул Малфой, потерев переносицу. Голова болела так, словно внутрь засунули раскаленный добела лом и с бубнами плясали вокруг него.
Еще раз встряхнувшись, он со стоном поднялся, сонными глазами смотря в стену прямо перед собой. Ночные разговоры с Грейнджер отныне отменяются. От них ничего, кроме переизбытка информации и головной боли.
Поднявшись с постели, Драко босыми ногами пошлепал в ванну. Встав напротив зеркала, он критично осмотрел свое отражение – растрепанные светлые волосы, темные круги под глазами, след от покрывала на щеке, безбожно помятая одежда. Скинув рубашку на пол, откуда ее заберет Винки, Драко заметил на плече красную отметину, словно ожог.
— Вот чертовка, - усмехнулся он, вспомнив, откуда она появилась. На бледной коже мелкими буквами, еле различимо было выжжено: «Ублюдок».
Оставив эту надпись на память, Драко снял остальную одежду и залез под струи ледяной воды. К его собственному удивлению, в голове было непривычно, но приятно пусто. А это не могло не приподнять ему настроение. Улыбнувшись, и даже забыв про головную боль, он откинул потяжелевшие от воды волосы назад, подставляя струям воды лицо.
— Винки, мне бы зелье от головной боли, - выйдя из душа и вновь вспомнив о голове, Драко тут же позвал домовика.
— Винки быстро приготовит, хозяин, - немного смутившись от того, что Малфой стоит только в одном полотенце, быстро пробормотала эльф и поспешила ретироваться.
Лишь пожав на это плечами, Драко достал из шкафа серую толстовку и черные джинсы. Доставать Винки каждый день глажкой, лишь потому, что у него осталась дурацкая привычка носить официальную одежду, он не стал. И да, возможно, об этом не знает никто в школе, но у Драко было полно обычной одежды магглов, которую он, впрочем, не носил. Но раз в поместье, помимо него и Гермионы никого нет, то почему бы не носить удобную одежду?
С такими мыслями он быстро оделся и вышел из комнаты. Судя по всему, Гермиона уже должна была давно сидеть в столовой за завтраком. Но, приученный все всегда проверять, Драко подошел к спальне прямо напротив его.
Негромко постучал костяшками пальцев в гладкую поверхность.
Ответа не послышалось. Аккуратно обхватив дверную ручку, Драко приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. За письменным столом, положив голову на сложенные руки, тихо посапывала Гермиона. Ее вечно запутанные волосы разметались по открытой книге, на которой она, частично, лежала.
Драко усмехнулся, возвращаясь в коридор и тихо прикрывая за собой дверь. Как раз в тот момент рядом с ним появилась домовик, у неё в руках находилась небольшая склянка с серебристой жидкостью.
— Ваше зелье, хозяин.
— Спасибо, - Драко забрал у Винки склянку. — А теперь разбуди Гермиону, а то она, похоже, вставать пока не планирует.
Коротко кивнув, эльф трансгрессировал в комнату волшебницы, – хотя, идти было всего два шага, - а Малфой, быстро выпив зелье, развернулся на каблуках и появился уже в столовой.
Сегодня на первый прием пищи домашний эльф приготовила сырники с ягодами, сгущенкой и сметаной на выбор. Стояли наполненные до краев кувшины с тыквенным соком.
Почувствовав, насколько он проголодался, Драко не стал дожидаться Грейнджер и сел за стол трапезничать.
Спустя полчаса в столовую зашла и она. Немного заспанное лицо ясно давало понять, что она все еще спит, и что Винки стоило больших трудов ее разбудить.
— Доброе утро, - спокойно сказал Драко, отправляя в рот небольшую клубнику.
— Доброе, - буркнула Гермиона, явно недовольная тем, что ее так бессовестно разбудили. Сев на свое место, она заинтересованно осмотрела, что сегодня приготовила домовик.
Улыбнувшись краешками губ, она стала нарезать сырники маленькими кусочками, попутно съедая ежевику.
— Проснулся аппетит? – спросил Драко, отпивая тыквенный сок из бокала.
— В отличие от меня, да, - кинула волшебница, прежде чем с удовольствием съесть кусочек сырника, смачно политого сгущенкой. Ей явно был по душе такой завтрак.
На несколько минут воцарилась вполне уютная тишина.
— Кстати, - пригубив пару сырников, произнесла Гермиона.
— Да? – Драко уже закончил есть, и теперь лениво покачивал в руках бокал, наблюдая за тем, как медовая жидкость почти переливается через край.
- Думаю, я знаю, где еще один крестраж, - парень чуть приподнял брови. — Змея, которая всегда с… ним. Нагайна. Думаю, она шестой крестраж.
—
Вполне может быть, — задумчиво протянул Драко, вспоминая огромную зеленовато-коричневую змею, всегда появляющуюся рядом с Темным Лордом.
— Ты закончила?
Гермиона кивнула. Для нее съесть так много уже было достижением.
— Тогда, если ты не против, надо потренироваться.
— Конечно.
Она тоже недурно умела делать непроницаемое лицо. Как сейчас. Она совершенно спокойно смотрела ему прямо в глаза, и не искры каких-либо эмоций.
Драко протянул ей руку. Она удивленно приподняла бровь.
— Я полагаю, пока ты не можешь сама трансгрессировать, - невозмутимо сказал он, не опуская протянутой руки.
— А пешком ходить уже для слабаков? – усмехнувшись, спросила Гермиона.
— А ты выдержишь мое общество на десять минут дольше? – вопросом на вопрос ответил он, также, как и волшебница, приподняв бровь. На самом деле он просто ненавидел ходить по многочисленным коридорам что в Хогвартсе, что в Поместье-Малфоеев, что здесь. Это быстро начинало его раздражать, даже если в его поместье было намного меньше коридоров.
— Резонно, - пожала плечами Гермиона, поднимаясь изо стола и неохотно касаясь его ладони своей.
Секунда – и вот они уже в гостиной. Девушка тут же отпустила его руку, отойдя на пару шагов.
— Палочку не забыл? – насмешливо спросила она, пытаясь немного скрыть неловкость.
Драко не ответил, лишь показательно достал палочку из заднего кармана на джинсах. Она всегда при нем. Неизменно.
Гермиона тоже достала свою, крепко сжимая ее тонкими пальцами.
— Начнем, - парень вдохнул теплый воздух полной грудью. Вытянул вперед руку с палочкой, направляя ее на волшебницу.
— Legilimens.
Гостиная привычно поплыла перед глазами, замелькали яркие огни.
***
Гермионе одиннадцать, первый курс, она плачет в женском туалете после слов Рона… Второй курс, они всей троицей готовят Оборотное зелье в туалете Плаксы Миртл…
***
— Expelliarmus, - шепнула Гермиона.
Палочка Драко отлетела в ее сторону, перед его глазами тут же начала появляться гостиная. И волшебница, с гордо светящимися глазами.
— Неплохо.
Он подобрал свою палочку и вернулся на позицию. Для второго урока это действительно было неплохо – что и следовало ожидать от Гермионы Грейнджер.
— Теперь постарайся не пускать меня так далеко. Ты должна очистить сознание от чувств и воспоминаний. Подменить их ложью, - объяснил он внимательно слушающей девушке.
Она коротко кивнула, что-то обдумывая с серьезным лицом.
Она глубоко вдохнула и шумно выдохнула. Подняла серьезный взгляд карих глаз на Драко.
— Legilimens, - произнес он.
***
Гермиона и Рон расспрашивают Гарри, как прошли занятия со Снейпом…
***
— Очисти мысли, - холодно повторил Малфой, видя, как меняются картинки одна за другой.
— Я пытаюсь, - прошипела Гермиона, но у нее ничего не вышло.
На этот раз Драко сам прекратил смотреть ее воспоминания. Он не забыл, чем закончилось в прошлый раз его нежелание останавливаться.
— Ничего страшного. Не все сразу, - кивнул он слегка расстроенной девушке. Она злобно сверкнула глазами.
Гермиона именно тот человек, который ненавидит, когда у него что-то не получается.
— Давай еще раз.
— Legilimens.
***
Третий курс, Гермиона…
***
Перед глазами начала появляться гостиная, но тут же исчезла.
***
…поворачивает время вспять с помощью маховика времени… Сириус Блэк улетает на гиппогрифе…
***
И вновь очертания стоящей перед ним волшебницы становятся чуть четче.
— Очень хорошо, - произнес Драко, прекратив проникать в ее голову.
— Что ты… - начала было Гермиона, но он не дал ей договорить.
— Для второй тренировки это очень хорошо, но не стоит перенапрягаться. Ты не в том состоянии, чтобы…
— Чтобы «что»? – злобно сверкнула глазами Грейнджер. — Что, Малфой? Сражаться, спасать своих друзей? Тех, что остались живы?
— Да.
Его холодный взгляд встретился с ее – яростным, пылающим огнем.
— Ну так ты мне не папа, чтобы указывать.
И она развернулась на сто восемьдесят градусов, направляясь к двери.
— Встретимся, когда выключишь свой режим «папочки», Малфой.