Благословение Сирин

Карета, запряжённая духом келпи мчалась по морским волнам куда-то вдаль. Окна были надёжно запечатаны, чтобы холодный солёный ветер не проникал внутрь. Который час? Сколько она здесь уже находится? Агата не могла дать ответы на эти вопросы. Прошло три недели с того момента, как её мать спешно оформила через своего знакомого документы об обмене студентами. «Ну и дурость! Будто никто не поймёт причины!» — пронеслось тогда в голове у Агаты. Но мама была непреклонна, и понять её было несложно. Её правая рука уже зажила. Остались лишь небольшие покраснения от ожогов. На среднем пальце уже красовалось новенькое кольцо, изготовленное в Стеклянной Палате. По традиции Бестужевых, Агата теперь должна была носить фамильный перстень. Тот самый, последним владельцем которого был Антон Бестужев. Но об этом даже и речи не было. Ни она, ни мама не хотели видеть его. Хватило бы Веронике смелости когда-то, она бы стёрла его с лица земли.

— Ты действительно считаешь, что Хогвартс — лучшее решение, мам? — спросила Агата, прикрыв окно шторой. От вида волн её уже тошнило. — Ты ведь сама понимаешь... В России я хотя бы далеко от сама знаешь кого.

— Я доверяю профессору Дамблдору, Агата. К тому же в Хогвартсе есть преподавательница, которая в состоянии тебе помочь управлять своими способностями, — отозвалась Вероника, не глядя на дочь.

— Как можно доверять чужаку, — отмахнулась Агата. — Да, он уважаемый маг, все дела. Но... Столкновение Западного мировоззрения и Восточного, сама понимаешь.

— Не стоит так увлекаться философией, Агата. — Вероника вздохнула. — Периодически мне кажется, что общение с нашими постояльцами тебе только вредит. Я знаю, что ты привыкла к Колдовстворцу, милая. Мы за общность, студенческое самоуправление... В Хогвартсе всё иначе. Но это ненадолго. На пару месяцев. Этот конфликт с маглом уляжется, и я вернусь за тобой, хорошо? Вернёшься домой. Станешь победительницей зимнего турнира. Как и планировала, в следующем году.

Вероника обняла дочь, а Агата закивала, как болванчик, вглядываясь в золотистые узоры обивки сидений. Мрачные мысли начали одолевать её с приходом видений. Что-то будто изменилось в ней самой. Резко и бесповоротно. Может, поэтому перстень и раскололся. Она не удержалась и прочитала об этом в библиотеке. Такие случаи редкость, и случается подобное лишь тогда, когда кольцо совершенно не подходит владельцу. Но как такое может быть? Это ведь не какие-то западные палочки из дерева. Это кольца из металла и пробуждённых камней. В отличие от палочек, которые подбираются из массы, волшебные перстни изготавливаются индивидуально. В Палатах Мастеров. Камень — вместилище сердца, а металл — проводник ума. Что тогда изменилось в ней? Разум или чувства? Долго размышляя над этим, Агата уснула на материнских коленях.

Проснулась она от тряски, а потом ощущение ровной поверхности. Земля. Чужая и неизведанная. Дверь распахнулась, и кто-то элегантным жестом предложил руку Веронике, чтобы помочь спуститься. Этот жест Бестужева проигнорировала и вышла сама. После потери мужа, Вероника больше не питала чувств к кому-то кроме дочери. Агата вышла несмело, придерживаясь за дверцу кареты. Яркий свет ударил в глаза, отчего голова закружилась. Пахло пресной озёрной водой. Это означало, что море уже давно позади. Под ногами шуршала галька и хрустели мелкие веточки. Когда глаза привыкли к свету, Агата подошла ближе к келпи и погладила его по мордочке. Морской конь встрепенулся и нырнул обратно под воду. Дальше, как в тумане.

Это не такая уж и редкость то, что волшебница привыкает к новому кольцу. Это трудоёмкий процесс для организма и всего магического фона в целом. Чета Бестужевых сидела напротив профессоров Дамблдора, Макгонагалл и Снейпа. В камине потрескивал огонь, тени от языков пламени танцевали на их лицах, словно при каком-то магическом ритуале. Пахло травами.

— Меня зовут Агата Антоновна Бестужева. Большое Вам спасибо за тёплый приём. — Агата уважительно кивнула. Да, это затея казалась ей странной и малоперспективной, но она уже была благодарна Хогвартсу за то, что её приняли посередине года. Это было немалой морокой для них.

Внезапно в кабинет вбежала женщина. Агата подумала, что она сумасшедшая, за что тут же мысленно себя отругала. Растрёпанные кудрявые волосы были подвязаны зелёным поношенным платком, а круглые очки с толстыми стёклами, которые делали глаза комично большими, только придавали незнакомке странности. Женщина поспешно извинилась и устроилась рядом с профессорами.

— Это наш профессор прорицания Сивилла Патриция Трелони, — представил вошедшую Дамблдор.

Его образ Агата воспринимала, как Деда Мороза, но старалась об этом не думать, так как это ей казалось верхом неприличия по отношению к великому волшебнику, с которым ей и через тысячу лет не сравниться. Профессор порицания тем временем пожала руку Агате, при этом ужаснувшись ожогом.

— Рады с вами познакомиться, — вежливо произнесла Вероника, наблюдая за выражением лица дочери.

— Так вот, профессор Трелони, я уже говорил Вам, что Агата пророк. И ей нужна Ваша помощь, — вступил директор Хогвартса.

— Да-да, конечно, — затрепетала прорицательница. — Солнышко, расскажи мне, как проявляются твои способности? На чём гадаешь?

— Карты таро, — ответила Агата, заёрзав на кресле. — С семи лет.

Колода с картами и сейчас лежала в кармане её брюк, придавая некую уверенность, а может контроль над ситуацией.

— Насколько верны расклады? — спросила профессор, и в глазах её горел огонь нескрываемого любопытства.

От такого напора Агата вжалась в спинку кресла, потупив взгляд. Щёки её немного вспыхнули. Она не любила говорить об этом в таком ключе. В Колдовстворце её гадания больше воспринимали как шутку.

— Обычно, они сбываются, — наконец-то ответила Бестужева.

— Они всегда сбываются, милая, — как не к стати поправила Вероника. — Бывают небольшие отклонения по времени. Но они всегда сбываются.

— Как интересно! — восхитилась женщина. — И в таком юном возрасте! Хотя, я немало слышала о том, что на востоке прорицатели сильнее.

— Думаю, нам нужна демонстрация, — отозвался профессор Снейп. — Надеюсь мисс Бестужева не откажет нам в этом.

Голос его был немного пугающим и холодным, с ноткой строгости. И это обращение. Слышать «мисс» рядом со своей фамилией Агате казалось невероятно странным.

— Ну, не стоит так наседать на девочку после долгой дороги, Северус, — отдёрнула его Макгонагалл. — На ней лица нет.

— Я могу, — выпалила Агата, но тут же понизила тон голоса. — Если это нужно, я могу.

Снейп смерил её взглядом. Кое что Агата слышала о нём от матери. Когда-то он был Пожирателем Смерти. Как её отец. Это пугало её. Безумно пугало.

— Хорошо, — кивнул Северус, будто сделав ей одолжение. — То есть я могу задать вопрос, а вы дадите ответ? Я верно понимаю, мисс Бестужева?

Агата кивнула, вынув из кармана колоду карт таро.

— Тогда... Какого цвета пузырёк в моём правом кармане? Синего? Или зелёного? — спросил он.

Агата помешала карты отработанным движением, достала одну из середины колоды и вгляделась. Присутствующие молча наблюдали за ней, ожидая ответа.

— В правом кармане у вас пузырька нет, — ответила она, достала ещё карту. — В правом кармане у вас безоаровый камень и лепесток лилии. У вас с ними какие-то воспоминания. — Карта исчезла в колоде, Агата снова их перемешала и снова достала карту. — Пузырёк есть. Он в левом кармане. И он прозрачный. Это экстракт полыни... Кажется.

Профессор никак не отреагировал на её слова. Только кивнул, отметив правдивость предсказания.

— Но не думаю, что тебя это беспокоит, Вероника, — отметил Дамблдор. — У тебя видения? Да, Агата?

Улыбался профессор по-доброму. Как заботливый дедушка, корого у Агаты никогда не было, и она не хотя кивнула.

— Это началось три месяца назад, — рассказала она. — Когда я прикоснулась к перилам. Я увидела, как один из первоклассников падает с этой самой лестницы. Я не придала этому значения, но через час он упал и вывихнул ногу. Потом это повторялось и... Я не знаю, как это контролировать.

Позже ей выдали форму факультета Гриффиндор и отвели в общежитие. Не было даже возможности попрощаться с мамой. Только тёмные коридоры английского замка, такого не похожего на ярусы Медной Горы. Всё здесь было иначе. Чужие запахи и звуки. Всё совершенно по-другому. Агата не стала разгружать вещи. Упав на кровать, она сразу же провалилась в сон.

***

— Мне хватает Поттера, — прозвучал голос Северуса. — Нет времени возиться ещё и с русской девчонкой. Если ей грозит опасность, почему не оставили её в Колдовстворце? Насколько мне известно, Медная Гора никого не пускает.

— Её способности принесли ей первые неприятности, Северус. И мы с тобой оба понимаем, что если она окажется не в тех руках, этот перевес будет стоить нам многого. Антон Бестужев в своё время поспособствовал Тёмному Лорду. Если девочка пойдёт по стопам отца...